Варино счастье

             Варенька  распахнула  дверь  и, переступив  через  порог, вышла  на  расцвеченное  солнечными  бликами  крыльцо. Утреннее  светило  уже  оторвалось  от  горизонта  и  медленно  поднималось  по  небосводу, набирая  силу. Яркие  лучи, отражаясь  в  капельках  дождя, прошедшего  перед  самым  рассветом, сверкали  сотнями  маленьких  зеркал, разбросанных  по  изумрудной  листве. Раскинув  руки  в  стороны, будто  желая  обнять  весь  мир, Варя  всей  грудью  вдохнула  свежий, бодрящий  воздух. Дышалось  легко  и  свободно. Она  смотрела  на  всё  широко  распахнутыми  глазами. О, какие  это  были  глаза! Цвета  спелого  каштана, обрамлённые  густыми  прямыми  ресницами, которые  словно  стрелы  Амура  могли  поразить  сердце  любого  парня, засмотревшегося  на  девушку. Да  и  было  на  что  посмотреть: стройная  пышногрудая  красавица, губы, точно  розовые  лепестки, а  ведь  ей  только  пятнадцать  лет. Если  Варвара  смеялась, то  в  прищуренных  глазах  вспыхивали  бесовские  огоньки, которые  манили  к  себе  и  сводили  ухажёров  просто  с  ума, но  ни  одному  из  них  не  отдавала  своё  предпочтение  юная  кокетка. Дома  она  лишь  весело  хохотала, обсуждая  при  маме  очередного  настойчивого  кавалера. Василиса  очень  любила  свою  единственную  дочь  и  позволяла  ей  многое, а  пустые  разговоры  лишь  только  забавляли  их.
            
      Вот  и  вчера  вечером, когда  на  окраине  села, невдалеке  от  бывшей  графской  усадьбы, собралась  на  гулянье  молодёжь, к  ней  подошёл  Василь, восемнадцатилетний  сын  сапожника. Он  давно  не  сводил  с  неё  влюблённых  глаз, но  надменный  взгляд  красавицы  всегда  будто  окатывал  его  холодной  водой, лишая  даже  самого  малейшего  желания  что-либо  предпринять, а  тут  гляди  ж, осмелел. Василь  стоял  перед  ней  серьёзный  и  уверенный, только  лёгкий  румянец  на  щеках  выдавал  волнение, охватившее  его. Не  стесняясь  никого, он  нарочито  выпалил  во  всеуслышание  о  том, как  он, - Василь, её, - Варвару, сильно  любит, как  жить  без  неё  не  может, что  потерял  покой  и  сон, и  что  он  не  просто  предлагает  ей  дружбу, а  что  хочет  позвать  её  замуж  и  просит  дозволения  завтра  заслать  сватов. В  знак  согласия  Василь  попросил  девушку  принять  подарок. Опустившись  на  колено, он  с  любовью  и  надеждой  смотрел  в  её  огромные, словно  омуты, карие  глаза, прелесть  которых  ещё  больше  подчёркивала  пышная  чёрная  коса, чинно  почивавшая  на  упругой  девичьей  груди. Вытянув  руку, юноша  медленно  разжал  ладонь, на  ней  лежало  маленькое  серебряное  колечко. От  удивления  Варя  открыла  рот...
           
        Её  мама  давно  приметила  этого  симпатичного  парня  и  постоянно  твердила  дочери  о  том, что  Василь – выгодная  партия, ведь  он  у  отца  ремеслу  сапожному  обучается. Сам  шкуры  выделывает  да  уже  заказы  принимает. Говорила  мать  о  том, что  будет  жить  с  ним  Варенька, как  у  Христа  за  пазухой, в  добре  да  сытости  и  что  характер  у  парубка  спокойный – никогда  мухи  не  обидит, и  призывала  Варюшу  приглядеться  к  нему. Если  дочь  не  обращала  на  эти  доводы  внимания, Василиса  всегда  пускала  в  ход  неоспоримые  аргументы, напоминая  Вареньке  о  том, что  недобрые  сейчас  идут  времена, что  под  Киевом  то  белые  наступают, то  красные, то  банды  петлюровские  и  бог  знает, ещё  какие  орудуют, грабежи  учиняют. Что  скоро  лиходеи  и  до  их  родных  мест  доберутся, и  беда  уже  не  за  горами, а  хороший  муж  он  всё  ж  защита  и  в  любой  ситуации  семье  не  даст  пропасть. Может, и  согласилась  бы  Варвара  с  доводами  матери, но  несколькими  днями  ранее  её  лучшая  подружка  рассказала  ей  по  большому  секрету  страшную  тайну, что  якобы  Василь, когда  натягивает  шкуры  на  рамы  для  выделки, то  зубами  эти  шкуры  тянет. Ну  как, мол, с  таким  целоваться? И  не  догадывалась  глупышка  о  том, что  завистливая  подруга  сама  положила  на  парня  глаз.

       Ехидный  смешок  раздался  совсем  рядом. Варвара  пришла  в  себя. Прямо  на  неё  смотрели  необыкновенно  синие  глаза – озёра. Василь  по-прежнему  стоял  перед  ней  на  коленях  в  ожидании  ответа. Оглянувшись  на  подружек, она  увидела, как  те  продолжают  хихикать  и  смотреть  на  них  с  издёвкой. Варвара, словно  телёнок, к  которому  пристал  овод, замотала  головой  и  что-то  невнятно  промычала. Василь, не  веря  своим  ушам, стал  молить  девушку  о  благосклонности, но  она, явно  представив  себе, как  он  зубами  тянет  шкуры, будто  ужаленная  вскочила  с  места  и ответила  ему  решительным  отказом. Его  синие  очи  наполнились  слезами, но  он, не  проронив  ни  звука, поднялся  с  колен, лишь  кривая  усмешка  исказила  его  красивое  лицо. Юноша  повернулся  и  быстро  зашагал  в  сторону  реки, на  другом  берегу  которой  растянулся  по  холму  живописный  хуторок, где  Василь  проживал  со  своим  отцом, а  вслед  ему  ещё  долго  неслись  гогот, свист  и  улюлюканье. Варвару  эта  история  немного  озадачила, но  молодо-зелено, и  она  тут  же  постаралась  забыть  о  случившемся...
            
      А  сегодня  Варя  уже  и  не  вспоминала  об  этом. Ещё  затемно  мама  ушла  на  базар  в  соседнее  село  и  поручила  ей  домашние  хлопоты, пообещав  доченьке  купить  вышивальных  ниточек. Шитьё  было  любимым  занятием  девушки. На  кроватях  возвышались  яркими  горками  вышитые  подушки, а  стол  украшала  белоснежная  скатерть, расшитая  по  краям  замысловатыми  узорами. В  красном  углу  обрамлял  образа  рушник, на  котором  красовались  голубые  васильки  и  золотые  колосья  пшеницы, и  всё  это  великолепие  завершала  воздушная  мережка. С  прошлой  воскресной  ярмарки  мама  принесла  ей  полотна  для  новой  работы, и  все  Варины  мысли  теперь  вертелись  в  поиске  подходящего  цветочного  орнамента. Солнышко  подгоняло  молодую  хозяйку, наполнив  золотистым  светом  двор. Она  быстро  подоила  корову  и, едва  заслышав  щёлканье  пастушьего  кнута, распахнув  ворота, направила  скотину  к  проходящему  мимо  стаду. Оставив  её  на  попечение  пастуха, Варвара  вернулась  домой. Выпустив  кур  из  хлева  на  простор, хозяюшка  пошла  завтракать. Налив  в  кружку  тёплого  молока  и, отломив  кусок  ароматного  пирога, с  огромным  удовольствием  девушка  начала  есть, стараясь  не  проронить  ни  крошки.

      Решив  к  обеду  приготовить  вареники, Варя   принялась  месить  тесто. Любая  работа  у  неё  всегда  спорилась. Вот  уже  и  скалка  ловко  мелькала  в  её  руках. Это  занятие  так  увлекло  Варвару, что  она  даже  не  обратила  внимания  на  залаявшего  во  дворе  Султана, и  лишь  громко  хлопнувшая  в  сенях  дверь  заставила  девушку  оглянуться. Через  минуту  в  кухню  вошла  Василиса. Она  злобно  поглядела  на  дочь  и  с  нескрываемым  раздражением  процедила  сквозь зубы :            
       - Ну, что  допрыгалась, вертихвостка?                                        - Вы  чего, мамо? – Варвара  испуганно  посмотрела  на  мать.                                               – А  ничего. Такого  хлопца  погубила! Дура  девка! Стыдобушка-то  какая! Вся  округа  гудит. Я  на  базаре  не  знала, куда  глаза  деть. Все  пальцами  тычут, за  спиной  шепчутся. Я  ж, поэтому  вернулась  домой  раньше  времени.                           
       – Да, что  случилось? – уже  встревоженно  спросила  Варвара.                                            - Случилось?  - Василиса  присела  на  стул, устало  сняла  с  головы  платок  и  вытерла  им  влажные  от  слёз  глаза. – Говорят, ты  вчера  Василю  при  всех  отказала. Над  сиротинушкой  вздумала  посмеяться? У  него  ж  кроме  отца  и  тётки  никого  не  было. Опозорила  парня. Разве  ты  не  могла  ему  сказать, что  подумаешь? – Василиса  вопросительно  посмотрела  на  дочь, но, не  дожидаясь  ответа, продолжила. – Вот  он  и  пошёл  домой, да  не  дошёл, на  реке  остался  сидеть. Когда  парни  купаться  пошли, он  тоже  полез  в  воду. С  ними  плескался, смеялся, а  потом  отплыл  к  стремнине  и  крикнул: « Прощайте, друзи! Не  поминайте  лихом!» - да  и  ушёл  на  дно, никто  и  ничего  даже  сообразить  не  успел. Там  сейчас  на  реке  все  мужики  его  тело  ищут, никак  найти  не  могут.      У  Варвары  потемнело  в  глазах. Скалка  выпала  из  рук  и  с  грохотом  покатилась  по  полу...
           
        Почти  месяц  Варя  не  выходила  из  дома. Прилежно  занималась  домашними  делами, матери  ни  в  чём  не  перечила. Из  беззаботной  хохотушки  она  превратилась  в  спокойную, рассудительную  девушку. По  всему  было  видно, что  после  случившегося  Варвара  сильно  повзрослела.
          
        В  конце  недели  домой  не  вернулась  корова. Пастух  сказал, что  она  отбилась  от  стада  у  реки. Пришлось  Варе  идти  её  искать. Недалеко  от  моста, перекинувшегося  коромыслом  через  реку, по  дороге  к  хутору  Варвара  встретила  тётку  Василя, которая  с  колыбели  растила  племянника, заменив  ему  безвременно  ушедшую  мать. Та, признав  девушку, остановилась  и, пристально  посмотрев  на  неё, с  горечью  в  голосе произнесла:                             - Нет  теперь  моего  Василька. Не  будет  тебе счастья...                                       Варвара, потупив  взор  долу, превозмогая  стыд  и  вину  за  случившееся, лишь  тихо пробормотала :               
        - Простите  ради  Христа...

        Прошёл  год. В  ожидании  бандитских  погромов  Василиса  постаралась  поскорее  избавиться  от  коровы  и  кур, оставив  лишь  пяток  несушек. По  всей  Украине  то  там, то  там  вспыхивали  восстания  крестьян, которые  жестоко  подавлялись. Власть  переходила  от  белых  к  красным, от  красных  к  зелёным, а  потом  снова  белые  брали  верх. Не  отставали  в  разделе  власти  и  жёлто-блакитные, да  и  чёрные  банды  батьки  Махно  активно  бороздили  просторы  Левобережной  Украины  в  степной  её  части. В  то  время  как  Петлюра  со  своими  бойцами  наводил  порядки  в  Правобережной  Украине. Всего  за  время  деятельности  бандитов  было  убито  около  39  тысяч  человек, а  пострадало  свыше  60  тысяч  человек  и  это  только  то, что  удалось  учесть. А  сколько  ещё  было  не  учтено? Жизнь  кардинально  изменилась. Всё  вокруг  как-то  притихло, люди  стали  осторожничать. К  тому  времени  Варваре  исполнилось  шестнадцать  лет, и  расцвела  она  ещё  сильнее, будто  маков  цвет. Оттого-то  Василиса  глубоко  переживала  за  дочь, боясь, как  бы  её  кто  не  обидел. Муж  сгинул  ещё  в  Первую  мировую  войну, и  заступиться  за  них  было  некому.
          
         В  один  из  воскресных  дней  их  покой  нарушила  мамина  знакомка  тётка  Гарбузиха. Она  пришла  не  одна, а  в  сопровождении  невысокого  парня  лет  двадцати. Василиса, выйдя  из  хаты  навстречу  нежданной  гостье, широко  улыбнувшись, звонко спросила:                       
   - Ой, а  что  это  тебя  ко  мне  занесло? Каким  ветром  надуло?                                              – А  вот  жениха  привела! – ответила  невозмутимо  гостья.                                               – Ты  что  сдурела? – всё  также, широко  улыбаясь, произнесла  Василиса. – Он  же  мне  в сыночки  годится!                                            – Да  я  ж  не  тебе, а  Варьке  твоей! Это  мой  родственник, круглый  сирота. Парень  он  симпатичный, работящий, короче  говоря, в  хозяйстве  пригодится, - громко  засмеялась  Гарбузиха, подмигнув  своему  спутнику. - Небось, без  мужика  в  доме тяжело. 
  – Варюша! А  ну-ка, дочка, собери  нам  на  стол. Я  с  подругой  толковать  буду,- уже  с  серьёзным  видом  сказала Василиса.           
    – Вот  это  дело! – расплывшись  в  улыбке, Гарбузиха  достала  из  кармана  широкой  юбки  бутылку  самогона.
          Варвара, сильно  смущаясь, молча  выполнила  наказ  родительницы. Почти  без  конца  тараторившая  гостья, улучив  момент, незаметно  подойдя  к  девушке  и  наклонившись  к  её  уху, заговорщицки прошептала:          
     -  Пока  мы  с  твоей  мамкой  поболтаем, то  ты, Варюша, с  женихом  познакомься. Его  Павлом  величают. Ну  же  не  стесняйся, не  стесняйся,- легонько  подтолкнув  Варвару  к  парню, Гарбузиха  засеменила  за  хозяйкой  дома  в  соседнюю  комнату, плотно  прикрыв  за  собой  дверь.
            
        Долго  подруги  меж  собой  судили  да  рядили, а  всё  это  время, молодята  сидели  в  разных  углах  кухни, изредка  озираясь  по  сторонам  и, украдкой поглядывая  друг  на  друга. Часа  через  два, а  может  и  три, Василиса  и  Гарбузиха, встав  из-за  стола, держали  такую речь.         
    – Варя, доченька!- торжественно  произнесла  Василиса.- Павел, парень  хороший! Лучшего  жениха  тебе  не  найти. Благословляю  вас...                                               Меж  тем  Гарбузиха  кряхтя, сняла  со  стены  икону  и, благословив  ею  Павла  и  Варвару, глубоко  икнув, изрекла:                                             - Аминь!

      По  законам  военного  времени, а  правильнее  сказать  безвременья, свадьбы  как  таковой  не  было. После  скромного  венчания  состоялось  небольшое  без  излишеств  застолье.
            
        Прошло  два  года. Наступил  долгожданный  мир. Кровавые  вихри  гражданской  войны  унесли  свыше  десяти  миллионов  человеческих  жизней. На  огромных  просторах  бывшей  Российской  империи  прочно  укрепилась  советская  власть. В  конце  1922  года  объявили  об  образовании  СССР, и  по  новому  семейному  кодексу  венчание  признавалось  недействительным, посему  Павел  и  Варвара  зарегистрировали  свой  брак  повторно  в  отделе  записи  браков.
            
         Они  прожили  сложную  и  очень  долгую, длиной  в  сорок  восемь  лет, семейную  жизнь. У  них  родилось  шестеро  детей, только  любовь  так  и  не  посетила  их. Видно, Варино  счастье  в  той  реке  утонуло...