В художнике умер художник

      
       Да, бывает такое, когда у художника мастерство остается, и рука ещё умеет уверенно изображать, а душа не «поёт», и в голове уже не крутится рой всяких замыслов, не рождаются больше идеи, одна лучше другой. Творческая личность часто переживает подобные душевные состояния, ведь в искусстве не бывает прямой, «хорошо освещённой» дорогой, и процесс этот имеет остановки, или  уход в неизветную, новую сторону, или возвращение на  новом уровне к началу, своим истокам, а иногда  становится конечной остановкой, тогда это  печально,и даже личная трагедия...
    
       Однажды, совершенно случайно в своём городе я встретилась с коллегой, вместе учились на художественном факультете, но он был несколькими курсами младше, поступал в институт после службы в армии. Владимир не был в нашей студенческой, творческой  среде таким оригинальным, бесшабашным творцом-экспериментатором,  гениальным рисовальщиком, или особым колористом в живописи, но талант у него был. Мне нравились его работы своей композиционной продуманностью, сделанностью "от уголка до уголка", и всегда со смыслом. В его пейзажах нет ни одного лишнего деревца, всё на своих местах и подробный рассказ до линии горизонта. Наверное, характеР у него был такой основательный, да по возрасту был старше своих однокурсников. Мне, почему-то казалось, что в будущем он будет писать картины большого размера, в которых ему будет что сказать.

      Женился он на однокурснице, пожалуй, на самой красивой «худграфине» и тоже талантливой, со своим женским взглядом  на мир, который отражался в её милых творческих работах, через особое чувство цветовой гармонии. Семья была хоть и студенческая, но крепкой в любви и горести.  Дочь - красавица, владеющая иностранными языками с прекрасным художественным вкусом в своих нарядах.   
      
      Близкими друзьями мы не были, тем более много времени пролетело, поэтому меня удивило приглашение, зайти к нему в гости в мастерскую: «Просто так…» 
Есть неофициальные правила, что с пустыми руками в мастерскую к художникам не заходят, что-нибудь к чаю нужно взять, либо  бутылочку или кофе, в зависимости от обстановки и обстоятельств. Владимир меня остановил, сказал, что у него холодильник всем нужным забит, мне показалось странным эта «богатая» жизнь художника.
      
       Мастерская – небольшая комната на первом этаже жилого дома, даже немного ниже, возможно, когда-то переделали производственное помещение. На стенах развешаны студенческие этюды, я узнала село Малышевку по нашим летним пленэрам, знакомые дома, заборы, поленницы, козы и река с лодками и детворой. Украшали экспозицию портреты наших натурщиков и рисунки обнаженок. Владимир, заметив, что я внимательно рассматриваю выставку, бодрым голосом произнёс:
      — Это для настроения и вдохновения, для себя выставил. Кстати, были и мы, когда-то «рысаками», не плохо рисовали. Эх, золотые времена прошли, есть что вспомнить.
    
        Хозяин хлопочет, вино, бутерброды. Ух ты, ещё и фрукты к столу, в лучшем случае, фрукты в мастерской присутствуют в виде постановки натюрморта. Душевная беседа у нас как-то не получалась, разговор выглядел как отчет художника о своей жизни:
     - После нашего худгафа работал художником-оформителем, всё время хотел денег заработать, достойно семью обеспечить, брался за любую халтуру. Начинал с «оформиловки», это бесконечные доски Почёта, праздничные транспаранты и всякая партийно-информационная чепуха, да и сама знаешь... Успел и педагогом в техникуме поработать, но в лихие 90-ые зарплату перестали платить, уволился, хотя нравилось, и учащиеся меня ценили. А потом профессия художника стала не нужной, совсем никому. Пришлось осваивать евро-ремонт. Это, когда потолок не просто ровный, а с кривыми перепадами уровней, и дверные проемы арочного вида, и в целом – минимализм, никакого декора. Называли это дело  интерьерным дизайном, а по сути, стенки ломали, электрику тянули, шпаклевали, пилили, резали, красили. Новые русские не плохо платили.  А сегодня как-то все сами себе стали художниками и в дизайне все сами разбираются.

       Нет, пойми, я не жалуюсь, у меня всё есть, квартиру сделал, дочь выросл, замуж благополучно выдал, только с внуками не спешит. Одним словом - самостоятельным стал, я и сейчас могу заработать, иногда мне заказывают с фотографии портрет нарисовать или какой-нибудь «вкусный» пейзаж накрасить, главное, чтобы на холсте, в богатой багетной раме и размер – как телевизор. Километры таких картин с закатами за рекой отрисовал, а еще популярностью пользуются копии с картин голландцев, когда на темном фоне аккуратно прописанные цветы в вазе с предметами, я лимон с частично очищенной или нарезанный ножом, могу с закрытыми глазами изобразить.
   
      Вон там видишь, за мольбертом холсты стоят, там на некоторых уже фоны наведены. Помню, как-то пришлось за пару дней сразу несколько картинок рисовать, я расставил на стульях холсты, наводил цвет, как колер, для неба, для земли, реки и по очереди, по всем холстам проходился, но, чтобы все работы одинаковыми не получились, я кое-где изменял… Надоело, понимаешь, на-до-ело!
    
        А в душе всегда мечталось, вот скоро закончу этой халтурой заниматься, и начну для души творить, займусь тем, чем всегда хотелось.  Тем более, какие материалы для художников пошли, мы такого в наших институтах и не видели, и не знали, что такое существуют. Помнишь, акварельные кисточки «колонок» с трудом доставали, а про акварельный картон только мечтали, видели у некоторых настоящих художников такие немецкий альбомы … Сейчас в магазинах художественных товаров, чего только нет, стоишь, разглядываешь, слюни глотаешь, вот бы попробовать! Все бы скупил. Я и скупал...
    
      Я подтвердила:
     - Да, точно, выбор огромный, столько возможностей для художников сегодня открывается. Но только я как-то не заметила у нынешних студентов всплеска творчества или повышенного творческого потенциала, мне кажется, что у нас больше радости было, даже от серой-шершавой толстой бумаги, в которую продавцы селёдку заворачивали.  Ох, хорош этот картон был для набросков хоть тушью, или сангиной. Кстати, в наши студенческие годы в этюдниках у нас было много красок, а у сегодняшних молодых творцов в этюдниках всего по три-четыре тюбика красок, потому что дорого стоят все эти материалы, у некоторых даже этюдников нет, тюбики в полиэтиленовом пакете носят.
     Вместе вспомнили как сами делали акварельную бумагу из обычной рисовальной, вымачивали её в крепком солевом растворе в ванне, потом на планшет натягивали, чтобы высохла.

       Владимир стал доставать и хвастаться тем, какая у него сейчас у него бумага есть:
     - Текстурная, посмотри, вот эта бумага - под «лён», а эта называется «апельсиновая корка», эта «древесина», а какой шикарный набор листов для пастели, самых разных оттенков, да  и сама пастель, например, японская - совсем другая, не сухая, она держится и закреплять её не надо, а какое количество цветов в наборе  – обалдеть, сколько оттенков зеленых и смешивать не нужно, и даже богатый диапазон белых, и разных светлых, и даже есть  золотые, серебряные, медные краски. 
   
      Владимир доставал разные краски: в тубах, баночках, банках, коробках это корейская гуашь, а эта - по стеклу, эта - по ткани, а это -акварельные карандаши немецкие, в 200 цветов, а кисти?! Даже маркеры  сейчас с кистями вместе стали выпускать. И вздохнув, с грустью сказал:
   
       - А я сижу перед шикарной бумагой, с таким набором красок и кистей, и думаю, ЧТО нарисовать? И не знаю, что нарисовать, нет никаких идей, пусто в голове, Я всегда думал, что сейчас трудно, сейчас нужно денег заработать, а вот потом наступит свободное время, когда я буду создавать то, что захочу… Я мечтал об этом времени, и вот, оно наступило, и Что? Это Что ушло, я даже и не заметил. Я понял, что умер во мне художник и, вряд ли воскреснет

       Мне стало понятно его настроение, и чтобы как-то настроить на творчество, шутливым тоном сказала:
      - У каждого художника бывают остановки, передышка, главное начать, чтобы особо не раздумывать, посмотри в окно, пейзаж красивый, бульвар, весна, тополиный пух летает, люди на рынок идут… Вот тебе и темы. Художник грустно посмотрел на меня, и возразил:
    
      - Я пробовал эти пейзажные сюжеты из окна писать, но опять получаются такие же как заказные картинки, такое же небо крашенное, деревья, восход или закат… Хочется другого…

      - Нет, я не про конкретный мотив, можно ведь от натуры отойти и передать чувства, настроение.

       Я вспомнила, что у меня  с собой было письмо от одного нашего выпускника, он моложе нас, я его немного учила на худграфе. Зовут его Сергей, он иногда отправляет мне свои маленькие графические работы, экслибрисы. После института несколько лет он нигде не работал, только творчеством занимался, жена врачом на скорой помощи работала, материальную сторону поначалу на себя взяла.  А он, на домашней кухне создал уголок графической мастерской, линогравюры резал, даже маленькие офорты, размером с открытки, ложкой печатал на простой бумаге. А потом шарахнул, и сразу персональную закатил за рубежом, и поехало, стали приглашать в другие страны, покупать работы, у нас в стране про него заговорили, приняли в Члены Союза художников, все удивились, откуда такой взялся?

       Владимир долго молчал, внимательно рассматривал работы, даже взял лупу, настолько небольшими по размеру были работы, но такие наполненные композиционно до мелких деталей, а столько в них было фантазии!
    
     - Спасибо тебе Тамара, провожу и вернусь в свою «берлогу», не хочется почему-то идти домой.

     А я про себя подумала, что это трагедия, когда в художнике умер художник. Обычный бы человек радовался бы, что много добился... А творческой личности этого мало, своими мыслями живет, сам с собой разговаривает, о чём то другом не всегда материальном мечтает.  У художника обычно столько замыслов, одни лучше других, и все хочется воплотить, в душе, голове, руках происходит постоянная борьба этих внутренних и беспокойных мыслей, желаний, чувств: «Может быть так сделать, нет, попробую по-другому, эх, зря, было лучше, а ну все, это ерунда, я придумал…!»  А. когда уже не придумывается?

     Тамара Давидова, 2022.
(Продолжение следует)