Азбука жизни Глава 2 Часть 269 Что заобнимашки...

Глава 2.269. Что за обнимашки...

— Эдик, а ты помнишь, мы с директором гимназии на вручении аттестатов стояли?

— Я тебя снимал. И с ученицами тоже. Сколько восторга в их глазах было после концерта... Умеешь ты покорять, что тут скажешь.

— Тебе ли не знать причину, Соколов! — парировала я с лёгкой улыбкой.

— С этим не поспоришь. Ты везде всеми любима.

— Ты прекрасно знаешь, что отношение ко мне всегда было пятьдесят на пятьдесят. А девочки радовались совсем другому — тому, как я была одета, как с ними общалась, как с их родителями разговаривала, когда детям вручали аттестаты. Создавала какую-то свою, лирическую атмосферу на фоне всей этой официальщины. Таким образом перетягивала на свою сторону даже тех, кого моё присутствие могло вначале раздражать. А с директором... Я с ней разговаривала, радуясь за наших ребят, которые сейчас блестяще учатся в университетах. А она мне в ответ — только о том, как я прекрасно выгляжу...

— Но невозможно было не заметить в тебе того самого, твоего восторга, — с усмешкой заметил Эдик. — Ты ведь его всегда проявляешь, когда слышишь что-то подобное.

— Директор это отметила, — подтвердила я.

— Как тот психотерапевт в своём кабинете когда-то?

— Именно, Эдик! Истинные учителя, настоящие медицинские работники — они и есть самые лучшие психотерапевты. Она видела мой восторг, когда я хвасталась, желая подчеркнуть успехи их бывших выпускников в Европе. А она в ответ — только о моей внешности. Прямо как одноклассницы нашей Красавицы! Знаешь, когда ты всё и всех понимаешь, искренне радуешься их присутствию и наблюдаешь за их реакцией с тихим наслаждением, успех обеспечен не только на сцене, но и в жизни.

— А иначе и быть не может! Тебя много и, в то же время...

— Меня нигде нет, — закончила я его мысль. — Я всего лишь Наблюдатель. В глазах — восторг, если люди этого заслуживают в данный момент. Но любые свои настоящие эмоции я всячески скрываю, как и вышло с директором гимназии. И она не могла не заметить, как я достойно, но сдержанно отреагировала на её комплимент. Мне даже стало забавно — видеть себя со стороны в этой ситуации. Для неё это каждодневная работа, рутина. А то, что её выпускники успешны в Европе, в тот миг для неё не имело значения. Главным было сказать, что моё присутствие её радует.

— Вот он, высший уровень человеческих отношений, — заключил Эдик.

— Да, Эдик... Кажется, подлетаем к Питеру.

— Какая радость! В австрийский магазин к своим подружкам из аэропорта заедем?

— Завтра, после корпоратива. Александр Андреевич сегодня уже надо мной улыбнулся, представляя это. Мог бы и промолчать, Соколов!

Но Эдик любит улыбаться над моими маленькими слабостями, как и дедуля. А для меня дарить эту радость другим и есть счастье. Но и в этом — абсолютная закономерность. Как и восторг рядом с счастливыми, глубокими и умными людьми, вроде той директрисы. Мы же обе получили тонкое удовольствие от нашего короткого общения. Как потом и от разговоров с другими преподавателями. Именно такие, неожиданные и мимолётные встречи и дают тот самый заряд тихой бодрости, который движет жизнью.