Сатанисты против народа жрецов

Война за память: как сатанисты, мародёры и фальсификаторы пытаются уничтожить жреческое прошлое г;алг;ай (ингушей)

Подзаголовок: О вандализме «чёрных копателей», идеологических диверсиях лжеучёных и молчаливом равнодушии как угрозе для народа-хранителя.

Ключевой тезис: Современное ингушское общество находится на передовой войны за историческую память, где против его жреческого прошлого ведут наступление три силы: 1) прямые мародёры («чёрные копатели»), оскверняющие родовые склепы; 2) религиозные демагоги, насаждающие ненависть к доисламскому наследию; 3) ангажированные фальсификаторы (вроде Д. Баксана, А.С. Сулейманова), которые через псевдонаучные труды систематически извращают, сатанизируют и присваивают ключевые понятия ингушской мифологии, чтобы разорвать связь народа с его сакральными истоками.

Основные линии конфликта и методы противника:

1. Физическое уничтожение наследия: «Чёрные копатели» как символ предательства.
   · Люди, считающиеся мусульманами и ингушами, но роющиеся в могилах предков — это взращённый изнутри символ ненависти к собственному прошлому. Их деятельность поощряется общим равнодушием и страхом перед «языческим» наследием, навязанным не самыми умными представителями новой религии.
2. Идеологическая сатанизация: Научный вандализм.
   · Метод Д. Баксана («След Сатаны»): Целенаправленное извращение сакральных терминов, связанных с жречеством и огнём (цIи-цIа-цIи). Через натянутые лингвистические параллели (цIура, цIухIар) эти понятия связываются с образами евнуха, гомосексуалиста, гермафродита, встраивая их в контекст масонских и сатанинских мифов. Цель — осквернить сам институт жрецов (джери/жерой), представив его как нечто порочное и чуждое.
   · Метод А.С. Сулейманова и иже с ним:
     · Создание извращённых сюжетов: Миф о некрофилии, где герой Сеска Солса «охраняет могилу женщины», или превращение имени матери Села Саты в «возлюбленную Селы».
     · Присвоение и искажение: Сочинение мифа о Прометее на основе ингушского Куркъо, искажение ключевого слова «пхьар».
     · Подмена понятий: Замена мифических нарт-орхустхой (архетип богоборцев-эгоистов) на имя реального ингушского общества нарт-орстхой. Это не ошибка, а метод: сделать живой народ носителем демонического, богоборческого начала, разорвав его связь с положительными архетипами хранителей-магов (нарт-калой).
3. Присвоение и разрыв связей: Стратегия фальсификаторов.
   · Понимая, что невозможно напрямую присвоить ингушские памятники (башни, склепы), неразрывно связанные с ингушскими храмами, фальсификаторы действуют иначе: они уродуют и опошляют смысловое поле, в котором эти памятники существуют.
   · Ингушские танцы (лезгинка-халхар), кавказская свобода, история — всё это, чем «козыряют» соседи, имеет корни в ингушской храмовой культуре. Чтобы отсечь эти корни, нужно очернить саму культуру, сделать её изучение морально неприемлемым.

Вывод: Почему это война на уничтожение?
Потому что народ г;алг;ай — это не просто этнос, а народ-жрец, народ-хранитель древнейшей модели общества. Его подлинная история, основанная на жреческих институтах, храмовом хозяйстве и этике эздел, является живым укором всем, кто строит историю на мифах о примитивных «горцах» или «потомках кочевников». Страх перед этой подлинной историей рождает такие чудовищные методы борьбы с ней — от воровства костей до научной клеветы.

Призыв: Равнодушное наблюдение за этим процессом — соучастие. Защита прошлого — это не архаизм, а защита основы идентичности и нравственного кода нации от тех, кто стремится превратить народ-хранителя в народ-манкурта, стыдящегося своих корней и отдающего своё наследие на поругание и переписывание.




Сатанисты против г1алг1ай(народа жрецов), как ингушское отношение к истории.

Незаконнорождённые мародеры, - чёрные копатели считающиеся мусульманами, ингушами, которые роются в родовых могилах, — как взращенный символ ненависти к  прошлому.

О своем жреческом прошлом знают все ингуши, но большинство  остаются  в плену религиозных наветов(естественных после смены религии, чтобы устоятся не самые умные представители новой религии всегда пытаются использовать ложь против прошлого). Нужно представить себя как старались первые ингушские  алимы, местные добровольцы против ингушского прошлого, если  ингуши равнодушно наблюдают как похищают кости с родовых склепов, если зародились секты с ненавистью к  самоназванию.
Ингушские мифы, сказания о храмах переиначивались по многим причинам, в первую очередь понимали сложно присвоить   ингушские памятники(башни, склепы), связаные с ингушскими храмами. Кавказская история, свобода, танцы которыми козыряют как своими ингушские соседи, скованы с ингушскими храмами.
Извращалось уродовалось жреческое  прошлое, историками страны, особенно старались или подводили итоги  следующие фальсификаторы ;
Д. Баксан(Бакаев)  в своей а работе «След Сатаны»  по искажению, сочинению  мифов,  где пытается народные названия жрецов связанные с огнем, (как Ц1и-ц1а-ц1и\ огонь-дом-имя), переиначить лингвистическими приемами используя смесь слов «цIура, цIухIар, кал-цIола»… проводя  прямые  параллели  с масонскими сказаниями, с  терминами «евнух», «гомосексуалист», «гермафродит», …. подобным  образом другой термин «джеры/жерой», обретает смысл «жрецы/вдовы», и тд
В другом чеченском  искаженном мифе о никрофилии,  знаменитый нарт Сеска Солса, оказывается охраняет могилу женщины, которая после этого случая,  родила мать охраняющему нарту.  ? А.С. Сулейманов (который сочинил миф о  Прометее, исказив ингушский миф о Куркъо, используя  ингушское слово пхьар,), имя Села Саты – приемной матери нартского предводителя Сеска Солсы – пишет через дефис: «СелаСата», т.е. он считает, что это ее двойное имя; и названа она «возлюбленной Селы» .Чеченские авторы часто не понимают, почему в ингушских текстах пишутся такие двойные имена?
Используется тот же метод, для внедрение в сознание  против Единобожия  галгай(жрецов), термин «нарт-орстхойцы», именем живого ингушского общества , вместо мифических  «нарт-орхустхой» - богоборцев, многобожников и тд и тп.


PS

Об одной фальсификации А.С. Сулейманова