Не пей кофе где попало

                Книга 18
               
- Да почему я-то? – возмущался юный полицейский Мэтью Оланд увидев дело, которое ему поручил расследовать шеф Уве Линдберг.
Оланду досталась серия загадочных случаев, которые объединили в одно расследование, и назвали «дело о маньяке в ванной». Серийник убивал мужчин, но никто не понимал, каким образом и почему. Да и о том, что это убийства, а не несчастные случаи, догадались только тогда, когда в архиве переносили бумажные дела в цифровую версию.
Именно тогда сотрудник архива заметил закономерность: один раз в год, десятого ноября, молодые мужчины: белые, холостые, спортивного телосложения, тонули в ванных собственных квартир. Всех их объединяло то, что они жили в районе Эдсберг и ездили 607 маршрутом автобуса со станции метро «Соллентуна».
По статистике, шестьдесят процентов несчастных случаев дома, происходят именно в ванной. Поэтому никто бы и внимания не обратил на несчастных, если б не было совпадений по их месту жительству, датам убийства и маршруту их возвращения домой. Убийства начались еще десять лет назад и могли бы безнаказанно продолжаться, если бы не внимательность и дотошность сотрудника архива.
Сначала Уве отдал это дело Ульрике Ульссон. Она проверила водителей работающих на маршруте. Но оказалось, что на нем работали и мужчины, и женщины, белые, азиаты, смуглые, мусульмане и христиане. И никто и никогда не работал на этом маршруте хотя бы дважды в роковую дату. Водители всегда были разные.
Затем она проверила работу, общих знакомых, соседей пострадавших, хобби, спортивные клубы, которые они посещали.  Совпадения были лишь в трех случаях. Мужчины посещали одну парикмахерскую. Но чему удивляться, ведь в этом районе было всего две парикмахерских. А многие люди стригутся около дома в выходные дни.
Общим в этих убийствах было также то, что все жертвы были холостыми. Именно поэтому им никто не мог помочь в трудную минуту. Но даже в личной жизни были отличия. Двое из них редко встречались с женщинами, и не приводили их домой. Другие -  были откровенными бабниками, знакомились в «Тиндере» и других приложениях, и имели множество контактов. Один был пилотом, и занимался сексом где-нибудь вне Швеции. И двое были просто геями. Так, версия о роковой любовнице с комплексом Клеопатры испарилась без следа.
И вот сегодня Ульссон скинула дело Оланду, как заведомый глухарь, без сомнения, с молчаливого согласия начальника Уве Линдберга. Тот уже поручил Ульрике поиск пропавшего менеджера крупной ай-ти компании.
Молодой полицейский еще раз посмотрел на дату убийств. Знакомая дата. Десятое ноября – день рождения особенного человека. Особенного не для него, Оланда, а для начальника – Уве Линдберга. Но тот скорее всего вспомнит об этом факте ближе к вечеру. А прямо сейчас, подумал Мэтью, пока именинник еще дома, можно заскочить к нему под предлогом поздравления с днем рождения и попросить совета.
Мэтью выскользнул из офиса, на ходу придумывая отмазки, если начальство хватится его, зашел в магазин с алкоголем, купил бутылку виски:
- Дорого, но он – моя последняя надежда! Если не раскрою дело, коллеги до конца жизни не будут воспринимать меня всерьез! – решился молодой полицейский и, заплатив за алкоголь, рванул к дому на Свеавеген. Там пешком поднялся на четвертый этаж, в старинном доме не было лифта, и постучал.
Дверь тут же открылась и Мэтью увидел одетого в верхнюю одежду, с чемоданом в руках психолога- криминалиста Эльсинора Берадзе:
- С Днем рождения! – прозвучало скороговоркой поздравление Оланда.
- Это так ты о помощи просишь? - взял бутылку высокий черноглазый мужчина и поставил её на тумбочку в коридоре.
- А..а, вы уезжаете? – растерялся молодой человек. «Вот облом» - пронеслось в голове, но вслух спросил: - Рабочая поездка?
- Да. Наш ректор решила совместить приятное с полезным. То есть отметить мой день рождения, - в голосе Берадзе слышалось недовольство, - и …
- Вы мне не сможете помочь? – Мэтью еле поспевал за Эльсинором, спускавшимся по лестнице пролет за пролетом.
- Уве ведь не знает о твоем приезде сюда? – резко остановился на первом этаже Берадзе и Оланд по инерции столкнулся с ним.
- Это дело… Ульссон и Уве заняты… - пробормотал он что-то неясно.
Берадзе развернулся и пошел к парковке. Мэтью увидел как он подходит к черному автомобилю Jeep Grand Cherokee. Оланд удивился. Он знал, что этот красавчик двадцать третьего года выпуска принадлежит Берадзе. Однако знал и то, что психолог не сам купил этот автомобиль. Это подарок от дяди, Грегола Маргиани. И Мэтью и все в их участке знали, что Берадзе люто ненавидит эту машину, и всегда перемещается общественным транспортом.
- Что же могло заставить его сесть сегодня за руль? – пробормотал Оланд.
- Ты же в курсе, что говоришь вслух? – спросил его Берадзе.
- Хм, хм, так …почему? – осмелился повторить свой вопрос Мэтью.
- Мы едем в Гётеборг всем коллективом на пару дней. Однако ректор не переносит самолеты.
- Но есть же поезда?
- Лет десять назад это был бы вариант. Тогда поезда ездили с нормальной скоростью, и добирались за семь-восемь часов до западного побережья. Но теперь поездом из Стокгольма в Гётеборг можно добраться за три часа, скорость сумасшедшая и ощущения, типа закладывания ушей, тошнота, головокружение у бедной Карин те же, что и в самолете. Так что…- на мгновение Берадзе представил дорогу.
С ним в машине поедет Стиана Свейн, художница, которая его терпеть не могла. И учитель французской литературы, который имел мнение обо всем на свете и ни на секунду не умолкал. Кто назовет это приятной поездкой? Кинь в меня камень.
- Так что? – вывел из задумчивости Мэтью Эльсинора. – Посмотрите дело на досуге? – полицейский всё еще хватался за соломинку.
- Отдай, отдай, отдай! – неожиданно мужчины услышали детский крик. В нескольких метрах от парковки, на коленях, сидел мальчишка лет одиннадцати. Он кричал вслед убегавшим подросткам, толкнувшим и выхватившим из его рук рюкзак.
Психолог и полицейский поспешили к мальчику. Тот в отчаянии заламывал руки и кричал так, словно наступил конец света.
- Не могу поверить, что так можно убиваться из-за школьного рюкзака, - удивился Мэтью, подходя к мальчику.
- То что чепуха для тебя, может быть важным для другого человека, - заметил Эльсинор. – Что случилось? – подал он руку мальчишке.
- Я шел со школы, - указал ребенок куда-то в сторону. – А тут они, толкнули меня и схватили рюкзак.
- У тебя в нем телефон, учебники, какая-то дорогая игрушка? – уточнил Мэтью. Мозг полицейского включился в работу. Мальчик посмотрел на него огромными карими глазами и зарыдал пуще прежнего:
- Брелок.
- Брелок? – потерял мгновенно интерес Оланд.
- Брелок? – заинтересовался Эльсинор. – Кто подарил его тебе?
Мальчик переключил внимание на Берадзе, кажется этот взрослый что-то понимает в жизни:
- Папа.
- Но папа не будет же ругаться? – уточнил Оланд.
Но в ответ мальчик лишь сильнее разрыдался.
- Этот дядя – полицейский, - начал успокаивать Берадзе ребенка своим мягким, завораживающим голосом, - расскажи ему всё и он попытается помочь.
- Я? В поисках брелока? – возмущенный Оланд не верил своим ушам. Как Берадзе мог такое вообще предложить?
- Ты же хочешь, чтобы я помог тебе? – шоколадные глаза психолога смотрели в светлые глаза обомлевшего Оланда. Потом он снова посмотрел на ребенка: - Как тебя зовут?
- Меня зовут Анвар и у меня был брат-близнец Ансаф, - затараторил мальчик: - И раньше мы жили в Алеппо, в большом доме, у нас росли деревья с лимонами во дворе. И мы с братом играли на улице в футбол. На той улице жили наши друзья и другие родственники. Многие играли в футбол. Мы мечтали стать чемпионами. И однажды папа подарил мне и брату одинаковые брелоки с футбольными мячами. А потом началась война, - мальчик умолк.
Берадзе понимающе кивнул и ребенок продолжил.
- Бомбы падали и мы больше не играли в футбол. На улице стало грустно. Все кого-то потеряли. И родители решили уехать из Сирии. Папа заплатил человеку, и тот перевез нас через горы в Турцию. Потом мы плыли на резиновой лодке в Грецию. Она была большая. Но людей было еще больше. И все хотели есть и пить, - лицо мальчика потемнело от боли воспоминаний. – А потом лодка перевернулась. Маму и меня спасли люди в оранжевых жилетах. Папу мы потом нашли на берегу. Он утонул. А Ансаф, - ребенок заплакал, - брелок, это всё, что у меня осталось на память от него.
- Ты же рядом живешь?- уточнил Берадзе, вопросом переключая внимание маленького беженца.
- Да, у маминого брата.
- Вот и хорошо. Мэтью проведет тебя домой, а потом найдет тех, кто украл брелок.
- Но как? – сопротивлялся идее Оланд.
Берадзе поднял палец вверх.  Мэтью проследил взглядом за его пальцем. Прямо над ними висела камера видеонаблюдения.
- Эта улица – одна из центральных. Здесь по три камеры на каждый квадратный метр. А в вашем офисе на компах установлена программа распознавания лиц. Если уж ты с этим не справишься, уверен, что можешь называть себя полицейским? – Эльсинор взял из рук Мэтью папку с делом «Маньяка в ванной». – Созвонимся, - и направился снова к автомобилю. Всё, что оставалось Мэтью, это проследить, как черный джип выезжает со двора.
- Я заключил контракт с дьяволом? – прошептал он, пока Эльсинор направлялся в сторону Сольны, там он должен будет подхватить учителя французского. Потом он направится в район Мэшта, там живет Стиана.
- С днем рождения, с днем рождения, мон ами, наверное не так вы хотели отметить свой день рождения, - сходу начал преподаватель французского Лука Олофссон как только сел в автомобиль. Ему было около сорока пяти лет, по отцу швед, по матери грек, но в свою речь постоянно вставлял французские словечки. И стоит ли говорить, что об истории и литературе Франции он мог говорить часами. Впрочем, сегодня это даже будет к лучшему, определился Эльсинор.
Когда они доехали в Мэшту, к дому рядом с администрацией района, Стиана уже ждала их у подъезда. Её рыжие гладкие волосы сияли в свете солнца, а янтарные глаза холодной гладью смотрели на Эльсинора. Внешняя враждебность скрывала внутренний раздрай. Однажды они переспали с Эльсинором, и она ему не могла этого простить. Или себе.
Она немного удивилась автомобилю Берадзе, но потом сама себя одернула, мол, а чего ты ожидала от этого «Казановы». Конечно же, он купит самый большой автомобиль для самоутверждения.
Её настроение совсем испортилось, когда Эльсинор открыл перед ней дверцу машины. Рост Стианы был невысоким, машина же просто огромная, и она почувствовала себя гномом нелепо влезающем на Белоснежку.
Берадзе закрыл за ней дверцу, сел на водительское кресло и снова завел автомобиль. Выехал на трассу и помчался в сторону заправки, где встретятся по предварительной договоренности, несколько автомобилей с преподавателями их университета.
- И нет, - болтал без умолку Лука Олофссон, за полетом мысли которого невозможно было уследить, - отвечу вам, теперь я не решусь ехать в Баку на футбольный матч, хоть это и отборочный матч на Евро- 24. И всё из-за проклятых фанатиков. Вы же знаете? – обратился он к Берадзе, - недавно расстреляли двух шведов на матче? И это Европа! Что же говорить о других странах?
- Да, я слышал об этом, - кивнул Берадзе, не став уточнять, что лично принимал участие в расследовании убийства.
Через полчаса преподаватели университета встретились на автозаправочной станции, выпили по стаканчику горячего кофе и снова расселись по автомобилям. Кортеж двинулся в дальнюю дорогу. Ехали быстро. Скорость давно преодолела барьер 100 километров за час.
Остановки сделали только в Катринехолме и Яншопинге. Когда остановились второй раз, коллеги зашли в кафе пообедать, а Эльсинор остался в автомобиле, достал из бардачка папку с бумагами, которые передал ему Оланд, и углубился в дело «Маньяка в ванной».
Данных было совсем мало, те убийства, которые произошли больше десяти лет назад, вообще имели только заключения экспертов, но и те не обнаружили ничего существенного. Да и что они могли обнаружить?
Мужчины жили сами. Если бы их не кинулись искать на работе, то они бы еще долго лежали в своих ванных никем не найденные. К тому времени, как они попадали на стол патологоанатомов, какие- либо подсказки исчезали и даже если в крови был токсин, приведший к потери сознания и дальнейшего утопления, период распада давно прошел, и эксперты ничего не находили.
Нужно больше подсказок.
- Мэтью, - позвонил он молодому полицейскому, - ты еще в офисе?
- Выхожу из него, - услышал ответ.
- Едь на станцию в Соллентуне.
- Зачем, вечер же уже, - удивился парень.
- Вот именно. Жертвы возвращались домой в такое же время. Проедься по их маршруту, а потом детально мне всё опиши.
- Ладно, - неуверенно согласился Оланд. Конечно, эксперимент на месте идея не плохая, но знать бы с чем имеешь дело. Он перевел взгляд на компьютер, где работал с записями с видеокамер.
Поиск брелока сирийского мальчика привел к неожиданным результатам. Вот это находка! Он уже предвкушал, как удивит Эльсинора. Жаль, придется подождать.
Сейчас, уставший и голодный, он поедет по маршруту убитых мужчин. Без сомнения, они тоже так чувствовали себя после рабочего дня, и это добавит реальности эксперименту Берадзе.
Кортеж автомобилей добрался в Гетеборг в восемь часов вечера. Карин сняла гостиницу недалеко от центра города. Она располагалась в старинном здании, и хозяева постарались сохранить дух эпохи до мелочей. Поэтому не стоило удивляться слегка потертым ковровым дорожкам на винтовых лестницах, тяжелым деревянным столам в столовой, подсвечникам, подобию библиотеки на втором этаже и картинам на классические сюжеты в номерах.
Эльсинор вошел в свой номер. С радостью скинул с себя одежду и стал под воду в душе. Целый день за рулем утомил его. Больше всего на свете ему хотелось полежать сейчас в кровати и расслабиться. И уж точно не хотелось идти на ужин с коллегами и принимать фальшивые поздравления. Выкупавшись, он залез под одеяло и потянулся в свежести простыней. Закрыл глаза и отключился.
Но поспать ему не дали. Пикнул сигнал телефона. Эльсинор был уверен, что неугомонная Карин уже заказала ужин и ждет их в столовой. «Откуда столько энергии берется? Тоже ведь провела целый день за рулем?» - подумал он, и нехотя встал с постели.
Сегодня он наденет тёмно-синий костюм, прекрасно сочетавшийся с его черными глазами и волосами. Белая рубашка освежит образ. Он расчесал густые волосы и уже собрался выйти из номера, когда услышал стук в дверь.
Конечно же это была ректор Карин Карлссон, которая даже на другом побережье Швеции пыталась контролировать своих подчиненных.  Вместе с тем, выглядела она не как ректор, а женщина, идущая на свидание в дорогой ресторан. Впрочем, и сама гостиница, и ужины в ресторане при ней были действительно роскошными и дорогими.
Кажется, Эльсинор впервые видел её в платье. И ему нравилось то, что он видел. Несмотря на возраст, в бледно-голубом платье на серебристых бретельках выглядела она отлично. Этому без сомнения способствовал активный образ жизни. Постоянные тренировки, бег, бассейн, отдых на лыжных курортах сделали её фигуру стройной и поджарой.
- О, наши наряды сочетаются, - обратила внимание Карин на его синий костюм. Потом резко сменила тему и протянула Эльсинору свой смартфон: - Видел? Твой тайный поклонник, хотя уверенна, что это поклонница, поздравил тебя с днем рождения в блоге НИЭБ. И пожелал, - она хохотнула, - ну что за фантазия у человека, побольше убийств.
- Какая глупость, - прокомментировал Берадзе, мягко отодвигая от себя гаджет, - пойдемте ужинать, - галантно подал он ей руку. Она с улыбкой приняла его жест.
- Джентльмен, - подмигнула она ему.
- Леди, - вторил он ей в тон.
Они вместе пошли по коридору, по слегка затертым дорожкам, косившим под старину. Через несколько метров увидели Луку Олофссона. Тот настойчиво стучал в дверь к Стиане Свейн.
- Что случилось? – поинтересовалась Карин.
- Мы договаривались вместе пойти на ужин, я должен был зайти за ней, но вот. Дверь не открывает, - растерялся француз. Берадзе нахмурился. А Карин подошла к двери, толкнула её и прокричала:
- Стиана, я вхожу, - сделала шаг внутрь, - О Боже! – Тут же спохватилась ректор: - Она без сознания! – перед ними в бордовом вечернем платье на полу лежала Стиана Свейн.
На крик Карин сбежалось еще несколько коллег. Берадзе жестом показал, чтобы они не входили в комнату, а сам подошел к женщинам. Распластанной Стиане, чью бледность подчеркивало темное платье и рыжие волосы и Карин, чье светлое платье усугубляло трагизм картины.
Одного мгновенья ему хватило, чтобы понять, что это именно картина, постановка, розыгрыш. И если Стиане удавалась её роль, то Карин уж слишком театрально заламывала руки. Однако, он решил продолжить игру и сделать то, что точно заставит женщин признаться в содеянном.
Он присел около тела  и совершенно серьезно произнес:
- Нужно попробовать сделать искусственное дыхание, - и приблизил свои губы к нежным губам Стианы. И если б она стояла, она бы шагнула назад. Но она лежала на полу и спрятаться было некуда, поэтому инстинктивно выкинула руки вперед, отталкивая наглого мужчину.
- Ни за что!
Но её возмущение утонуло в радостных возгласах коллег:
- С  Днем рождения! – и на них троих, Стиану, Карин и Берадзе посыпались блестящие конфети. Ему оставалось лишь рассмеяться вместе со всеми. Шутка удалась, браво!
- Ну всё, все, теперь уж точно пора ужинать! – успокаивала всех Карин и проталкиваясь сквозь коллег, потянула за собой Эльсинора в ресторан.
Позже, когда все поели и немного выпили, Стиана спросила Эльсинора:
- Если Вы с самого начала знали, что мы разыграем вас, почему ничего не сказали?
- Из-за синей травы, - неопределенно ответил Эльсинор.
- Синей травы?
- Помните, однажды тигр поспорил с ослом. Тигр говорил, что что трава зеленая. А осел говорил, что синяя. Их спор разрешил лев.
- Он сказал, что тигр прав? – предположила Стиана.
- Нет. Он согласился с ослом и наказал тигра.
- Но почему? – удивилась женщина.
- Тигр тоже удивился. Лев наказал его не за цвет травы, а за то, что он спорил с ослом, став на его уровень.
- Так мы ослы, по- вашему? – обиделась Стиана.
- Нет. Но Карин - львица. И не подыграй я ей, она бы придумала новую шутку. И не было бы мне покоя ближайшие дни. А так все довольны и счастливы.
- Вы такой подлиза, - резюмировала Стиана и залпом выпила бокал вина.
- Я – мудрый, - пожал плечами психолог.
И в конечном итоге, он оказался прав. Карин успокоилась, решив, что корпоратив проходит на ура, и в последующие дни не трогала Эльсинора.
Единственно, что нарушило покой мужчины, это звонок Мэтью на следующий день с утра.
- Я сделал всё, что вы сказали! – радостно начал Оланд.
- Тише, тише, - осадил энтузиазм молодого человека Берадзе, который слишком поздно лег после вечеринки, да и выпито было не мало.
- Я поехал в Соллентуну, - продолжил Мэтью, не упуская не одной подробности. – Было чертовски холодно. Да еще и автобус задерживался.
- То есть?
- В это время по расписанию он должен ходить каждые семь минут. Но когда я приехал, на табло было указано, что автобус задерживается и прибудет только через 15 минут.
- Ясно. Что было вокруг тебя, что говорили люди, что ты чувствовал?
- Вокруг меня было много таких же замерзших, уставших людей, которые были недовольны. Судя по их разговорам, автобус опаздывает регулярно по вечерам. Что чувствовал? Голодный был, как волк.
- Работали ли в это время магазины?
- Торговый центр закрылся уже. Работал только цветочный магазинчик и магазинчик с кофе, сосисками, сигаретами и прочей чепухой.
- Что дальше?
- Как я уже говорил, я был голоден, поэтому зашел в магазин, купил хот-дог и кофе, перекинулся парой слов с продавцом. А потом, все же, приехал автобус.
- Что дальше, - заинтересовался Эльсинор.
- Ну, я так устал, что уснул и всё пропустил. Проснулся аж в Мёрби.
- И часто ты так засыпаешь по дороге домой? – задал наводящий вопрос Берадзе.
- Вот блин, действительно. Не часто. Это было совершенно детское время. Спасибо за идею, теперь я всё понял! – закончил разговор Оланд.
Через два дня Эльсинор вернулся домой. Несмотря на то, что целью поездки был отдых, прогулки по морю и посещение музеев, он ужасно устал от постоянного присутствия коллег и начальства рядом. Было ощущение, что все выходные он провел на работе.
Но уже в понедельник его ждала награда. И когда утром в дверь постучал Мэтью Оланд, он открыл дверь с приветливой улыбкой и вопросом:
- Ну как, получилось?
- Конечно. Вы были правы. Продавец подмешивал снотворное в кофе. Жертвы приезжали домой и засыпали в ванных. Ну, и тонули ясное дело.
- Да я не об этом спрашиваю, - нетерпеливо перебил полицейского психолог: - Дело о брелоке, - закрыл он дверь и они спустились по лестнице.
- О да! Сюрприз уже в машине.
Маленький сириец жил в соседнем доме. Так что путь к нему занял всего десять минут.
Когда же они позвонили, дверь открыл высокий мужчина, чьи черные волосы и бороду уже тронула седина.
- Мы из полиции, - начал Мэтью.
- Я помню Вас. Вы привели Анвара домой несколько дней назад.
- Да-да, это был я! У меня кое-что есть для вашего племянника, - чуть ли не подпрыгивал Мэтью.
- Только не говорите, что Вы действительно искали брелок. Неужели у полиции нет других дел, - удивился мужчина, но всё же повернулся и позвал: - Анвар, это к тебе!
Мальчик подошел к двери. Как и дядя, он очень удивился, увидев Мэтью и Эльсинора.
- Тут это, ты только не волнуйся, - начал Мэтью. Но Эльсинор мягко отодвинул его в сторону и Анвар увидел, что позади мужчин стояла женщина, сотрудник социальной службы и мальчик, точная копия Анвара.
- Ансаф, Ансаф! – закричал Анвар, бросаясь к брату-близнецу, - мама, мама!
- Но как же? – промямлил ошарашенный дядя мальчиков.
- Анвара и его маму спасли греки. А вот Ансафа, итальянские волонтеры. От шока мальчик не разговаривал, так что…
- Этого не может быть, не может быть, - целовала сыновей прибежавшая на крик мама Анвара и Ансафа.
- Вам придется поехать в миграционную службу, будет немало бумажной возни, - попытался объяснить Оланд, но Эльсинор покачал головой, мол, помолчи, самое главное мы уже сделали, дальше они разберутся. И жестом показал, что им надо оставить семью с социальным работником наедине, и вообще дать людям оправиться от шока.
Когда Эльсинор и Мэтью снова вышли на улицу, то наконец-то смогли перевести дух. Хотя уровень адреналина в крови был такой, что даже погрузись они в ванну со льдом, это вряд ли бы помогло успокоиться.
- Как же так, как же так, это же был просто брелок, - не уставал повторять Мэтью.
- Не просто брелок. Брелок ценою в жизнь, - поправил Берадзе с пафосом.
- Я так круто себя чувствую! Представьте удивление начальства, когда я напишу отчет, - предвкушал Мэтью.
- Уве не сентиментален. А вот то, что ты поймал серийного убийцу, которого никто не мог поймать, впечатлит его больше.
- Тут вы правы, - радостно согласился Мэтью.
- Но вот Ульрика, - предостерег неопытного полицейского психолог-криминалист.
- Что?
- Ты справился с делом, с которым не справилась она. Малыш, - посочувствовал Берадзе, - она тебя возненавидит!
- О нет! – не на шутку испугался Оланд.
- О да, - вздохнул Эльсинор.
               
                Стокгольм
                24.11.2023