Рок-концерт 2, из цикла рассказов Однажды в Америк

В июне 1994 года в Вашингтоне (округ Колумбия) стояла неимоверная жара, но поскольку я был в то время на банковской стажировке в «Фёст Юнион Нэшионал Бэнк» фейс-контроль в банке не позволял сотрудникам являться в офис банка без костюма с галстуком, а только по пятницам галстук можно было не одевать, но костюм с белой рубашкой обязательно. Банк не так давно приобрёл бывшее здание «Бэнк оф Америка» на МакФерсон сквер, где мы и обосновались, правда в этом офисе мы работали всего одну неделю, потому что основная работа была по офисам банка в пяти рядом расположенных Штатов, а жили мы в студенческом кампусе в Штате Вирджиния, кажется далеко, но всего в трёх остановках на метро от Арлингтона, небольшого, но очень известного городка в Штатах, расположенного на правом берегу Потомака через мост от Washington, DC, известного тем, что здесь, во-первых, находится Пентагон, во-вторых, мемориальное воинское кладбище, кстати, там могилы Джозефа и Роберта Кеннеди, в-третьих, он родина известного рок-музыканта Джима Моррисона, ну и, наконец, здесь располагается George Mason University, где мы получили сертификат по системе GAAP (General American Accounting Principals - система бухгалтерии США), а также университетский курс по подготовке иностранцев к жизни в США. А затем началась моя практика в банковской сфере, а именно, в пятой банковской группе Америки, The First Union National Bank, с «молодыми» нефтяными деньгами из Южной Каролины по сравнению со старыми банковскими монстрами в Нью-Йорке. Я побывал во всех близлежайших офисах банка в пяти штатах и заканчивал свой «business trip» в столице.
Итак, эту неделю мы мучились в центре Вашингтона, немного спасала от жары близость Лафайет сквер, что рядом с Белым Домом, где всегда можно было отдохнуть в теньке рядом с серыми белочками, да и завтракали мы вместе, но если быть точным, это Белый Дом был построен давным-давно в Лафайет сквер. За время совместной работы мы здорово подружились с, так называемым, «офисным планктоном» банка, быстро нашли общие интересы, чего стоило только приглашение менеджера нашего департамента поиграть в выходные в гольф, но об этом в следующем рассказе цикла, и вот однажды мой шеф на стажировке предложил после рабочего дня сходить в хард-рок кафе, что находилось у соседней станции метро «Метро Центр» по адресу: Ист Нортвест, 999. Там была классная кухня, а «Легендарный Бургер» знала вся столица, но это было не рядовое приглашение, оказывается банк организовал благотворительную акцию по сбору средств для пострадавших от торнадо в Южной Каролине и пригласил на автограф-сессию не кого-нибудь, а величайшего виртуоза гитары, лидера группы «Led Zeppelin» Джимми Пейджа, тому, как раз, в начале года исполнилось пятьдесят лет. Хотя приглашения на мероприятие направлялись клиентам банка, такой очереди в Вашингтоне  я не видел ни разу, а главное здесь не было ни «чёрных», ни «латинос», только истинные ценители рок-музыки из белых американцев.
Собственно, автограф-сессия была организована следующим образом. Когда подходила твоя очередь, охрана убеждалась в наличии приглашения и провожала к столику рядом с баром, где располагался Джимми со своим личным охранником, ты аккуратно здоровался с рок-звездой, передавал материал, где тому нужно было расписаться и мог задать один-единственный вопрос, поскольку время на аудиенцию было строго ограничено. Вопрос то у меня был, а вот где расписаться – это задача. Пока мы проводили время со  своими, как я считаю, единомышленниками, чего только не узнал про Пейджа. Оказывается, они с Риччи Блэкмером родились в соседних деревеньках под Бирмингемом (это в Америке, если живут рядом двести человек – это город, а в доброй Англии – это деревня), у них и учитель гитарных дел был один и тот же, кстати и Джефф Бэк, тоже из этой компании, правда узнали они друг о друге значительно позже, хотя взаимное уважение и дружба связывали их всю жизнь. Здесь же мне посоветовали заглянуть в «Rock-store», тут же в помещении рок-кафе, купить там какой-нибудь диск «Лэд Зеппелин» и на нём поставить автограф Джимми. Когда я зашёл в этот магазинчик, глаза разбежались конкретно, все двенадцать (а может одиннадцать, я уже не помню, да не суть важно) альбомов «Led Zeppelin» были тут, хотя я уже знал, что мне надо, а именно, «Led Zeppelin IV» (первые четыре альбома группы были номерными, без названия) с «Black Dog» и, конечно, «Stairway to Heaven». Я знал, что цены здесь повыше, чем в городе, но не жаль 24,99 $ за такой раритет. И вот я, наконец, во все оружии, был готов к этой долгожданной встрече. Очередь двигалась очень медленно, но неуклонно, уже вечерело, жара несколько спала и можно было спокойно дышать и передвигаться даже в костюме.
Когда подошёл мой час, меня попросили представиться, а как узнали, что и здесь есть представитель великой России, были одни улыбки и похлопывания по плечу и, в конце концов, я оказался перед этим легендарным человеком, несмотря на свой возраст выглядел он просто прекрасно в яркой гавайской рубашке, роскошная шевелюра без тени седины, правда немного поредевшая, несколько располневшее лицо прикрылось широкой добродушной улыбкой и неизменная сигарета, курил он очень много. После дежурного приветствия я вытащил приготовленный альбом и попросил его расписаться на развороте, альбом был сделан как двойной, на облаке под фигурой пилигрима. Место было выбрано удачно, он с удовольствием поставил свой росчерк и взглядом показал готовность ответить на вопрос. Надо сказать, я несколько растерялся и довольно скомкано задал вопрос о судьбе группы после смерти Джона Бонэма и услышал в ответ целую историю, причём на хорошем английском, он так и не усвоил американский акцент. Ответ Джимми Пейджа:
«После того, как Бонза (Джон Бонэм, так его звали в группе) ушёл от нас в сентябре 1980 года, мы просто осиротели. Да, действительно мы не хотели продолжать без него, но на нас так давили продюсеры, журналисты, да и просто фанаты, и мы сделали несколько попыток возобновить карьеру группы, но так и не нашли никого, достойного заменить Джона, вот например, я говорю барабанщику, следуй за мной, я буду твой лидер, а он мне, как я без Джона (Джон Пол Джонс, бас-гитарист группы), мы же ритм-секция, а за тобой я не успеваю, да и не понимаю, что ты хочешь. Я ему, а знаешь, Бонза сам создавал такой ритм, что мы за ним тянулись, послушай наш «Кашмир», ты всё услышишь. Да услышать-то я услышу, а вот сам впишусь вряд ли. И после всех попыток мы поняли, что потеряла группа с уходом Джона Бонэма. Если честно, и без этого проблем хватало, а эта оказалась несовместимой с жизнью «Лэд Зеппелин» в целом. Хотя, конечно, мы выступаем, куда пригласят. Вот в сентябре планируем с Робби (Роберт Плант, фронт-мэн группы «Лед Зеппелин») участвовать на рок-фестивале в Англии. Пока зовут - надо ехать. Ну, привет. Спасибо за вопрос.»
И, конечно, крепкое рукопожатие на прощанье. Вы знаете, меня просто поразили его руки. Одни жилы и кости, руки работяги, не знающие покоя. Сколько сделали эти руки – с ума сойти! И с этим чувством я пожал его руку.
Откровенно говоря, после всех переживаний очень захотелось чего-нибудь перекусить, тем более мы находились в рок-кафе. Я попросил администратора найти мне свободный столик и он оказался на втором этаже, на галерее. Хочу заметить, здание, где расположено рок-кафе было построено очень давно для городского театра и далее оно не перестраивалось, а только реставрировалось. Так на месте сцены расположился бар и небольшая площадка для выступлений рок-групп и танцевальных коллективов, партер занят столиками для гостей и разных презентации, как сегодня. А галереи на втором этаже – это бывшие ложи для зрителей, все стены там увешаны пластинками с автографами рок-звёзд и их портретами, а под ними тоже столики для посетителей, вот здесь-то меня и разместили. Ну, конечно же , я заказал их знаменитый «Легендарный Бургер» и стоил он тогда 7,99 $. Кстати, недавно я узнал от друзей, что сейчас, через тридцать лет, он стоит в два раза дороже. Официант видел, что я участвовал в автограф-сессии Пейджа, поэтому мы и ним поболтали о современной рок-музыке и я честно признался, что мои симпатии все остались в 70-х годах, а из всех свершений текущего года я могу выделить только последний диск группы «Пинк Флойд»  «The Divigion Bell», который я как раз купил в Филадельфии, а потом он рассказал удивительную историю о том месте, где я так уютно расположился. Ведь на этой самой галерее находилась театральная ложа Президента Авраама Линкольна, где он был застрелен во время представления бывшим актёром театра, поддерживающим южан в гражданской войне. В общем вечер удался и эмоционально, и информационно.
Метро оказалось в двух шагах от рок-кафе, но домой в кампус я добрался уже затемно, хорошо хоть наш «шаттл» работал до двенадцати часов, так как парковка уже была практически пустой и поймать такси было почти невозможно. Вообще-то, в Вашингтоне с частными автомобилями поступили очень круто, в правительственных кварталах парковка на улицах запрещена, а подземные парковки в зданиях очень дороги, поэтому все мои коллеги, у кого не было пропуска на корпоративную стоянку, пользуются перехватывающими парковками у станций метро, они бесплатны и очень аккуратно сделаны, а метро здесь работает как часы, также как электрички в Москве, ведь сам Washington, DC очень небольшой и большинство тружеников ездят на работу на метро из пяти окружающих Штатов.
 Прибыл я в наше жилище триумфатором, правда некоторые «знатоки» музыки оценили, что в Москве мой раритет уйдёт по десятикратной цене. Бедолаги! А я долго не мог уснуть, вспоминая прощальную улыбку маэстро. Good luck, Mr. Page!