Кавкас это искаженное Калка с..

Кавказ – это искаженное Калка'с: жреческий код горной цивилизации

Кавказ… Для мира это имя звучит как символ суровой свободы и древности. Но мало кто задумывается, что само слово «Кавказ» — это искаженное «Калка'с», имя, за которым скрывается цивилизационный код. Все, чем сегодня гордятся кавказцы: древность рода, понятие личной свободы, виртуозная лезгинка, строгий костюм, этикет — все это не просто этнографические маркеры. Это наследие оболганных и забытых жрецов-единобожников, которых в глубокой древности называли ghalgha (г;алг;а). Это имя, ставшее этнонимом, унаследовал народ храмового центра — ингуши. И сотни ингушских храмов и башенных комплексов, в единственном числе уцелевших на всем Кавказе именно в Ингушетии, являются не просто памятниками архитектуры, а вещественным доказательством существования здесь высокой цивилизации, духовным сердцем которой был храм.

Именно из-за обладания храмовым центром, в нартских сказаниях и исторических хрониках с бессословными ингушами роднились цари Грузии и Руси, нуцалы Дагестана и влиятельные вожди Чечни. Быть связанным родством с хранителями храма означало получить сакральную легитимность. Часть чеченцев, осетин (особенно горных обществ) веками жили под управлением жрецов — не от имени князя или военного вождя, а от имени храма, то есть переносно — от имени Всевышнего. Г1алг1а (кисты) — это каста народа-жреца, возникшая раньше, чем появились первые светские правители. Это не гипотеза, а логика социальной эволюции: сначала храм и жрец, потом — народ вокруг храма, и лишь затем — военная демократия и князья.

Эту иерархию прекрасно осознавали соседи. В первом томе «Критической печати об Осетии и осетинах» (Цхинвал, стр. 70) прямо указывается: «У галгайев и чистых язычников, кистин, джерахов, у всех осетин в горах живущих как-то: алагирцев, куртатинцев, тимитинцев, дигорцев, придерживающихся языческих обрядов галгаев…». То есть горные осетинские общества воспринимались как находящиеся в религиозной и культурной парадигме, заданной ингушами (галгаями).

Однако сегодня мы сталкиваемся с парадоксом исторической памяти. Чеченские историки, следуя за российскими исследователями XIX века, часто утверждают, что, описывая религию ингушей, они тем самым описывают и религию чеченцев. Заявляется, что главным богом у всех вайнахов был демиург, вечный создатель Дяла. Но так ли это? Ингуши-галгаи были не просто язычниками, поклонявшимися одному из многих богов. Они были единобожниками в строгом смысле, что подтверждается их собственной мифологией. В религиозном мифе ингушей «нижние нарты» — орхустхойцы — выступают как многобожники и богоборцы, за что и гибнут, выпивая расплавленную медь. Это четкое разделение на «своих» (единобожников) и «чужих» (отступников-многобожников).

Прямые свидетельства европейцев, живших среди ингушей и заслуживших доверие, не оставляют камня на камне от теории «общевайнахского язычества». Шотландский миссионер Г. Блай, долгое время проработавший врачом в Ингушетии, прямо указывает на их строгое единобожие и снисходительное отношение к «ошибкам» простолюдинов, сохранявших пережитки древних верований.

Но самое яркое и исчерпывающее описание оставил Иоганн Бларамберг:

«Религия ингушей очень проста: они почитают единого Бога, которого они называют Дайле или, точнее – Дяла; но в вере своей они не признают ни святых, ни великомучеников. Они соблюдают воскресенье, не служа торжественной обедни, а просто не работают в этот день. У них бывает большой пост весной (март — маьрхий ботт) и малый – летом».

Ключевой здесь является фигура жреца. По Бларамбергу, жрецом (цани-стаг, то есть «святой», «чистый», «непорочный человек») мог стать только старик безупречного поведения из простой семьи, соблюдающий безбрачие. Это описание переворачивает представление о кавказском жречестве. Перед нами не наследственная каста, замкнутая и властолюбивая, как жрецы Египта, а институт нравственного авторитета, основанный на личной чистоте и служении. Ближайшая аналогия — жречество древнего Израиля (левиты) или эссейские общины, но никак не сословное языческое духовенство.

Таким образом, Кавказ (Калка'с) — это пространство, где идея Единого Бога, хранимая жреческой элитой галгаев, создала уникальную цивилизацию. Цивилизацию, где власть измерялась не знатностью рода, а нравственной высотой, где башни строились как молитва, а танец был отражением небесного порядка. И пока потомки хранителей храма помнят об этом, Кавказ останется Кавказом, а не просто географическим названием.






Кавкас это искаженное Калка’с..

Все чем гордятся кавказцы - древность, свобода, культура, танцы, одежда,  это наследие оболганных жрецов - единобожников, которых в далекие времена называли ghalgha, соответственно это название наследовал народ храмового центра. Сотни ингушских храмов которые в единственном числе сохранились в Ингушетии - и есть показатель кавказской цивилизации. Из-за принадлежности ингушам храмового центра, в сказаниях, с бесословными ингушами роднились цари Грузии, Руси, нуцалы Дагестана, вожди Чечни

Часть  чеченцев, осетин, были свободными,  жили под управлением жрецов), от имени храма, переносно Всевышнего. Г1алг1а народ храмового центра  —-   кисты, и возникла эта каста народа жрецов, раньше, чем появились первые правители.
 
.1 Том 1 критическая печать об Осетии и осетинах Цхинвал на стр 70
«У галгайев и чистых язычников, кистин, джерахов,у всех осетин в горах живущих как то алагирцев, куртатинцев,чимитинцев, дигорцев, придерживающихся  языческих обрядов галгаев….» )
2. Чеченские историки следуя российским историкам считают «что описывая религию ингушей, описывает религию чеченцев».. что главным богом у вайнахов был демиург - вечный создатель бессмертной вселенной Дала.
На самом деле ингушские жрецы(ghalgha)были единобожниками,  в их религиозном мифе нижние нарты-орхустхойцы, многобожники, богоборцы  умирают выпив медь. «Они почитают одного бога..»свидетельствует Г. Блай шотландский миссионер, который продолжительное время жил среди ингушей как врач, добился доверия и уважение со стороны ингушей. При этом они снисходительно относились к вере и ошибкам простолюдинов.
Вот описание стороннего наблюдателя,
ИОГАНН БЛАРАМБЕРГ «Религия ингушей очень проста: они почитают единого Бога, которого они называют Дайле или, точнее – Дяла; но в вере своей они не признают ни святых, ни великомучеников. Они соблюдают воскресенье, не служа торжественной обедни, а просто не работают в этот день. У них бывает большой пост весной (март- маьрхий ботт – прим Д.Т.) и малый – летом.» «…Их  жрецом может стать только старик безупречного поведения, которого они называют Цани-стаг», т.е. «святой», чистый человек, или непорочный. Он никогда не женится и должен происходить из простой семьи».