Азбука жизни Глава 1 Часть 277 Всегда оставаться с

Глава 1.277. Всегда оставаться собой

Голос в телефонной трубке звучал чётко, как отточенный тезис. Я слушала, глядя в окно, куда уже стелился ранний вечер. Разговор на другом конце провода явно вышел за рамки светского.

— Согласна с Вами, — говорила я, рассеянно следя за тем, как зажигаются первые огни. — Но я сейчас не о той шобле. Я о другой. О той, что живёт… в принципиально иной плоскости низости. Не бытовой, а метафизической.

На том конце провода возникла вопросительная пауза.

— Глубинное государство, — продолжила я, находя нужные слова, — это и есть та же самая шобла. Только у неё иллюзия избранности. Она мнит, что стоит выше всех прочих и способна управлять миром, ковать золотой миллиард, лепить историю по своему уродливому лекалу. Но это самообман. Она управляет лишь своим отражением — такими же, как она сама. Играет в куклы, но куклы-то — её же собственная порода.

Я сделала паузу, давая мысли оформиться.

— А вот государство в государстве… оно другое. Это мир чистых, светлых и достойных людей. Не по должности, а по сути. Тех, кто занимается делом. Наукой. Производством. Истинным творчеством. Им лень бороться с низостью. Мало того — они и не могут опуститься до неё по своей природе. Это всё равно что орлу объяснять тактику полёта курицы. Да и бесполезно. Он не поймёт, а она — испугается и начнёт кудахтать. Не случайно всё и развалилось тогда. И то, что происходит сегодня… нормальному человеку, у которого не атрофировано чувство стыда, всё давно понятно.

Я слышала своё дыхание в трубку, ровное и спокойное. Это был не гнев, а холодный анализ.

— Поэтому все разновидности шоблы, от дворовой до кремлёвской, живут абсолютно одинаково. Одними инстинктами. Человеком можно быть только при одном условии: если живёшь по законам совести. Не по тем, что написаны на бумаге — их как раз чаще всего пишут для себя, — а по внутренним, вечным. Ещё в университете достойная профессура пыталась это объяснить. А со временем я и сама научилась различать: кто есть кто.

Я замолчала, подбирая последний, самый важный аргумент.

— И выживать среди всей этой разномастной низости… легко. Если с ней не связываться. Не вступать в её правила игры. А просто… оставаться собой. Всегда. В любой точке пространства. Только благодаря таким — упрямым, порядочным, неломающимся — человечество и выживало во все времена. Они и есть тот самый каркас, на котором всё держится, пока шобла шумит на поверхности.

Я положила трубку. В дверях гостиной стояла Альбина Николаевна. Она слышала последние фразы. В её глазах читалось не осуждение и даже не просто интерес — было что-то вроде изумлённого уважения.

— Это что, Виктория? — тихо спросила она. — Новая глава? Политический трактат?

Я обернулась к ней и улыбнулась той усталой, мудрой улыбкой, которая бывает после долгой, но честной работы мысли.

— Альбина Николаевна, это не глава. Это мой ответ. Ответ на все наболевшие вопросы человечества. Конспективно, разумеется.

Она покачала головой, но на её губах дрогнула тёплая, одобряющая улыбка.
—Молодец, — просто сказала она. И в этом одном слове было больше понимания, чем в десятках восторженных рецензий.

Да, молодец. Потому что нашла формулу. Не для исправления мира, а для существования в нём. Не опускаясь. Не связываясь. Оставаясь собой. В этом и есть вся стратегия, вся философия и вся тихая, несокрушимая победа.