гость 24

Это легко сказать: «ближе к живым людям». Кроме нескольких  пенсионеров да девочки встретили мы только Ирку с Павлом, да и то уже подходя к дому Зосимыча.
 
Час хоть и был воскресный, и уже не ранний, но пешеходов было крайне мало, и шли они по своим делам не спеша, словно, впереди у них была вечность, и только девчушка, по виду третьеклассница, летела сломя голову, словно за ней спешил конец света.

Машин, правда, каталось много. В половине, если не больше, за рулём сидели женщины, чаще молодые и водили так, что я бы, водитель со стажем, позавидовал.

Впрочем, я привык к городу, а здесь, в деревне, что на тротуарах, что на дорогах, я бы сказал, очень даже свободно. Меня, правда, зацепил своей клюшкой задумавшийся о жизни  какой-то дедок, бредущий в ближайший магазин.

О, кстати, о магазинах. Магазины в селе, и правда, в шаговой доступности. Если не на каждой улице, то через улочку – две. Ну, не магазины, магазинчики. Зато в них есть всё, что нужно в повседневной жизни – такая не редкая теперь помесь продмага с хозмагом. Мы с Ленкой заглянули в пару таких, где за прилавком сидели хозяйки, а хозяева, по всей видимости, заведовали закупкой и подвозом товара. Думаю, что покупатели в таких магазинах бывают не каждый час – в одном магазине торговка нас встретила радостно, а в другом заспанная хозяйка долго не могла понять, что мы от неё хотим. Да и места в таких магазинчиках хватало только на товар, продавца да, дай Бог, одного, или двух совсем худых покупателей. Купив шоколадки нашим Марьям (благо, мы с Ленкой некрупногабаритные), мы вышли в центр села, горевший «огнями большого города» сетевых магазинов.
По городским меркам – это небольшие торговые точки, рассчитанные на тридцать – полста человек максимум. И то в течение получаса.
Около них стояло по десятку машин, иногда приличных и для города иномарок. Хотя, что в магазинах, что на улице народу было очень мало.

- Что здесь не так? – спросила Ленка, а я, увы, не нашёлся, что ответить. Слава Богу, именно в этот момент, нам и встретилась Ирина Васильевна со своим Петром.
 
- Что здесь не так? – задал я вопрос местному жителю.

- А что такое? – Удивился Пётр, оглядевшись несколько раз по сторонам. – Вроде, всё нормально?

- Людей почти нет, - Ленка не понимала, как Пётр не может понять, что здесь непонятного.

- Так мужики на работе, - начал было Пётр, но Ленка перебила: Сегодня воскресенье!

- И что?

- Сегодня никто не работает!

- Метро с трамваями тоже?- высказал свою осведомлённость о городской жизни Пётр.

- Причём тут метро? Его же у вас нет. – Ирка была и за подругу и одновременно аккуратно начинала ставить свой голос. Видимо, отношения ну них стали развиваться бурно.

- И трамваев! – выдохнула Ленка, не поняв, что подруга сейчас решает свои проблемы, а не заботится о ней, за что тотчас получила ушат ледяного взгляда.

Ох, мужики, мужики… посмотришь на нас вот так со стороны, так и есть – дураки – дураками…

- Так конец лета. Скоро осень, дожди. – Пётр пытался объяснить этим «непонимайкам», что заготовленную древесину нужно вывезти до распутицы, иначе до декабря на пилорамах не будет работы, и половине села не на что будет жить.

- Так, а остальной-то народ где? – Ирка держала быка за рога уверенно.

- Лето, - вздохнул Пётр, - кто с земли живёт, тот в ней и копошится…

 - А кто при должностях?

- Должности у нас маленькие, зарплаты при них  ещё меньше, - парировал Пётр. – А кто и может жить от коммерции лесной, так тот тоже огородец содержит. По любви, по привычке, на всякий случай, а то и что бы сильно не выделяться. У нас, на селе как? Машина у тебя может быть хоть «Мерседес», хоть «Тойота» самая что ни на есть  японская, это не важно. Но если землю не содержишь, то ты не наш. И просьбой к тебе не пойдут, потому, как ты наших дел, всё равно, не понимаешь, а потому не проникнешься, а, стало быть,  чужой совершенно, и говорить с тобой не о чем.

- Петя, а ты не сын Зосимыча случайно? – спросила Ирка.

- У меня свой батя, - усмехнулся Пётр. – Его тоже не пальцем делали.

Кажется, на счёт Петра мы  с Иркой поспешили с выводами…