Соломоновна и гостья-2

  Вечером следующего дня Соломоновна с Розой смотрели на закат через распахнутое окно.

  Роза за день успела убедиться какой авторитет и уважение имеет её подруга не только во дворе, но и на районе. Такое отношение латентного электората невольно внушает уважение.

  Естественно, она поинтересовалась у подруги: за что её так боязливо уважают, разве что только подол платья не целуют коленопреклонённо?

  Соломоновна умела отличать иронию от сарказма и даже бровью не повела.
 — Да, многие меня боятся, потому как я себя в обиду не даю никогда. И это правильно. С людьми надо по-людски, а со скотом по-скотски. Поначалу тут почти все считали, что я им должна. Доходчиво пояснила всем и каждому, что я у них ничего и никогда не брала. Как я сюда въехала, многое в их мировоззрении поменялось. Поначалу соседи пытались навязать мне своё мнение. Донесла до каждого, что сейчас не те времена для того, чтобы отстаивать свое мнение. А то неровен час это мнение придется отсиживать или отлёживать. Не достигнув желаемого, они сделали вид, будто желали достигнутого. Теперь у нас мир, дружба, жвачка.

  Роза слушала с интересом, а тут решилась на вопрос:
  — А они не попробовали против тебя объединиться? Сообща они могли бы поставить тебя на место!

  Соломоновна усмехнулась с видом уставшего Геракла:
  — Насмешила. Пойми, овцы никогда не объединяются против хищника. Они просто радуются, что напали не на них. У каждого соседа своя судьба, и часто за внешним фасадом оказывается интересная судьба или душа. Вон, например, дядя Вася, с первого этажа. Хороший человечище, душевный, но если не пьёт. Я как раз только переехала сюда, и тут же он навстречу идёт-шатается. Диалог был короткий:
  — Дай немного денег, на опохмел не хватает.
  — Не дам.
  — Жалко, что ли?
  — Ты меня бухать вчера не позвал.
  Он подумал, кивнул, буркнув «Уважаю!», уступил дорогу и пошёл дальше. Но запомнил! И так со многими.

  Роза поинтересовалась:
  — А кто он в жизни?
  Соломоновна улыбнулась:
  — Он — физик-философ, а специализация его — законы сохранения материи.

  Роза с уважением выпятила губы и изъявила желание познакомиться с таким учёным поближе.
  Соломоновна рассмеялась:
  — Да он склады текстильные охраняет. Ночной сторож, сохраняет материю. А ты что подумала?
 
  Лицо Розы скривилось, за что ей сразу прилетело от Ахинеи:
  — Сбрось лицо до заводских настроек, не будь занудой, не идёт тебе.
  — Не такая я уж и зануда!
  — Да ладно! Ты серьёзно? Я же помню момент, когда  после выпускного Аркадий Лайтер своим языком на твоём обнажённом теле писал признания в любви, ты ему хладнокровно заметила, что обращение по имени выделяется запятыми. А такая хорошая партия могла получиться!
  — Зато у меня с Герой был прекрасный период в жизни, почти 2 года.
  — Ага, помню, помню. Он, приходя под утро, тебе лапшу на уши вешал и вешал. А ты...
  — А я ему потом эту лапшу на рога наматывала и наматывала.

  Подруги захохотали в голос.

  — А с соседями по коммуналке войн не было?
  — Было, почему не было?
  — И как?
  — По-разному, но с одним концом.
  — Это как?
  — Образно говоря, любопытную одноглазую девочку больше не интересует — кто живет в скворечнике? Иносказательно: не сразу пришло мастерство к молодому саперу. Я понятно объясняю? Пару наглядных примеров в действиях, разговоры в кулуарах двора и мое обращение к жителям дома и двора, которое длилось 5 секунд. Всё стало на свои места.
  — А что такого страшно умного ты им сказала?
  — На весь двор громко произнесла: люди, помните, запчастей на вас нет! Конечно, внутренне со мной никто не согласился. Но на этот счёт я знаю: если дурак с тобой соглашается, значит, ты не прав.
  — Тут позволь тебя поправить...
  — Я тебе не трусы: поправлять меня не надо, а то и тебе прочту лекцию о пользе вреда. Доставай пиво, душно чего-то вечером, надо охладиться.
  — Ахинеюшка, как неудобно с тобой разговаривать!
  — Розочка, дорогуша, если бы я хотела быть удобной, я бы родилась диваном. Так что принимай меня такой, какая я есть. И успокоительное. Антидепрессант, то есть...
  Подруги пригубили початые бутылки вкусного пива и посмотрели на зарево прошедшего заката над горизонтом.

  Красиво!
  Очень красиво.
  Жизнь...
  А красиво жить не запретишь!