О хороших вопросах

О ХОРОШИХ ВОПРОСАХ КЛЕМЕНТЬЕВА МУРАВЬЁВУ.

Вначале я приведу несколько мест из интервью, в котором Владимир Клементьев интересуется у Муравьёва, - куда подевалась «феноменология духа» в его работе?

«Климентьев В. Е.: «…у Вас не выделено в качестве отдельного этапа сознание как таковое с его подразделами. Почему?»

Муравьёв А. Н.: «Его мне не понадобилось выделять.»; «Почему мне, говоря об образовании, не потребовалось специально говорить о феноменологических ступенях развития сознания как такового? Потому, что эти ступени не представляют собой предмета специальных усилий духа…»; «Воспитание сознания, самосознания и разума духа человеческого индивида происходит в некотором смысле стихийно…»; «Вот эти три феноменологических формообразования … суть сознание, самосознание и разум … формируются таким вот, повторю, стихийно-нравственным образом.»

Климентьев В. Е.: Получается, что если это происходит только лишь стихийно, то оно может и не сложиться.

Муравьёв А. Н.: Нет, в том-то всё и дело, что если происходит общение, а его не может не быть, то это сознание вообще не может не сложиться.

Климентьев В. Е.: Но если мы посмотрим на некоторых уже взрослых людей, то складывается впечатление, что с ними этого не случилось.

Муравьёв А. Н.: Ну почему же?

Климентьев В. Е.: Потому, что люди застревают на фазе вожделеющего самосознания и до стадии признающего самосознания, а тем более до разума они не доходят, если уж во всех подробностях говорить по гегелевскому изложению этого процесса.

Муравьёв А. Н.: «Не думаю. Как они могут до него не дойти?»; «Куда им деваться, извините меня?»; «Тут не требуется никаких сознательных решений, ибо сама жизнь учит их, как надо жить. Вот почему говорится: «Жизнь научит!», «Жизнь заставит!» и тому подобное.»»

Источник: «Философия в эпоху единства сущности и явления», Интервью с А.Н. Муравьёвым 2019 г. Сайт: «ФИЛОСОФ&Я — школа мысли».

Весь комментарий, который я собираюсь представить ниже, собственно говоря, будет лишь расширением вышеуказанного возражения Муравьёву со стороны озадаченного визави: «люди застревают на фазе вожделеющего самосознания и до стадии признающего самосознания, а тем более до разума они не доходят.»

1) Дело в том, что не нужно ходить далеко за примерами, подтверждающими справедливость указанного положения. Непосредственно сам немецкий народ и ближайший наследник, казалось бы, посткантианского идеализма, не обнаружил ступени «всеобщего сопризнания» в качестве абсолютного принципа духа, когда волевым и некритическим образом, к середине 20го века, стал претворять, из прокламации в жизнь, нигилистические манифесты своих, на тот момент, лидеров, к слову, не предполагавшие ни в реальности, ни в потенции, равенства немцев евреям, цыганам, славянам и многим другим народам.

2) В более внутренней сфере, – марксизм, – популярнейшее мировое движение, также не предполагает и вовсе не носит в себе идеи симметриального сопризнания противоположных Субъектов, ибо за классом предпринимателей с точки зрения Маркса, Энгельса, Ленина не наблюдается сколь ни-будь прочной и бесконечной потенции духа, не подлежащей всеобщему поглощению и подчинению в чистой, революционной воле народа. Общественный идеал у марксистов не мыслится как система светящихся друг против друга Самосознаний, синергетически связанных, одновременно прозрачных и обособленных друг от друга, поскольку марксистский субстанциализм не достигает понятия «аффирмативной интерсубъектности» в качестве абсолютного коррелятива для всех социальных взаимодействий, и лишь растворяет, и вычищает различия в общей, медленно стынущей магме первоначального выброса творческой силы.

3) Далее: точно такой же, по сути, нигилистический и себялюбивый способ реализации духа мы обнаружим, если пойдем от обратных марксизму диалектических интенсиональностей. - Мы обнаружим, что многие финансисты, предприниматели и государственные чиновники, мыслят и действуют так, словно всегда имеют в шкафчике письменного стола, на расстоянии вытянутой руки, книгу «Единственный и его собственность» Макса Штирнера, где лейтмотивом идёт его восклицание: «Я не хочу ничего в тебе признавать или уважать, ни собственника, ни нищего, ни человека: я хочу тебя использовать.»

4) И мы обнаружим все то же, если мы спустимся ещё глубже, и в самые недра народов и индивидов: в пространства аппрезентаций, откуда выносятся смертные приговоры за иртидат, где представитель одной из религий не может без смеха слышать, что представитель другой, сколько бы честным и справедливым он не был в своих выражениях, перед другим индивидом, может быть равен ему, без прохождения процедуры «гюира», без уверения в тождестве с ним, через публичное произнесение слов «шахады», без отрицания «Filioque», - что остается простым формализмом собственной исключительности, и специфического понимания разума лишь до тех пор, пока остаются не разогретыми классовый, корпоративный и национал эгоизм; в набухшей, внутри себя чувством рессентимента, критической массе, недостаёт иногда, лишь одного, самого непреднамеренного толчка, чтобы последняя плёнка между одной и другой, разгорячённой и неосознающей последствия группой, расселась во славу Кибелы, и новые реки крови, на фоне седеющих между развалин детей, ещё раз запечатлели для нас, ту, издревле великую пропасть, которая, в недрах сердец, отделяет разумное и инклюзивно-аффирмативное отношение к контрсубъекту, от возводимого в высший, и непреходящий как буд-то бы «принцип рессентементарного вожделения», и нигилистической воли, к нему. 

*Но и спустя несколько лет Муравьёв не изменяет своей позиции в отношении «дефицита всеобщего самосознания» в самых различных народах и пр. общественных группировках, когда утверждает, что «…Гегель … преодолевает представление Фихте об абстрактной противоположности между разумом и неразумием – в этом народе дескать разум, а в тех диких и варварских неразумие какое-то якобы есть…» (Лекция в магазине «Даль» 23.02.2026г. Опубликовано в группе vk под заголовком «Понятие мира и войны в классическом немецком идеализме» 04.03.26г.)