1. Колхозные рассказы. В Верхоленском совхозе

предыдущая часть http://proza.ru/2024/06/07/1190

Месяц в Верхоленском совхозе

В конце рабочего дня меня вызвал заместитель директора по общим вопросам одного из академических институтов, где я работал, и сообщил мне, что я направляюсь на месяц в подшефный совхоз Качугского района на заготовку кормов. Ехать завтра. Не могу сказать, что меня это сильно обрадовало, но и не слишком огорчило. Побывать в ранее незнакомом месте, поработать на свежем воздухе, набраться новых впечатлений, разве это плохо для молодого человека, не обременённого семьей? Сборы не заняли много времени. Оделся я по таёжному. Сложил в рюкзак самое необходимое, и утром пришёл в назначенное место. Однако тронулись в путь мы только к обеду. Пока все собрались, пока заехали в академическую теплицу для того, чтобы взять помидоры и огурцы для совхозного начальства...
Наконец, автобус тронулся. Вдруг раздался крик. К автобусу, размахивая руками и что-то крича, бежал мужик с авоськой. Шофёр остановился. Оказалось, что это опоздавший. Он находился в состоянии сильного опьянения и кое-как пробирался через заставленный всякой всячиной салон. "Садись!" - сказал ему старший группы, которому было поручено привезти нас в совхоз, сдать местному начальству и вернуться назад. "Спасибо, я и так пять лет отсидел!"- ответил мужик. Вид у него был очень колоритный: нахальные чёрные глаза, небритая несколько дней щетина, рубашка расстегнута, а под ней на волосатой груди - огромный портрет Ленина. Своим лагерным прошлым Вовка Чёрный, как его прозвали, очень гордился и готов был всё время о нём рассказывать, хотя на практике он оказался довольно безобидным мужичком...
Впрочем, через полчаса большинство остальных были не трезвее Вовки. Накупив водки в ближайшем магазине, они по мере надобности восполняли её запасы в пути, и уже в деревне не приступали к работе 3 дня, пока не пропили все взятые из дому деньги... Впрочем, в группе (около 20 человек) нашлось и несколько непьющих. Им предложили поддержать компанию раз, другой, а потом уже не предлагали, сочтя отговорки уважительными...
Дорога из Иркутска в Качуг лежит через Усть-Ордынский Бурятский автономный округ. Это степной островок в нашей таёжной области. На меня, раньше здесь не бывавшего, степь произвела огромное впечатление. До горизонта - поля и пастбища, и только на самом горизонте - некоторое подобие леса. Видно, эта величественная картина произвела впечатление не только на меня. Вовка запел:

                Степь да степь круго-о-ом,
Путь далё-ок лежи-и-ит...

Остальные поддержали:

                В той степи-и глухо-о-ой
                Замерза-ал ямщи-и-ик...

   После села Манзурка (Качугский район) опять пошла тайга. Часам к пяти доехали до Качуга - райцентра. Еще через час - до Верхоленска – центральной усадьбы совхоза. По дороге от Качуга до Верхоленска находится местная (и не только местная) достопримечательность - скальник, на котором доисторические люди оставили рисунки, изображающие сцены из первобытной жизни. С тех пор прошли десятки (или сотни) тысяч лет, но люди оставившие наскальные изображения обессмертили себя. К сожалению, у них, видимо, не было письменности, и мы никогда не узнаем их имён. Однако, мысль о том, чтобы войти в историю с помощью росписи скал, понравилась многим из наших современников, решившим оставить след на земле. Рядом с рисунками, изображающими охоту на оленей, можно прочесть надписи типа: "Саша К., Маша С. ПТУ-52"...
   Вообще, раньше Верхоленск был небольшим городом, но, как многое в нашей стране (да и не только в нашей), деградировал. Лишь мощёная главная улица да каменная церковь со сверкающими на солнце куполами из белого металла напоминали о прежних временах. Раньше Верхоленск был районным центром, а нынешний - Качуг – селом Качугой (как видно на картах сорокалетней давности). На центральной усадьбе мы задержались полчаса, пока решалась наша судьба. Наконец, мы были отправлены в Алексеевское отделение, т.е. в деревню Алексеевку. Переехав по понтонному мосту через Лену, автобус поехал по грунтовой дороге вдоль речки Кулинги. Меня очень удивило, что расстоние между деревнями, которые мы проезжали было не больше одного километра. А порой было и так: долго едем по одной деревне, вытянувшейся вдоль дороги. Затем - табличка о конце населённого пункта. А метров через двадцать - начало новой деревни. Впрочем, много заколоченных окон...
Часам к восьми вечера доехали до места назначения. Нашли управляющего отделением, он открыл нам длинный низенький дом, напоминавший не деревенскую избу, а барак. "Казарма" - так окрестили мы наше временное пристанище. В двух шагах находился конный двор, поэтому у нас всегда было полно мух. Они не обращали внимание и на табачный дым, который всегда присутствовал в "казарме".
Во дворе казармы стояла небольшая деревенская банька, мы её часто топили и после грязной и тяжёлой работы парились и мылись. Воду нам каждый день подвозили на гусеничном тракторе в бочке, и, благодаря тракторным гусеницам, наш двор скоро стал напоминать лунный пейзаж. Когда шёл дождь, грязь была непролазная...
На обустройство ушло около часа: со склада привезли железные кровати, матрацы, одеяла, постели, посуду и несколько буханок хлеба с явными признаками тараканьих гнезд. Этим хлебом да взятыми из дома припасами мы и поужинали. Управляющий безуспешно пытался уговорить хоть кого-нибудь из нас работать поваром. На следующий день в нашу группу прислали двух поварих из столовой в академгородке, и проблема питания была решена, кормили они нас неплохо... После ужина большинство приехавших легло спать, но многие продолжали выпивать, и просидели за столом до утра...
Наутро все прибывшие были разделены на несколько бригад. Первая - механизаторы, т.е. имеющие права трактористов. Вторая - плотники. Третья - Федя-электрик в единственном числе. И, наконец, последняя бригада - не имеющие никакой ценной для сельского хозяйства специальности, куда вошел и я. Первая бригада была отправлена на силосную яму. Вторая - на строительство дома. Третья – тоже на работу по специальности. Четвёртая бригада - 5 человек, была головной болью начальника отделения, ведь её надо было чем-то занять. С одной стороны, от начальства постоянно слышались жалобы на нехватку людей, но с другой стороны, когда эти люди находились, для них не всегда оказывалась подходящая работа...

продолжение http://proza.ru/2024/06/11/906

Иркутск, 1996 г.