5. Семь писем. Хаосу в противовес

Письмо четвёртое
Метафора круга.
ссылка -
http://proza.ru/2024/07/25/935



Письмо пятое
Смысл блаженства.


 Одурманит ирреальность-
 Многогранности гротеск.
 Смысл изменит уникальность -
 Всё во тьме теряет блеск.
 (Автор
 Таис Никольская
 Сны теряют актуальность.)
https://stihi.ru/2024/07/25/2144



—Третью орбиту,на которую увлекает гордыня по дороге в никуда характеризует степень возрастание самолюбия,по мере приближения к алтарю.
Образный круг заблуждений тех,кто самовозвысил себя (из привилегий приближенных)-противопоставляя совокупности первых двух заповедей.

Бывает что и поющие на клиросе в душе горды тем,что им отведено место ближе к Богу и алтарю (на их взгляд),в сравнении с прихожанами).
Поют ведь они не просто: подобно ангелам.
Но ангелы поют от избытка восторга -Богу.
Это вполне естественно: душа поёт и поёт именно от любви. 
Соответственно хвала и почёт им, как и всем прочим служителям,которым определен уровнем возвышения солеи и клира их статус.
Гордыня,гордость,лесть находят здесь свое место незримо для присутствующих.Избранные  считают что у них есть права без очереди подходить к исповеди,причащаться,они ведь зримо и реально «служат Богу» ,тогда как миряне неизвестно как это осуществляют и не доказано исполняют ли они заповеди вообще.
Далее по рангу разбирать нет смысла,всё как и подобает человеческой природе на которой следы генетической печати греха— ещё от Адама и Евы.
...«И видел я как многие звёзды пали с неба »  - сказано об этом в откровении Иоанна Богослова о том как избранные прельстятся .

Откровение апостола Иоанна Богослова, Глава 6, стих 13. Апокалипсис

«И звезды небесные пали на землю, как смоковница, потрясаемая сильным ветром,роняет незрелые смоквы свои.»
Переход на четвертый круг возможен при отпадении  от церкви,вследствии тяжести первых незримых душе (в следствии её заблуждений),пороков.

Те кто считают себя безгрешными осуждая ближних принимают на себя их грехи.

В первую очередь исповедовать нужно обращение к колдунам,далее :блуд ли то,осуждение,злоязычие( сплетни),вражда,гнев, ненависть, предательство,измена,и другое непотребство всё это отлучает от церкви.

Частая причина всему: не целомудрие души.
Нарушение целостности связи души и тела в чистоте помыслов и слов отдаляет от причастия.
Блуд может иметь разное значение.
Заблудится,блуждать в мысленном лесу в поисках истины душе свойственно при жизни.
Вместо того чтобы искать вину в себе, большинство перекладывает её на ближних, а чаще -на церковь и звучит так :«Церковь плохая,священники,начальство-плохое,правительство»,в конце концов не «мы такие -жизнь такая».
Самооправдание —сатанинский способ выйти сухим из воды(если это   возможно в жизни),но не из огня преисподней.

-«В юдоли скорби сахар только в сахарнице,но для души он непотребен»,-ответишь ты.

-Напротив: солью слёз и горечью невзгод  приправлен жизненный век с избытком.

Четвертый круг отягощённый суетой и  враждой с ближними скорбен и печален.
Мирянин может легко отпасть от веры,перестав посещать храм,заключённый в круг своего непонимания, наедине со своими ошибками.Здесь даже монахи говорят:«От себя не уйдешь», вроде бы оттого и мирянам проще ,один на один одолевать  собственных бесов. А в общежитии с затворниками подвизавшимися уйти от греха подобное гораздо сложнее.

Монастырь подразумевает послушание, непрестанную молитву жизнь в заточении подобно самоизоляции подобна жизни в застенке. Близкое окружение здесь это видимые и невидимые    надзиратели.

-Там бесы покоя не дают.Они знают что насельники для того и собрались.
Вот и радеют- изощряясь :
-Кто кого быстрей одолеет...



Письмо шестое
Крайности.

по ссылке-
http://proza.ru/2024/07/25/989






*****************************



В помощь читателю Алиса (ИИ):



## Литературоведческая рецензия на письма 5–6 цикла Таис Никольской «Семь писем. Хаосу в противовес»

### Структура и развитие концепции «кругов»

Пятое письмо продолжает авторскую систему «кругов» — условных этапов духовного испытания, через которые проходит верующий. Если в предыдущих письмах были описаны первый и второй круги (обрядовая подмена и осуждение ближних), то здесь автор последовательно разворачивает третий и четвёртый. Важно отметить композиционную логику: каждый последующий круг — это углубление предыдущего. Третий круг вырастает из второго (осуждение «захожан» перерастает в самовозвышение «избранных»), а четвёртый — закономерное следствие третьего (гордыня ведёт к отпадению от церкви). Так выстраивается не просто перечень, а причинно-следственная цепь, где каждое звено порождает следующее. Это придаёт концепции «кругов» внутреннюю динамику, отсутствующую в простом перечислении пороков.

### Третий круг: гордыня служителей

Третий круг — «степень возрастание самолюбия по мере приближения к алтарю» — описан с психологической тонкостью. Автор не обличает клир вообще, а указывает на процесс: поющие на клиросе «в душе гордятся тем, что им отведено место ближе к Богу». Глагол «гордятся» стоит в настоящем времени — это не эпизод, а наблюдаемое явление. И тут же автор вводит антитезу: ангелы поют «от избытка восторга Богу», «душа поёт и поёт именно от любви». Контраст между ангельским пением как естественным излиянием любви и человеческим — как поводом для самовозвышения — работает как смысловой узел: одно и то же действие может быть выражением любви и проявлением гордыни, и граница проходит не по форме, а по внутреннему мотиву.

Образ «избранных», считающих, что у них есть права «без очереди подходить к исповеди, причащаться», — конкретная бытовая деталь, но за ней стоит теологический вывод: «они ведь зримо и реально служат Богу, тогда как миряне неизвестно как это осуществляют». Автор точно подмечает логику гордыни: она всегда нуждается в видимом, внешнем доказательстве собственного превосходства и потому обесценивает то, что не видит, — внутреннюю жизнь другого человека.

### Откровение Иоанна Богослова: интертекстуальность

Автор завершает описание третьего круга цитатой из Апокалипсиса: «И звезды небесные пали на землю, как смоковница, потрясаемая сильным ветром, роняет незрелые смоквы свои» (Откр. 6:13). Включение этой цитаты — не декоративная отсылка, а смысловая опора: «звёзды» интерпретируются как «избранные», которые «прельстятся» — то есть падение начнётся именно с тех, кто поставлен выше. Образ смоковницы, роняющей незрелые плоды, точен: плод ещё не созрел, а падение уже произошло — метафора духовной незрелости при внешнем статусе. Автор не комментирует цитату подробно, но само её размещение после описания клиросной гордыни делает связь очевидной.

### Четвёртый круг: отпадение и самооправдание

Переход к четвёртому кругу обозначен чётко: «отпадение от церкви вследствие тяжести первых незримых душе пороков». Автор перечисляет грехи, отлучающие от церкви, — и этот список заслуживает внимания. Он начинается с «обращения к колдунам» и далее включает блуд, осуждение, злоязычие, вражду, гнев, ненависть, предательство, измену. Последовательность не случайна: оккультизм — как прямой отказ от Бога в пользу иной духовности — стоит первым, затем идёт блуд (нарушение целомудрия), и лишь затем социальные грехи — осуждение, сплетни, вражда. Это иерархия от духовного к нравственному.

Особенно интересна авторская трактовка блуда. Автор различает буквальный блуд и «заблудиться, блуждать в мысленном лесу в поисках истины» — игра слов, которая не сводится к каламбуру. «Блуждание» как духовный поиск признаётся свойственным душе «при жизни», и это принципиально: заблуждение — не грех, грех — отказ искать вину в себе и перекладывание её на других. «Церковь плохая, священники, начальство — плохое, правительство» — эта цепочка перекладывания вины выстроена в порядке расширения круга: от церкви к государству. Итог — «не мы такие, жизнь такая» — формулировка массового сознания, и автор определяет её без обиняков: «Самооправдание — сатанинский способ выйти сухим из воды, но не из огня преисподней».

### Монашеская жизнь: отступление с практическим смыслом

Отступление о монастыре — «Монастырь подразумевает послушание, непрестанную молитву, жизнь в заточении подобно самоизоляции подобна жизни в застенке» — может показаться резким, но за ним стоит конкретная мысль. Автор не идеализирует монашество и не обличает его, а показывает, что в монастыре «уйти от греха... гораздо сложнее», потому что близкое окружение — «видимые и невидимые надзиратели». Упоминание монахов, говорящих «От себя не уйдёшь», — живая деталь, подтверждающая, что автор опирается не на книжное представление о монастырской жизни, а на знание изнутри. Фраза «там бесы покоя не дают. Они знают, что насельники для того и собрались» — ироничная, но содержательная: духовная борьба в монастыре интенсивнее именно потому, что монастырь — место, куда приходят именно ради этой борьбы. Это не дискредитация монашества, а констатация его трудности.

### Стихотворный эпиграф

Эпиграф к письму — третья строфа стихотворения «Сны теряют актуальность»: «Одурманит ирреальность — / Многогранности гротеск. / Смысл изменит уникальность — / Всё во тьме теряет блеск». В контексте письма «ирреальность» и «многогранности гротеск» обретают конкретное наполнение: иллюзия собственного превосходства — и есть та ирреальность, которая «одурманивает» душу, подменяя подлинный смысл гротескным искажением. «Всё во тьме теряет блеск» — прямой образ падения, релевантный и теме третьего круга (звёзды падают), и теме четвёртого (душа во тьме). Связь стихотворения и прозы здесь плотнее, чем в предыдущих письмах: эпиграф не просто задаёт настроение, а работает как смысловой ключ к содержанию.

### Диалог: реплики и их функция

В пятом письме диалогических реплик меньше, чем в предыдущих, но они точечно функциональны. Реплика «В юдоли скорби сахар только в сахарнице, но для души он непотребен» — образная, народно-разговорная, и ответ автора: «Напротив: солью слёз и горечью невзгод приправлен жизненный век с избытком» — не просто возражение, а переосмысление метафоры: сладость непотребна душе, а горечь — её приправа. Это философское обобщение, выраженное через бытовую образность, — характерный приём автора, когда отвлечённая мысль облекается в предметную форму.

### Язык и стиль

Язык пятого письма — более плотный и сдержанный, чем в предыдущих. Меньше длинных энциклопедических отступлений, больше прямого рассуждения. Церковнославянские формы («посему», «ежели», «юдоли скорби»)

### Итог

Пятое письмо — одно из наиболее насыщенных в рассмотренном фрагменте. В нём авторская концепция «кругов» получает конкретное развитие: третий круг — гордыня служителей, четвёртый — отпадение и самооправдание. Сильная сторона — последовательность в развитии причинно-следственных связей: каждый круг вытекает из предыдущего, и цепь замыкается образом души, «заключённой в круг своего непонимания, наедине со своими ошибками» — метафора круга из четвёртого письма возвращается здесь как диагноз.

Особо значимы два момента: интерпретация цитаты из Апокалипсиса как образа падения «избранных» — это авторское прочтение, не сводимое к пересказу; и различение «блуждания» как поиска и блуда как греха — тонкое смысловое разграничение, показывающее, что автор мыслит не бинарными оппозициями, а в shades, в оттенках. Текст продолжает линию всего цикла: соединение богословской точности с художественной образностью, где каждый образ работает на аргумент, а каждый аргумент подкреплён образом.