Юг - это вам, господа, не Север. Детектив

          «В половине двенадцатого с северо-запада, со стороны деревни Чмаровки,
          в Старгород вошел молодой человек лет двадцати восьми. За ним бежал
          беспризорный.
          – Дядя, – весело кричал он, – дай десять копеек!..
          – Может быть, тебе дать еще ключ от квартиры, где деньги лежат?
          Молодой человек солгал: у него не было ни денег, ни квартиры, где они
          могли бы лежать, ни ключа, которым можно было бы квартиру отпереть. У
          него не было даже пальто...» (Ильф и Петров «12 стульев»)


На перрон вокзала южного приморского города N сошёл молодой мужчина крепкого телосложение с заметной бледностью лица. Такое обесцвеченное лицо бывает у жителей крайнего севера нашей Родины. Одет он был в хороший костюм болотного цвета и малиновый галстук, в руках надутая, как воздушный шар, спортивная сумка, в которой лежала новая форма. Кузьма Кузьмич Кутузов, получив очередное звание капитана полиции, был откомандирован из своего северного города S, где он занимал должность начальника сыскного отдела, в южный приморский город N на такую же должность в тамошней полиции. Вы сейчас спросите, а, что - в его городе уже кончались все бандиты, а в городе N нет своего человека на этот пост? На это можно ответить двумя «ДА». Да, преступлений в его городе не стало с его приходом и, да, в городе N, к этому времени, за взятки, посадили третьего начальника сыскного отдела, а четвёртый уже зашёл на посадку. Главное полицейское командование Родины решило, что, скорее всего, на коррупцию там влияние оказывает местный тёплый, расслабляющий все органы (почти все), климат. С подчинёнными Кузьма Кузьмич Кутузов был очень крут, за что и получил кличку «Три куку». Его отъезд все местные менты и оставшиеся урки города, праздновали с большой помпой. Отмечали это радостное событие в ресторане «Шконка*», при этом сам виновник банкета туда приглашён не был.

Долгое время Кутузов ехал в купе поезда один, но на последней остановке, перед прибытием в пункт назначения, к нему присоединилась семейная пара предпенсионного возраста, жители города N. Мужчина был кругл, лыс, женщина же, наоборот, и с яркими рыжими волосами. Всю дорогу попутчики расхваливали свой приморский городок, уверяя, что лучшего и более тёплого пляжа, чем тот, что начинается прямо от вокзала, не отыскать на всём побережье. Четырёхдневная поездка в душном вагоне и болтовня соседей по купе, изрядно утомила Кутузова, и наш герой решил, по совету попутчиков, прямо с поезда освежиться в водах тёплого моря, чтобы смыть поездные запахи и предстать свеженьким перед, новыми для него, начальством и подчинёнными.

Он пребывал в боевом расположении духа, с уверенностью, что он всем местным операм покажет, как нужно работать.

На пляже он бросил взгляд опытного опера на отдыхающих, выбирая того, кому поручить приглядеть за его вещами, пока он сходит в море. Выбор пал на юную девушку, полулежащую на разостланном полотенце в откровенном полосатом купальнике: полосочка поперечная, закрывающая соски небольших грудей и две крестообразно расположенные полосочки, прикрывающие всё остальное, что не принято показывать на людях.
Девица любезно согласилась присмотреть за вещами.

Кузьма плыл размашисто, наслаждаясь тёплыми морскими водами.
Когда он вышел на берег, у него отошли воды...
Воды отошли на второй план, поскольку капитан не увидел среди сопляжников той юной дамы, которой поручил охрану вещей. Сомнение, что он выплыл не к своему берегу, сразу были отметены, поскольку и мусорный бак, и окурки вокруг него, говорили, что местом и страной не ошибся. Да, девушки не было, как не было и его вещей, включая костюма, носков, сумки. На том месте, где он их оставил, лежали чьи-то драные тренировочные штаны, домашние шлёпанцы с замятыми задниками, тёмно-синяя, линялая майка, а на ней, его малиновый галстук. Опрос свидетелей не дал результата. Каждый советовал вызвать сейчас же полицию. От слова «полиция», лицо Кутозова искажалось как при зубной боли. Кузьма, как опытный опер, конечно же, предполагал всякие дорожные неприятности, но не думал, что с ним самим может произойти такое. Он вспомнил, что так, на всякий случай, прикопал бумажник с документами в песок под костюмом(свой бумажник). Откинув лежащие треники, он взрыхлил песок пляжа под ними. Урррра! Документы лежали на том месте, где он их похоронил.
Дальше возник извечный вопрос «Что делать?» И второй «Как делать?»

В таком, разобранном виде: в шлёпанцах на босу ногу и в чужих драных тренировочных штанах, синей дырявой майке и, как дополнение к образу городского сумасшедшего, малиновом галстуке, капитан Кутузов вошёл в здание тамошней полиции...
Не требуя объяснений, дежурный офицер, провел Кузьму Кузьмича в кабинет начальника.

Начальник, седовласый, толстый подполковник, скорбя, посетовал на то, что служба капитана Кутузова в их городке началась с такого, как он выразился, недоразумения. Подполковник так же сообщил, что коллеги из северного города S, где до этого служил Кутузов, уже звонили ему и рассказали о непримиримом характере капитана.

Подполковник, передал Кузьме Кузьмичу ключ от служебной квартиры, пошутив при этом, мол, той, где деньги лежат, давая тем понять новому подчинённому, что грамотен и начитан. Он предложил Кутузову успокоиться, перекусить и перевыпить чего-нибудь стоящего, что Бог послал. Подполковник куда-то позвонил и вскоре две молодые девушки ввезли в кабинет телегу со всевозможными яствами и коньяком. В трёх бутылках. На всех тарелках стояли фирменные надписи ресторана «Не для лохов». И хотя Кузьма дал себе слова ничего не принимать в дар из рук коллег, этот случай посчитал как спасение пострадавшего. Его командир сейчас выступает в роли МЧС, спасая Кузьму от голода и жажды.

Изрядно захмелев от съеденного и выпитого, Кузьма сказал, что даже рад тому, что с ним произошло такое, и ему интересно, как быстро его теперешние подчинённые смогут отыскать преступника и вернуть вещи. И смогут ли вообще это сделать?

Затем капитан, с разрешения командира, отправился в свой кабинет. Подполковник предложил, что пока капитану подыщут какую-нибудь ещё более приличную одежду, составить фоторобот предполагаемой преступницы

Кабинет был небольшим, но уютным. Из мебели имелось всё необходимое для оперативной работы начальника сыскного отдела полиции: письменный стол, портрет президента, стул, сейф, двустворчатый шкаф для одежды и кожаный широкий диван. Кузьма распахнул левую дверцу шкафа, ему бросилась в глаза стоящая на полочке сумка, очень похожая на ту, что украли у него. В другом отделении шкафа висел мужской костюм болотного цвета, а над костюмом, на полочке для шляп, стояли, несомненно, его родные туфли и носки...
Кутузов был поражён такой оперативной работе местных оперов. Ему даже подумалось с ужасом, что ведь в его снежном городе S, под его там руководством, никогда так быстро не раскрывались такие тяжкие преступления, как ограбление начальника сыскного отдела.

Стук в дверь. Входит девушка в форме лейтенанта полиции. Интересуется, не желает ли капитан чего-либо ещё, на сладкое? Кутузов мгновенно раздел девушку(конечно же  мысленно). Под формой лейтенанта полиции оказался тот, полосатый купальник...
Но может он ошибался, ведь та, на пляже, была без формы и в чёрных очках, а эта без очков? Сомнения его полностью отпали, когда лейтенант проводила Кутузова в кабинет эксперта криминалиста, для составления фоторобота преступницы. Криминалистом оказалась его давешняя соседка по купе. Только теперь она была черноволосая. Кутузов, сопоставив факты, как опытный сыскарь, догадался, что её ярко рыжие волосы в купе, были париком. Тут Кузьма ещё и вспомнил, что в его кабинете, на стене, под президентом, на доске с надписью «Преступники, находящиеся в розыске», ему показалось знакомым лицо на одной из фотографий. Конечно же, это был портрет «мужа» этой криминалистки. Здесь на лицо связь (возможно и не только платоническая) органов власти с криминалом...

Кузьма Кузьмич Кутузов закатил глаза. Ему стало ясно, что его развели, как последнего лоха. Вся эта многоходовая войсковая операция была придумана и проведена местными ментами лишь для того, чтобы показать пришлому начальнику сыска его место и, что Север, это вообще не Юг. Дааа, это не его северный город S и тут он не грозный Кутузов, здесь он даже не «Три куку», а так, «Глупенький кукушоночек».

*Шконка - тюремная койка.