02. НУЗ Нефть, уран, золото. роман цикл Хроники

Левин Эдвард Борухович
02.«Нефть,  уран, золото»  Третий  роман цикла  «Криминальные Хроники». родолжа сюжетные  линии   романов  «Деньги  решают  все» и «Не в деньгах  счастье, а  в   их   количестве»  на  сайте  Проза  РУ опубликован, под  укороченном  названием «В денег  счастье». Третья часть  цикла  написана в  городе Харбине  с  2017 по 2020 годы.  В романе 15  глав,  которые  разделены  30  публикуемых  частей. Роман полностью  публикуется впервые.  Отрывки  из 1-4 глав  публиковались  на «Самиздате». С учетом  правил   сайта Поза  РУ.  Все  иллюстрации  из  текста удалены.
 
     1 глава окончание

1.4.
 
         Константин, по кличке Бегемот, пребывал уже неделю в дурном расположении духа. Небольшое, хорошо оплачиваемое приключение при отсутствии нарушений уголовного кодекса, на которое он подписался три месяца назад, грозило превратиться в кровавую разборку, с ним в главной роли, что категорически его не устраивало. С недоумением, с ужасом наблюдал он за действиями сообщников.

    Зимой Роберт Игоревич Евстигнеев предложил ему немного поработать на благо компании "ТРС-95" во Владивостоке. Роберт был любимым племянником бездетного заместителя генерального директора и начальником аппарата при президенте компании. В этом аппарате числился ведущим специалистом его приятель, однокурсник по юридическому факультету университета Федор Лупеко. Их сблизили проблемы, возникшие у обоих на четвёртом курсе. За подделку экзаменационных ведомостей и зачётной книжки Лупеко со скандалом выгнали из университета, а Костя успел уйти на год в академический отпуск.

    С подачи приятеля он получил пропуск в компанию и целыми днями болтался в просторной комнате, в которой базировался "Аппарат президента компании "ТРС-95", выполнял мелкие задания, типа - сбегать за куревом или бутылкой, набрать короткий текст или куда-то позвонить. Вместе с ним при аппарате, состоявшем из пяти работников, крутилось еще человек десять вне штатных работников. Все они надеялись устроиться в аппарат на постоянной основе. Евстигнеев младший всячески их поощрял в этом стремлении, обнадёживал и даже иногда подкармливал. Смущало Константина только то, что среди внештатников половина были обычными бандитами.

    Успешное выполнение испытательного задания, как ему объяснили, было необходимым условием для получения постоянного места. Некто Смехов пару лет назад "кинул" "ТРС-95" на два миллиона долларов и скрылся. Его нашли в соседнем регионе. Теперь он владел юридической фирмой. Задание состояло в том, чтобы присмотреться к этой самой фирме, для чего Слуцкий должен устроиться туда на работу под предлогом прохождения юридической преддипломной практики.

    Ему сняли квартиру, выдали старенькую, но ещё шуструю "копейку", а также очень подробные инструкции и три тысячи долларов подъемных. Обеспечили направлением на прохождение преддипломной практики от университета, где он по-прежнему числился студентом юридического факультета. Для большей убедительности, снабдили рекомендательным письмом декана к Смехову.

    На работу его приняли без проблем. Компания "Бизнесклассик" располагалась на первом этаже жилого дома сталинской постройки в пятикомнатной квартире. Сам Смехов как уехал в январе за границу, так до сих пор и не появлялся. Никто из сотрудников не знал, когда он вернётся, и вернётся ли вообще. Командовал компанией в отсутствие хозяина Александр Владимирович Самусенко, маленький, очень подвижный человек лет сорока.
      Кроме него в фирме числились: бухгалтер Галина Степановна Белик, предрасположенная к полноте дама лет пятидесяти; водитель-охранник, сорокалетний Саша Большой, бывший спортсмен, занимался толи боксом, толи какой-то борьбой в среднем весе; переводчик Соснин Сергей Сергеевич, по кличке СССР, очень вежливый и интеллигентный человек пред пенсионного возраста. Наличествовала, само собой, секретарша Алена, девица двадцати двух лет с великолепной фигурой и длиннющими ногами от шеи. Имелся также юрист, правда, единственный, Фёдор Липкин, окончивший местный юридический институт и целый год проработавший по специальности. Завершал списочный состав трудового коллектива красивый молодой человек Роман Ковалёв. Чем он занимался в компании, было совершенно неясно.
 
   Два первых дня Константин изнывал от безделья, на третий день в офисе появился мужчина ближе к сорока, с выдающейся копной черных кудрей на голове, Сергей Седых. Он, как показали дальнейшие события, являлся реальным руководителем компании. Самусенко представил нового пришедшего человека:

 -Сергей Анатольевич Седых, первый заместитель самого Вишневецкого по работе в России, - произнес он с таким почтением, будто этот самый Вишневецкий был, как минимум, господь Бог, о котором все обязаны знать.
- Его приказы исполнять впереди собственного визга!            
-Значит так, Костя, - у Седых появление новичка особого восторга не вызвало, но и явного неудовольствия он не высказал.
- Особой нужды, сам понимаешь, в тебе нет. Но, если Смехов обещал вашему ректору взять человека на практику, то работай. Начинай с разбора архива, у Фёдора спроси, что надо делать, и приступай. Раньше он этим занимался, а как с осени прошлого года начал самостоятельно вести дела, эту работу забросил.

       К приходу Костика в коллектив все отнеслись спокойно, пришёл, значит так надо. Высокий, очень широкий в кости, с проглядывавшими во внешности семитскими корнями, улыбчивый и не строивший из себя всезнайку парень со странной фамилией Слуцкий, не стеснялся спрашивать, если что-то не знал или не понимал. Через месяц он стал своим в маленьком коллективе.

    На первый взгляд, в конторе все было нормально: Самусенко работал с заказчиками.  Бухгалтер считала деньги, писала и сдавала отчеты. Аленка отвечала на редкие телефонные звонки, заваривала чай с кофе. Старик переводчик переводил с китайского языка на русский тексты, которые ему давали.  Юрист Федор изучал материалы. Саша Большой возил Самусенко на переговоры, а Галину Степановну в банк и в налоговую.  Ковалев откровенно валял дурака, что означало, что он чей-то протеже, и ему все дозволено, хозяин и генеральный директор компании Смехов прятался за границей от врагов. Это он узнал от Евстигнеева младшего ещё во Владивостоке.

    Чем дольше Костя присматривался к компании, тем становилось все менее понятно, куда он попал. Читая старые материалы, Костя видел, что здесь крутятся миллионы долларов. К своему полному изумлению узнал, что исполняются заказы по возврату долгов. Но в компании был всего один неопытный юрист, который не работал в судах, а изучал материалы и писал нудные отчёты - каких документов в деле не хватает, почему без них нельзя выходить в процесс, и т.д. После этого материалы принимались, с заказчиком писался договор, и через полгода - год заказ исполнялся. Но, как и кто его исполнил? Ещё непонятней, как фирма, при отсутствии генерального директора, может спокойно и очень эффективно работать.

   Читать, анализировать и разбирать арбитражные дела, было невероятно интересно, каждый материал - новый увлекательный детектив. Работалось Константину легко, в охотку, за три недели он привел архив в порядок, не забывая копировать документы для Владивостокских хозяев. Чудеса в компании продолжались. За месяц Соснин и Ковалев пару раз уезжали в заграничные командировки. Через расчётные счета проходили миллионы, платились судебные издержки и налоги по каким-то непонятным контрактам.

    Перед Первомаем в архив зашел Седых, поздоровался, со знанием дела посмотрел, что сделано, как систематизированы материалы за прошедшее время.

    - Молодец, Костя! - похвалил он практиканта. - С этого месяц будешь получать зарплату 700 долларов. У тебя заграничный паспорт есть?

  - Спасибо, Сергей Анатольевич! Паспорта нет, до сих пор он мне не был нужен.
    - Напрасно, получи, может пригодиться.
    - Я прописан в Приморье, мне за паспортом туда ехать надо, - с искренним сожалением сказал промышленный шпион.
    - Жаль. Тогда отложим это на будущее, - согласился начальник. - После праздников будешь помогать Александру Владимировичу на переговорах с клиентами.
    - Спасибо, я постараюсь справиться!

    На 1 мая в офисе по старой традиции накрыли стол с тортом, легкой закуской, шампанским и бутылкой коньяка. Посидели хорошо. Константин, будучи за рулем, совсем не пил и вызвался развезти женщин по домам. Как-то само собой вышло, что остался у Алены ночевать, и задержался на все четыре праздничных дня. Девушка оказалась ласковой, нежной и страстной. Через месяц Слуцкий понял, что по уши влюбился в секретаршу и окончательно потерял голову.

     В конце мая он близко сошёлся с Ковалевым. Оба были мало пьющими, примерно одного возраста, имели по старой машине, которые привели в рабочее состояние. Наконец, оказались страстными футбольными болельщиками. Так что общих тем для разговора всегда хватало. От Романа он узнал много интересного. Константин стал тихонько расспрашивать у нового приятеля, кто есть, кто в их компании. Особой любви к руководству Роман не испытывал, чего даже не скрывал. Ему льстило, что он может поучать и наставлять новичка. Однажды он разоткровенничался:
- Вообще-то, как уехал у Китай Бешеный Бегемот, у нас стало неплохо, - Костя вздрогнул, как от удара хлыста, услыхав свою кличку. Оказывается, среди черных так звали Вишневецкого.  - Он, конечно, голова, но больно тяжелый человек.
    - Так он что, из блатных?

    - Да нет, он сам по себе. Все на него завязано: и милиция, и чекисты, и чиновники, и черные. Сейчас мы с ним за судом второй год числимся. - После этих слов Костя сообразил, чем объясняется особый статус Ковалева в компании. - Но учти, чем дальше от него, тем здоровее будешь.

    - Рома, объясни, что такое наша компания? Чем больше смотрю, тем меньше понимаю! - спросил Костя, с искренним интересом посмотрев на Ковалева.

    - Все реально контролирует Вишневецкий,- сказал тот важно. - Десяток компаний в России, штук пять в Китае. Формально у них могут быть разные хозяева, располагаться они могут в разных домах, но все это одно целое. Немного особняком стоят адвокаты и нотариус. Это хозяйство Бернштейна. Торговля недвижимостью с загородным клубом принадлежит Тихонову, но пока его нет, все управляется нашими шефами.

    - Смехов-то, каким боком в деле?

    - В прошлом году всплыл. Прибился к шефам, но на вторых ролях. Главным, куда пошлют, но зашибает не хило. Младший партнер, одним словом.

    - Ты говоришь шефы, их много? - удивился Слуцкий. - Ты про Седых и Самусенко?
    - Ну, ты и предположил! - рассмеялся ветеран компании. - Саша маленький вообще никто и звать его никак. Мелочь, под Смеховым ходил, сейчас в бегах от кредиторов у нас кроется. С Седых сложнее, он с шефом с 98 года. Его Вишневецкий только на легальных операциях держит, в криминал не подпускает и близко. Сергею этого и не надо. Короче, реальный заместитель при работе по белым схемам. Второй настоящий шеф - это Сёма Бернштейн, тварь и сука конченая. Не прощу ему, он грохнуть меня требовал, когда влетели. Еще жена Бегемота Ирина. Та еще змеюка, тоже была готова меня придушить. Это троица садится и все решает, сволочи, путем голосования. Демократы хреновы!

    - Как же ты выжил и в компании остался? - изумился практикант.

    - У Вишневецкого пунктик есть, он никого не убивает. Ну, и пока мы оба за судом по одному делу, считает, что меня лучше при себе держать. Кстати, если накосячишь, где случайно, иди к нему, кайся. Он накричит сначала, матом покроет и простит. Главное, дай ему выпустить пар.

  - Ты давно с шефом? - спросил начинающий юрист.
    -
 Почти 10 лет.
    Приятели помолчали несколько минут. Константин решился задать еще один вопрос, давно его мучивший.

    - Два месяца с вами, а так и не понял, чем мы все тут заняты?

    Ковалев зашелся в приступе гомерического хохота. Успокоившись, утерев слезы, просветил коллегу:
-Ты будешь смеяться, но я, проработав в компании больше десятка лет, и, скажем так, имея высшую степень допуска до самых важных тайн фирмы, в 9 из 10 случаев сам не понимаю, чем и как, в итоге, у нас появляются деньги, и очень большие.

 
1.5.               

    Вишневецкий, очень недовольный и раздраженный, сидел за столом в своем новом кабинете на пятом этаже и через рюмку с коньяком зло смотрел на Бернштейна, который расхаживал перед ним, при этом, не переставая, нудил. Это был толи пятый, толи шестой раунд переговоров за последние две недели.

    - Женька, кончай дурака валять! Ехать надо. Ты сам это прекрасно знаешь. Третий год идет, - Сёма Бернштейн, друг и адвокат Вишневецкого, третью неделю уламывал афериста выйти на суд.

    - Надо, знаю. Но сейчас неподходящее время! Тебе слабо немного потянуть?
   
 - Всегда будет неподходящее.
   
 - Подождать ещё можешь?
   
 - Могу, но...
    Два года назад устойчивая организованная преступная группа, созданная Вишневецким, реализуя одну из разработанных им афер, была разоблачена и разгромлена милицией. Большинство членов шайки оказались за решеткой. В течение года коллегия адвокатов "Бернштейнов" по одному вытащила всех из тюрьмы. Кого под залог, кого до суда, кого за взятки. Аферисты не спешили с судом, Бернштейн полутора года оттягивал начало процесса. Теперь же он решил, что пора садится в процесс.  Ждать и тянуть больше нет смысла он готов к суду. Пристал к Евгению с ножом к горлу: поехали, мол, в Хабаровск, срок получать! Что ехать придется, было всем ясно, но очень не хотелось.
   
 - Ну и прекрасно, - с энтузиазмом заявил Вишневецкий. - Когда захочешь, всегда можешь. Давай годика через два. Может три.
   
- Не глупи. Времени и так прошло достаточно. Дело у моей хорошей знакомой, ни о каких реальных сроках речь не идёт. Суд пройдет в закрытом режиме. Максимум, два дня. Все довольны, все смеются.
   
 - Мне некогда!
   
 - Перестань, ты боишься, вот и всё, - устало сказал адвокат. - Четыре года условно, я уже и с прокурором договорился.
   
- Вот и не боюсь! Это трезвый расчет и разумная осторожность.
   
- Не начинай доказывать, что белое - это черное и наоборот. Что ты выдающийся демагог, я хорошо знаю. Вы все признаёте свою вину, свидетели не придут. Прокурор просит тебе, как инициатору, пять лет, остальным - по три года; и через незавершённость преступления, по пятнадцатой, судья дает всем или на год меньше, или отсрочку, или условно. К обеду второго дня все кончится!

    - Сёма, давай сделаем так, чтобы суда вообще не было. У меня есть план...

    Адвокат тихо взвыл, грохнулся в огромное кресло, стоящее напротив стола хозяина. С журнального столика взял свою рюмку, одним глотком осушил её. Посчитал про себя до девяти, пытаясь успокоиться, устало взглянул на приятеля и продолжал:
- Да иди ты со своими планами, знаешь куда? Ты будешь говорить серьезно?

  - Догадываюсь о направлении движения, - спокойно сказал Евгений. - Ну, если серьезно, тогда слушай. Сколько Селиванов и Лазарчук заплатили следователям и операм за мою посадку, сам знаешь.

  - Точную сумму не знаю, но много, - ответил Бернштейн. - Ну и что?
 
 - А то, милиционеры свою работу не выполнили, значит, будут стараться нас добить.
 
  - Вот и нет, вы почти по году провели в СИЗО. Получается, они все правильно сделали, деньги отработали, а не скрысили на халяву.
   
 - Лазарчук обещал им премию, если доведут дело до суда, и приговор будет обвинительный.
   
- Так и проблем нет, до суда дело довели, обвинительный приговор есть. Это стопроцентная гарантия, что мы на потерпевших больше никогда напасть не сможем. Все обязательства выполнены.

  - Сёма, сейчас ты пользуешься демагогией, а не я. Ведь прекрасно знаешь, что терпилы требовали закрыть меня не на полгода, а годков, этак, на семь-восемь!
 
 - Селиванов вылетел из замов тамошнего губернатора, а Лазарчук - никто. Административного ресурса у него нет. Бояться здесь нечего. Милиция бесплатно и без пинка, под зад из администрации сама ничего делать не будет.
   
- Тургенев на нашем деле хорошо обогатился, может захотеть еще деньжат срубить.
    - Хорошо, я узнаю, где он сейчас. Их следственную бригаду распустили и раскидали по разным отделам. Что еще тебя тревожит?

    Бернштейн, маленький, кругленький, толстенький, утопал в огромном черном кожаном кресле. Евгений видел только голову собеседника, большую, покрытую копной белоснежных кудрей. Ярко выраженные семитские черты позволяли с одного взгляда безошибочно определить его еврейскую национальность. Слушая увещевания адвоката, аферист думал отнюдь не о проблеме, которую обсуждали: "Странно, мы ровесники. Сёма сильно изменился, залысины вон какие большие, и весь совершенно седой стал. У меня седых волос пока мало. А еще два года назад у него была копна черных, а не белых кудрей. Если он совсем облысеет, то станет страшным. Или на затылке что-то сохранится?" Думать на тему беседы ему не хотелось.

  - Меня тревожит суть вопроса. Сейчас я не имею судимости и формально чист. Могу работать в банке и в администрации, а с судимостью все сложнее.

    - Как раз именно это тебя никогда особенно не беспокоило,- удивился Бернштейн. - С чего вдруг сейчас взялось?

    - Раньше я был сам по себе, теперь мы играем в одной команде с москвичами. Ты же видел, какой документ от ЦБ РФ мне Майя выписала. Судимость может помешать общему делу. За границей тоже людей с судимостью не жалуют. Вроде и мелочи, а вместе заставляют задуматься.

  - Ну, здесь я вынужден согласиться. Хорошо, отложим процесс ещё на пару лет. Но он все равно состоится и судимость у тебя будет.

    - Многое меняется, сейчас мы в стадии становления, все очень неопределенно. За два года механизмы приработаются. Виды на жительство будут оформлены, в Москве все привыкнут к нашему существованию. Судимость до её снятия могут и не заметить.

  - Определенный резон в твоих словах есть, - задумчиво проговорил адвокат. - Но все наши партнёры с самого начала прекрасно знали, с кем имеют дело.

    Аферист, очень довольный одержанной в споре маленькой победой, резко встал, пару раз быстро прошелся по кабинету, взял со стола недопитую рюмку с коньяком, уселся на подоконник и произнёс с ноткой торжества в голосе:
 - Убедился, что я прав? Давай лучше думать, как обойтись без суда.

    - Не представляю!

    - Давай просто купим у судейских 3-4 тома или все дело целиком.

    - Побоятся продавать. Кроме того, его можно попытаться восстановить, хотя это и сложно по прошествии стольких лет.
 
- Отлично, нет дела - нет суда!

    - Нет не продадут!
   
 - Смотря сколько предложить.
   
 - Кражу обнаружат, и сразу будет ясно, кто за этим стоит - то есть ты. Кто из судейских клерков резко разбогател, проверить легко - Это есть исполнитель. Риск неоправданно велик. Слишком все очевидно.

    - Это вариант раз! Нельзя купить, давай украдем. В суд приходит распоряжение из Верховного суда отправить дело к ним, в пути его перехватываем. В нашем суде оно не числится, в Верховном суде его нет - дело никто не ищет, -  наступал аферист.
         
- Все бумаги оформит Арнольд. В принципе, возможно, но очень сложно. Проблема в исполнителях. Опять-таки, при малейшем срыве становится совершенно ясно, кто это организовал. Ты! – призывал к разуму адвокат.
   
 - Нет проблем. Вариант номер три,- не сдавался Евгений, - уничтожить все дела в суде.
   
 - И как ты это планируешь сделать? - с нескрываемой насмешкой спросил Бернштейн, делая маленький глоток коньяка и с любопытством глядя на приятеля.
 
 - Это самый легкий, безопасный и дешевый способ, по сравнению с двумя  предыдущими,- возбуждённый аферист  спрыгнул, с подоконника и стоя продолжал излагать свой план. - Суд Железнодорожного района Хабаровска расположен в старом шлакоблочном здании. Два этажа, перекрытия деревянные. Архив и хранилище дел на первом этаже. Так?
 
- Ну да.
   
 - Так и спалим все к чертовой матери, все здание с архивом! Там тысячи дел. Наше не самое громкое. Все дела пропадут, под подозрением тысячи уголовников!
   
- Тоже мне, изобретатель! Дом каменный, сигнализация и охранная, и пожарная. До ближайшего отдела милиции метров 250-300! - недоуменно воскликнул Бернштейн.
   
- Чепуха, сгорит, как миленький. Ты, главное, мне ответь, если это сделать, проблема снимется?
 
- Вообще-то да, наверное ...
   
- Вот и прекрасно! - крайне довольный Вишневецкий наполнил опустевшие рюмки и чокнулся с оторопевшим адвокатом.
   
- Ну, а практически, как это все тебе видится? - выпив коньяк и обдумав предложение, спросил Сёма.
   
- Элементарно, Ватсон! Покупаем или угоняем пару передвижных автозаправщиков, заливаем в них тонн 20-30 бензина и керосина. Подгоняем их задом к окнам здания. В окнах с разгона сливными кранами выбиваем решётки и сливаем горючку самотеком внутрь дома. На это уйдет не более минуты. Берём две, с запасом. Патрулям милиции понадобится не менее 5 минут, чтобы блокировать район, даже с учетом, что отдел рядом. По прямой, от отдела до суда действительно всего 274 метра, но там не пройдешь, а вокруг уже 730 метров. Прием сигнала на пульте и проход команды на выдвижение - не менее 2 минут, само выдвижение - ещё 3-5 минут. Итого, от 7 до 10 минут. Если перед этим милицию развлечь тремя-четырьмя ложными вызовами в другом конце района, мобильная группа появится вообще минут через 15. А наряд из дежурки сначала должен сообразить, что надо бежать, затем оторвать задницу. То есть и эти раньше, чем через 10 минут, не появятся. Исполнители за это время будут уже в 10 километрах от места пожара, через 20 минут, когда начнут вводить план перехвата и прочее, сменят машину и покинут пределы города. За 8 минут из двух машин сольётся тонн по пять топлива. Перед отходом исполнители проткнут бензовозам все колеса, так что быстро оттащить их не получится. Есть ещё пара - тройка идей, как замедлить работы по борьбе с огнём. Так что 20 тонн ГСМ гарантированно в здание попадут. Да там стены плавиться будут, не то, что архив выгорит. Можно и машинного масла подпустить.
   
- Долго изобретал?
   
- Сразу в голову пришло, как узнал, в каком суде будет проходить процесс, и увидел здание с парком вокруг.
   
- Бумага в плотных пачках плохо горит,- нашёл адвокат веский аргумент против авантюры с поджогом. По краям папки обгорят, а середина уцелеет.
   
- Я это учёл. К стене архива приваливаем пяток газовых баллонов с пропан - бутаном и пяток кислородных. Так рванет, что все папки перемешает и встряхнёт, - азартно возразил Вишневецкий.
   
- М-да. А до окон сливные краны достанут?
   
- В самый раз будет. Здание ушло в землю, до окон 57 сантиметров, сам замерял, а до крана со сливной трубой - 75. Тютелька в тютельку!
   
- Риск всё равно большой. Представляешь, как будут рыть и милиция, и ФСБ. Ведь это уже не поджог, а терроризм! Не проще ли обложить здание взрывчаткой и рвануть с дистанции в пару километров. Пятьсот килограмм тротила гарантированно будет достаточно.
 
- Это и есть настоящий терроризм. Потом, взрывчатки хватит разнести дом, но не хватит для уничтожения документов. Бумагу в стеллажах и шкафах завалит щебнем и балками перекрытий, из-под которых её и извлекут. Что-то, конечно, пропадёт, но нет гарантии, что это будет именно наше дело. Нет, многочасовой пожар - как раз то, что нам требуется.
   
Бернштейн, слушая Евгения, с тоской смотрел не на всё более распалявшегося друга, а в окно, и думал: "Странно у него мозги работают, сходу изобретают нестандартные схемы. Он совершенно не хочет действовать, как принято у всех нормальных людей. Всегда ставит всё с ног на голову. Ведь он говорит сейчас всерьёз. Более того, если упрётся, может всё реально осуществить. Нет, то, что он несёт, конечно, бред сумасшедшего, но все три варианта исполнимы. И на кой черт все это изобретать? Проблема решена, с судьей я договорился, стоить это будет в 50 раз дешевле, чем организация фейерверка и скандала в масштабе планеты. Его надо остановить, пока не поздно".
   
- Ты хорошо все обдумал, пожалуй, все вполне реально. А представляешь, какой срок тебе припаяют, если кто-то из братвы через пять или десять лет начнет хвастать подвигом, среди своих соседей по хате. Исполнителей-то ты однозначно будешь подбирать среди черных. Нужно человек шесть-семь, с учётом прикрытия и отхода. Или всех в расход? Если возьмут хоть одного поджигателя, вычислят и заказчика. Даже ликвидировав их, риск остается. Найдут десяток трупов, сопоставят события по датам и начнут рыть.
 
- Это, согласен, аргумент серьезный. Мочить людей я не хочу.
   
- Тогда в суд!
   
- Сема, ты покумекай ещё, посмотри, подумай, что и как. Мои варианты проработай! Там и решим, что к чему!