Средневековый Нуриджан

Трудно себе представить, что на том месте, где сейчас находится тихое село Наровчат, в XIV веке многоцветием дворцов и восточных орнаментов белоснежных мечетей красовался древний административный центр Золотой Орды[1] - город Мохши.

В начале XIV века столица временно была переведена сюда Узбек-ханом из Укека (Увека), пока строился Сарай Ал-Джедид - новая ордынская столица.

Но перенесена столица была не на пустое место. Ещё в XII веке, здесь на реке Мокше существовала Булгарская крепость[2] – форпост в мордовских землях, которая к началу XIII века выросла до экономического центра Верхнего Примокшанья - города Нуриджан[3](Наручать).

В городе шла бойкая торговля, развевались ремёсла. Наручатцы, как и вся мордва, будучи «зажатыми» между Булгарией и русскими княжествами, регулярно платили им и хазарам дань, периодически отбиваясь от набегов кочевников.

А тут ещё оба мордовских народа эрзя и мокша на землях «Мордии» стали воевать между собой: племя с правителем Пурешем присягнуло на верность Юрию Всеволодовичу(1212-1216гг). А племя Пургаса, вассал булгар, стало врагом владимирского князя.


БЫЛЬ И ЛЕГЕНДА О НАРЧАТКЕ

Памятник царице Нарчатке - героине мордовского эпоса «Масторава» был установлен 27 сентября 2011 года на берегу реки Мокши. Скульптор Николай Берсенев в полный рост изобразил легендарную воительницу, оборонявшую свой народ в ХIII веке от татарских завоевателей. Памятник был изготовлен с помощью средств, собранных землячеством Наровчата - поселением, возникшем на месте, которое по-преданию, и получило название в честь героической Нарчатки (4).

В сохранившихся исторических архивах имя Нарчатки отсутствует, хотя события того времени, происходившие в Улусе Джучи нашли отражение, как в ряде русских летописей и в монгольских сказаниях, так и в сочинениях арабских и персидских авторов, в записках западноевропейских путешественников.

Например, из монгольского "Сокровенного сказания" и "Сборника летописей" министра государства Хулиагуидов Рашид ад-Дина (Персия, 13 век) узнаём, что город Нуриджан на берегу р. Мокши был завоёван чингизидами, и уже в составе Улуса Джучи, получил новое имя Мохши: "... в год курицы, соответствующий …1237г., сыновья Джучи — Бату, Орда и Берке, сын Угедей-каана — Кадан, внук Чагатая — Бури и сын Чингиз-хана — Кулан занялись войной с мокшей, буртасами и арджанами (эрзя) и в короткое время завладели ими. Осенью упомянутого года, находившиеся там царевичи сообща устроили курултай и по общему согласию, пошли войной на русских". Шараф ад-Дин Али Йезди сообщает: "Бату, сын Джучи, которого Угедей-каан, с сыном своим Гуюком, с Менгу, сыном Тулии, с Булганом, Бури и Байдаром, сыновьями, нападая большим войском, отправился в область, находившуюся под властью его отца. Всей этой областью до земли асов, русских, черкесов, до Крыма, Азака и Булгара они овладели после многих битв...

К городу Мохши, куда вследствие множества леса даже ветру трудно было пробраться, царевичи, срубив со всех сторон деревья, проложили дорогу такой ширины, что на ней могли двигаться четыре встречные телеги. Они осадили город и после взятия его, отдали приказание об общем избиении и сказали, чтобы у убитых отрезали правое ухо и представляли его. Было насчитано 27000 ушей. Часть жителей спаслась в Скановых пещерах, находящихся на Втором Наровчатском городище».

Покорившись победителю, воины инязора (правителя) Пуреша,  приняли участие в походе татаро – монгол на Центральную Европу.

В «Великой Хронике» Матфея Парижского читаем послание венгерского епископа Вацкого  епископу парижскому Гильому II Оверискому (1240): «впереди монголов идут какие-то племена, Продолжение именуемые морданами, и уничтожают всех без разбору...Без колебания они разорили все земли и разрушили все, что ни попадалось....»

Имеются сведения, что после разорения Польши, накануне битвы при Легнице в апреле 1241 года, инязор Пуреш и его соплеменники отказались биться с германцами. Пуреш заявил Субэдэю(5), что его воины устали, и отошли на отдых. Но монголы не привыкли, чтобы вассалы диктовали им условия. Поэтому ночью их и перерезали, начиная с князя и его сына Атямаса.

Вильгельм де Рубрук пишет : «Их государь и большая часть людей убиты в Германии. Именно татары вели их вместе с собой до вступления в Германию, поэтому Можель очень одобрял германцев, надеясь, что при их посредничестве они ещё освободятся от рабства татар».

Продолжение же повествования уже находим в многочисленных легендах и литературных источниках. На родине мокшан, где теперь стоит Наровчат, оставалась править дочь Пуреша и сестра Атямаса – княгиня Нарчатка.
 
Те немногие «морданы», которым удалось избежать кары Субэдэя, вернувшись домой, рассказали Нарчатке о коварстве монголов и гибели её отца и брата. И мордовская правительница, которая перед этим получила ярлык на княжение от монгольского хана, возглавила «партизанское движение» в тылу.

Собрав многонациональный отряд из желающих сражаться с оккупантом, который состоял из мокшан, эрзян, русских, оставшихся половцев и булгар, Нарчатка напала с ним где-то у реки Вядь на татаро - монголов.

В 1242 году возле поселения Серня (Золоторевское городище (6), как пишут различные авторы, состоялся бой между отрядом Нарчатки и Субедеем. Бой закончился отступлением Нарчатки к крепости, где она собиралась дождаться помощи от ближайших поселений. Но Субсэдэй,  опередив их, начал победоносный штурм крепости. Потери были огромны с обеих сторон, но всё же враг оказался сильнее.  Когда число защитников крепости уменьшилось втрое, и не оставалось никакой надежды на благополучный исход, мордовскому отряду удалось  ночью прорваться в леса. Конечной целью их маршрута были запутанные многоярусные Пещеры возле нынешнего Наровчата с запасами продовольствия (ныне Пещеры Троице – Сканова монастыря). Но монголы все же настигли гордую царицу с остатками ее войска.

Впервые упоминание о  Нарчатке исследователи находят в 1862 году в «Пензенских губернских ведомостях» в статье педагога, этнографа, публициста, члена статистических комитетов нескольких губерний. В.А. Ауновского «Краткий этнографический очерк мещеры». В этой статье  говорится, что в мордовских этнических  женских головных уборах встречаются монеты с  изображением Нарчатки и надписью "Это наша королева". В народе эти монеты назывались «мордовками». Сама же легенда впервые была записана в 1920-х годах членом Саратовской ученой архивной комиссии И.Ф. Садиным.
 
Сейчас легенда о любви и мести княгини Нарчатки  в годы нашествия хана Батыя находит упоминание в «Очерках Мордовской АССР», в «Истории Мордовской АССР», вошла в литературный  сборник «Легенды и предания мордвы».

Разнообразные варианты легенды были собраны также:  Н.Н. Мироновым в селе Морозовское (Морозовка) Наровчатского уезда в 1927г.; М.Е. Афиногеновой в мокшанском селе Алькино (ныне Ковылкинского района) в 1930 году. В 1990 году свой вариант легенды был записан  в наровчатском районе туристами и опубликован профессором Пензенского государственного педагогического университета, историком и краеведом Виталием Лебедевым.

То о мокшанской, то об эрзянской, то о  буртасской царице (княжне) Нарчатке писали: поэтесса А.П. Анисимова в сборнике «Песни и сказки Пензенской области»; журналист из Наровчата  В.А. Поляков; филолог из Сурска Е.Л. Ховрин в публикации «Легенда и быль» под рубрикой «Почему так названы»; пьеса «Княгиня ночи» члена Союза писателей и Союза журналистов России Юрия Арбекова вошла в книгу «Секреты долголетия» (Пенза, 2019 год) и др.

Но особо поэтично героический образ Нарчатки – защитницы Масторавы (Матушки – Земли) был запечатлён в 2005 году Александром Марковичем Шароновым. Подобно карело - финскому эпосу «Калевала», в основу которого Элиас Лённрот в 19 веке положил  руны — народные эпические песни Карелии, современный историк, фольклорист, писатель и поэт А.М. Шаронов собрал эпос «Масторава» на основе эрзянских и мокшанских мифов, эпических песен и сказаний.

Ниже приводятся отрывки из русского перевода стихов из эпоса Масторава «Нарчатка» поэтом Вирявой:

…Участь горькая мокшан постигла,
Мокши берегов достигло иго,
Жизнь счастливую враги прервали,
От села к селенью кочевали.
Тёплых очагов огни угасли,
Мор да глад опустошили ясли.
Бес терзал коварною расправой,
Надругался враг над Масторавой,
Что раскинулась под небесами
Зеленью садов, лугов, лесами...
*
Запрягайте же коней, эрзяне,
За мечи беритесь-ка, мокшане,
Эй, буртасы, стрелами колчаны
Наполняйте да сражайтесь рьяно.
На четвёртый день на поле брани
Биться будем с ворогом в час ранний.
Хана половецкого встречая,
Красной кровью напоим Тагая.

Дешегубец-змей, душман-губитель,
Ворог края нашего, грабитель,
Топчет он луга, поля пшеницы,
Жаждет ключевой воды напиться.
Мечи наготове ли, эрзяне?
Топоры наточены, мокшане?
Во колчанах ли, буртасы, стрелы?
Прогоните страх и будьте смелы.
Я сама вас поведу сражаться,
Смерти нам не надобно бояться:
Смерть на всех одна — на то и схватка.

— Поскорей веди, княжна Нарчатка!
Не боимся ворогов-душманов,
Половцев, татаров окаянных.
Пламенем сердца наши пылают,
Битвы стрелы да мечи желают.

Вот коня Нарчатка подстегнула,
Взвился конь да ветром словно сдуло…
*
С десятью врагами бьётся мокша,
С двадцатью врагами бьётся эрзя.
Извели врагов буртасы — сотню:
Новые встают на смену мёртвым.
Половцы эрзян убили двести —
Ни один не встал убитых вместо.
Извели буртас татары триста —
Ни один не встал на смену исто.
Ворогом мокшан четыре сотни
Уничтожено бесповоротно.
Словно лес густой, орда Тагая,
Ширилась, дубравой возрастая...
*
— Взять Нарчатку! — хан взревел медведем —
Погибайте все, наказ мой ведом —
Хоть из-под земли её доставьте,
Пред очами ханскими представьте.
Быть моим рукам дотоле мерзко,
Не омою кровью коль в отместку...

*
«Как же быть теперь? — Тагай встревожен, —
Чем Нарчатку победить я должен?»
Наклонился ниц, стрелу нащупал,
Выпустил её Тагай из лука.
Меткая стрела взлетела хана:
На руке Нарчатки, правой, — рана.
Выронила меч княжна Нарчатка,
Нету сил в руках, ослабла хватка.
— Наконец, Нарчатка, ты не воин,
Лишь красавица — чем я доволен! —
Молвил хан Тагай княжне с улыбкой:
— Выстрела успешная попытка.
Буду ныне я с тобой играться,
День и ночь любовью заниматься.
Без меча ты, знамо, — словно птичка,
Без меча ты — лишь краса девичья!

Извлекла вовне стрелу Нарчатка
Поскакала к Мокше без оглядки.
На скаку Тагаю прокричала:
— Масторава, знай, не одичала:
Род эрзянский вечно не иссякнет,
Подниму народ для новой схватки!

Во речной поток вошла Нарчатка,
Мокшею-рекой плыть без устатка.
Но скакун саврасый обессилел,
Под княжной обмяк да в водах сгинул,
Над Нарчаткою волна сомкнулась
Да на брег княжна не возвернулась.

И живёт сказание в народе:
В полдень, мол, на брег княжна выходит.
Расчесав свои власа густые,
Говорит она слова простые:
— Верьте мне, эрзяне и мокшане,
Я жива и мыслями лишь с вами.
Я за вас молю Инешкипаза,
Жду того счастливейшего часа,
Княжить вновь когда вернусь на землю:
День придёт по божьему веленью!
За отчизну постоим отважно,
Победим тогда орду мы вражью…
(Нарчатка. Эпос Масторава (Вирява) / Стихи.ру)
 
Каждому народу нужны легенды, которые и составляют его культурный код. Но нужна и историческая правда, анализ которой указывает ему верный путь в будущее.


ПРИМЕЧАНИЯ:

(1)В данном тексте, как и в ряде источников город Мохши мы будем называть «столицей». Однако,стоит оговориться, что термин «стольный град», приемлем только к городам на Руси, в которых находились княжеские престолы, слово же «столица», появилось в русском языке только лишь в начале семнадцатого века.

(2)По другим источникам: буртасская крепость


(3)Нуриджан. (нури- «светлый» , джан- «душа» ) – перс.

(4)На самом деле название не имеет однозначной трактовки учёных и остаётся предметом дискуссий. По одной из версий Наровчат - от древнемордовского выражения, которое можно перевести как «заливной луг»; по другой - «полевые болота» («нар» (поле), «наровт» (полевые), «щяйт» (болота), «чат» (тюркское «возвышенность», «кряж»); от древнего названия «Наручадь» («тинные болота»). Существует версия, что название – от русского «нора», что связано со священной  серебряной горой с пещерами - «норами», которые издревле изображались на гербе района.

(5)Субэдэй (1175 – 1248) - монгольский полководец, главный военный стратег Чингисхана. Считается одним из величайших военачальников и стратегов в истории.
В 1236—1242 г.г. Субэдэй был командующим в Западном походе Бату, в ходе которого Волжская Булгария была включена в состав Монгольской империи, были атакованы русские княжества и орда фактически дошла до Адриатики.

(6)Золотарёвское городище — археологический памятник, пограничное  городище – крепость Волжской Булгарии XVII века, расположенное в верховьях реки Суры. Отрыто в 1882 году Ф. Ф. Чекалиным.
Предполагают, что в 1237 или 1242 году здесь произошло крупное сражение между защитниками средневекового города и  монгольскими войсками, в ходе которого погибло около 2000 человек.
В настоящее время на территории городища проводятся экскурсии и реконструкции боёв.









ДАЛЕЕ: Узбек-хан и новая столица http://proza.ru/2024/04/30/1244