Мои Питерские заметки в конце мая
Первые — это люди (к которым отношусь и я), привозящие с собой ожидание счастья и энергию любви. Этих людей можно легко распознать в толпе по улыбке. Да! Они улыбаются, легко заводят разговоры, вежливо пропускают всех вперед и, порой, хочется прикоснуться к ним рукой, чтобы впитать в себя частичку энергетики под названием «мой самый лучший день».
День первый
Ленинградский вокзал в Москве солнечно помахал мне рукой. «Сапсан» до Питера быстро набирал скорость, создавая настроение приключений. У меня в Санкт-Петербурге запланировано самое долгожданное и самое трогательное событие. Мягкое кресло тихо обняло меня, а неощутимое движение поезда погрузило в философские размышления.
Жизнь - как поездка в скоростном поезде
Жизнь — как поездка в «Сапсане». Сидишь в мягком кресле в вагоне поезда и кажется, что время застыло на паузе, но вот ты поворачиваешь голову, смотришь в окно, и время начинает играть с тобой в странную игру.
За окном мир разделяется на две половины. Вверху, там, где небо, пространственно - временной континуум, как будто приторможен, растянут, плавно и спокойно, почти неощутимо для глаз, движется. Но стоит посмотреть вниз — там сплошные, разноцветные, бесконечно мелькающие линии, поглотившие в себя всё, что рядом с рельсами и создающие полосчатые разноцветья.
Скорость — она вызывает головокружение, невозможность оторвать взгляд от этого теряющего резкость стремительного движения. Ты завороженно смотришь в одну точку, а по другому просто невозможно, и в этот момент скорость открывает тебе иллюзию стремительно меняющихся, слипшихся в цветные мутные линии, потоков жизни.
Жизнь — как поездка в скоростном поезде. Кажется, что спокойно сидишь и ждёшь своей остановки, но истинная правда в том, что ты стремительно движешься, почти летишь к конечной станции, к финишу, где машинист поезда будничным голосом объявит: «Наша поездка завершена! Всем спасибо!».
День второй
Петербургский отель в старинном особняке восемнадцатого века не даёт забыть о временах, когда по этим лестницам плавно скользя и приподнимая подол длинного платья из шёлка, спускалась некая княжна — одна из самого именитого фамильного рода России.
Последние дни мая, в городе буйно цветёт ароматная сирень, а около автобусной остановки полная женщина в синем хозяйственном фартуке продаёт ландыши, плотно перевязанные черной нитью в пучок. Большой за тысячу, маленький за триста рублей.
— Девушка, купите себе букетик! Ведь если вы не увидите первых ландышей, то опоздаете на всю весну! — деловито говорила она, смело цитируя детский мультфильм о паровозике из Ромашково.
Иду дальше по солнечной стороне Невского проспекта и ловлю себя на том, что улыбаюсь! Как будто белоснежные ландышевые цветочки поселились где-то в сердце и весело щекочутся там изнутри. Улыбаюсь от счастья и подставляю солнцу свой уже покрытый веснушками нос.
Эрмитаж
— Там же столько картин, что можно устать и заснуть! — сказал мне на входе в музей ухоженный, довольно пожилой джентльмен, одетый в льняные светлые отглаженные брюки и слегка потертую плетеную шляпу.
— Зачем же вы пришли? — улыбаясь ему, спросила я.
— Свою королеву привёл. Она там, в царских залах уже два часа ходит, смотрит что - то. Я лучше её здесь подожду. А ты, милая, если встретишь там прекрасную даму в роскошном голубом платье, передай, что у меня всё хорошо. Жду её тут, как всегда, как и обещал много лет назад, до самого своего последнего вздоха. Вот так, милочка, вот так.
Он приподнял шляпу, аккуратно пригладил вспотевшие волосы, театральным жестом водрузил её обратно на голову и подмигнул мне.
Я медленно поднялась по Парадной лестнице. С каждым залом, с каждой картиной я наполнялась чем-то божественным. Казалось, что великая сила искусства приподнимала меня над паркетом и я, как мистическое существо, плавно передвигалась в воздухе. От полотна к полотну. Стоп! Надо остановиться и вдохнуть свежего воздуха, чтобы не расплескать свою наполненность. В состоянии легкой эйфории я видела вокруг себя только прекрасное.
Молодой паренёк
Окно с распахнутой форточкой — редкое явление. Свет и воздух — не самые лучшие друзья музея. Однако, сегодня жарко.
Я стояла у открытого окна и вдыхала дождевой воздух. Фонтаны, во внутреннем дворике Дворца, богато взмывали воду вверх и распадались в цветочном орнаменте.
Молодой паренёк с телефоном в руке громко что - то сказал, подошёл, обращаясь ко мне:
— Подскажи где….
И замолк в смятении.
— Ой, я это. … Думал, что ты молодая, хм …
И отошел так же быстро.
— Парнишка, а я и молодая! Я просто из другого времени…
День третий
Сегодня именно тот день, ради которого стоило пересечь океан или покорить вершину горы. Ради этого главного события мчалась в Санкт-Петербург.
Сегодня я царица. Зеркало в номере отеля не может обманывать: итальянская юбка из нежнейшей сетки, по всей длине которой шёлковыми нитками вышиты цветочные узоры, и густо расшито разноцветным бисером. На шее старинное колье со стразами и жемчугом, украшенное подвесками из матового огранённого хрусталя, цвета карамели.
Еду в такси и с волнением уже десятый раз перечитываю заранее подготовленный текст. Слова, слова, слова… За этими словами много лет самого трудного и самого прекрасного пути, самых чудесных и тревожных дней, самого лучшего, что могло случиться со мной в этой земной жизни.
Не без труда открываю массивную старинную резную дверь Дворца на Английской набережной и с трепетом поднимаюсь по парадной лестнице из белого мрамора. Я протягиваю вперед руки и вижу смотрящие на меня, самые любимые в мире, синие глаза моей дочери.
Белоснежная фата нежным невинным облаком покрывает её хрупкие плечи. Из-под подола белого платья выглядывает туфелька цвета жёлтого золота, как купол Исаакиевского собора, где она сказала Ему — «Да!».
Петербург — это город, где невероятным, сказочным образом ангел с белыми крыльями оставил свои стрелы в двух нежных сердцах, чтобы они бились в унисон, глядя как разводят мосты.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
30.05.2024
(Фото из личного альбома)
Свидетельство о публикации №224060200033