Подозрительно

6 июня 2024 года. " По данным следствия, несколько лет мужчина собирал сведения о военной и военно-технической деятельности России, уклоняясь от обязанности зарегистрироваться в качестве иноагента".

"Все должны быть на посту.

Везде удвоить бдительность, обдумать и провести самым строгим образом ряд мер по выслеживанию шпионов и белых заговорщиков и по поимке их".
(В.И. Ленин)

Шел тысяча девятьсот шестьдесят шестой год. Зимы тогда были особенно очень холодные на Волге. Но мужики все равно уходили рыбачить, сверлили в скрипящем льду лунки, вытаскивали из-подо льда окуней и судаков. Хвастались своими наживками и мормышками, доказывая друг другу, что именно вот эта насадка самая лучшая.  Вот это жизнь! Ну, конечно, водочкой согревались. Пили не  столько для настроения -оно и так было отличным, а для сугреву. И то правда! Посиди несколько часов на морозе и ветру!
А вот Аркадий Борисович Рыбин рыбалки не понимал. Особенно зимней. Как можно целый день на льду сидеть! Ну, хоть кита поймай! И что?!  Настоящая трата времени. Так серьезные мужчины не поступают.
Неужели нечем людям заняться? Лично у Аркадия Борисовича  времени баловаться нет. Хватает лишь на очень важные дела. Аркадий Борисович считал даже, что дело его - оно государственной важности. Аркадий Борисович видел в окно возвращавшихся с рыбалки рыбаков, они тащили удочки и ящики за спиной, вроде рюкзаков. Ну и пусть рыбачат, коли на другое дело у них мозгов не хватает! Сам Рыбин неустанно трудился с утра до вечера - до наступления темноты, без выходных, над своей толстой тетрадью, что-то писал в нее, корректировал, что-то чертил химическим карандашом при помощи школьной  линейки, перепроверял записи.  Тетрадь свою он прошил суровыми нитками, пронумеровал страницы, скрепил концы узелка сургучом и отпечатком красноармейской звездочки с пилотки отца. Была на последней странице сделана запись: "Всего в настоящей тетради пронумеровано и скреплено отпечатком звездочки 96 листов". Тетрадка хранилась на книжной полке за книгами. В столе держать свою работу Аркадий Борисович боялся, несмотря на то, что у него был письменный стол с запирающимися на ключик ящиками. Никто не должен был знать о существовании этой тетради, особенно вражеская разведка! Узнай шпионы про его записи, жди гостей!  Тайно пробраться в его квартиру, возможно, например, во время короткой прогулки. Редко гуляя во дворе, Аркадий Рыбин наблюдал за дверью своего подъезда. Всех жильцов он знал в лицо, а посторонних изучал издалека: могут ли они быть шпионами? Если очень несуразно одет - значит, потенциальный шпион! И тогда Рыбин бежал в подъезд вслед за предполагаемым шпионом, становился у своей двери, делая вид, что ковыряется в замке.
Однажды Аркадий Борисович понял, что его работа настолько важна, что ее можно приравнять по значимости к полёту вокруг Земли. Самая сложная работа - это когда ее не видно.
Весной страницы закончились, и Аркадий Борисович сделал еще одну надпись, но на обложке: "Начато: 7 ноября 1965 года. Окончено: 1 мая 1966 года. СЕКРЕТНО"
Аркадий Борисович Рыбин вынул из шифоньера свой старый и единственный костюм, достал из шкафа коробку со значками, и стал аккуратно цеплять их на пиджак: значок октябренка, значок пионера, значок комсомольца - они были важны Рыбину, как символ его молодости и преданности стране. Далее он нацепил значок "Победителю соцсоревнования", Значок ГТО, и значок с портретом певца Дин Рида. Рыбин надел клетчатую фланелевую рубашку, полосатый галстук, пиджак, причесал волосы, Надел пальто и валенки, сунул под мышку тетрадь, и вышел из дому.
На трамвае № 2 он проехал три остановки, вышел, и направился к большому желтому зданию с белыми колоннами и массивной деревянной дверью. Это было областное управление комитета государственной безопасности.
В фойе Рыбина встретил вахтер в военной форме и в фуражке с синим околышем.
- Вы к кому? - спросил вахтер, - По какому вопросу?
- По вопросу государственной безопасности, - прошептал Рыбин, отдавая честь, - дело очень важное и срочное, прошу провести меня к самому главному начальнику!
- Пройдите сюда, налево, там с вами поговорит товарищ капитан, дежурный по областному КГБ.
- Я должен доложить непременно самому главному начальнику, ибо дело очень щекотливое и опасное.
Вахтер позвонил по телефону, и скоро по мраморной лестнице спустился офицер КГБ.
- Товарищ Рыбин? Спросил офицер, посмотрев документы, - следуйте за мной.
Майор привел Аркадия Борисовича в свой кабинет. Непонятно было, какую должность занимает офицер. "Но, ведь, в КГБ нет второстепенных работников" - подумал Аркадий Борисович.
- Слушаю Вас! - майор придвинул к Рыбину стул.
- Вот. - Рыбин протянул тетрадь, плод его неустанной работы.      
Майор взял тетрадь, раскрыл ее, и стал читать:
"7 ноября, 10 часов 24 мин.  В левую сторону проехал грузовик с транспарантом "СЛАВА ВЕЛИКОМУ ОКТЯБРЮ!"
"7 ноября, 10 часов 45 мин. В правую сторону проехал грузовик с надписью "ХЛЕБ". Особых подозрений не вызвал".
"7 ноября, 10 часов 50 мин. В правую сторону проехал мотоцикл с коляской черного цвета. В коляске женщина. Подозрительно".
"7 ноября, 12 часов 02 мин. В левую сторону проехала машина- бочка. Остановилась на обочине. Крайне подозрительно: говновозка зимой?"
 "В 12  часов 40 минут бочка с нечистотами продолжила движение в левую сторону"
Офицер быстро пролистал толстую тетрадь, и везде были однотипные записи о проезде транспортных средств влево и вправо.
- Что это такое? - спросил офицер.
- Это журнал наблюдения, который я вел из своего окна на кухне! - Гордо заявил Аркадий Борисович Рыбин, и опять отдал честь, - я просто посчитал, что данная работа окажет вам, в КГБ, неоценимую помощь в деле поимки шпионов.  За указанный на обложке период наблюдения, мною были зарегистрированы 1456 транспортных средств. Полагаю, многие причастны к мировому сионизму. Товарищ майор! Скажу вам то, чего не хотелось бы говорить, но я вынужден! По улице по субботам и воскресеньям ходят одинаково одетые рыбаки, еще и с удочками! А подъезд мой провонял кошачьей мочой. Подозрительно!