Ибрагим - часть седьмая

Темнота кинозала утягивала в сон. Невероятный секс с половиной, если не больше, бутылки коньяка, обязывали. Я бы и уснул мгновенно, но Аня не отставала, во-первых,  постоянно, почему-то нюхавшая меня словно кот. А, во-вторых, настойчиво комментировала мне в ухо каждый эпизод фильма, смысл которого никак мне не давался.
- Запах какой-то знакомый, - проговорила девушка с какой-то мягкой грустью и я тут же заснул, проснувшись, лишь когда в зале зажгли свет, для выхода из кинотеатра.
- Как фильм? – Спросил я, пытаясь сгладить свою вину.
- Нормально, - кивнула девушка, - только какой-то… сильно фантастический.
- В смысле? А разве мы не на боевик ходили? – Удивился я.
- Я не про жанр, а про события. Не бывает так, что только люди познакомились и сразу в постель. Нереально все.
- Тебе во всем фильме … только это показалось нереальным? – Удивился я.
- Конечно. Они, наутро, даже имен друг друга не помнили. Такое невозможно.
Любой запомнит с кем он спит. Разве не так? – она пристыжено опустила
глазки.
- Ну-у, тут такое дело, которое…, ты права. Сказка!
 Аня, обхватив мою шею двумя руками, заставила меня наклониться и … поцеловала  в губы. Я попытался раздвинуть её сжатые уста языком. Но она упрямо их сжимала сильнее, явно не зная, как следует поступать в данном случае. И лишь в третью попытку, где я очень старался, мне удалось, совсем чуть-чуть, скользнуть между ее полуоткрывшихся зубок….
 А едва я довел девушку до её подъезда, как девушка совершила нечто невероятное, для себя конечно. А именно, после легкого касания губками, она лихо подпрыгнув, обхватила мое тело руками и ногами, зависнув на мне.
- Зайти, не хочешь? С сестрой познакомлю? – Испуг, проступивший на моей
физиономии, судя по всему, испугал её. - Я ей о тебе много рассказывала. Пора знакомится, после случившегося между нами. Сам понимаешь. Она мне, как мама.
- А сама мама где? – Моментально, не подумав, спросил я и испугался.
- Она с папой отдельно живет. – Успокоила мою бестактность Анна, а я тихо выдохнул. – Поэтому, пошли!

- Неудобно ведь так вваливаться….
- Надо, - умоляюще глядела на меня девушка, ухватившись за рукав
моего пальто, словно ребенок.
  Как я мог тут сопротивляться?
 Оксана встретила нас в легком пестром халатике, абсолютно не скрывающего ее
стринги. Она попыталась скрыть прозрачное белое белье оттягиванием халата вниз, но лишь оголяла свои плечи и открывала грудь. Пришлось ей ретироваться в комнату и выйти оттуда уже в белой, обтягивающей майке и синих шортах.
Легкая закуска на кухонном столе, по размеру превосходивший мою спальную , вместе с бутылкой коньяка и большим тортом, расслабила.
- За знакомство! – Подняла рюмку Оксана. – Давно хотела с вами познакомиться.
Аня много рассказывала о вас.
- Ты пахнешь так вкусно и знакомо. Ничего не понимаю. – Опять принюхиваясь словно кот, проговорила Аннушка.
Пили вдвоем, Аня себе наливала из графина какой-то морс и довольно улыбалась, слушая мою беседу со старшей сестрой, где мы обменивались обычными любезностями.
Минут через двадцать, когда неловкость встречи отступила перед спиртным, все
дружно отправились смотреть семейный альбом, бывший не на компьютере, как у
большинства, а в обычном альбоме с черно-белыми и цветными фотографиями.
Никогда не понимал моды, когда тебе тычут в физиономию детей в
пеленках и рассказывают, что это и есть твоя теперешняя двадцатилетняя подружка.
Зачем мне разглядывать детей и глупо умиляться? Но тут. внезапно, я наткнулся на фото лысоватого, крепкого мужчины, держащего сестер на руках.
Это ведь… Коробов Евгений Петрович. – Усмехнулся я. – Один из самых "крутых" парней у нас в стране. Он и бизнесмен и депутат.  Так? Где познакомились?
 Сестры посмотрели друг на друга.
- Это … наш папа? – Потупилась Аня, а я на время, перестал соображать. Все поплыло в тумане.
Теперь многое прояснилось. И квартира, пышущая лоском, и кровать в комнате (мельком увидел) по размеру превосходящую мой зал и многое другое.
Я поднял глаза. Аня продолжала листать альбом, что-то рассказывая, а Оксана, разглядывая меня цинично улыбалась.

После недолгого сопротивления, остался ночевать у сестер. а почему и нет? Но несмотря на насыщенный день, не спалось.
 « С Оксаной нечего и пытаться. Я лишь игрушка в её руках. Поиграет и бросит. По
ней понятно, толпы богатых воздыхателей сохнут. Поэтому следует сосредоточиться только на Ане. Та - ребенок. Ей все равно на мои деньги. надо лишь самому не облажаться».
Едва в телевизоре сработал таймер на выключение, как в тусклом лунном свете показалось... привидение. Пригляделся - точно призрак. А кто еще может просвечиваться и вытянув руки идти прямо на меня?
Я парень хоть молодой и крепкий, но страх меня пробрал. Фантазия заработала на
полную. А вдруг сестры скармливают своих гостей каким маньякам? С
таким папой им можно все.
Пот потек по вискам. Попытался было крикнуть, но словно опять
оказался в эпицентре пожара. Внутри глотки было сухо и я смог лишь захрипеть.
Хотел перекреститься, вспомнив, как в некоторых фильмах срабатывает такое, но в панике забыл какой рукой крестятся.
Призрак же был уже на моем диване. Простынка с него взлетела, а там… Аня.
- Кто здесь? – Прошептал я, не веря до конца в реальность происходящего.
Холодные руки девушки легли на мою грудь.
- А кого ты ждал?- Обиженно прошептала она, – выгибая свою голое тело на мне.
- Аня? Честно? Никого не ждал! Мне даже в голову не могло прийти подобное….
Обалдеть! Идиотские мечты, иногда, оказывается сбываются. Анна, оказалась девушкой. И чем я заслужил такое...?

- Подъем! – Одновременно тихий и довольно зычный голос вырвал меня из
истомы. – Уже шесть утра! Хватит валяться! Разговор есть! – Большое теплое
одеяло, за которое я не успел ухватиться, полетело на пол, обнажая меня. –
Ой! – Теперь это был уже испуганный голос, после чего раздаются шаги бегства.
Открыв глаза, я подхватив одеяло с пола, закинул его обратно. Сзади,
кто-то сильнее обычного прижимается ко мне. Значит все был не сон.
- Что это было? – Испуганно шепчет мне в ухо Аня.
- Твоя сестра, судя по всему, хотела меня уму-разуму поучить!
- Какому уму и разуму?
- Не знаю, могу только догадываться. – Улыбнулся я, прижимая головку девушки к
себе и нежно целуя её в сжатые губки. – А тут ты, голая! – Я засмеялся.
- Допустим, но почему Оксана была в одних трусах, ничего не скрывающих?
- Ты уверена? Показалось тебе. На ней был халат, только... расстегнутый. - Попытался я придать своему голосу уверенность.
-  Думаешь? Возможно! Но вот… этот запах. Он сводит меня с ума. Откуда он? –
Проговорила растерянно девушка.

Завтрак прошел в тягостном молчании. Никто не хотел подымать вопрос об утреннем
происшествии, поэтому все трое неумело прятали глаза друг от друга за чашками и бутербродами.
- На работу мне пора, - не допив кофе, подскочила Оксана в какой-то момент. –
Засиделась чего-то. – И бросив на меня уничтожающий взгляд, выскочила за дверь.
- Она всегда так выскакивает! – Поинтересовался я после затянувшейся паузы.
- Когда как. – Девушка шумно вздохнула. – А ты меня… не бросишь, теперь?
- С чего вдруг?
- Так часто происходит! Парень добился своего и уходит.
- Из книг почерпнула?
- И из кино тоже.
- Даже не мечтай, - улыбнулся я.

В июле, едва Аня отдышалась после сессии, рванули в Египет втроем. Её
жалобный взгляд на поезда, во время нашей первой встречи, не выходил из
моей головы, поэтому именно я и настоял на этой поездке. Анна была уже на
четвертом месяце и не очень хотела куда-то ехать именно сейчас, но не смогла мне отказать.
Оксана же, едва узнала о беременности сестры, возненавидела меня.
Разговаривала со мной всегда нервно и раздражительно, придираясь по любой
мелочи. Да, с её стороны придирки случались и ранее, но в последние три месяца
они вошли в автоматизм, независимо от места или времени.
 Спать со мной она тоже перестала, хотя ранее, не особо брезговала заскочить ко мне в кровать сразу после Анны, или до нее.
Первоначально мы собирались лететь на отдых вдвоем, но Оксана настояла на
своей поездке с нами. Мол, не может она мне одному доверить сестру в таком положении и все.
Выбора не было, пришлось подчиниться.
 Оказавшись в Шарм-эль-Шейхе в середине лета, я только тогда понял,
когда солнце печет по-настоящему. До этого, у меня и близкого представления об этом не было.
В первый же день на пляже, я, проигнорировав крем от солнца, сгорел полностью.
Ночью жгло сильнее, чем после пожара. Я тупо сидел на кровати, пил водку,
смотрел на спящую Аню и страдал.
Через неделю (всего поехали на четырнадцать дней), когда моя кожа немного
восстановилась, измазавшись кремом, словно кирпич раствором, я решился на
вторую вылазку к морю. Но тут уже моя невеста (время свадьбы мы еще точно не определили) решила никуда не идти из номера. Мол сама обгорела и вообще устала. Надо собраться с мыслями и почитать чего-нибудь, а ты иди с сестрой.
Посмотрев на белую, лишь чуть покрасневшую кожу Ани, я кивнул и двинул на
пляж.
Оксана, под зонтиком, на лежаке, увидала меня первой. Пришлось расположиться
рядом.

- Знаешь, - шевелила она пальчиками с зеленым лаком на ногах, - так нельзя.
- В смысле? – Нахмурился я.
- С сестрой так нельзя. Моей сестрой! Она беременна, а ты даже на пляж с ней не
ходил, а сейчас, когда ее подташнивает – ты вдруг тут оказался. Это нормально?
Она, между прочим, волнуется. Ребенок, вообще, непонятно чей будет.
- В смысле непонятно? Как это непонятно? Мой это ребенок с… Аней! Какие тут вопросы могут быть?
- А вы друг другу кто?
- Как кто? Мы скоро женимся! Сразу, по приезду в Минск, подаем заявление!
Сигарета в пальцах крашенной остановилась, а ноги, после некоторого раздумья,
сделали любимый трюк а-ля Шерон Стоун.
- Вы это… вдвоем решили?
- Да!
- Почему же она мне ничего не говорила?
- Может потому, что это был наш секрет?
Тонкие, обгоревшие на солнце брови Оксаны выгнулись.
- Правда? Тогда надо все это дело отметить. Ты поднялся в моих глазах.
- Но Аня взяла с меня слово молчать.
- А мы ей ничего и не скажем, раз такое дело. Выпить всегда можно и без повода.
Тем более на отдыхе. Правильно? Приходи ко мне. Если Аннушка пойдет с тобой –
милости прошу. Нет – значит нет. Не обижусь.
До самого вечера я проклинал себя за свой язык. Но как можно было промолчать?
Крашенная меня бы не простила, не скажи я ей правду.
- Решили отметить с твоей сестрой середину нашего отдыха. Приглашает к себе в
номер, посидеть? Пойдешь?
- Нет, - Аня с интересом посмотрела на меня. – Мне сейчас все посиделки, сам понимаешь, ни к чему. Ну, а ты сходи, а то вы. в последнее время. как-то не особо ладите. пора мириться. вы ведь уже почти родственники. Только это… запах оставь прежний. Хорошо?
- Как? – Не понял я.
Но моя нареченная невеста отмахнувшись, уже надела наушники, погружаясь
в свои курсы английского языка.

Оксана встретила меня идеальным бронзовым загаром, в раздельном, синем
купальнике, в излюбленной позе, на кресле с ногами на столе. Губы, уж не знаю, к
моему ли приходу, были тоже выкрашены в синий.
- Открывай, - кивнула она на столик, где выстроились в ряд три бутылки
дорогого французского вина.
- Давай, на брудершафт, - проговорила женщина, едва мы взялись за
 бокалы.
 Я пожал плечами. Какой у меня был выбор?
 Брудершафт немного удивил. Зачем ей понадобился мой поцелуй? Не понаслышке знаю о ее поклонниках. Или она и не собирается целоваться?
Но нет, продолжая сидеть в кресле, Оксана вытянула губы, зажмурив глаза. Я
потянулся к ней.
Она втянула в себя мои губы словно анаконда кролика. Это был не символический
поцелуй, а поцелуй двух разлученных надолго любовников, неимоверно
изголодавшихся друг по другу….

Продолжение следует