Неизданные дневники... Блюмер...

Блюмер был мерином буденовской породы...  Несуразно долговязый рыжий заморыш непонятного возраста с тусклой шерстью. Принадлежал он, вероятно, ВДНХ СССР. Иногда, в дни конных выводок в "городке животноводства" устраивалось небольшое показательное выступление и увешанный многочисленными регалиями, немолодой и грузный, бывший заслуженный и чтимый, а на тот момент практически забытый общественностью,  спортсмен в потертом фраке и цилиндре пытался выдавить из Блюмера несколько элементов выездки под жидкие аплодисменты зевак... Выездка Блюмеру не давалась от слова "совсем"... Для этого надо родиться и  попасть в общество достойного человека, но не всем же так везет как Пеплу, и не все же такие талантливые и смиренные как Абсент. Так и жил несчастный Блюмер на карантине для лошадей, пребывающих из конных заводов на ВДНХ, и каждый день терпел издевательства прикрепленного к нему всадника. В маленьком тесном деревянном манежике изо дня в день, не смирившись с утраченной значимостью, "заслуженный" мучил Блюмера, обучая выездке... У "хозяина" Блюмера была" фишка" - он "облапошивал" какую-нибудь молоденькую, не подававшую надежд, спортсменку тем, что обещал ее "натренировать" и обеспечить победу не соревновании ... каком-то... Делал он это не бесплатно, хотя оплата была довольно специфической... Последняя пассия была абсолютно бездарна, но с хорошей фигурой, высокая и длинноногая... Задерганного Блюмера "тренер" своим подопечным не давал, но брал для них лошадей, стоящих на карантине, и лошадей, стоящих в денниках павильона коневодства. Это были в основном немолодые, большей частью жеребые, кобылы. "Ученица" седлала, взгромождалась на лошадь и начинала изображать... не знаю что! Использовала шпоры и прочую хрень, о которой подседланная знать не знала никогда, потому что последние ее воспоминания о трензеле и стременах это ипподром в далеком прошлом. "Тренер" орал на "ученицу", та еще больше дергала лошадь... Терпеть не могу выездку! В итоге, коневоды, которые сопровождали лошадей на ВДНХ, обратились с жалобой к зоотехнику коневодства, который, кстати, приходился сыном "тренеру", но сам безмерно устал от "выдающегося" отца. И всех созвали на "совет" в дирекцию. Молодые ребята, заступаясь за своих питомцев, бесстрашно сыпали обвинениями, а "тренер" молча сидел, раздуваясь от злости, практически не отбивая атак, потому что против фактов не попрешь. Администрации не нужны были проблемы, ведь все это могло привести к выкидышам у кобыл, которые были, между прочим, племенными высокого класса. Кому нужно ЧП? И самовольничать "заслуженному" запретили, и он рассвирепел, потому что был недостойным человеком, самовлюбленным и тщеславным... На следующее утро очень рано я пришла на карантин (это где-то за Ботаническим садом), мои лошади еще не были переведены в павильон, надо было отбивать денники, кормить, чистить и прогуливать... Возле маленького манежика, где "зверь" выезжал Блюмера, стояла непривычно большая толпа и милицейская машина, что совершенно необычно... Лучше бы я на заглядывала внутрь... "Зверь" убил Блюмера... Все стены тесного деревянного манежика были залиты кровью, около дальней лежал совершенно изуродованный Блюмер, на нем не было живого места, худой,  долговязый, изначально не похожий на тех великолепных буденовцев, которых я видела... Страшно жил и страшно погиб... "Зверь" был очень сильный, не смотря, на возраст, он убил лошадь куском дерева, напоминающим оглоблю от телеги... Мы все учувствовали в убийстве Блюмера, пусть косвенно, но мы и подумать не могли, что Олимпийский чемпион Сергей Иванович Филатом такая нелюдь!