Соседи
Бывший главврач районной больницы Булыженский, судя по вальяжному отцу, был дворянских кровей, немногословный и ироничный. В его папаше голубая кровь струилась высоким слогом на бытовые темы, лишь только обратись, чисто Цицерон. Надменность не чувствовалась, но возвышенность проглядывалась даже тому, кто двух слов без мата связать был не в состоянии. Его, как правило, "барин" именовал голубчиком. Голубчик стремился как можно быстрее раствориться по своим делам и не докучать по мелочам человеку иного уровня, не смотря на свой формальный пролетарский гегемонизм, который торчал при Советах везде и всюду. По музеям еще можно встретить фотографии царских времен с пролетками и кучерами... в цилиндрах, а в опустевших библиотеках невостребованную русскую классику с выражениями типа "милостивый сударь". Сейчас под выражениями подразумевается чаще всего мат, даже из уст веселых детишек на улицах. На защиту русских "выражений" публично высказался популярный в народе Шнур, обласканный телевидением, согласившийся оплачивать штрафы за "свободу слова", чего только не сделаешь во славу "диктатуры пролетариата".
Летними вечерами, когда спадал зной и солнце скрывалось за красный закат, главврач с папашей прогуливались по окрестностям станицы, выбирая наиболее привлекательный маршрут, избегая улиц с покосившимися хатами и большими лужами после дождя, которые не просто было обойти. В те года еще оставались лавочки у ворот и старики, иногда в теплых зипунах, сидели в ожидании контактных прохожих. В наше время улицы пусты, лавок нет, машины агрессивно едут раздуваясь на ходу от своих сабвуферов. Зипуны дедам были необходимы, поскольку вслед за ушедшим солнцем приходили неожиданно прохладные сумерки, старикам не комфортные. У иных, если бы кто мог сделать рентген, вместо позвоночника был соляной столб, зажавший корешки нервов, снижавших чувствительность рук. Оттого и уличные приветствия были непривычно странные и даже оскорбительные для других регионов России: Ну, ты еще живой?
Главврач, увидев в воротах очередного дома коллегу, работавшую с ним в больнице, приветственно приподнял шляпу и поделился впечатлениями от увиденного за углом.
- Иду, гляжу, большая лужа, в неё лёжа смотрит Ребриков. В очках!
Далее после взаимного смеха последовало пояснение, мол, сосед плотник сильно устаёт на работе после угощений и, чтобы не потерять дефицитные очки, привязывает их резинкой через затылок. И тут же неизменный, интернациональный вопрос: как дела, как здоровье у медиков?
- В соседний район на похороны отца ездил, в живых не застал. Соседи украли всё. – поделился кратко и без эмоций главврач и последовал дальше неторопливой походкой пенсионера, которому уже некуда спешить.
Этот диалог имел продолжение в ближайшем будущем при покупке недорогого жилья в Москве. В квартире было много "антиквариата" прежних жильцов и, чтобы облегчить себе процесс очистки жилплощади, я оповестил всего лишь одного соседа длинного коридора, что можно забрать всё. С тем, оставив дверь квартиры открытой, ушел на весь день. Придя поздно вечером, чтобы проверить результат и замкнуть дверь, убедился, что работа сделана в наилучшем виде, вынесли содержимое квартиры полностью, даже то, что просилось на помойку.
В период коммунистической дружбы и интернационализма, которому безуспешно обучали социалистический лагерь, захотелось узнать взаимоотношения с соседями в стране победившего социализма-Германии-без привнесенного русского прононса, хотя основоположники равенстаа и братства были сплошь из Западной Европы, где, тем не менее, остались князья и монархи почти в каждой стране.
Кристина училась со мной в столичном вузе и на каникулах уезжала домой в Берлин. На улице встретила соседку, которая живо поинтересовалась куда пропала маленькая Кристиночка из поля зрения соседей. Когда она узнала, что девочка подросшая уже учится в вузе, то её лицо приобрело подобострастное выражение, а фигура согнулась. После того как ей поведали что Кристиночка учится за границей, в престижном заведении, соседка стала кланяться, извиняться, что отвлекла занятого человека от важных дел и спешно ретировалась спиной вперёд. История, рассказанная со смехом немкой, которой "надоели эти немцы" и она, выйдя замуж за русского, переместилась в Россию, в отличие от многих русских немцев, которые в Перестройку Горбачева потянулись в фатерланд за колбасой и пивом. Кристина знала русских песен больше, чем любой на нашем курсе, причем, все слова до конца, чем мы не могли похвалиться.
Свидетельство о публикации №224060701326