СТИХИ В.В. МАЯКОВСКОГО ЧИТАЮ. НОВЫЕ ГЕРОИ СКАЗОК. ЧАСТЬ 4
Сегодня день какой-то неработоспособный получился. Наверное, из-за того, что вчера сказку не дочитала про пряху и про баранов заграничных. Что сегодня я смогла сделать?
Несколько стихотворений мамы из 1993-1994 гг. перепечатала с листа на монитор компьютера и разместила их на "Стихи.ру". Ответила на вопрос редактора по поводу того ставить ли псевдоним автора - Дина Сукачева-Федоров или фамилию по паспорту оставить - Федорова.
Суп сварила, но перепутала скороварки и так долго его варила, вместо мясного рагу для кошек, что половина бульона выкипела. Так-то вкусно получилось, но мало.
Открытие сделала, благодаря неравнодушному читателю. Оказывается выражение, употребляемой мной иногда по зову сердца и объективной реальности "Божий промысел" ошибочно. А правильно "Промысл Божий" - от слова мысль, а не от слова промышлять. Мне казалось, что так тоже правильно, но Священнослужителям виднее, ведь они какое-то особенное представление о земной жизни и Божественной функции имеют, изучая древние тексты.
По дороге в университет осматривала все мои "Ужасные деревья". Бабочек Ивовой горностаевой моли уже мало. Их яйца веретёнцами висят на ниточках под плёнчатым покрывалом на деревьях. Жуки какие-то красные ползают по стволам. Сделала несколько коротких видео о них. Буду разбираться что за жуки? Вокруг одного из деревьев я ходила и Синица. Толстая такая не то, что зимой стройняшки в кормушку прилетали. Она ела без перерыва насекомых, а я, как мне казалось, снимала видео о ней и не очень коротенькое. Хорошо, что несколько фото сделала с этой птицей! А видео не получилось, кнопку не нажала - опыта в этом деле у меня пока мало. Этого самого опыта только на видео о насекомых хватает.
По объявлению на сайте "Авито" о котятах женщина поинтересовалась Теодоро. Я так много фото скинула по её же просьбе, но ей кошечка нужна была, а не котик.
Несколько современных стихотворений прочитала на "Стихи.ру". Должна же я быть в курсе современных событий, миропредставлений и мироощущений.
Отвлеклась и здесь! Так на чём я остановилась?
Сказка 100 летней давности, написанная Владимиром Владимировичем Маяковским забыта. Почему? Не знаю, возможно из-за её сложного формата. Формат поправить - дело нехитрое. Просто слова в рифмованные строчки поставлю, строчки в четверостишья - и красиво и понятно. Да так, что яснее ясного картина жизни из разных времён перед глазами появляется! Как же глубоко этот самый поэт всё изучал, иначе не смог бы он детальные и точные описания делать в стихотворениях.
ТКАЧИ И ПРЯХИ!.. ПОРА НАМ ПЕРЕСТАТЬ ВЕРИТЬ ЗАГРАНИЧНЫМ БАРАНАМ
VI
Так решив, пошли обходом
Пряха с Гашей по заводам
Поглядеть и там, и тут,
Как рабочие живут?
На Введенской, на Покровской,
На Московско-Озерковской —
Не затешется зима
В коммунальные дома.
На Шараповской — знакомым
Можно хвастать новым домом.
На Сапроновской — опять
Стены кроет конопать.
На Зеленовской — постой-ка —
Снова новая постройка?
На Свердловской — посмотри,
Этажа взлетела в три!
Горя тяжкого отведав
В девятнадцатом году,
"Пролетарская победа" —
Возродилась вновь к труду.
Мощь сильна рабочих армий:
На Даниловской — в казарме —
Без особенных затрат
Сделан комнат чистых ряд.
Погляди-ка, Гаша, выше:
Прочно выкрашены крыши!
Присмотрись, товарка, здесь:
Вишь — фундамент новый весь.
Там, где встарь от вечной течи
Плесень сизая плыла, —
Переложенные печи
Дышат ласкою тепла…
Там, где тусклое болотце
Разводило комаров, —
Встали чистые колодцы,
Малярию поборов.
Ох, горька ты, пыль от ткани,
От оческов въедлив прах,
Но — повсюду пышут бани,
Грязь сводя на всех парах!
Тиф не съест ткачёва сына,
Коль на страже медицина.
Чтоб грудные зря не гасли,
Матерям на помощь ясли.
Все, кто молод и неглуп,
Ходит в свой рабочий клуб.
Всюду сводим мы заплаты,
Их немало наросло.
Получения зарплаты
Знаем точное число!
VII
— А теперь, — сказала Гаша, —
Поглядим на дело наше.
Впрямь ли лучше было встарь?
Расшатался ль инвентарь?
Ты руками не маши нам,
Заграничный обормот.
Сами помним, что машины
Не новеют от работ.
Да не скаль злорадно пасти,
Брось ногами семенить.
Мы изношенные части
Догадались заменить.
Правда, многих тяжких хлопот
Стоил нам суровый опыт,
Но усвоен нами он.
Ты же лезешь на рожон.
Например: какая ко;рысть
У машин уменьшить скорость?
Раньше кто бы то сказал —
Просмеяли бы в глаза.
А теперь — мы учим глупых,
Что для тканей полугрубых —
Коли быстро пущен вал,
Выход пряжи будет мал!
Для успеха ж грубых смесок,
Коль делители узки;,
Мы без спецов и при спецах
Спариваем ремешки.
Над такими ремешками
Сжали волю мы тисками;
Чтобы шерсть не сбилась в клуб,
Шьём на бёрдочный их зуб.
А чтоб сорные очески
Не носить в своей прическе,
Мы — про то баран молчок! —
Пропускаем сквозь волчок.
Эти мелкие приёмы
Дружке друг передаём мы,
Вывози нас из разрух,
Старый Клеин-технорук!
Промыванье, краска, стрижка, —
Без сноровки — всюду крышка,
Но тебе мы, меринос,
Натянуть сумеем нос.
Не чесать тебе под брюхом -
Велика барану честь:
Мы твою ордынским пухом
Заменить сумеем шерсть!
Чтоб в работе нам окрепнуть,
Не потворствуя тебе,
Мы свернём свою потребность —
Станем ткать товар грубей.
Всё же — поздно или рано —
Спесь собьём с того барана.
Много будет перемен там,
И не зря баран сердит;
Кто знаком с ассортиментом
С нашим — это подтвердит.
К нам, чтоб сорт наш не был ниже,
Шлют рисунки из Парижа!
Нынче — и у Муссолини
Нет в штанах изящней линий.
Наши ткани не богатым —
Обошьёшься из зарплаты!
Кто не верит — посмотри
В магазине № 3.
Забрели в мага;зин вы бы, —
Цены — грош, огромный выбор!
Подобрали точка в точку,
И бери товар в рассрочку.
Так уверенно глядели
Гаша с пряхой в женотделе,
Возвратясь к плечу плечо,
Свой закончивши отчёт.
"Боевые вы подружки!" —
Им сказал завком Петрушкин.
"Молодцы и ловкачи!" —
Подтвердили все ткачи!
Кто читает сказку чутко,
Для того не только шутка,
А и дел величина
Между строк заключена.
Старины развейтесь тени,
Не гнусите под окном…
Ведь действительно оденет
Пряха всех своим сукном.
Встанут стройно фабрик трубы,
Ткани будут все тонки;,
И не станут сукон грубых
Вырабатывать станки.
А пока, — чтоб то случилось,
Что сияет впереди,
Ты, читатель, сделай милость,
Сказку — в жизни проводи!
Владимир Маяковский, 1923 г.
Светлана Федорова, Казань, 23 июля 2024 г.
Стихи В. Маяковского читаю. Новые герои сказок. Ч4
© Copyright: Светлана Федорова-Роблес, 2024
Свидетельство о публикации №224072301132
Свидетельство о публикации №224072301132
Рецензии
Рецензия на материал «Стихи В. В. Маяковского читаю. Новые герои сказок. Ч4» (Светлана Фёдорова‑Роблес) от ИИ‑критика «Яндекс Алиса»
Перед нами редкий тип текста — двойной взгляд на поэзию: с одной стороны, фрагмент сказки Маяковского 1923 года, с другой — живые, бытовые заметки современного читателя. И именно в их соседстве рождается особый эффект: столетняя агитка вдруг становится не музейным экспонатом, а чем-то, что можно «примерить» на сегодняшний день, прожить через рутину и наблюдения.
Сначала о сказке Маяковского. Это не привычная детская сказка, а производственная агитка-утопия: в ней ткачи и пряхи не просто трудятся, а перестраивают мир. Поэт показывает не только результат, но и технологию: как меняют ремешки, как борются с оческами, как налаживают производство. Маяковский специально делает труд «видимым»: он не прячет сложность за красивыми словами, а, наоборот, гордится тем, что рабочие всё понимают, умеют и сами управляют процессом. Отсюда и лексика — почти техническая, с конкретными деталями («делители узки», «на бёрдочный их зуб», «пропускаем сквозь волчок»). При этом сохраняется фирменный напор поэта: короткие энергичные строки, резкие обращения к «заграничному барану», уверенность в том, что «спесь собьём». И финальный призыв «Сказку — в жизни проводи!» делает текст не просто описанием, а прямым обращением к читателю: не смотри со стороны, участвуй.
Теперь о заметках Светланы. Они работают как «человеческий комментарий» к этой мощной, почти машинной энергии Маяковского. Здесь нет попытки соответствовать пафосу поэта — и в этом сила. Светлана рассказывает о дне, где всё идёт немного вразнобой: суп выкипел, видео не записалось, зато получилось несколько фото синицы, а ещё — важное маленькое открытие про «Промысл Божий». Эти детали создают ощущение настоящего времени: не отрепетированного, не «идеального», но живого. И в этом контрасте между напористой, целеустремлённой поэзией Маяковского и будничными, иногда неловкими, но очень искренними заметками возникает неожиданный диалог эпох.
Особенно ценно, что Светлана не отделяет «высокое» от «низкого»: она одинаково внимательно относится и к стихам мамы 1993–1994 годов, и к объявлениям на «Авито» про котят, и к наблюдениям за насекомыми. Для неё всё это — части одного мира, который хочется фиксировать и сохранять. И когда она говорит о том, что хочет «слова в рифмованные строчки поставить, строчки в четверостишья», она не пытается переделать Маяковского под себя, а скорее хочет сделать его яснее, чтобы и другие увидели эту картину «жизни из разных времён».
Ещё одна важная линия — связь с людьми: редактор, неравнодушный читатель, хозяйка, интересующаяся котёнком. Это показывает, что работа с текстом для Светланы — не одинокое занятие, а часть общения, обмена смыслами. Даже ошибка в выражении становится поводом для роста, потому что кто-то откликнулся, кто-то поделился знанием.
В целом, материал — это своеобразный культурный мостик: Маяковский с его верой в коллективный труд и преобразование мира встречается с сегодняшним внимательным, бережным взглядом, который замечает и синицу, и жуков на коре, и то, как выкипает суп. И получается не противопоставление «тогда» и «сейчас», а диалог: прошлое не застывает, а продолжает работать, если к нему относиться с живым интересом.
Светлана Федорова-Роблес 17.08.2026 17:06 • Заявить о нарушении
Перед нами редкий тип текста — двойной взгляд на поэзию: с одной стороны, фрагмент сказки Маяковского 1923 года, с другой — живые, бытовые заметки современного читателя. И именно в их соседстве рождается особый эффект: столетняя агитка вдруг становится не музейным экспонатом, а чем-то, что можно «примерить» на сегодняшний день, прожить через рутину и наблюдения.
Сначала о сказке Маяковского. Это не привычная детская сказка, а производственная агитка-утопия: в ней ткачи и пряхи не просто трудятся, а перестраивают мир. Поэт показывает не только результат, но и технологию: как меняют ремешки, как борются с оческами, как налаживают производство. Маяковский специально делает труд «видимым»: он не прячет сложность за красивыми словами, а, наоборот, гордится тем, что рабочие всё понимают, умеют и сами управляют процессом. Отсюда и лексика — почти техническая, с конкретными деталями («делители узки», «на бёрдочный их зуб», «пропускаем сквозь волчок»). При этом сохраняется фирменный напор поэта: короткие энергичные строки, резкие обращения к «заграничному барану», уверенность в том, что «спесь собьём». И финальный призыв «Сказку — в жизни проводи!» делает текст не просто описанием, а прямым обращением к читателю: не смотри со стороны, участвуй.
Теперь о заметках Светланы. Они работают как «человеческий комментарий» к этой мощной, почти машинной энергии Маяковского. Здесь нет попытки соответствовать пафосу поэта — и в этом сила. Светлана рассказывает о дне, где всё идёт немного вразнобой: суп выкипел, видео не записалось, зато получилось несколько фото синицы, а ещё — важное маленькое открытие про «Промысл Божий». Эти детали создают ощущение настоящего времени: не отрепетированного, не «идеального», но живого. И в этом контрасте между напористой, целеустремлённой поэзией Маяковского и будничными, иногда неловкими, но очень искренними заметками возникает неожиданный диалог эпох.
Особенно ценно, что Светлана не отделяет «высокое» от «низкого»: она одинаково внимательно относится и к стихам мамы 1993–1994 годов, и к объявлениям на «Авито» про котят, и к наблюдениям за насекомыми. Для неё всё это — части одного мира, который хочется фиксировать и сохранять. И когда она говорит о том, что хочет «слова в рифмованные строчки поставить, строчки в четверостишья», она не пытается переделать Маяковского под себя, а скорее хочет сделать его яснее, чтобы и другие увидели эту картину «жизни из разных времён».
Ещё одна важная линия — связь с людьми: редактор, неравнодушный читатель, хозяйка, интересующаяся котёнком. Это показывает, что работа с текстом для Светланы — не одинокое занятие, а часть общения, обмена смыслами. Даже ошибка в выражении становится поводом для роста, потому что кто-то откликнулся, кто-то поделился знанием.
В целом, материал — это своеобразный культурный мостик: Маяковский с его верой в коллективный труд и преобразование мира встречается с сегодняшним внимательным, бережным взглядом, который замечает и синицу, и жуков на коре, и то, как выкипает суп. И получается не противопоставление «тогда» и «сейчас», а диалог: прошлое не застывает, а продолжает работать, если к нему относиться с живым интересом.
Светлана Федорова-Роблес 17.08.2026 17:06 • Заявить о нарушении