Глава 61

В первых числах июня Вадим получил письмо от Люси. Письмо было большим, на нескольких страницах с размытыми подтёками на полях. Письмо было без предисловий, а сразу начинались словами:
 «Вадим здравствуй! Ты уже научился писать женской рукой, но и на этом спасибо! Откликнулся. Ты всегда был не понятным для меня и этим, наверно покорил меня…
 А последнее время вообще изменился до неузнаваемости и в этом причина, твоя первая любовь, а до этого я пыталась приноровиться к тебе – не получилось. Со смертью Леночки, тебя будто подменили, не пришёл с кладбища, тайно скрылся, ничего не сообщая и я поняла, что нет смысла искать по новой, пути к твоему сердцу и нет смысла начинать всё с начала.
Ведь ты ушёл, а по сути меня бросил и, так неожиданно предал. Придёт время и ты пожалеешь об этом, но будет уже невероятно поздно!
 А сейчас, я почти уверенна, что ты с сарказмом читаешь моё письмо – пусть, но это уже не так важно.
Я хочу сказать о другом, вернее поведать, как всё случилось, что мы лишились нашей дочери…
Да-да ты оказался прав, в вагоне было так холодно, ужасно сквозило во все щели, что я взрослый, здоровый человек загрипповала.
 А Леночку, к концу пути, так трясло в лихорадочном жару, что пришлось прямо с поезда везти в больницу.
 Бедная девочка как она бредила, как она бредила! Это кошмар! Признали двухстороннюю пневмонию, отёк лёгких, но ведь от этого не умирают при современной медицине?!
А она… Бедная! Как только в ней не закипала кровь… Наша девочка была терпеливой и, когда приходила в себя открывала мутные глазёнки, и с тоскливой болью спрашивала о тебе, ждала тебя, как ангела-спасителя…
 Врачи долго боролись за её жизнь. Я ведь лежала с ней и всё происходило на моих глазах, но наша девочка не вернулась оттуда…
 В день, перед кончиной, измученная болезнью, она вновь пришла в себя.
Открыла свои изумительные глазки, представляешь, они были такими чистыми, ясными и без боли, что я подумала – ну слава богу! Кризис миновал.
 Ах как я ошибалась!
Она открыла глазки и чисто так спросила:
-  А где папа, не приехал?
Я обрадовалась прижала её к себе и быстро стала говорить, что ты приедешь, обязательно приедешь! Слава богу, что всё хорошо!
А она закрыла глазки и долго молчала, дыхание её было ровным, а потом открыла их, качнула головкой и попросила:
-  Мама, возьми меня за руку…
Я взяла, а она тихо так, по-взрослому, прошептала:
-  Нет, он не приедет и не придёт… - И опять на долго замолчала, долго смотрела в потолок в одну, не мигая точку, а за тем, своей горячей ручкой, сжала мою и странно произнесла – это мне тогда показалось странным, а она уже тогда знала, что умирает…
 Такая маленькая, а чувствовала, как взрослая. Это только сейчас я понимаю – боже мой! Как она тебя любила! Она чистым голосом произнесла:
-  Я его сама встречу… Там, потом… - Закрыла глазки, глубоко вздохнула и, замерла, на всегда замерла, тихо и спокойно…
Я пишу тебе и плачу.
Не могу, воспоминания рвут сердце, а ты, ты развлекаешься, у тебя любовь, тебе весело!..
 Всё-всё-всё! Не буду-не буду! Ты можешь обвинить меня, оскорбить, ненавидеть, но и у меня найдётся достаточно причин сделать то же самое в отношении тебя. Поэтому я умолкаю и говорю – бог с тобой! Плохо ли, хорошо ли, но мы жили и любили друг друга, а сейчас говорю, что не вернусь к тебе и отпускаю тебе все твои грехи и обязательства по отношению ко мне.
 Ты свободен без нареканий и обид. Прошу тебя только об одном – дай мне письменный развод, заверенный нотариусом, не артачься, выполни мою просьбу. Вот и всё! Желаю тебе всех благ и искренне соболезную по кончине бабушки Гали. Прощай, Люся.» 
Это письмо вторично, Вадим читал вместе с Сенькой, на что тот не терпеливо воскликнул:
-  Так дай раз просит! Детей нет, а баба за муж собралась, разве не видно по письму?
-  Какой за муж?! – С раздражением произнёс Вадим, - и года не прошло! – Он, почему то, верил, что Люся не способна выйти за муж, да ещё так быстро.
Может на что-то надеялся, чего-то ждал… А Сенька категорически заявил:
-  Да ей плевать! Есть год нет ли, как любой бабе! И я не удивлюсь, если она, по новой, не схлестнулась со своим грёбаным женишком!
-  А ведь ты, как бы, уважал её…
-  Знаешь. Уважал, любил! Это когда нам из-под них, а им из-под нас, что-то надо… Теперь махни рукой и забудь! Просит, разреши вопрос.
И Вадим выполнил просьбу Люси. А через пару месяцев, был готов памятник. В конце августа, Вадим вылетел в Барнаул вместе с надгробным бюстом.
               

                Глава 62.
Вадим, остановился у Анатолия Ивановича и сразу же по приезду выехали на кладбище.
С помощью комбата установили обелиск – скорбящая мать с младенцем на руках и фото Леночки, с надписью под ней – «Как хорошо, что ты была.» Когда работу закончили Анатолий Иванович, устало вздохнул:
-  Зря не пригласил Люсю, она мать.
-  Ещё увидит. Может порадуется…
В тот же день Вадим вылетел обратно.
Спустя месяц получил письмо от Люси. Она писала:
 «Здравствуй Вадим! Ты всегда был с невероятными причудами. Неужели нельзя было зайти? Гордый! Но всё равно спасибо! Не ожидала такой красоты. Мы с мамой поставили столик и лавочку, а землю присыпали мраморной крошкой. Мама посадила берёзки и сирень, на будущий год когда зазеленеет, будет красиво и уютно, приезжай увидишь.
 Здесь тихо и, хорошо думается. Тебе спасибо за развод. Я порой, вечерами думаю о тебе, вспоминаю нашу совместную жизнь.
 Знаешь, как бы там ни было, а ты настоящий мужчина! И я тебе благодарна за все те мои плюсы и минусы.
Они в жизни мне ещё пригодятся.
 Была у Анатолия Ивановича, у них растёт очень хорошая девочка, ровесница нашей Леночки. Много говорили о тебе, вспоминали, они очень уважают тебя и в принципе есть за что.
 Я по тихонько начинаю отходить от всего кошмарного, желаю и тебе найти успокоение и счастья в жизни.
 Хотя, если верить гадалке, у которой была и гадала на тебя, то ты не успокоишься ещё лет десять, пятнадцать и у тебя родится дочь в сорок лет и, сын… В это трудно поверить, а у меня будут двое детей, но я за муж пока не собираюсь. Учиться буду. Вот такие дела, а как у тебя?..
Хотя знаю не ответишь, всего хорошего, Люся.»
-  И не отвечу! – Вслух сказал Вадим, разрывая письмо и бросая в топку.

В сенях хлопнула дверь и на пороге появился Сенька. Проходя уселся за стол и выставил литр водки, водружая её на столешницу и только потом по здоровался.
-  Гульнём? – Спросил он.
-  Можно. – Согласился Вадим.
-  А ты, что читал когда я вошёл?
-  Письмо от Люси,
-  Что пишет?
-  Так, разное… - С неохотой ответил Вадим.
Видя не желание друга говорить на эту тему Сенька весело предложил:
-  Давай праздник и, готовь закуску!
Вот в таком примерно режиме шли дни и недели, месяцы и незаметно прошёл ещё один год.
Пришла весна 1976 года.
 Вадим вместе с Сенькой, кроме ежедневной работы, причём, разъездной у Вадима, а с приходом весны, начиналась подготовка к поездкам по научным экспедициям, в свободное от работы время, особенно по выходным, оба - захлебнулись в грязных простынях, с наштукатуренными дамами лёгкого поведения…
Дом Вадима превратился в рассадник сивушного перегара и копоти табачного дыма, в притон сексуальных игрищ. Отходя от тяжёлой попойки Вадим спрашивал у Сеньки:
-  Ты, когда мне организуешь, через свой обком, приличную работу? Сколько можно крутить баранку?.. Я же по образованию инженер!
-  Как только, так сразу! – Отвечал Сенька, - крепись, уже на подходе твой статус.
И загул продолжался.
 Видя это на расстоянии, Вика недоумевала – от чего так изменились оба дорогих ей человека?..
Причём до неузнаваемости!
Что делать, что предпринять? И не находила решений.
Наташа, её любимая подруга, подала совет собираясь с мужем в город Куйбышев, мужа с повышением переводили туда на работу.
Она на прощание посетила Вику и прямо с порога заявила:
-  Бери инициативу в свои руки и не бойся, не девочка, не сиди как рохля! Езжай к ним в их рассадник и, любого – Наташа улыбнулась - любого хватай на вкус и уводи за собой! Оторвёшь одного, второй остепенится. Да поторопись!
 А то опять сложится ситуация не в твою пользу, они или сопьются, или в их доме появится более шустрая претендентка на пост хозяйки.


                Глава 63.
Доводы Наташи возымели действие и она, Вика, решилась. Предварительно эффектно одевшись, поехала к Вадиму.
Вика, дрожащей рукой, осторожно открыла дверь и ей хватило одного взгляда, чтобы понять, что Вадим с Сенькой навеселе вместе с собутыльниками и что разгульное застолье длится не один час, и она с облегчением вздохнула, не заметив присутствия смазливых дам и в неё будто вселился бес.
Войдя, она тактично по интересовалась по какому поводу пьянка – именно пьянка! И когда услышала, что обмывается новая должность и работа Вадима, она весьма настойчиво выпроводила захмелевших гостей, Сеньке на дорожку хлопнула подзатыльник, как ни странно, тот молча ретировался, споткнувшись о порог.
 Вика в миг собрала со стола скатерть, вместе со всевозможными объедками и вынесла на помойку.
 Вернувшись в дом и на молчаливый взгляд Вадима, гневно выдала возмущённую тираду:
-  Как можно жить в таком свинарнике?! Где тряпка, порошок, веник?

Вадим сидел в недоумённой растерянности, взирая осоловелыми глазами на Вику. Она безнадёжно махнула рукой и, после всего обнаруженного самой, принялась драить загаженный дом:
 Открыла окна, двери, проветривая комнаты; подмела и протёрла полы, попутно готовя более здоровую пищу для желудка – чем засохший хлеб, пожелтевшее сало и солёные с плесенью огурцы. На пьяную попытку Вадима помочь ей, отреагировала агрессивно:
-  Пойди сунь голову под холодную воду в бочке, может протрезвеешь!
От такого, не характерного поведения Вики, Вадим и без холодной воды протрезвел. Он долго наблюдал за ней, за её проворными руками, плавными перемещениями по комнатам и задумчиво произнёс:
-  А получится ли у нас, вот так, по-домашнему?..

-  Если захочешь, получится! – Она, внимательным взглядом посмотрела на него и уже спокойно добавила, - иди приляг, отдохни малость.

Вадим не стал возражать и покорно удалился, а Вика подумала:
 «Всё правильно. Молодец Наташа! Надо брать инициативу в свои руки. А тут ещё, как на зло сессия у заочников, но об этом не хотелось думать пока не решён личный вопрос. Надо срочно сходиться и по стараться быстрее рожать, остальное приложится…
Так начинался новый жизненный виток, между Викой и Вадимом, в промежутках которого, было достаточно интересных событий.