Придонников, казак и его подвиг

Герой Галицкого сражения

Филипп Приданников. Шестеро на одного
Имя его ныне почти забыто. А сто с лишним лет назад оно звучало в России рядом с именем Кузьмы Крючкова — того самого донского казака, что в первые дни войны в одиночку принял бой с двадцатью двумя всадниками и вернулся в сотню с шестнадцатью ранами. Крючков стал первым георгиевским кавалером Великой войны — и её живой легендой. Но были и другие.

Филипп Приданников был оренбургским казаком. Оренбургское казачье войско, раскинувшееся по степям от Урала до Тобола, не имело такой громкой славы, как Дон или Кубань. Его станицы стояли на дальних рубежах империи, и казаки там жили размеренно — между походами пахали землю, растили детей, ходили в церковь. Филипп был из Троицкого уезда, женатый, православный — словом, обыкновенный станичник, каких были тысячи.

Война нашла его в августе четырнадцатого — когда русская армия Юго-Западного фронта развернулась в Галиции, на австрийских землях, и начала наступление, которому суждено было стать одной из крупнейших побед начала войны. Галицийская битва тянулась месяцами, втянув в себя сотни тысяч людей, и именно в её первые дни казак Приданников принял свой бой.

Восьмого августа в разгар боя австрийский снаряд раздробил казаку ногу. Тот же снаряд — или другой, близкий — убил под ним коня. Казак оказался на земле: пешком, с раздробленной ногой, в гуще схватки.

Он не лёг. Он не отполз. Он остался в бою.

Пикой — длинной, тяжёлой, неудобной в пешем строю — Приданников заколол троих австрийцев. Когда пика выпала из рук, он взялся за саблю. И зарубил ещё троих.

Шестеро на одного. Шестеро австрийских солдат — и один тяжело раненный казак на земле, без коня, пешком, с одной ногой, которая едва держала.

Потом силы оставили его. Филипп упал — не убитый, но обессиленный. Свои подобрали его на поле боя, вынесли из-под огня. Жизнь удалось спасти. Казака доставили в Киев — и там, в госпитале, командир полка поздравил его с Георгиевским крестом.

Газета «Утро России», сообщая о подвиге, заключила заметку словами, которые сегодня звучат как эпитафия целому поколению:

«Несомненно, что в нашей могучей армии таких богатырей огромное количество. Мы лишены возможности знать их имена, но можем единодушно сказать — честь им и слава!»

Их имена действительно не сохранились — почти все. Подвиг Приданникова уцелел в нескольких строчках газетной хроники да в архивной карточке, где сухо значится: «Приданников Филипп. Оренбургская губерния, Троицкий уезд. Казак. Ранен 8 августа 1914 года». Ни подробностей боя, ни слов самого казака о случившемся. Только дата ранения и географическая привязка к месту призыва.

А между тем в те же дни Борис Суворин, публицист и редактор газеты «Вечернее время», писал о казачестве с восторгом, который сегодня читать почти больно — настолько он оказался пророческим и настолько трагически неоправданным будущим:

«Это племя воинов-землепашцев, пережиток чего-то далёкого, казался им — этим учёным генералам — чем-то абсолютно бессмысленным и каким-то балластом регулярной армии. Но народ, всегда более чуткий и всегда более памятливый, чем его вожди, помнил это храброе племя. "Die Kosacken" шепчут из дома в дом гордые прусаки, уверенные в непобедимости своей армии, — и в один миг уверенности этой нет, лошади скачут медленнее, рука с палашом деревенеет, пика тупеет».

Гордые прусаки и австрийцы действительно боялись казаков. Но дальнейшая судьба самого казачества сложилась так, что через несколько лет после подвига Приданникова «племя воинов-землепашцев» — донцы, терцы, кубанцы, оренбуржцы, уральцы — оказалось под ударом не внешнего врага, а внутреннего раскола. Гражданская война развела казаков по разные стороны фронта, а потом настало время, когда само слово «казак» стало небезопасным.

Филипп Приданников не дожил до этой эпохи — или дожил, мы не знаем. Архивы молчат о том, что было с ним после Киева и госпиталя. Не знаем, вернулся ли он в свою станицу на Уйске, увидел ли жену, поднял ли снова землю. Знаем только одно: 8 августа 1914 года, в галицийском поле, под убитым конём, с раздробленной ногой, он не отступил. Заколол шестерых. И упал.

А дальше — тишина.

Источники
Именной список № 830 убитым, раненым и без вести пропавшим нижним чинам // База участников Первой мировой войны 1914–1918 гг. — Карточка на Приданникова Филиппа: Оренбургская губ., Троицкий у., казак, православный, женат. Ранен 8 августа 1914 г. —

Газета «Утро России», 1914 г. — Заметка о подвиге казака Приданникова: описание боя, награждение Георгиевским крестом. Цитируется по: Иванов А. Забытые герои Великой войны // Русская народная линия, 5 сентября 2014 г. —

Суворин Б. А. О казачестве // Газета «Вечернее время», 1914 г. — Цитируется по: Иванов А. Забытые герои Великой войны // Русская народная линия, 5 сентября 2014 г. —

Лубок «Подвиг казака Филиппа Приданникова» / Товарищество И. Д. Сытина, Москва, 1914 г. — Государственный исторический музей, каталог ШМ — ; Российская государственная библиотека, НЭБ —

Боже, спаси Россию: герои Первой мировой войны // ИА REGNUM, 31 июля 2018 г. —

Это тоже наши герои // Православие.ру, 12 февраля 2015 г.