Исповедь на заборе

   Ситуация была смешной и нелепой. Маша висела вниз головой на высоком заборе, крепко зацепившись за верхний край уродливой металлической конструкции, скрепляющей два полотна строительного ограждения. Правая нога штаниной широких джинсов и распахнутым пальто зацепилась в последнем махе за кривой металлический стержень и теперь все усилия освободиться приводили только к усугублению: штанина всё прочнее насаживалась на крюк, нога всё больнее проваливалась вглубь металлических прутьев…
   -«Как же так, - думала Маша, начиная понимать безвыходность своего положения, - я ведь уже три дня легко перелезаю через этот дурацкий забор, сокращая дорогу с работы домой… Вот так влипла…И скверно, что всё это произошло не на окраине Волгограда, где я как кошка лазала по деревьям и даже имела кличку – «пантера»…, всё это произошло сегодня в законопослушной стране  Голландия, где живут приличные люди, которым и в голову не придёт сокращать путь через стройку.  Я же видела   ограждающую ленточку, потом щит «Прохода нет», а уже дальше, метров через 150, для идиотов было поставлено это непроходимое сооружение, на котором я повисла. И что делать? Сейчас вечер, рабочие придут только утром, сумку с телефоном я перекинула на другую сторону, вон она лежит на щебёнке…»
   Маша старалась успокоиться и собраться с мыслями, подбадривала себя: -«Ты - умная, сильная, смелая, ты решишь эту задачу. И разве для тебя это проблема? Ты уже в 20 лет (а сейчас тебе 40!) ставила себе самые высокие цели и достигала их. Ты всегда шла по жизни прямо и смело, ты никогда ничего не боялась. Разве легко хрупкой девочке, одной, без денег и связей зацепиться в Европе, получить здесь хорошее образование, языки, престижную профессию и работу? А ты всё это сделала. Да, было два брака с богатыми мужчинами, но они прошли мимо тебя, не умножив, а растратив твой ресурс: в одном ты потеряла ребёнка, в другом – чуть не потеряла себя. Ты никогда не приспосабливалась, не унижалась и насилия не терпела, ты - русская. Наверное, это твой несгибаемый характер, да ещё родной город-герой Волгоград. Ты же знаешь, что в Великую Отечественную Войну Гитлер захватил твою любимую Голландию за 5 дней, а дом Павлова в твоём родном Сталинграде не сдавался 58 дней, а ты – оттуда… Значит и сейчас: русские не сдаются! Подумаешь – повисла на заборе…»
   Маша попыталась расслабиться, закрыла глаза. Вспомнила маму, детство, юность. С каким восторгом она, окончив школу, не входила - залетала в третье тысячелетие с отличным аттестатом, музыкальной, художественной, спортивной школой. Она была готова созидать и улучшать мир, она хотела счастья, реализации, правды! Но в её чистом, пытливом уме не складывался образ будущего, не просматривалась идея, вокруг были – коррупция, ложь, обрушение идеалов. Мама, врач-педиатр, ездила продавать какие-то инструменты в Румынию, чтобы привезти ей джинсы; в магазинах – пусто, на улицах – страшно. Даже любимый Петербург, куда Маша уехала учиться в университете, и тот был – бандитский… Нужно было искать другое, справедливое общество и Маша его нашла: она уехала по студенческому обмену и осталась в Европе.  Потом был престижный университет, стажировка в Лондоне, браки, разводы, любовники, упорное продвижение в архитектурном дизайне, карьера, гражданство, путешествия по всему миру, спокойная жизнь в тихом городке у живописного, голландского озера.
   Воспоминания, как слайды, крутились в голове, Маша пыталась в тысячный раз ответить себе на давно терзающий вопрос: - «Что же со мной не так?! Господи! Ну всё же хорошо! Живу в прекрасной стране, люблю её, здорова, имею высокооплачиваемую работу, уверена в завтрашнем дне, меня ценят и, надеюсь, любят… Что же мне всё-таки надо? Почему душа ноет и свербит? Почему я, например, сегодня отказала Марку, он хотел зайти вечером и остаться у меня? Да, он бы пришёл с бутылкой вина, а не с букетом цветов. Да, мы бы выпили вино, съели всё, что у меня в холодильнике запасено на неделю и рано легли спать как скучная, семейная пара без страсти и романтики…, но ведь все так живут…?!  Здесь все мужчины, да и женщины, - рациональны, здесь не тратят деньги, эмоции, время на сюси-пуси…Это только твой школьный обожатель Юрка мог додуматься назвать дочку твоим именем, чтобы каждый день думать о тебе…Печальный, преданный Пьеро - Юрка Морозов…Каждый раз, когда  приезжаю в отпуск домой - заваливает цветами, стихами, песнями…  Кстати, давненько я не была в России, давненько… С Пандемии и не была…, потом началась Специальная Военная Операция, теперь и не знаю… Господи! Как же так? Зачем эта война? Кому нужно это противостояние? Зачем эта ненависть?  Я знаю человек 100 в Волгограде и столько же в Голландии и никто из них не хочет войны; я помню мою бабушку Веронику, польку из Кракова, она учила меня любить людей, природу, всех кошек с собаками, весь мир. А Христос? Уже 2000лет известна эта история: там тоже было противостояние добра и зла, ненавистная толпа кричала Пилату: «Распни его», Христос висел на кресте и проповедовал… Любовь…, и Любовь победила! Как Он говорил: облекитесь в милосердие, снисходя друг другу и прощая взаимно...?  Любовь - от Бога, а ненависть – от дьявола…, ведь это все знают… Зачем сегодняшняя война, агрессия, санкции, закрытые границы, теракты, провокации, угрозы? Вразуми, Господи! Спаси и Сохрани!»
   Машину молитву прервал звук отборного русского мата. Она очнулась и впервые обрадовалась давно забытому забористому сленгу. «Господи! Благодарю тебя!»- связала Маша свою молитву и появление на стройке человека. «Вот теперь можно звать на помощь, теперь услышат», - подумала Маша и выдавила из себя почему-то на английском: -«Help me»… Подошёл мужчина, ухмыльнулся: -«Не придуривайтесь, барышня, я вижу, что вы – русская. Только русская дура могла ночью здесь оказаться…»
   Маша так и не попала домой в эту ночь. Они с Иваном сидели до утра в каком-то сомнительном пабе, пили пиво, потом водку и говорили, говорили, говорили по душам…, как любят и умеют только русские: не задумываясь о завтрашнем дне, порванном пальто, производимом странно-шумном русскоязычном впечатлении. Кто сказал эту гениальную фразу: «Главное в жизни – найти своих и успокоиться?»  Маша была  спокойна и счастлива!