Пробег из века в век. Часть 2

   Цвета и забытые запахи.
    

                Время ходит на мягких лапах,

                Было – и вот его нет,

                Время меняет запах,

                Время меняет цвет.

                (Машина времени)

 Как бы я ни старался, не могу вспомнить цвета времен СССР. Возможно, от того, что картины отдельных событий сохранились в черно-белых фотографиях. А вот запахи времени помнятся довольно четко. Допускаю, что с возрастом снижается острота обоняния, точно так же, как и зрения, но всё же. Нет уже многих продуктов и предметов, которые источали те запахи, а те, что остались, пахнут уже не так.

Как можно забыть запах детского сада? Кипяченое молоко, чуть подгоревшая манная каша и средства дезинфекции в смеси давали ни с чем несравнимый запах, который пропитывал буквально всё. Я был приятно удивлен, когда не так давно, забирая внучку Машу из детского сада, ощутил точно такой же запах детства из прошлого века. Невозможно забыть запах 1 сентября. После традиционной линейки учеников заводили в здание, где витал запах масляной краски, исходящий от свежевыкрашенных парт, пола и окон. Вскоре к этому запаху присоединялся аромат гладиолусов и астр. Эх, был бы я парфюмером, то непременно бы выпустил туалетную воду «1 сентября» с таким ароматом. И этим ностальгическим запахом недавно пришлось насладиться. В подъезде дома, где живет мама, бригада маляров делала косметический ремонт по технологии «А-ля СССР», используя мел для побелки и масляную краску для покраски. Вот где они умудряются доставать такие раритетные материалы? При этом, я в этом почти уверен, в отчетных документах фигурируют совершенно другие, более дорогостоящие импортные материалы. Азохен вей!

А какие запахи были в магазинах, особенно в овощных! Стоило только зайти в торговый зал, как тут же ощущался запах подгнившей картошки, которую насыпали из бункера вместе с землей прямо в вашу авоську и всего лишь по 8 копеек за кило. Рядом с бункером ароматизировали воздух квашеные или соленые зеленые помидоры и огурцы, плававшие в таких детских ванночках, наполненных мутным рассолом. Эти соления, по-моему, покупались исключительно беременными женщинами. На полу возле прилавка лежала капуста с почерневшими листьями, издавая приторно-кисловатый запах. Остальные фрукты и овощи, как в «12 стульях», воздуха тоже не озонировали. Нельзя не вспомнить запах, издаваемый при варке курицы. Той самой советской курицы, которую продавали вместе с головой и лапами. Мама, глядя на неё, говорила: "моя ровесница". Внешне по своей упитанности она напоминала бегуна-марафонца, но запах варки был очень стойкий и распространялся по всему подъезду, учитывая, что фанерные двери тех лет пропускали все запахи. Поднимаясь в свою квартиру, можно было представлять меню ужина соседей. Современные курицы, именуемые "цыплятами-бройлерами", напоминают бодибилдеров и при варке пахнут чем угодно, только не той курицей. Каждому времени свой продукт!

  Хоккей тоже имел свой запах. Возле дворца спорта "Юность" зимой стояла пелена из угольного и дровяного дыма, исходящего от окружавших его в то время старых деревянных домов частного сектора. В фойе стоял удушливый запах смеси выхлопных газов от лёдозаливочной машины на базе ГАЗ-51 и табачного дыма. К курению тогда относились лояльно, и все курили внизу, возле туалетов. Дым, предварительно смешавшись с запахом свежевыпеченных беляшей и жигулёвского пива из буфета, поднимался наверх, в фойе и далее на трибуны и лёд. Как этим дышали игроки, сложно представить.

Вспоминается стойкий запах ЦПКиО имени Гагарина. Чем же он пах? Конечно же, шашлыком. Недалеко от площадок с аттракционами организовывали выездные буфеты, и какие-то дядьки – кавказцы на самодельных мангалах готовили шашлык из мяса неясного происхождения, предварительно тщательно вымоченного в уксусе вместе с луком. Специального древесного угля и жидкости для розжига тогда не было. Сжигали разобранные деревянные ящики. Мясо, как и лучок, частенько подгорали, превращаясь в угольки, что добавляло запаху отдельные оттенки. От этого аромата, заполнявшего весь парк, начиналось обильное слюноотделение и возникало резкое чувство голода. Хотелось съесть невероятное количество этого кушанья. Дядька брал шампур с готовым шашлыком, ножом снимал куски в тарелку из фольги с волнистыми стенками, добавлял ещё маринованного лука и ложку острого томатного соуса «Южный». От такого запаха даже язвенники бросались к мангалам. Куда там современным грилям! Пишу эти строки и чувствую тот запах и вкус того шашлыка. Эх, сейчас бы порцию такого!

Салоны самолётов были пропитаны запахами ароматного настоящего лимонада, карамели "Взлётная" и традиционной аэрофлотовской курицы. Изумительно пахла поездка на поезде. Перед посадкой в вагон, особенно летом, пахло какой-то пропиткой деревянных шпал и угольным дымком из трубы титана, в котором грелась вода для чая. А в самом вагоне, уже при посадке, пахло свежей заваркой индийского чая высшего сорта из жёлтой пачки со слоном. Сейчас, скорее всего, основной запах вагона – пластиковый аромат Доширака. Каждому времени свои запахи.

 
                О том, что заходит.



                Меняется всё

                В наш век перемен:

                Меняется звук, меняется слог,

                И спето про все,

                Но выйди за дверь -

                Как много вокруг забытых дорог.
                ( Машина Времени «В добрый час»)


   Мне всегда интересно, как формируются вкус и интересы человека? Почему одному нравится тот или иной автор, а другому нет? Это касается абсолютно всего: музыки, кино, поэзии, видов спорта, автомобилей и даже женщин. Говорят, что о вкусах не спорят. Очень справедливое утверждение.

 Меня просто коробит, когда слышу грубую критику с подтекстом: «Да как можно смотреть или слушать эту гадость?» Вот пример: я являюсь давним поклонником одной марки европейских автомобилей. Они привлекают своим изяществом линий, неспешностью и приятными удобными мелочами. Когда я купил первый такой автомобиль, то пришлось выслушать: «Да: за эти деньги! Да я бы на таком и за бесплатно не ездил бы». Дорогой мой критик, я его купил для себя и не заставляю тебя делать то же самое, и не утверждаю, что он — верх совершенства автомобилестроения.

 С изменением уклада жизни происходят и изменения лексики языка. Уходят старые слова и появляются неологизмы, и это вполне нормально. Но вот появление новомодных слов, произнесенных какой-нибудь известной личностью и пополняющих словарный запас многих людей, желающих быть в тренде, лично мне как-то не очень. «Озвучил свою мысль» вместо «объяснил» — по-моему, мысль — это не мультфильм. «Проартикулировал» вместо «сказал», хотя артикуляцией губ и жестами общаются глухонемые. Но вот одна фраза мне импонирует: «заходит», что означает, вызывает положительные эмоции или просто нравится. Как и у всех, у меня есть явления, произведения, вид творческой деятельности, которые когда-то «зашли» и не выйдут никогда. Есть книги, фильмы, музыка, которые я знаю наизусть, но часто пересматриваю, перечитываю и слушаю. Вот тот же фильм, который есть в моей коллекции на различных носителях, транслируется по телевидению, и нет сил оторваться от просмотра при наличии времени. Каждый раз открывается в нем что-то новое, ранее незамеченное.


Хоккей зашел с первого раза и навсегда. Я не помню, как отец брал меня с собой на матчи «Трактора» на Зимний стадион ЧТЗ — слишком мал я был. А вот трансляции Чемпионатов СССР, Мира и Европы в шестидесятых годах я помню. Я садился с дедом и отцом возле телевизора «Старт» с интересом смотрел в маленький черно-белый экран и без конца спрашивал о непонятных моментах. И первое очное свидание с настоящим хоккеем я помню отлично. Это было в 1968 г. в новеньком дворце спорта «Юность». «Трактор» в том сезоне вернулся в Высшую лигу и проводил один из первых домашних матчей. Отец во время раскатки подвел меня к самому бортику и приветствовал «трактористов», многих из которых знал лично. Я был напуган видом вратаря, который выехал на лед и прямо возле этого бортика надел страшную коричневую фибровую маску и повернулся в нашу сторону. Начался матч, и я был удивлен отсутствием комментатора, как во время телетрансляции, который сообщает, кто с шайбой и что происходит на ледовой площадке. Понравились заполненные до отказа шумные трибуны, «кричалки» болельщиков и буфет с лимонадом и пирожным — «трубочка с заварным кремом».
  В стране был хоккейный бум. Мальчики 60–70-х годов буквально жили хоккеем. Мы знали по номерам практически всех хоккеистов не только «Трактора» и сборной СССР, но и всех центральных клубов. С нетерпением ждали зимы, чтобы самим играть во дворах и школьных стадионах. Мечтали о школе «Трактора», конкурс на зачисление в которую был выше, чем в МГУ. Мне отказали после первого же тура из-за невнушительных габаритов и неуверенного катания спиной вперед.
 Лучшим подарком для нас была клюшка, а уж настоящие коньки — предел мечтаний. Одна беда: отечественные подходящие для игры коньки «промокашки» с задним щитком выпускались, начиная с 39 размера, а чешские «Ботас» стоили 25 рублей и были ещё в большем дефиците, чем финский сервелат и чёрная икра. А каким счастьем была серия матчей со сборной Канады 1972 года! Никакой Суперсерией-72 она тогда не называлась. И мне смешно читать, как оные болельщики рассказывают, как глубокой ночью смотрели трансляции из Канады. Все игры показывались вечером в записи, как и игры 1974 г. со сборной ВХА, в которой играли знаменитые Горди Хоу и Бобби Халл. О хоккее и его истории я могу говорить сутками. Постоянно смотрю матчи КХЛ, ну и, конечно же, все матчи «Трактора». Да, хоккей изменился, стал более интенсивным и интересным. Не вдаюсь в размышления о его коммерческой составляющей и уж никак не критикую систему всевозможных переходов игроков и околохоккейную тематику, но режет ухо фраза руководителей КХЛ, называющие хоккей продуктом, который они создают. Хоккей — это игровой, командный вид спорта, а продукты создают на пищевых предприятиях. Лет десять тому назад встретил уже пожилого болельщика, которого давно не видел на Арене, и поинтересовался причиной того, почему он не бывает на играх:
— Ты, знаешь, Артур, — с печалью ответил Степаныч, — тяжело уже переносить эмоции на трибуне, да и возраст «лени» наступил.
Как же я сейчас его понимаю, став его тогдашним ровесником! Я редко выбираюсь на Арену, разве что в выходные, когда игры начинаются раньше. На Арене «Трактор» есть сектора трибун: A, B, C и D. Я же стал завсегдатаем сектора Е — это кресло возле телевизора дома. Удобно: и буфет совсем рядом, и курилка. Конечно, нет того дыхания трибун, братания с соседями по ряду после заброшенной шайбы, не заметны детали смен, поведения игроков и ряд моментов, не попадающих в объектив камер. Но уютно, тихо, отличный обзор, четкие повторы моментов. Куда там черно-белому «Старту»! Жду новых побед нашего хоккея и любимого «Трактора»


  О битломании в мире и СССР написаны сотни статей и исследований. The Beatles – действительно уникальное явление. Магия этой четвёрки распространилась по всему миру, но в период их активной деятельности в Советском Союзе был построен своеобразный неофициальный барьер для их проникновения в тогдашнее медиапространство. В редких заметках в молодежных СМИ тех лет их только и называли: и «парни из бедных рабочих кварталов Ливерпуля», особенно после появления песни «Вечер трудного дня», в которой, по мнению автора, эти бедные ребята пели о бесчеловечной эксплуатации английских рабочих, и «безвкусные выразители бездуховности капиталистического мира». Одним словом, их «не пущали». Для меня загадка, как мелодичные «Yesterday» и «Girl» могли оказывать тлетворное влияние на молодых строителей коммунизма? Чем руководствовались партийные идеологи из ведомства секретаря ЦК КПСС товарища Суслова, определяя, что и когда должен слушать советский человек? По моей версии, чиновники просто опасались, что в плейлистах молодежи произойдет замена шедевров типа «Мой адрес – ни дом и не улица» на хиты The Beatles. А там и до интереса к жизни на Западе недалеко, и возникновение в умах ненужных вопросов. Уж эти-то дяди точно знали, что в капиталистическом мире жизнь не хуже, а в чём-то и лучше по своему качеству, чем в социалистическом лагере. (Даже само слово «мир» гораздо благозвучнее, чем «лагерь).

Несмотря на все барьеры и препятствия, Битлз, сами того не подозревая, подобно воздуху проникали в СССР через малейшие прорехи и покоряли слушателей. По рукам ходили по десять раз переснятые мутные фото парней с длинными прическами и совсем непохожие на наших скромных ребят из "Голубых гитар". Назывались искаженные и русифицированные фамилии: Джон Ленин и Пол Макаренко. Старшие ребята отращивали волосы, за что многие учителя презрительно называли "Патлатые битлаки" и принимали невероятные усилия по приведению причесок таких "отщепенцев" в благообразный вид сознательного советского юноши. Во дворах, на скамейках, на совершенно расстроенных гитарах ребята подбирали аккорды ритмичной "Can't Buy Me Love" и напевали её в вольном, совершенно не имеющем отношения к оригиналу переводе.

Моё первое знакомство с Битлз произошло в третьем классе. У моего друга, одноклассника Андрея Глушкова, есть старший брат. В то время он уже был студентом и обладателем латышского магнитофона Дайна, который он выключал, по-моему, только на ночь. Пленка Тип-2 постоянно рвалась, и он её склеивал уксусной эссенцией, от чего в квартире распространялся запах советской пельменной. Однажды я был у Андрея в гостях, и его брат на полную мощность хриплого динамика запустил как раз "Can't Buy Me Love", которая стала первой песней Битлз, которую я услышал. Какого-то впечатления она на меня не произвела. Мы спешили в детский кинотеатр "Октябрь" на фильм "Зеленые цепочки".

  Окончательное знакомство и любовь навсегда появились примерно в седьмом – восьмом классе. У нас дома был огромный ламповый магнитофон "Днепр-14М". По виду он скорее напоминал предмет мебели, чем аудиоустройство: корпус из полированного дерева, внушительный вес и ножки, как у журнального столика. Однажды ко мне пришел ещё один мой одноклассник, Андрей Григорьев, и принес неизвестно где добытую бобину, с обеих сторон записанную песнями Битлз. Уже позже я узнал, что это были два сборника лучших песен: Красный и Синий альбомы. Музыка просто покорила, особенно Girl, Michelle, Yesterday. Позже мы наслаждались Белым альбомом и Abby Road.

 Все остальные годы жизни в Челябинске прошли под The Beatles. Одновременно с The Beatles моментально зашел Pink Floyd с их бессмертной «Оборотной стороной Луны». А уже в 10 классе я просто влюбился в Genesis. Голос Фила Коллинза и клавишные партии Тони Бэнкса просто уносили в Космос. В списке моих музыкальных пристрастий Genesis на втором месте после The Beatles и тесно связанным с ними Полом Маккартни. За годы я много узнал о своих кумирах, стал самым настоящим битломаном. Горжусь своей полной коллекцией виниловых пластинок (без пиратских неудачных копий, выпущенных в России в девяностые годы), и массой битломанской литературы. Слушаю их уже не каждый день, но с определенным постоянством, как и Genesis, коллекция которой сложилась позже и в основном на фирменных CD. Таким образом, The Beatles и Genesis зашли ко мне сразу и навсегда.


 В начале 1980 года в меломанской среде активно обсуждалась группа "Машины Времени". Говорилось, что она какая-то подпольная, в составе одни евреи и поют они совсем не советские по духу песни. Возглавляет её некто Андрей Макаревич, автор и исполнитель всех песен. Концерты они дают нелегальные, в Подмосковье. Одним словом, секретная команда не для всех. Никаких записей и фото нет. Интригу усилило сообщение, что группа стала лауреатом конкурса "Весенние ритмы" в Тбилиси. Наконец удалось услышать музыку. Кто-то из сокурсников принес кассету, на которой была очень плохая запись "Машины Времени". Хорошо запомнилась композиция "Солнечный остров". Остальные из-за ужасного качества никак не зашли. Позднее я опознал ту запись. Это были отрывки из магнитоальбома "Маленький принц". Никто тогда у нас и не знал, что группе уже 11 лет, что она легализована в "Москонцерте" и гастролирует по стране, собирая аншлаги во дворцах спорта.

Наконец-то случилось чудо — несколько концертов в Челябинске. Ажиотаж был огромным, билетов не достать. Надо сказать, что я, как и многие в то время, не интересовался рафинированными советскими ВИА, исполнявшими слащавые и патриотические песни советских композиторов. Исключением являлся "Ариэль" и некоторые песни "Песняров", но на концерт "Машины Времени" хотели попасть все. Не вспомню, как именно, но у нас с моим однокурсником появилось два билета. Зал Дворца спорта "Юность" был заполнен до отказа. Об авторском праве тогда не слышали, и всё пространство сцены от края до аппаратуры было заставлено портативными кассетными магнитофонами для записи концерта. Никто такому откровенному пиратству не препятствовал. У нас тоже был такой чудо-аппарат "Весна" с микрофоном. Я вплотную подошел к сцене и приготовил аппарат к записи. В этот момент на меня как-то почти одобрительно посмотрел необычно одетый парень с огромной копной кудрявых черных волос и «жидкими» усами. Он что-то настраивал, подключал и переставлял. У клавишных колдовал носатый чернявый толстячек в смешной футболке с огромными очками с модной оправой. Погас свет, я включил запись и бегом отправился на свое место.
  Концерт начался необычно - вышел ведущий и начал декламировать:

                «Среди всего, что в нас переплелось,
         Порой самодовольство нами правит.
           "Казаться или быть?" - вот в чем вопрос,
Который время человеку ставит.
     Считаться кем-то, или кем-то быть?
                Быть смелым, или делать вид, что смелый?
      Ты жертвовал, творил, умел любить,
Или об этом лишь вещал умело,
Робея самому себе признаться,
                К чему стремишься: быть или казаться?..
                Что стоит жизнь в довольстве иль покое,
                Когда ее пытаются лепить,
    Фальшивя переделанной строкою...
     Легко казаться. Очень трудно быть..»


Позже я узнал, что это был Ованес Мелик-Пашаев, директор «Машины». А читал он стихотворение Макаревича. На сцену вышли музыканты, и я понял, что тот кудрявый усач и есть Андрей Макаревич, а толстячок — Пётр Подгородецкий. С первых аккордов «Каждый имеет право…» зал завелся, все композиции заходили на «Ура!». В конце Андрей сел за рояль и великолепно исполнил «Пока горит свеча!». Такую реакцию публики я видел впервые. Как говорится: «Всё было впервые».

Мы шли с концерта в полном трансе от увиденного и услышанного. «Машина» запала мне сразу и навсегда. Концерт был дневной, и благодаря этому до отбоя мы успели раз пять прослушать запись концерта, а через пару дней знали наизусть тексты всех песен. Никаких официальных записей и уж тем более пластинок так и не было. Ближе к Новому году появилась пластинка «Тбилиси — 80», на которой было две, одни из моих любимых композиций — «Снег» и «Хрустальный город». Наконец-то можно было услышать группу в приличном качестве.

Шли годы. Дисков так и не было, а вот магнитофонные записи приличного качества появились. «Машина» мне нравилась всё больше и больше. Наконец произошло чудо. В 1986 году «Мелодия» сподобилась без согласования с группой выпустить диск-сборник «В добрый час». Я держал диск в руках и не мог поверить своим глазам, чем очень удивил своего польского приятеля — меломана Адама Квятковски. Он никак не мог понять, почему нельзя выпустить альбом популярной в стране группе. Ну как ему это объяснить? В Польше была полная музыкальная свобода, и западные рок-группы не мешали населению строить социализм. Позже вышел первый двойной альбом новинок «Машины» — «Реки и мосты», по-моему, лучшее творение по подбору композиций и музыки.

Я хорошо знаю, что Андрей Вадимович очень не любит словесные клише, обращённые к его творчеству: «Я вырос на Ваших песнях!». Это его полное право. Я вот лично на его песнях не вырос ни на сантиметр, я просто с ними живу, и удивительная вещь: к любому событию своей жизни я могу подобрать сопровождение в виде песни «Машины» или самого Андрея из его сольных альбомов. Ну а одной из любимых песен считаю «Лифт» — эдакий микро-путеводитель по этажам жизни. Жаль, что эту песню не считают хитом и не исполняют на концертах.

                «Как на первой остановке
      Пахнет елкой новогодней
Дети водят хороводы
И дерутся во дворе.
           Пахнет радостью открытий,
Пахнет страхом наказаний,
Пахнет каплями от кашля,
Пахнет маминым пальто.

На второй этаж взлетаешь,
Без усилий, словно птица,
И твое предназначенье
Для тебя - как дважды два.
В голове вино и ветер,
Над тобой кружатся феи,
И хранит твоя подушка
Легкий запах их духов.
И ты еще глядишь на небо,
Где вчера кружили феи,
А они уже не феи -
Их делишки к сентябрю.
Пахнет сеном, а не маем,
Пахнет чьим-то урожаем,
У соседа снова праздник -
                Вас впервые не зовут…..»

 С огромным интересом и удовольствием читаю прозу Андрея Вадимовича. Поражает его внимание к живым бытовым деталям прожитых лет. Прочтите его рассказ про пельменную периода развитого социализма, опубликованный в книге «Сам овца», и всё станет понятно. А вот оценивать его живопись я не рискну: создатель обделил меня пониманием этих произведений искусства, впрочем, как и поэзии, которую я воспринимаю в основном в песнях.

Да, о вкусах не спорят. Допускаю, что я стал старым консерватором, но не хочется пополнять свои предпочтения новинками, и на необитаемый остров я бы взял с собой мою музыкальную коллекцию, книги: «Незнайка на Луне», «Вечный зов», «Тяжёлый песок», «Граф Монте-Кристо» и все книги Игоря Губермана. Больше мне в силу возраста не унести. А если выбрать один фильм, то, конечно, «Однажды в Америке», который я увидел в первый раз в 1984 году с польским дублированным текстом, половину не поняв. Раз в год я его обязательно пересматриваю и, повторюсь, каждый раз вижу в нём какую-то новую деталь. А вот хоккей с собой взять нельзя! 


    Дружба – это устойчивые отношения.

                Не прощаясь, выходят в люди

                Только в детстве мы встретили старых друзей

                И новых старых не будет.
                (Машина времени «Старые друзья»)



  Интересное понятие "дружба". Его смысл совершенно невозможно объяснить словами. А вот разделить людей по степени значимости отношений можно. Деление очень простое и понятное: знакомый, приятель, друг. Со знакомыми и приятелями все более или менее понятно. Это не постоянный состав и часто забываемый. Друг - это надолго и основательно. В детстве, как и у всех, у меня было много друзей и в школе, и во дворе, и во всевозможных кружках и секциях. Школьные друзья - очень сильный вид отношений, но с годами эта сила как-то тает и, в конце концов, переходит в ритуальные звонки по праздникам, которые день ото дня забываются.

Говорят, что друзей много не бывает. Очень спорное, по моему мнению, утверждение. Друзей, которые имеют допуск самой высшей категории к деталям вашей жизни и знают все её перипетии, много быть не может. Самые лучшие друзья - это те, с кем дружба началась в раннем детстве. Это те, с кем дружба продолжается до глубокой старости и с кем прожиты много интересных и не очень жизненных ситуаций.   

С Олегом нас познакомили наши мамы летом 1968 года. Олег младше меня на два года, стало быть, в тот момент ему было пять лет. Наши мамы, Галина Петровна и Нинэль Петровна, ровесницы их мамы, обе из Курганской области. Они обе окончили медицинское училище и вместе работали. Обе чуть позже окончили пединститут и стали логопедами. Знакомство с Олегом было определено самой судьбой. Нас познакомили в его дворе, в песочнице. Я недавно был в том дворе, песочница на месте, но никакого памятного знака в честь того знаменательного события не заметил.

Мы как-то сразу нашли общий язык и стали крепко дружить. Олег пошел в первый класс, в ту же самую школу, что и я, но позже мы переехали в новый Северо-западный район, что не мешало нам продолжать дружбу. В те годы не было никаких проблем для младших школьников спокойно, без сопровождения взрослых, перемещаться по городу. Не было у нас тогда смартфонов и платежных карт, и интереса для всякого рода грабителей мы не представляли. Да и всевозможные маньяки, извращенцы были только в легендах или просто о них умалчивалось.

Тяжело было в новогодние праздники. Мы едва успевали на новогодние ёлки во всевозможные Дворцы культуры и клубы. К концу каникул мы уже просто не могли смотреть на всякие сладости из подарков, которые вручались на этих детских корпоративах. Вскоре семья Олега получила новую квартиру практически в одном дворе с нашим домом по ул. Молодогвардейцев. Наша дружба окрепла. Мы очень много времени проводили вместе, с удовольствием уплетали торт "Наполеон", который часто пекла моя мама, и гуся, которого в жаровне тушила Нинэль Петровна.

У нас были практически одинаковые игрушки: конструкторы и железные дороги Piko - предел мечтаний. Расставались мы на лето. Олег уезжал в деревню к бабушке, а у меня "ходка" в лагерь. Мы опять учились в одной школе, ходили в кино и на каток, в общем жили жизнью тогдашних пионеров и школьников со всеми атрибутами того времени. 

Не вспомню, в каком году нас вместе отправили на летние каникулы в деревню. Ранее я никогда не был в сельской местности, и всё было интересно и памятно. На поезде мы доехали до Кургана, а далее… полетели на самолете в деревню Новотроицкое. Да, да! Мало кто уже помнит, что в СССР были достаточно хорошо развиты местные авиалинии. Кукурузники Ан-2 летали в отдаленные населенные пункты, куда не была проложена железная дорога. Самолет низко летел над полями и лесами, его качало от ветра, меня подташнивало, и я очень волновался, как бы не оконфузиться и не испачкать "форму содержанием". Но обошлось.
В деревне нравилось буквально всё. Бабушка Олега, Мария Феофановна, сельский учитель, пекла в настоящей печи вкуснейший круглый ноздреватый хлеб. В той же печи делалось топленое молоко, запекались в сметане огромные караси с желтой чешуёй, которых мы накануне выловили неводом из озера.

Диковинный первозданный край на северо-востоке области, почти Сибирь. Такого количества грибов и ягод я никогда не видел. За пару часов можно насобирать полный багажник Москвича, который был у деда Олега, настоящего хлебороба. В огороде была баня, которая топилась по-черному. Такая же, как в "Калине красной" – темная и очень жаркая. Не скажу, что я был в восторге, не приучен, городской пижон. Но больше всего понравилась езда на лошади верхом – я чувствовал себя прямо буденновцем. Ну и, конечно, покос. Запах скошенного сена – это нечто. Так и остался в памяти дневной перекус: копна сохнущего ароматного сена, крынка топленого молока, которое можно было есть ложкой, теплый свежий огурец с огорода и огромный ломоть свежего хлеба.

Мы повзрослели. Оба увлеклись практически одной и той же музыкой, проводили время, и нам всегда было интересно быть вместе. Я поступил в училище, и наша с Олегом жизнь дальше шла параллельными курсами, со многими совпадениями. После проведенной мною профориентации для друга, через два года он тоже стал курсантом. Будь у нас разница в год, я бы не посоветовал ему поступать на первый курс, но на втором мне было уже гораздо легче, и невзгоды забылись.
Думаю, что Олег не пожалел о выбранном пути. После училища я служил в Польше, а он в Германии. Мы оба начинали службу в должностях начальника автомобильной службы. Наши жены были полными тёзками по имени и отчеству. Правда, у меня в первом браке родился сын, а во втором дочь. У Олега дочь Юлия одного года рождения с моей Тамарой. Я был на выпуске Олега из училища и уже, будучи старшим лейтенантом, одним из первых поздравил его.

В 1990 г. Олег был в отпуске и очень помог мне с организацией похорон моего отчима. Затем начался перерыв в наших очных отношениях. Мы встретились лишь в 1998 г. Олег после Германии получил назначение в Забайкалье. Не самый хороший регион для службы, но всё сложилось у него хорошо, хотя прекрасно представляю все трудности, которые ему пришлось преодолеть. Я по работе был в Чите — интересный и своеобразный край с почему-то угрюмыми жителями. Мы там, конечно же, встретились, и наши взаимоотношения вошли в прежнее русло.

Затем встречались в Москве, где Олег продолжил службу в самой высокой должности для офицера автомобильной службы. Позднее был Ростов и увольнение в запас. В последние годы его службы мы виделись очень часто, так как Олегу приходилось очень часто прилетать в Челябинск. Дело в том, что Нинэль Петровна получила травму и практически стала инвалидом. Олег делал всё, что мог, не имея возможности перевезти маму к себе, я, как мог, старался ему помочь. Кроме того, у меня были самые тёплые отношения с Нинэль Петровной. Я постоянно был с ней на связи и был в курсе происходящего с ней.

В декабре 2017 года Олег мне позвонил из Домодедово и сказал, что срочно вылетает, так как маме очень плохо. Но уже на посадке ему позвонили и сообщили трагическую весть. Как он мне помогал в 1990 году, так я помог ему с организацией похорон. Тяжело он пережил уход мамы, но я считаю, что совесть его должна быть чиста. Он сделал всё, что мог. Конечно, мы сейчас видимся реже. Но минимум два раза в год. Он прилетает в Челябинск, и мы сразу едем на кладбище, где стоит очень красивый памятник на могиле. На этом кладбище похоронены близкие мне люди, и всегда, бывая там, я прихожу к могиле Нинэль Петровны. Светлая ей память!

Нам всегда интересно вместе. Есть темы для бесед, не связанные с воспоминаниями о "былых боях". Их, как правило, вспоминают, когда не о чём говорить. Иногда мы по часу можем говорить по телефону, и не только в дни праздников. Олег уже дед, живёт в Москве. Часто, в отличие от меня, посещает спектакли и концерты, полон сил и энергии. Возможно, скоро нам предстоит прощание в Домодедово, связанное с моей репатриацией, но надеюсь, что это прощание будет не навсегда.


                Автомобильное училище 1978 – 83 г.


 Часто мне приходилось отвечать на вопрос о мотивах того, почему я выбрал профессию офицера-автомобилиста? Однозначного ответа у меня нет. Есть смысл разделить эту тему на два фрагмента: 1. Автомобилист, 2. Офицер.

С самого раннего детства автомобили были предметом моего особого внимания. Если меня водили в парк, то мне не нужны были карусели и качели. Я рвался в прокат педальных машин. Мало у кого они были в личном пользовании, так как хватало их максимум на год. Счастливый владелец такого автомобиля-мечты быстро рос и к открытию следующего весенне-летнего сезона попросту в него не помещался. Я обожал авто, конструкторы и чешские машинки на батарейках, а привезенная дедом из Москвы самая настоящая масштабная модель «Лянча Фульвия» породила многодневный радостный стресс. Но все эти игрушки ни шли ни в какое сравнение с настоящими: ГАЗ-69, «Победой», «Волгой» и «Запорожцем». Однако больше мне нравились грузовики.

Обычная картина тех лет, знакомая моим ровесникам. К какому-нибудь магазину подъезжает ГАЗ-51, начинается разгрузка товаров. Возле машины тут же появляются два-три мальчугана и обращаются с просьбой к водителю: «Дяденька, а можно в кабине посидеть?». Если дяденька был в хорошем настроении, то такая просьба удовлетворялась, но сопровождалась строгим указанием о запрещении что-либо включать и нажимать на педали. Юные автолюбители садились в кабину, по очереди занимали место водителя, крутили руль, спорили о технических характеристиках и назначении приборов, переключателей и рычагов. Заканчивалась разгрузка, и если дяденька был в особо хорошем расположении духа, то был шанс прокатиться с ним в кабине несколько сотен метров до выезда на большую дорогу. Мальчишки высаживались и радостные бежали во двор к месту разгрузки в ожидании следующего автомобиля. Интересно, что бы услышал в ответ на такую просьбу современный мальчик от современного водителя? В школе во время сбора макулатуры я в груде старых журналов отыскивал дефицитные тогда журналы «За рулем» и «Техника молодежи». Тайно уносил их домой и читал с огромным интересом. Особенно рубрику «Наш автомобильный музей» в журнале «Техника молодёжи».
Когда у меня появился настоящий большой велосипед «Урал», то я постоянно что-то в нём улучшал: смазывал подшипники педалей, разбирал и промывал заднюю втулку. Одним словом, получал первоначальные навыки технического обслуживания и ремонта.

  Во второй половине семидесятых началось производство очень качественных моделей советских автомобилей в масштабе 1:43. Они были достаточно дорогими – 3р.50 к. Приходилось «ужиматься» в расходах карманных денег и постоянно ездить в магазин «Уральские сувениры», где они продавались и раскупались мгновенно. Модельки я выставлял наверх огромного цветного телевизора «Радуга», где было принято размещать фигурки слоников. Под растерялась та коллекция. Помню, что её остатками играл мой маленький сын. Я и сегодня не могу пройти мимо отдела с модельками, но современный «китайский новодел» не впечатляет.

Вопрос о выборе специальности был для меня решён. Мне очень нравится моя специальность, и я ни дня не работал вне её. Со второй частью вопроса было несколько сложнее.
Получать или нет высшее образование? Ответ в семье был однозначным и кассационным обжалованиям не подлежал. «Принеси диплом, а дальше хоть в пастухи иди» – такую фразу слышали и слышат многие ученики выпускных классов. Я не являлся исключением и отпуска на «вольные хлеба» не ожидал. Почему же я решил стать офицером?

Я не до конца верю в искренность тех, кто заявлял: «Я ещё в первом классе осознал, что защита Родины – моё призвание, и тщательно готовил себя к профессии военного, готов служить в самых отдалённых гарнизонах!» Эта патетика хороша для мандатной (приёмной) комиссии, хотя и её члены лишь делали вид, что верят в эти слова. Мы, курсанты, не дискутировали на темы причин поступления в училища, но для себя я вывел несколько таких причин:

1. «Легче учиться, чем в обычном ВУЗе». Очень спорный посыл. Совмещать учебу и службу не просто. Единственное преимущество – отсутствие соблазнов вольной жизни, невозможность пропуска занятий и обязательная самоподготовка.

2. «Продолжение семейной традиции: и дед, и отец были офицерами». У меня не было военных среди близких родственников. Разве что муж маминой сестры.

3. «Престижная профессия». Действительно, в то время быть офицером было почётно и престижно. Многие девушки мечтали выйти замуж за офицеров, которые считались надёжной опорой семейной жизни.

4. «Полное государственное обеспечение во время обучения. Не надо где-то подрабатывать и бояться не получать стипендию». Многие ребята до поступления проживали в небольших городках и в сельской местности, где жизнь была не самая зажиточная, и помогать студенту было проблематично.

5. «Более высокое денежное содержание лейтенанта в сравнении с выпускниками институтов и возможность службы за рубежом». Это полное соответствие реальности тех лет.

6. «Более стабильное обеспечение жильём, ранний выход на пенсию и довольно приличный её размер». Очень актуальная причина. Особенно сейчас.

7. Самая банальная и не редкая причина: «за компанию с другом, брат которого окончил училище и служит в ГДР».
 Конечно же, это лишь мои наблюдения, не являющиеся истиной. Не буду скрывать, что материальный интерес у меня был, как и некая романтика предстоящих переездов по разным местам службы. Совершенно не хотелось быть студентом, как моим друзьям-одноклассникам, с которыми я ходил на день открытых дверей в "Политех". Очень мне нравилась военная форма и сами офицеры, которых я представлял такими благородными и интеллигентными, как в фильме "Адъютант его превосходительства". Увы, далеко не все в реальности были такими, в чем я вскоре убедился. И самым весомым фактором была экскурсия в училище. Мне так понравились аудитории, в которых находились автомобили с разобранными агрегатами, лаборатории с двигателями и автомобилями, которым курсанты проводили техническое обслуживание. Кругом была чистота и порядок – что мне нравилось с детства. Понравились казармы, часовые на постах, автомобильный парк, хоккейная коробка и спортивный городок. Решение было принято!
               

                Я - курсант ЧВВАИУ

-Товарищ генерал-лейтенант, абитуриент Лекус на заседание приёмной комиссии прибыл, – чётким голосом, не смотря на некоторую дрожь, отрапортовал я. Начальник училища строго посмотрел на меня и углубился в изучение моих документов. У меня было 20,5 баллов, хорошие характеристики. Проблем не возникло.

– Товарищ Лекус, вы зачисляетесь на инженерный курс, – как-то буднично произнес генерал-лейтенант Зюбко. – Пригласите следующего.

Так, 31 июля 1978 года я стал курсантом 1-го курса Челябинского высшего военного автомобильного инженерного училища. А 5 августа, как раз в мой семнадцатый день рождения, вышел Приказ Начальника училища о зачислении новых курсантов, и для нас всех официально началась действительная военная служба.
За три недели до этого события начались вступительные экзамены, которые я сдал успешно. Ничем особенным эти дни не запомнились, разве что подготовкой к написанию сочинения. Консультацию проводили приглашенные учителя школ. Из их советов надо было усвоить два момента: писать не более двух листов простыми предложениями. И если сомневаетесь, как написать «здесь» или «сдесь», то пишите «тут».

Никаких торжеств и проводов дома не было. Я получил распоряжение в этот же день к 18:00 прибыть в училище. И это прибытие я помню, как будто это было вчера. Я доехал на троллейбусе до училища и в 17:45 прошёл КПП после проверки моей личности и наличия её в списке зачисленных на обучение. На мне был костюм, на ногах чешские замшевые туфли на платформе, жутко модные, и, конечно же, популярный пластмассовый дипломат, «мыльница», из содержимого которого я помню: блок болгарских сигарет «Родопи», общая тетрадь и туалетные принадлежности. Начался путь длиной в 13 лет.

Меня и других зачисленных разместили в казарме. На ужин я не пошёл. В тот день это было не обязательно. Наступила ночь. Мы все счастливые, практически не спали, знакомились, травили байки, строили планы. Утро было менее оптимистичным. Резкий подъём, зарядка с немалой пробежкой, поход строем на завтрак, после которого – на вещевой склад за получением нашей первой военной формы одежды. Ох и намучился я возле горы БэУшной, но чистой формы. Всё мне было велико. Добрый и юморной завскладом прапорщик Бабкин сочувственно смотрел на мою щуплую фигуру «Геракла в засушенном виде» и по-отечески посоветовал попробовать отпроситься у начальства и съездить за формой подходящего размера в Детский мир. С трудом я всё же подобрал подходящую гимнастёрку и брюки-галифе. А вот один сапог был 40-го размера, другой – 41-го.
Боже мой, как мы все матерились и кололи пальцы, первый раз пришивая подворотнички. Ну и, конечно же, обучались технике наматывания портянок. После обеда – строевой смотр и формирование подразделений. Я стал курсантом 4 группы 14 роты.

 После ужина к местным приезжали на КПП родители забрать гражданскую одежду. Помню реакцию мамы, увидевшей свою кровинушку в сапожках и пилотке. Это вам не пионерский лагерь им. Гагарина. Думаю, что если бы в тот день проводился кастинг на роль солдата Вани Чонкина, то я бы прошёл его даже без проб.

После отбоя желающих потравить байки уже не нашлось. Через пять минут все спали "без задних ног". Начался один из самых трудных этапов учебы — курс молодого бойца.

В декабре 2022 г. Я примерно так же волновался, ожидая вызова в кабинет, внутри которого будет принято решение, по результату которого, возможно, начнется новый этап жизненного пути у меня и моих близких. Этот кабинет также располагался на закрытой территории, и также прошла проверка по списку на КПП.

— Артур, я проставляю визы репатриантов вам и вашей супруге, — как-то буднично сказала консул Посольства Государства Израиль, очень приятная и доброжелательная женщина. Мы вышли из кабинета, и я вспомнил, как 44 года назад прошёл приёмную комиссию в училище и жизнь круто изменилась.