Все началось с нового супермаркета

Настя.
Вы испытывали чувство стыда за своих родственников? А за вашу маму вам было так стыдно, что хотелось убежать на край света и никогда больше не пересекаться? Нет? Счастливые! А вот я пережила вчера один из худших дней моей жизни.

Нашему браку с мужем не больше 6 месяцев, но за это время мы уже выработали некоторые ритуалы, которые здорово облегчают быт. К одному из таких действий относится субботний поход в супермаркет для закупки продуктов на всю неделю. На окраине нашего городка открылся недавно новый большой магазин, в котором месяц после открытия действовали неплохие скидки. Вот мы и решили в ближайшую субботу наведаться в него. Накануне вечером мой муж сообщил, что его мама попросила свозить и ее в этот супермаркет. Я, конечно, радостно согласилась – у нас с ней замечательно теплые отношения.

Тут раздался звонок от моей мамы, который удивил меня – она обычно вечерами не звонит. Мама поставила меня перед фактом, что завтра едет с нами в магазин, она только что поговорила с моей свекровью, от которой и узнала о наших планах на субботу. И вот после этого звонка все началось.

Моя мама делала какие-то невразумительные вещи, за которые мне было очень стыдно. Раньше я не наблюдала за ней таких странностей, что нашло на маму, не могу даже предположить. Для начала моя родительница с одной стороны пыталась делать все наперекор свекрови, а с другой – полностью копировала ее поведение. Она постоянно ее перебивала, пока мы ехали до магазина, все время приводила примеры из своей жизни, которые шли вразрез рассказанному моей свекровью. При этом в супермаркете она ходила по пятам за Альбертиной Евгеньевной (так зовут маму моего мужа) и клала в свою тележку те же самые продукты, только в увеличенном количестве.

Я попыталась образумить маму и напомнить, что ей одной не съесть столько закупленного. Мама, лишь отмахивалась от меня и злобно шипела.

Когда Альбертина Евгеньевна чуть задумалась над прилавком с сырами, мама демонстративно прошла мимо с комментариями, что ее врач запретил потреблять сыры. Я уточнила у мамы, какой такой врач, и почему он запретил ей есть данный вид кисломолочной продукции. Мама цыкнула на меня и сообщила, что я ничего не понимаю в этой жизни.
 
Дальше хуже. На кассе мы встали друг за другом: первая расплатилась Альбертина Евгеньевна и аккуратно с помощью сына сложила свои покупки в заранее приготовленные многоразовые пакеты, которые она предусмотрительно взяла с собой. Потом мы с мужем быстро расправились с нашей покупкой и тут пришла очередь мамы. Сначала мама зачем-то устроила скандал, что у нее нет пакетов для продуктов. На предложение купить на кассе, она раскричалась на весь магазин, что ее тут обдирают.

Потом настал черед расплаты, и мама повернулась к нам, уперев руки в бока.
- Настя, - обратилась она ко мне, - заплати за меня, я кошелек дома забыла.
- Мама, но ты же знаешь, что у нас сейчас сложности с деньгами, у нас все рассчитано, я не могу оплатить твои продукты, тем более, прости, мама, но на икру с балыком у нас точно нет денег.
- Дожили! Родную мать едой попрекает! Да знаешь, что я сделала, чтобы тебя вырастить…
- Ольга Владимировна, возьмите, Настя тут совершенно ни при чем, - сказала Альбертина Евгеньевна и протянула несколько крупных купюр.
- Я отдам, - робко произнесла моя мама.

По дороге домой я мучилась вопросом, где взять денег, чтобы расплатиться с Альбертиной Евгеньевной – я отдавала себе отчет, что это теперь наша забота, а никак не мамина. Семья у моего мужа зажиточная по меркам нашего городка, но мы сразу определили, что жить будем самостоятельно без помощи родителей. Мы оба были молодыми специалистами, я только в этом году закончила институт, муж на год раньше, с работой нам повезло, но мы были в самом начале карьерной лестницы. Поэтому сейчас мы ведем семейный бюджет и каждую покупку планируем. Возврат маминого долга здорово пошатал бы наш бюджет, плюс на данный момент у нас просто нет таких денег.

Когда мы подъехали к маминому дому, мой муж собрался ее проводить с пакетами до квартиры. Альбертина Евгеньевна тоже выразила желание подняться со сватьей к ней домой со словами, что та заодно и деньги за продукты вернет. Моя мама побледнела, но что-то возразить на это было сложно.

Всю дорогу до дома моей свекрови я сидела, отвернувшись от всех и уткнувшись лбом в стекло, а мои щеки пылали румянцем стыда. Я с трудом вышла из машины, чтобы попрощаться с Альбертиной Евгеньевной, перед тем как они с мужем исчезнут в недрах ее подъезда. К моему удивлению моя свекровь крепко обняла меня при прощании и прошептала: «Будь к ней снисходительна, ей сейчас очень непросто. Главное запомни, тебе должно быть стыдно только за себя, максимум за своего ребенка пока он маленький, но испытывать стыд за взрослого человека, кем бы он тебе не приходился, категорически противопоказано для здоровья!»

От этих слов мне стало легче на душе, я благодарна моей удивительной свекрови. В тот миг я прочувствовала силу и истинность ее слов, сразу простила маму и поблагодарила ее за мою жизнь. А уж как распоряжаться собственной и как вести себя – это каждый взрослый человек выбирает сам, и никто другой на это не может повлиять.

Ольга Владимировна.

Ольга Владимировна сидела на кухне, смотрела на пакеты с продуктами и сокрушалась, что она такое натворила. Зачем она так много накупила дорогих продуктов, что ей теперь с ними делать. Конечно, Ольга Владимировна после замужества дочери чувствовала себя одинокой и ненужной.

Всю свою сознательную жизнь она жила ради дочери, дышала ее интересами, пренебрегая собственными. С отцом Насти у них как-то сразу не заладилось. После появления на свет дочери времени на мужа молодой матери не хватало. Добрые соседи как-то намекнули Ольге Владимировне, что муж посматривает на молодую практикантку на их заводе. Она не сдержалась, оставила полугодовалую Настю бабе Нюсе с верхнего этажа и метнулась на завод. Было что там у мужа и практикантки или не было, но склоненная над одним чертежом поза кричала о симпатии между ними. Ольга Владимировна – женщина с характером, не стала разбираться, выставила мужа за дверь. С тех пор и жила она вдвоем с дочерью, а вот теперь и вовсе одна.

Ольга Владимировна страдала от одиночества, ей было в нем некомфортно, она не знала, чем себя занять. С уходом дочери дни ее тянулись однообразно, единственным отличием было то, что по выходным не показывали ее сериалы, на которые она со скуки подсела. Поэтому нерабочие дни были особенно мучительны для Ольги Владимировны. Она намекала дочери, что им следует побыстрее обзавестись детьми – тогда в ее жизни опять появился бы смысл. Но дочь категорично заявила, что пока они не встанут на ноги и не начнут себя полностью обеспечивать, ни о каких потомках не может быть и речи.

Когда уж Ольга Владимировна собралась зарыдать над своей горькой судьбой, раздался звонок мобильного телефона – сватья. Скрепя сердце Настина мама ответила, хотя ей жутко было стыдно перед Альбертиной Евгеньевной.
- Ольга Владимировна!
- Можно просто Ольга.
- Отлично, тогда ко мне Альбертина и на ты. Ольга, я посмотрела, в каком зеленом районе ты живешь. Городок у нас небольшой, а мы никогда в этой его части не были.

Затем последовало предложение зайти в гости завтра, а после погулять по району.

«Ой, да, конечно, приходите, я вас обедом накормлю», - повеселев, прощебетала Ольга Владимировна – визит гостей здорово выручал по части приобретенных продуктов.

Готовить Ольга Владимировна очень любила, это была ее отдушина, она даже забыла, какое это приятное для нее времяпрепровождение. «Интересно, почему она не готовит сама себе», - подумалось женщине, пока она, напевая себе под нос, резала свой фирменный салат. Еще она любила свой район и знала его историю. Поэтому, когда приехали сваты, они отменно пообедали, и Ольга Владимировна повела показывать место своего обиталища, подспудно рассказывая и показывая достопримечательности.

Они постояли над прудом, оставшимся реликтом от дворянской усадьбы 18 века, посмотрели на нежность двух лебедей, которые грациозно рассекали прозрачную гладь воды; обошли вокруг самой усадьбы, которую последние полгода активно реставрировали; прошлись по многовековой липовой аллее и довольные этим днем вернулись пить кофе с редким ликером из Франции, которые принесли с собой сваты. Распрощались в теплых уверениях друг другу о необходимости продолжить общение и приглашением со стороны родни мужа Насти в следующие выходные к ним в гости.

После той встречи Альбертина стала регулярно приглашать Ольгу Владимировну на выставки, в кафе, интерактивные мероприятия в городе. Через некоторое время женщины сблизились настолько, что Ольга осмелилась спросить, как Альбертине удалось сохранить такие прекрасные отношения с мужем, который не перестает о ней заботиться и смотрит на нее до сих пор влюбленными глазами. Женщина открыла ей страшную тайну: надо всегда на первое место ставить себя и действовать исходя из собственных потребностей.

Ольга Владимировна испытала шок от такого откровения. Она хотела возразить, что это чистой воды эгоизм, но призадумалась. Если посмотреть на жизнь Альбертины Евгеньевны, то она была окружена любовью и обожанием всех, кто соприкасался с ней в едином пространстве, ей хотелось подражать, она видела людей такими, какие они есть и принимала их со всеми недостатками. Одно то, что она под предлогом незнания района напросилась в гости после скандального выезда в супермаркет, чтобы помочь Ольге с приобретенными в невероятном количестве продуктами, свидетельствовало о щедрости души.

После того разговора Ольга Владимировна стала потихоньку менять свою жизнь, задавая каждый раз вопрос, что именно она хочет: чай или кофе, почитать или погулять, что приготовить себе на обед и т.д. На такие изменения мир тут же откликнулся приветливыми улыбками и иными приятностями. Как-то в пятницу позвонила Настя и позвала снова прокатиться с ними в тот же супермаркет. Ольга Владимировна нашла в себе силы и призналась, что ей очень стыдно после прошлого раза, поэтому она откажется, на что ее дочь весело рассмеялась и уверила, что ничего ужасного не было, а они с радостью подхватят ее, чтобы закупиться на воскресенье – молодые приглашают Ольгу Владимировну на воскресный обед вместе с родителями мужа Насти…

Сергей Иванович.
Жизнь Ольги Владимировны менялась вместе с самой Ольгой Владимировной. Она каждый день узнавала о себе что-то новое, вернее, позабытое старое. Она открывала для себя новый вкус жизни. Месяца через два после того случая в супермаркете Ольга Владимировна могла легко ответить на вопрос, какая музыка ей нравится, какое у нее любимое блюдо, что она предпочитает читать, какая одежда ей нравится, какой ее любимый цвет.

Поначалу эти вопросы ей каждый день задавала Альбертина Евгеньевна, и тогда в самом начале обретения себя Ольга Владимировна не знала ответов. Теперь она может гордиться собой, она так много о себе узнала. Теперь Ольга Владимировна перестала включать телевизор – зачем ей чужая придуманная жизнь, когда у нее есть своя непознанная.

Под чутким руководством новой подруги Ольга Владимировна осторожно обновила гардероб. Почему осторожно? Потому что ей для начала надо было определить свой стиль, свои цвета, свои предпочтения в одежде. Неожиданно для всех, и для себя в первую очередь, она стала носить розовый цвет, который был ей очень к лицу. Как-то они с Альбертиной Евгеньевной выбрались в бутик шелковых платков, и Ольга Владимировна прикупила себе парочку, невзирая на цену – оказывается ей всего хватает в жизни, надо только правильно мечтать и с любовью относится к деньгам. И не только к ним.

«Люби! Все что видишь – люби!» - неоднократно повторяла ей Альбертина Евгеньевна. И Ольга Владимировна любила. Это чувство наполняло ее до краев и изливалось потоками переливающегося цвета во внешнюю среду. Она любила свою квартиру, своих соседей, погоду на улице, ворчливую кондукторшу, с которой она каждое утро ездила в центр города на занятия танцами или английским языком. Она любила окружающих ее людей, она поняла, что значит любить, когда внутренне отпустила дочь, перестала ждать, что та будет уделять ей внимание и пожелала ей счастья.

Как-то Ольга Владимировна в новом шарфике розового цвета на шее шла легкой походкой по своему городу детства и столкнулась на перекрестке с бывшем мужем. Оба растерялись и замерли на какое-то мгновение. Затем обменялись парой слов, Ольга Владимировна присочинила, что живет с крутым архитектором из областного центра, и все у них великолепно, а отец Насти сказал, что тоже встретил женщину, с которой у него отношения, и они подумывают в скором времени пожениться. Муж спросил, как дочь, порадовался, что у нее все хорошо. Бывшие супруги постояли, потоптались на месте, неловко переминаясь с ноги на ногу, и разошлись, не зная, о чем еще поговорить.

В своей квартире Ольга Владимировна все-таки разрыдалась над своей судьбой и опять стала задавать себе неудобные вопросы, зачем она придумала архитектора. Проявленная за последнее время честность по отношению к себе кричала, что пора признаться – Ольга Владимировна все эти годы любила своего прежнего партнера, поэтому и замуж второй раз не смогла выйти.

Сергей Иванович – бывший муж, дойдя до комнаты в общаге от завода, достал бутылку водки и в одиночестве спланировал опустошить ее, сокрушаясь, зачем придумал какую-то женщину, а не сказал всей правды. Он сел на стул, поставил перед собой стакан и открыл бутылку.

Затем он подумал, тщательно все взвесил и позвонил по старому номеру в квартиру, где счастливо жил с женой и дочерью. Ольга Владимировна тут же ответила.

- Я тебе никогда не изменял. Хотел да, но не изменял. Даже когда ты выставила меня за дверь, и я жил один, я тебе не изменял.
- Архитектор – выдумка. 
- Я знаю.
- Откуда. Это неважно. Я рада, что сейчас у тебя все хорошо…
- Женщины нет, никого нет. Я все придумал, мне стыдно было признаться в своей неудачности.
- Мне тоже.

Пауза.

- Давай поговорим, приезжай, адрес тот же…

Ольга Владимировна с Сергеем Ивановичем проговорили всю ночь. Даже при первых лучах розового рассвета они продолжали говорить и говорить. А потом, когда почти все слова были сказаны, все моменты прошлого обрели ясность, они замолчали и сидели над остывшим чаем, над недопитым вином и просто смотрели в глаза друг друга.

Потом Сергей Иванович, повинуясь необъяснимому порыву нежно взял руку бывшей жены и поцеловал. Ольга Владимировна вздрогнула, ее губы изогнулись в улыбке, а кристальная слеза медленно покатилась по щеке. Мужчина придвинулся к ней, притянул к себе и обнял. Ольга Владимировна разрыдалась в объятиях мужа, пусть и бывшего…

Пару месяцев спустя.

- Столкнулся сегодня с твоей мамой случайно в городе, она сказала, что в выходные нас ждет в гости и там будет какой-то сюрприз. Ты не знаешь, что она имела в виду?
- Нет, мама теперь вся на позитиве, от нее всего можно ожидать, даже какого-нибудь респектабельного мужчину. С нетерпением жду встречи.

Когда Настя с мужем пришли в воскресенье в гости, дверь им открыл Настин папа. «Папа?» - подняв бровь, спросила Настя и тепло обняла родителя.
«И почему меня это не удивляет», - подумала Ольга Владимировна, вслух же спросила о своих догадках, общаются ли родственники между собой. Оказалось да, аж три года… «Понятно, почему он все знал про вымышленного архитектора», - усмехнулась Настина мама и почувствовала, как тепло и любовь струятся по ее жилам, разгоняя кровь навстречу новым впечатлениям...