Что считать фактом?

Что считать фактом? Сама постановка вопроса уже показывает, что речь, вероятно, о договоре между людьми? Давайте смотреть.

Прежде всего предлагаю разобраться с так называемой объективностью. Это весьма ускользающее понятие, в связи с тем, что не существует публично доступной технологии прямого измерения наших представлений. Поэтому мы вынуждены исходить из концепции проверяемости, которая может быть реализована только при наличии измерений.

Параллельно этому нам потребуется держать в уме осознание многозначности слова "факт", и с этим конгломератом нам также потребуется разобраться, в связи с чем неизбежны разговоры о контекстах.

Потребуется и разговор о вере, если копать глубже. Потребуется разговор о том, как возникает вера, почему мы верим во что-то, что способствует вере, и так ли рациональна вера, так ли она полагается на так называемые факты.

Объективность, объективная реальность - довольно опасные термины, если их не уточнять всякий раз под контекст разговора. По моим наблюдениям, объективности нередко придаётся авторитет, который в своё время вкладывали в термины "абсолют" и "Бог". Находятся желающие вещать от имени объективности. Но кто знал объективность на самом деле?

Если исходить как раз из проверяемой информации, то известно, что человек не обладает всей полнотой информации, человек не способен воспринимать многое из того, что способны воспринимать некоторые животные, а также приборы. В связи с чем человек говорит об объективности лишь опосредованно. Человек мыслит объективность не как непосредственное знание, не как, например, осознание наблюдения рассвета, но как знание умозрительное, вычисляемое абстрактно, недоступное впрямую.

Проще говоря, сам ум человека не живёт в объективной реальности, так как вынужден иметь дело с ограниченной и опосредованной информацией. Ограниченность я уже показал, а под опосредованностью подразумевается то, что нейроны и нервная система - не универсальные приборы, способные видеть и ощущать всё на свете во всей полноте объективной реальности, но также ограничены тем, что они могут. Ум обречён на изначальную ограниченность и опосредованность, отчего можно сказать, что ум не имеет дело с объективной реальность впрямую.

Более того, сложно вообразить себе хоть какой-то ум, даже искусственно сконструированный человеком, который бы претендовал на полноту восприятия. Строго говоря, полное понимание объективной реальности невозможно, если только она не искусственно созданная среда, в таком случае воображаемое полное знание о ней можно приписывать творцу искусственной среды. Но мы не можем проверить существование такого творца.

Единственная, на мой взгляд, воображаемая возможность полного понимания объективной реальности - наличие у всего сущего собственного сознания, способного ощущать всю полноту себя самое. Это чисто умозрительная конструкция, которую проверить сегодня невозможно так же, как и умозрительность о творце всего сущего.

Приходится признать, что на деле мы имеем дело с субъективностью - себя и себе подобных. Наше понимание мира складывается из личного понимания, которое коммуницирует с пониманием других, из чего может складываться и научное мировоззрение, при наложении дополнительных ограничений, таких как проверяемость, измеримость, воспроизодимость экспериментом. Фактами в этом случае обычно считают такие измерения, которые любой обученный в современном научном контексте человек прочитает одинаково с другими, без разногласий.

По некоторым данным из открытых источников, слово "факт" происходит от латинского "factum", что означает "сделанное" или "совершённое". Это причастие прошедшего времени от глагола "facere", означающего "делать" или "совершать". В английский язык слово "fact" пришло в XVI веке и первоначально использовалось в юридическом контексте для обозначения "деяния, поступка, преступления". Позже, в XVII веке, оно приобрело более широкое значение "вещи, которая действительно произошла или является истинной".

Таким образом, чтобы говорить о факте, требуется вообще возможность и способность выделить его как таковой, различать как событие, например, реакция прибора и возможность прочитать измерение прибора. Должна быть такая возможность.

Затем, дополнительный аспект значения слова факт в том, что его следует проверить. Например, я вижу рассвет, сообщаю об этом соседу, тот смотрит, и подтверждает, что тоже видит рассвет. Мы фиксируем факт. Его можно уточнить временем рассвета, географическими координатами, это усложнит дело, но первоначально факт в том, что мы оба наблюдали рассвет и сверились друг с другом.

Смотря на это глубже, можно говорить о границах требований проверки фактов. Что, если нам обоим это показалось? Сколько человек должно подтвердить наши наблюдения, чтобы посчитать это фактом? Почему мы вообще называем это рассветом, а не закатом, или ещё каким угодно термином, и почему мы в этом усматриваем событие? Один из ответов - нас так научили.

Нельзя отмахнуться и от того, что человек интуитивно в себе принимает рассвет за факт наедине с собой, и человеку не требуется подтверждение соседа для того, чтобы считать рассвет фактом наедине с собой.

Такие рассуждения приводят к пониманию и того, что у слова факт может быть разговорное, интуитивное, ускользающее значение, и чтобы рассмотреть все его оттенки, потребуется немало усилий, хотя на поверхности это выглядит просто.

Мы знаем, что дальтоник тоже видит рассвет, но описание дальтоника цветовых характеристик рассвета будет иным. Факт наступления рассвета дальтоник, тем не менее, будет способен констатировать, хотя для него этот факт будет иным. Видим, что, несмотря на некоторую разницу в восприятии, можно говорить об общем понимании событий, всё ещё используя понятие факта. Какой может быть эта разница, чтобы общее понимание стало невозможным, и, наоборот, что делает возможным общее понимание? Вопросы, достойные отдельного рассмотрения.

Для того, чтобы рассуждать о таких вещах, приходится обратиться к пониманию того, что весь мир фактов создаётся внутри человека, а не снаружи, как бы нам ни хотелось простоты рассуждений об объективной действительности. Факт в том, что эта объективная действительность впрямую нам недоступна, и приходится иметь дело с тем, что есть - и мне, и дальтонику, и всем остальным.

В примере с рассветом и дальтоником мы видим, что факт рассвета не то же самое, что объективно рассвет во всей полноте этого понятия. У рассвета есть и цветовые параметры, но они не требуются как ключевые для регистрации факта рассвета. Достаточно отметить появление солнечного диска или существенное изменение освещённости, если погода облачная.

Можно уверенно говорить о рассвете, вовсе не наблюдая солнечного диска. При этом никакие приборы не требуются и никто не подвергает сомнению факт рассвета, хотя и здесь может крыться подвох: бывает погода, когда небо полностью закрыто тяжёлыми чёрными тучами, и в такую погоду кажется, что солнце не взошло, или уже село, до такой степени мало света проходит через такие тучи.

Тогда возникает вопрос - что подразумевать под рассветом - буквальное интуитивно понятное усиление интенсивности освещения, или всё же определённое положение Солнца? Как видим, если всматриваться, то интуитивная простота исчезает в отношении так называемого факта. Даже если у нас есть прибор для измерения освещённости, какую освещённость считать началом рассвета? Сработает ли это как надо в исключительно облачную погоду? Или лучше полагаться на время и вычисления, с учётом астрономических знаний? Мы снова подошли к разделению между точными науками с их терминологической однозначностью и интуитивный язык, которому не запретишь использовать термины так, как заблагорассудится его носителю.


Известно сегодня и то, что содержимое нашего ума - не просто передача окружающего без искажений, а, скорее, внутреннее художественное произведение, создающее картину мира, которая как бы сшивается, и кажется нам непрерывной. Но эта непрерывность легко разрушается, стоит только присмотреться повнимательнее. Поищите самостоятельно, и вы отыщете доказательства.

Вернёмся к нашему рассвету. Событие рассвета - факт непосредственного восприятия, с одной стороны. Его можно даже как-то замерять. Например, отмечать время и то обстоятельство, что кто-то сообщает, будто видит некий феномен, называя его рассветом. Интересный способ записи, как будто сами мы не знаем, что такое рассвет.

С другой стороны, понятие рассвета живёт в нас и без наблюдения рассвета. К этому понятию привязано знание о том, что Солнце не ходит по небу, хотя видится нам это именно так. Что же в таком случае считать фактом? То, что я непосредственно вижу движение Солнца по небу? Или знание о том, что вращение Земли создаёт впечатление хождения Солнца по небу?

Возможно, я вас удивлю своей версией ответа на поставленный вопрос. И то, и другое - факты, но в разных контекстах, первое - в контексте непосредственных наблюдений, второе - в контексте современных астрономических знаний. И даже когда мне известно, что в астрономическом контексте Солнце не ходит по небу, и это иллюзия, тем не менее, в контексте наблюдений, для меня будет оставаться фактом перемещение Солнца по вполне конкретной траектории в зоне видимости.

Видим, что буквального, абсолютного значения слова факт нам не отыскать, и потребуется договариваться, уточнять, в том числе и в каком контексте мы говорим о фактах, и чего мы желаем от этого разговора. Видим также и то, что факт не включает в себя весь объём реальности, а только какие-то отдельные аспекты реальности, притом лишь те, которые измеримы. Например, факт наступления рассвета не включает в себя информации о, скажем, влиянии рассвета на атмосферное давление или, например, на радиационный фон, и так далее. Это важно понять: факты - не вся полнота реальности. Факты сообщают нам что-то, но всегда есть и то, что упущено. Как и важно понять, что способы фиксации фактов и способы их передачи могут привносить свои искажения.

В открытых источниках принято говорить о единичности факта. Это приводит нас к понятию события. Если событие можно подтвердить, то его могут посчитать фактом. Но как можно подтвердить событие из жизни, которое уже прошло, а мер по сбору доказательств мы не приняли? Мы их пересказываем. При этом возможны искажения, как языкового и коммуникативного характера, подразумевая передачу сообщения между людьми, так и внутреннего характера, подразумевая воссоздание события по памяти. Существуют исследования, результаты которых дают основания относиться к собственным воспоминаниям с определённым недоверием. Однако, и самые первые впечатления подобны воспоминаниям, и думая о них, мы уже вспоминаем, и это привносит свои искажения уже на стадии формирования впечатлений, и так далее.

Если присмотреться, то и само наше восприятие включает в себя искажения, которые привносят в происходящее что-то от наших личных настроек, в связи с чем ошибаются даже учёные. Например, Пиаже полагал, что собирает только факты, когда изучал психику детей, а Выготский показал, что Пиаже не избежал искажений. В свою учередь, другие учёные критикуют уже Выготского, притом по тому же принципу, по которому Выготский критиковал других, и так далее. Приходится признать, что факт - не так и прост, каким кажется интуитивно, и его есть смысл изучать в его глубинах и механике его появления.

Ум мыслит моделями. Содержание ума можно пытаться описывать в понятиях интеллектуальных объектов (моделей) и связей между ними. Понятие факта не может избежать этой участи. Можно пытаться разбить на умозрительные фазы то, как появляется факт.

Первая - таинственная, недоступная нам ни в полноте, ни впрямую объективность, в которой происходит нечто.

Вторая - человек выделяет из этой целостности некие сигналы, будучи, притом, органичной составляющей этой целостности. Тут интересно заметить, что человек в целом - объективная реальность, а вот представления ума человека - уже нет, по той причине, что сознание не может вместить в себя всю сложность реальности.

Третья - образуются, создаются модели. Само появление модели - уже можно называть фактом  в некотором смысле, событием внутри ума. Это нечто свершённое и зарегистрированное самой психикой как факт для самой себя. То, что это может потребоваться как-то коммуницировать и что-то доказывать - отдельный разговор.

Можно говорить о производстве информации в связи со сказанным. Часто информации приписывают некую объективную универсальность, - я считаю это принципиальной ошибкой. Информация, на мой взгляд, имеет смысл только как сугубо внутреннее понятие ума, относящееся к уму же.

Ум производит внутри себя информацию. Это способ ума реагировать на объективную реальность. Мне важно подчеркнуть это качество информации, так как именно рассуждения об информации "снаружи" показывают, до какой степени человек способен запутаться между "внутренним" и "внешним", принимая то, что внутри, за то, что снаружи.

Любая информация имеет смысл только для ума, притом, ума не всякого, а лишь такого ума-приёмника, который способен понять кодирование, используемое умом-передатчиком. Попробуйте рассказать кошке о фактах, сомневаюсь, что она заинтересуется. Но если в длинном рассказе о фактах прозвучит знакомое слово, кошка может среагировать именно на него. Попробуйте рассказать о фактах дереву. Сомневаюсь, что у вас завяжется оживлённая беседа.

В связи же с тем, что информация - продукт внутреннего производства ума, то и факт как некая единица информации - вещь субъективная, а не объективная. И относиться к этому следует с осторожностью.

Важно понимать и чисто техническую, с позволения сказать, ограниченность факта. Ум пребывает в реальности, которая, строго говоря, всегда в чём-то таинственна, ввиду ограниченности ума. Ум производит впечатления, но впечатления эти производятся не сферически в вакууме, не вообще, а под весьма конкретный контекст человеческого существа с его потребностями, отчего и само содержание ума - не прямое отражение реальности, а весьма и весьма творческое, опосредованное, это скорее корреллят нежели прямое смотрение и прямое видение. И это свойство ума не осознаётся в процессе восприятия. Впечатления организуются в предположения, мнения, суждения, убеждения, верования, в зависимости от личной статистики ума. Принципы работы ума одинаковы у всех, но личная статистика разнится, отчего и набор представлений, тех самых предположений, мнений, суждений, убеждения, верования, понятийный аппарат - индивидуален. Все эти фильтры влияют на то, что человек "видит" вокруг себя, как воспринимает. Они порождают границы фокусировки, в рамках которых человек "видит" "факты". Как бы ни хотелось объективности, "факты" - это нечто выделенное, определённое - то, у чего есть пределы, тогда как объективная реальность в строгом смысле неизвестно, предельна ли, это тайна. "Факт" - строится на впечатлении, а впечатление по своей сути - нечто отчасти оформленное. Представьте, что вы видите созвездия, и воспринимаете это как факт. Но есть ли в объективной реальности созвездия? Есть ли разница в контексте объективной реальности между Большой Медведицей и Малой Медведицей, да и существуют ли они как отдельные объекты где либо, кроме как в наших представлениях? Можно говорить как бы о дополненной реальности, мол, да, создездия умозрительны, но, скажем, звёзды - реальны. Однако, что-то мне подсказывает, что не всё так просто, если говорить об отдельности объекта под названием звезда, так ли уж он отделён, и где граница этой отделённости. С проведением границ всегда проблема, если всматриваться строго. В конце концов понимаешь, что границы умозрительны, а объективная реальность целостна, непрерывна, и вот тогда уже легко увидеть, что "факты" - это будто цитаты, вырванные из контекста, может, и хороши, но всегда неполны без всего остального текста.

*

Теперь давайте посмотрим на выражение, приписываемое Эриху Фромму "Мы принимаем только те факты, которые соответствуют нашим убеждениям, и игнорируем те, которые этим убеждениям противоречат". Я не ручаюсь за буквальную достоверность цитаты. Но эта фраза интересна сама по себе.

Речь о принятии фактов. С одной стороны, факт - то, с чем, казалось бы, нельзя не считаться. Но, с учётом сказанного, не до конца понятно, идёт ли речь о событиях собственной жизни, о личном опыте, или же речь идёт о знании того, что нечто описано как факт и мне об этом известно.

Как бы там ни было, принятие отличается от признания, как мне кажется тем, что соглашаясь с наличием факта, мы отторгаем его внутренне, если он не вписывается в наш характер, и склонны преуменьшать его значение, а то и вовсе игнорировать.

Можно только гадать, какие именно факты подразумевал автор цитаты, спросить лично у меня нет возможности. Но, подставляя в эту формулу как строгие научные факты, так и просто события жизни, я вижу, что формула работает для всех видов переменной под названием "факты".

Резюмируя анализ этой фразы, я полагаю действительно возможным, несмотря на достоверность фактов, игнорирование и неприятие фактов человеком, характер которого в его убеждениях противоречит значению фактов.

*

Уже то, что нам известно о возможности игнорировать факты, а также и то, что эта возможность нередко реализуется, становясь событием, подтверждает мою конструкцию об умозрительности факта.

Ум - та прослойка, которую сам ум о себе обычно не осознаёт. Так называемая (в книге Метцингера "Туннель Эго") прозрачность ума. Её можно вычислить, но не увидеть.

Если бы не было прослойки ума, то любое событие толкало бы человека подобно тому как кий толкает шар, и тогда игнорировать факт приложения силы к шару было бы попросту невозможно, и тогда человек действовал бы полностью автоматически и был бы полностью предсказуем. Как раз наличие разные представлений в структуре ума порождает дифференцированную реакцию. Вы бьёте по шару, а он не отскакивает, остаётся на месте, или прыгает в вашу сторону после некоторой паузы - налицо поведение, присущее живому существу. Можно быть осведомлённым о факте, но не реагировать, или реагировать не так, как все, и так далее - вот она, умозрительность факта, проявленная в отношении к факту. Будь факт чем-то абсолютным, то реакции на него должны бы быть унифицированными, не так ли. Само желание абсолютизации понятия факта, похоже, несёт в себе принципиальную ошибку, лишающую человека ума, превращающую человека в автомат, отбирающую у человека свободу. Важно осознать ограниченность факта, ввиду того, что факт - не абсолют, не смысловая единица абсолюта, не представитель абсолютного, но факт - это продукт ума, со всеми вытекающими. Понимание факта происходит через понятие факта, и в этом смысле термин "факт" обладает неким отчасти гипнотизирующим, внушающим свойством, оказывая определённое давление на психику, требуя верить. Однако, факты следует проверять, фактам не следует верить, как бы абсурдно это ни прозвучало на первый взгляд. В фактах есть смысл сомневаться, там может оказаться что-то неучтённое. Между прочим, мне кажется, подобным образом рассуждал прототип Шерлока Холмса, спасший тем самым реального человека от травли и несправедливого преследования.

*

Нелишне также напомнить и о том, что о фактах говорят посредством языка, а любое слово языка - это обобщение. Таким образом, говоря о каком угодно факте, неизбежны отсылки к неким известным классификациям, чтобы выразиться. Здесь есть масса подвохов, о которых говорили уже многие, например, Коржибски, или Витгенштейн.


*

Думаю, что в связи с темой о фактах, интересно говорить также о точке зрения и мнении, и том, в какой связи они находятся. Мне интересна мысль о том, что точек зрения может быть множество одновременно, мы можем принимать разные точки зрения, но вот мнение появляется в том случае, когда от какой-то точки зрения протянется связь к чему-то такому в глубинах эго, что эту точку зрения одобрит. Мнение - это уже, похоже, прототип некой позиции, которую человек, возможно, будет защищать.

На мой взгляд, разговор о том, что считать фактом, поднимает множество интереснейших вопросов, и тема, похоже, неичерпаема. Буду рад отликами.