Роковая авария или Другой шанс

Анастасия Волкова лениво потянулась, лежа в своей просторной кровати. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь щели в плотных шторах, намекали, что утро давно перешло в день. Она нехотя взглянула на экран телефона – 13:42.

"Ещё рано", – подумала девушка, переворачиваясь на другой бок.

Внезапно дверь в её комнату распахнулась. На пороге стояла Елена Андреевна, мать Анастасии.

– Настя! Ты до сих пор в постели? – возмущенно воскликнула она. – Уже второй час дня!

Анастасия недовольно поморщилась:
– Мам, ну чего ты кричишь? У меня голова болит.

– Неудивительно, – покачала головой Елена Андреевна. – После того, как ты вчера вернулась под утро. И в каком виде!

– Ой, только не начинай, – Настя села на кровати, массируя виски. – Мы с девочками немного повеселились, вот и всё.

– Немного? – мать всплеснула руками. – Ты едва на ногах стояла! А если бы отец тебя такой увидел?

Анастасия закатила глаза:
– Папы сейчас нет дома, так что расслабься.

– Настя, нам нужно серьезно поговорить, – Елена Андреевна присела на край кровати. – Куда ты катишься? Ты бросила университет, не работаешь...

– Я пыталась работать! – возразила Анастасия. – У меня был свой блог, я пробовала открыть бизнес...

– И что? Где твой блог сейчас? Где бизнес? – мать покачала головой. – Ты за всё хватаешься и ничего не доводишь до конца. А теперь только и делаешь, что ходишь по магазинам да клубам.

Настя вздохнула:
– Мам, ну что ты хочешь от меня? Я просто пока не нашла себя. Вот найду дело по душе и займусь им.

– А пока ты ищешь себя, мы с отцом должны тебя содержать? – в голосе Елены Андреевны звучало разочарование. – Настя, тебе уже 24 года. Пора взрослеть и брать ответственность за свою жизнь.

– Ладно-ладно, я поняла, – Анастасия встала с кровати. – Я сейчас соберусь и пойду на собеседование.

– Правда? – в глазах матери мелькнула надежда.

– Конечно! – улыбнулась Настя. – В новый бутик на Тверской требуются продавцы-консультанты. Вот схожу, узнаю.

Елена Андреевна тяжело вздохнула:
– Настя, я не об этом говорю. Тебе нужно серьезное образование, стабильная работа...

– Мам, ну хватит, а? – перебила её Анастасия. – Я же сказала, что пойду на собеседование. Чего тебе ещё надо?

– Ладно, – сдалась Елена Андреевна. – Иди, собирайся. Только позавтракай сначала.

Когда мать вышла из комнаты, Настя плюхнулась обратно на кровать и открыла интернет. "Какое ещё собеседование? – подумала она. – Вот Машка написала, что сегодня в "Синдикате" крутая вечеринка намечается. Надо будет заехать в ТЦ, прикупить что-нибудь новенькое".

Анастасия провела в телефоне ещё час, прежде чем наконец встала и отправилась в душ. Наспех позавтракав, она крикнула матери, что уходит на собеседование, и выскочила из дома.

День пролетел незаметно. Анастасия встретилась с подругами в торговом центре, где они перемерили кучу нарядов и сделали несколько удачных покупок. Потом девушки отправились в салон красоты, чтобы подготовиться к вечернему выходу.

Уже ближе к ночи, Настя вернулась домой, чтобы переодеться. В прихожей её встретил отец, Сергей Николаевич.

– Настя, ты куда собралась на ночь глядя? – строго спросил он.

– Пап, ну мы с девочками просто посидим немного в кафе, – соврала Анастасия.

Сергей Николаевич нахмурился:
– А как же собеседование? Мать сказала, ты утром ушла на собеседование.

Настя на секунду растерялась, но быстро нашлась:
– Да, ходила. Меня взяли на испытательный срок. Завтра первый рабочий день.

– Вот как? – отец явно не поверил. – И в каком магазине?

– В новом бутике на Тверской, – ответила Анастасия, стараясь выглядеть уверенно.

Сергей Николаевич покачал головой:
– Настя, ты же понимаешь, что я могу легко это проверить?

Девушка вспыхнула:
– Пап, ну что ты ко мне привязался? Я что, маленькая? Мне уже 24 года!

– Вот именно, – жестко сказал отец. – Тебе 24 года, а ты ведешь себя как безответственный подросток. Мы с матерью очень за тебя переживаем.

– Не нужно за меня переживать! – воскликнула Анастасия. – Я сама разберусь со своей жизнью!

С этими словами она выбежала из дома, хлопнув дверью.

Анастасия быстро поймала такси и отправилась в ночной клуб "Синдикат". Всю дорогу она кипела от злости на родителей. "Почему они не могут просто оставить меня в покое? – думала она. – Я взрослый человек, сама могу решать, как мне жить!"

В клубе её уже ждали подруги - Маша и Катя. Громкая музыка, яркие огни и атмосфера беззаботного веселья быстро вытеснили из головы Насти все неприятные мысли.

– Настюха, ты как всегда опаздываешь! – крикнула ей Маша, протягивая бокал с коктейлем.

– Предки достали, – махнула рукой Анастасия, залпом выпивая содержимое бокала. – Давайте оторвемся!

Девушки танцевали, пили коктейли, флиртовали с парнями. В какой-то момент к их компании присоединился молодой человек, представившийся Димой.

– Девчонки, хотите попробовать кое-что особенное? – с загадочной улыбкой спросил он, показывая маленький пакетик с белым порошком.

Катя испуганно замотала головой, а вот Настя с интересом посмотрела на пакетик.

– А что это? – спросила она.

– Просто легкий стимулятор, – подмигнул Дима. – Поверь, ты такого кайфа еще не испытывала.

Анастасия колебалась. Она никогда раньше не пробовала наркотики, хотя и была близка к этому.

– Настя, не надо, – прошептала Катя. – Это опасно.

Но Настю уже захватил дух авантюризма. "А почему бы и нет? – подумала она. – Хоть что-то новое попробую в этой скучной жизни".

– Давай, – кивнула она Диме.

Остаток ночи прошел как в тумане. Анастасия смутно помнила, как они покинули клуб, как куда-то ехали на машине... А потом наступила темнота.

Настя открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Голова раскалывалась, во рту пересохло. Она попыталась сесть и с ужасом осознала, что лежит на жесткой скамье в маленькой комнате с решеткой на окне.

– Где я? – в панике воскликнула девушка.

– В камере предварительного заключения, – раздался строгий голос.

Анастасия повернула голову и увидела полицейского, стоящего у двери.

– Как... как я здесь оказалась? – пробормотала она.

– А вы не помните? – усмехнулся полицейский. – Ночью вы совершили наезд на пешехода со смертельным исходом. После чего пытались скрыться с места преступления.

Настя почувствовала, как земля уходит из-под ног.

– Нет, нет, это какая-то ошибка! – закричала она. – Я ничего такого не делала!

– Разберемся, – сухо ответил полицейский. – Сейчас вас отведут на допрос к следователю.

Анастасию вывели из камеры и провели по длинному коридору. В голове у нее царил полный хаос. "Это не может быть правдой, – думала она. – Наверное, я все еще сплю, и это просто кошмарный сон".

Но когда ее завели в кабинет следователя, Настя поняла, что это суровая реальность.

За столом сидел молодой мужчина лет тридцати. Он внимательно посмотрел на Анастасию и жестом указал на стул.

– Присаживайтесь, Анастасия Сергеевна, – сказал он. – Меня зовут Артём Игоревич Соколов, я веду ваше дело.

Настя села, чувствуя, как дрожат колени.

– Послушайте, – начала она дрожащим голосом. – Я ничего не помню. Наверное, произошла какая-то ошибка...

– Ошибка? – Артём Игоревич поднял бровь. – У нас есть свидетели, которые видели, как вы сбили человека и пытались уехать. Вас задержали буквально через пару кварталов от места происшествия.

– Но я... я не могла... – Настя запнулась, не зная, что сказать.

– Вы были в состоянии сильного алкогольного опьянения, – продолжил следователь. – Более того, в вашей крови обнаружены следы наркотических веществ.

Анастасия почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Она вспомнила про белый порошок, который дал ей Дима.

– Я... я не хотела, – прошептала она. – Я просто...

– Не хотели? – жестко прервал ее Артём Игоревич. – А вы подумали о том человеке, которого сбили? О его семье? Вы лишили жизни ни в чем не повинного человека из-за своей безответственности!

Настя разрыдалась.

– Что... что мне теперь будет? – сквозь слезы спросила она.

– Вам грозит длительный срок лишения свободы, – ответил следователь. – Но прежде чем мы продолжим, у вас есть право на один телефонный звонок. Вы хотите им воспользоваться?

Анастасия кивнула. Дрожащими руками она набрала номер отца.

– Папа... – прошептала она, когда Сергей Николаевич ответил. – Папа, помоги мне...

Сергей Николаевич примчался в отделение полиции через полчаса после звонка дочери. Его лицо было бледным и осунувшимся, словно он постарел на несколько лет за эти полчаса.

Когда его провели в кабинет следователя, где сидела заплаканная Настя, он на мгновение замер в дверях.

– Папа... – прошептала Анастасия, поднимая на него полные слез глаза.

Сергей Николаевич тяжело вздохнул и повернулся к следователю:
– Артём Игоревич, я полагаю? Сергей Николаевич Волков, отец Анастасии.

Следователь кивнул:
– Да, присаживайтесь, Сергей Николаевич. Ситуация, как вы понимаете, очень серьезная.

– Я могу поговорить с дочерью наедине? – спросил Волков.

– Конечно, – ответил Артём Игоревич. – У вас есть пять минут.

Как только за следователем закрылась дверь, Настя бросилась к отцу:
– Папа, пожалуйста, помоги мне! Я не хотела, я ничего не помню...

Сергей Николаевич отстранился и посмотрел дочери в глаза:
– Настя, что ты натворила? – в его голосе звучало не столько осуждение, сколько боль и разочарование.

– Папа, я... я не знаю, – всхлипнула Анастасия. – Мы были в клубе, потом какой-то парень предложил... таблетки или что-то такое. Я не помню, что было дальше.

Сергей Николаевич покачал головой:
– Господи, Настя... О чем ты думала? Мы с мамой столько раз говорили тебе...

– Папа, я знаю, – перебила его Настя. – Я была глупой, безответственной. Но сейчас... Ты же поможешь мне? Ты всегда мог все уладить.

Сергей Николаевич тяжело опустился на стул:
– Настя, на этот раз все не так просто. Дело получило широкий резонанс в прессе. Меня уже отстранили от должности.

– Что? – Анастасия в шоке уставилась на отца. – Как отстранили?

– А ты думала, твои действия не будут иметь последствий для всей семьи? – горько усмехнулся Сергей Николаевич. – Я больше не могу повлиять на следствие. Если я буду пытаться вмешаться, это только навредит тебе. Твое дело хотят использовать как показательный пример.

Настя почувствовала, как земля уходит из-под ног:
– Но... но что же мне делать?

– Я найду тебе хорошего адвоката, – ответил отец. – Но больше ничего не могу обещать.

В этот момент в кабинет вернулся Артём Игоревич.

– Время вышло, – сказал он. – Сергей Николаевич, вам придется покинуть кабинет. У нас еще много вопросов к вашей дочери.

Сергей Николаевич встал:
– Я понимаю. Настя, держись. Я сделаю все, что в моих силах.

Когда за отцом закрылась дверь, Анастасия почувствовала себя совершенно потерянной и одинокой.

– Итак, Анастасия Сергеевна, – начал следователь. – Давайте вернемся к событиям прошлой ночи. Что именно вы помните?

Настя сглотнула комок в горле:
– Я... я была в клубе с подругами. Мы танцевали, пили коктейли...

– А потом? – настойчиво спросил Артём Игоревич.

– Потом... – Настя запнулась. – Какой-то парень предложил нам... что-то. Я не знаю точно, что это было. Кажется, я согласилась попробовать.

– Вы осознаете, насколько безответственно это было? – в голосе следователя звучало осуждение.

Анастасия опустила глаза:
– Да, теперь осознаю. Но тогда... мне казалось, что это просто развлечение.

– Развлечение, которое стоило жизни человеку, – жестко сказал Артём Игоревич.

Настя вздрогнула от этих слов.

– Послушайте, – продолжил следователь уже мягче. – Я вижу, что вы раскаиваетесь. Но этого недостаточно. Вам придется отвечать за свои действия по всей строгости закона.

– Я... я понимаю, – прошептала Анастасия.

– Завтра мы проведем следственный эксперимент, – сказал Артём Игоревич. – А сейчас вас отведут обратно в камеру. У вас будет время подумать над своим поведением.

Когда Настю вели по коридору обратно в камеру, она чувствовала, как рушится весь ее мир. Впервые в жизни она по-настоящему испугалась последствий своих действий.

Ночь в камере стала для Анастасии настоящим испытанием. Она не могла уснуть, ворочаясь на жесткой койке. В голове крутились мысли о случившемся, о родителях, о своей жизни. Впервые за долгое время она задумалась о том, как жила до этого момента.

Утром её снова привели к следователю. Артём Игоревич выглядел уставшим, но собранным.

– Доброе утро, Анастасия Сергеевна, – сказал он. – Сегодня у нас запланирован следственный эксперимент. Но прежде чем мы туда отправимся, я хотел бы задать вам несколько вопросов.

Настя кивнула, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота от волнения.

– Скажите, – начал следователь, – чем вы занимались до этого инцидента? У вас была работа, учеба?

Анастасия опустила глаза:
– Я... я пыталась найти себя. Бросила университет, пробовала вести блог, открыть свой бизнес...

– И как успехи? – в голосе Артёма Игоревича слышалась ирония.

– Не очень, – призналась Настя. – Ничего не получалось, и я... просто стала развлекаться.

– Развлекаться, – повторил следователь. – За чей счет, позвольте спросить?

Анастасия покраснела:
– За счет родителей.

Артём Игоревич покачал головой:
– Знаете, Анастасия, я встречал много таких, как вы. Молодые люди из обеспеченных семей, которые считают, что весь мир должен крутиться вокруг них. Которые не ценят то, что имеют, и не думают о последствиях своих действий.

Настя почувствовала, как к глазам подступают слезы:
– Я не хотела...

– Конечно, не хотели, – прервал её следователь. – Никто не хочет. Но это не отменяет того факта, что по вашей вине погиб человек. Вы готовы к следственному эксперименту?

Анастасия кивнула, хотя внутри всё сжималось от страха.

Их привезли на место аварии. Настя с ужасом смотрела на следы на асфальте, на разбитое стекло, рассыпанное по дороге.

– Здесь это произошло, – сказал Артём Игоревич. – Вы ехали на высокой скорости, не справились с управлением и...

Он не закончил фразу, но Насте и не нужно было продолжение. Она представила, как всё это могло произойти, и её затрясло.

– А теперь, – продолжил следователь, – мы отправимся в морг. Вам нужно опознать тело.

Настя почувствовала, как земля уходит из-под ног:
– В морг? Нет, пожалуйста, я не могу...

– Можете и должны, – жестко сказал Артём Игоревич. – Вы должны увидеть, к чему привели ваши действия.

В морге было холодно и пахло дезинфекцией. Анастасия шла на ватных ногах, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание. Когда патологоанатом откинул простыню, открывая лицо погибшего, Настя закрыла глаза и отвернулась.

– Смотрите, – приказал следователь. – Вы должны это видеть.

С трудом заставив себя открыть глаза, Анастасия взглянула на тело. Это был мужчина средних лет, с седеющими висками. Его лицо было спокойным, словно он просто спал. Настя почувствовала, как к горлу подступает ком.

– Это... это я сделала? – прошептала она.

– Да, – ответил Артём Игоревич. – Это результат вашей безответственности.

Выйдя из морга, они столкнулись с молодой женщиной. Она была беременна и держала за руку маленькую девочку лет пяти.

– Это... – начал следователь, но женщина перебила его.

– Я знаю, кто это, – сказала она, глядя на Настю. – Вы та самая девушка, которая сбила моего мужа.

Анастасия почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она смотрела на беременную женщину, на маленькую девочку, и осознание того, что она натворила, обрушилось на неё с новой силой.

– Я... мне так жаль, – прошептала Настя, чувствуя, как по щекам текут слезы. – Я не хотела...

– Не хотели? – в голосе женщины звучала горечь. – А теперь мой муж мертв. Моя дочь осталась без отца. А я... я должна растить двоих детей одна.

Настя рыдала, не в силах вымолвить ни слова. Впервые в жизни она по-настоящему осознала, какую боль может причинить её легкомысленность.

– Пойдемте, – тихо сказал Артём Игоревич, беря Анастасию под локоть. – На сегодня достаточно.

Когда они вернулись в отделение, Настя была совершенно опустошена. Она села на стул в кабинете следователя и закрыла лицо руками.

– Что... что теперь будет? – спросила она сквозь слезы.

Артём Игоревич вздохнул:
– Суд определит меру наказания. Но вам грозит серьезный срок, Анастасия. И, поверьте, это будет совсем не та жизнь, к которой вы привыкли.

Настя подняла на него полные отчаяния глаза:
– Я... я все осознала. Правда. Если бы я только могла вернуться назад и все изменить...

– К сожалению, это невозможно, – ответил следователь. – Но у вас есть время подумать о своей жизни и о том, как вы хотите жить дальше.

Когда Анастасию вели обратно в камеру, она чувствовала себя совершенно сломленной. Лежа на жесткой койке, она впервые за долгое время начала молиться.

– Господи, – шептала она. – Если ты есть, пожалуйста, дай мне шанс все исправить. Я клянусь, я изменюсь, я буду жить по-другому. Только дай мне возможность вернуться назад...

С этими мыслями Настя провалилась в тяжелый сон.

Анастасия резко открыла глаза и села на кровати. Сердце бешено колотилось, а по лбу стекали капельки пота. Она огляделась вокруг, не веря своим глазам.

Она была в своей комнате. В своей уютной спальне в родительском доме.

"Что происходит?" – подумала Настя, пытаясь понять, сон это или реальность.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошла Елена Андреевна.

– Настя, ты проснулась? Уже почти два часа дня, – сказала мать обычным тоном, как будто ничего не случилось.

– Мама? – Анастасия смотрела на нее широко раскрытыми глазами. – Ты... ты здесь?

Елена Андреевна удивленно посмотрела на дочь:
– Конечно, я здесь. А где же мне еще быть? Ты хорошо себя чувствуешь?

Настя вскочила с кровати и крепко обняла мать:
– Мама, я так рада тебя видеть! Прости меня, пожалуйста, прости за все!

– Настя, что с тобой? – Елена Андреевна обеспокоенно посмотрела на дочь. – Ты какая-то странная сегодня.

Анастасия отстранилась и внимательно посмотрела на календарь на стене. Это была та же дата, что и в день перед "аварией".

– Мама, – осторожно начала Настя, – а что вчера было?

– Как что? – удивилась Елена Андреевна. – Ты вернулась поздно из клуба, как обычно. Настя, ты точно в порядке?

Анастасия медленно села на кровать, пытаясь осмыслить происходящее. Неужели все это был просто сон? Или... ее молитва была услышана, и ей дали второй шанс?

– Мама, – твердо сказала Настя, – я хочу поговорить с папой. Нам нужно серьезно обсудить мое будущее.

Елена Андреевна удивленно подняла брови:
– Вот как? Ну... хорошо. Он сейчас в своем кабинете. Но ты уверена, что хочешь это сделать прямо сейчас?

– Да, – кивнула Анастасия. – Сейчас самое время.

Она быстро оделась и направилась в кабинет отца. Сергей Николаевич сидел за столом, погруженный в работу.

– Папа, – позвала Настя, – можно с тобой поговорить?

Сергей Николаевич поднял глаза от бумаг:
– Конечно, Настя. Что случилось?

Анастасия глубоко вздохнула:
– Папа, я... я хочу извиниться. За все. За то, как я себя вела, за то, что разочаровывала вас с мамой. Я поняла, что жила неправильно.

Сергей Николаевич удивленно посмотрел на дочь:
– Настя, ты меня удивляешь. Что произошло?

– Скажем так, у меня было... откровение, – ответила Анастасия. – Я поняла, что не ценила всего, что у меня есть. Не ценила возможностей, которые вы мне давали. Я хочу все изменить.

– И как ты собираешься это сделать? – спросил отец, все еще не веря своим ушам.

– Я хочу вернуться в университет, – твердо сказала Настя. – Получить образование. Найти настоящее дело, которым я смогу заниматься. Я знаю, что у меня есть потенциал, и я хочу его реализовать.

Сергей Николаевич внимательно посмотрел на дочь:
– Настя, я рад это слышать. Но ты уверена, что это не просто минутный порыв?

– Абсолютно уверена, папа, – кивнула Анастасия. – Я знаю, что вам с мамой будет трудно поверить в мое внезапное перерождение. Но я прошу дать мне шанс доказать, что я действительно изменилась.

Сергей Николаевич встал из-за стола и подошел к дочери:
– Хорошо, Настя. Мы дадим тебе этот шанс. Но помни – это твой последний шанс. Если ты действительно серьезно настроена, мы с мамой поддержим тебя во всем.

Анастасия крепко обняла отца:
– Спасибо, папа. Я не подведу вас, обещаю.

Выйдя из кабинета отца, Настя почувствовала, как ее переполняет решимость. Она знала, что путь к новой жизни будет нелегким, но была готова пройти его до конца.

Первым делом она позвонила своим подругам и отменила вечеринку в клубе. Потом села за компьютер и начала искать информацию о восстановлении в университете.

"У меня есть второй шанс, – думала Анастасия. – И я не имею права его упустить".

Прошло несколько месяцев. Жизнь Анастасии изменилась кардинально. Она восстановилась в университете на факультете журналистики и с головой погрузилась в учебу. Ее прежние подруги не понимали такой перемены и постепенно отдалились, но Настя не жалела об этом. Она нашла новых друзей среди однокурсников – таких же целеустремленных и увлеченных своим делом.

Однажды вечером, когда Анастасия сидела за учебниками, в ее комнату зашел отец.

– Настя, можно тебя на минутку? – спросил Сергей Николаевич.

– Конечно, пап, – ответила девушка, отрываясь от конспектов.

Сергей Николаевич присел на край кровати:
– Знаешь, я хотел сказать... Мы с мамой очень гордимся тобой. Ты так изменилась за последнее время. Я даже не ожидал, что ты сможешь так резко перестроить свою жизнь.

Анастасия улыбнулась:
– Спасибо, пап. Я просто поняла, что нельзя тратить жизнь впустую. У меня есть столько возможностей, и я хочу их использовать.

– И как тебе учеба? – поинтересовался отец. – Не жалеешь, что выбрала журналистику?

– Нет, совсем не жалею, – покачала головой Настя. – Знаешь, я чувствую, что нашла свое призвание. Мне нравится писать, исследовать темы, общаться с людьми. Я даже думаю о том, чтобы специализироваться на социальной журналистике.

Сергей Николаевич удивленно поднял брови:
– Вот как? И чем тебя заинтересовала именно эта область?

Анастасия на секунду задумалась, вспомнив свой "сон" и ту боль, которую она причинила людям своим безответственным поведением.

– Понимаешь, пап, – начала она, – я хочу писать о реальных проблемах, с которыми сталкиваются люди. О тех, кому нужна помощь. Может быть, мои статьи смогут привлечь внимание к важным социальным вопросам и как-то изменить ситуацию к лучшему.

Сергей Николаевич с гордостью посмотрел на дочь:
– Знаешь, Настя, я рад это слышать. Ты выросла. И я уверен, что у тебя все получится.

После ухода отца Анастасия еще долго сидела, задумавшись. Она вспоминала тот страшный "сон", который изменил всю её жизнь. Был ли это действительно сон или что-то большее – она не знала. Но была благодарна за этот опыт, который открыл ей глаза и дал шанс все изменить.

На следующий день после занятий Настя отправилась в редакцию местной газеты. Она договорилась о встрече с редактором, чтобы обсудить возможность стажировки.

Войдя в кабинет редактора, Анастасия с удивлением узнала в нем того самого "следователя" из своего сна – Артёма Игоревича Соколова.

– Здравствуйте, – сказала она, пытаясь скрыть свое замешательство. – Я Анастасия Волкова, мы договаривались о встрече.

Артём Игоревич приветливо улыбнулся:
– Да-да, проходите, присаживайтесь. Расскажите, почему вы хотите стажироваться именно у нас?

Анастасия начала рассказывать о своем интересе к социальной журналистике, о желании писать на важные темы. Артём Игоревич внимательно слушал, время от времени задавая уточняющие вопросы.

– Знаете, Анастасия, – сказал он в конце разговора, – меня впечатлил ваш энтузиазм. У нас как раз есть вакансия стажера в отделе социальных проблем. Если вы готовы много работать и учиться, мы можем попробовать.

– Спасибо большое! – воскликнула Настя. – Я не подведу вас, обещаю.

Выйдя из редакции, Анастасия почувствовала, как ее переполняет радость и волнение. Она знала, что это только начало ее пути, но была готова идти по нему, чего бы это ни стоило.

Вечером того же дня Настя сидела дома и писала в своем дневнике:

"Сегодня начался новый этап моей жизни. Я не знаю, что ждет меня впереди, но я знаю одно – я больше никогда не буду тратить свою жизнь впустую. У меня есть возможность сделать что-то важное, что-то значимое. И я использую эту возможность по максимуму".

Прошло два года. Анастасия успешно окончила университет и теперь работала штатным журналистом в той самой газете, где начинала стажером. Она специализировалась на социальных темах и уже успела написать несколько резонансных статей, привлекших внимание общественности к важным проблемам.

Однажды Артём Игоревич вызвал Настю в свой кабинет.

– Анастасия, у меня для вас интересное предложение, – сказал он. – Мы планируем серию материалов о проблемах трудных подростков из влиятельных семей. Хотим показать, как родительские деньги и связи не всегда идут на пользу детям. Вы бы не хотели заняться этой темой?

Настя на мгновение замерла. Эта тема была слишком близка ей, слишком личной.

– Я... я не уверена, что смогу быть объективной в этом вопросе, – честно призналась она.

Артём Игоревич внимательно посмотрел на нее:
– А может быть, именно поэтому вы и должны этим заняться? У вас есть личный опыт, вы знаете эту среду изнутри.

Анастасия задумалась. Может быть, это ее шанс помочь другим, кто оказался в той же ситуации, что и она когда-то?

– Хорошо, – кивнула она. – Я возьмусь за это.

Следующие несколько недель Настя полностью погрузилась в работу над материалом. Она встречалась с психологами, социальными работниками, брала интервью у "золотой молодежи" и их родителей.

Однажды вечером, когда она работала допоздна в редакции, к ней подошел Артём Игоревич.

– Как продвигается работа? – спросил он.

– Непросто, – призналась Настя. – Знаете, я постоянно думаю о том, что могла бы оказаться на месте этих ребят. Если бы не тот случай...

– Какой случай? – заинтересовался Артём Игоревич.

Анастасия замялась. Она никогда никому не рассказывала о своем "сне".

– Это сложно объяснить, – начала она. – Два года назад со мной произошло что-то... что-то вроде видения. Я увидела, к чему может привести такой образ жизни, который я вела. И это изменило меня.

Артём Игоревич внимательно слушал.

– Знаете, Анастасия, – сказал он после паузы, – иногда людям нужен такой толчок, чтобы изменить свою жизнь. Не все получают такой шанс.

В его глазах мелькнуло что-то, что заставило Настю насторожиться.

– Артём Игоревич, – осторожно начала она, – а вы... вы ведь не всегда были журналистом, верно?

Он улыбнулся:
– Почти. Я и сейчас работаю с организацией, которая…скажем так, нестандартными методами помогает людям. В том числе направляет на путь истинный трудных подростков из влиятельных семей.

Анастасия почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Это были не сны, да? – тихо спросила она. – Та авария, следствие... Это было реально?

Артём Игоревич покачал головой:
– Не совсем. Скажем так, это была... альтернативная реальность. Возможный сценарий, который мог бы произойти, если бы вы не изменились.

– Но как... – Настя не находила слов.

– Ваш отец обратился к нам за помощью, – объяснил Артём Игоревич. – Мы используем нестандартные, но, как показывает практика, очень эффективные методы, чтобы помогать людям. Иногда бывает очень полезно остановиться, и посмотреть на свою жизнь под другим углом. Бывает, что человек слишком зацикливается на себе, перестаёт думать о других.
Наверное, доводилось слышать, как сын или дочь миллиардера покончили с собой под действием алкоголя или наркотиков? А ведь у них были возможности прожить выдающуюся жизнь. Они могли позволить себе любое образование, могли стать кем-угодно. У них не было нужды работать ради денег, ради того, чтобы прокормить себя или обеспечить крышу над головой. Они бы могли работать для души. Они могли бы жить и дарить людям свой труд. Дарить радость, счастье или здоровье. Но были слишком зациклены на себе, что-то требовали для себя. А ведь счастье наше в том, чтобы давать, дарить что-то другим. Дарить свою любовь, свой талант.

Анастасия сидела, потрясенная этим откровением.

– И что теперь? – спросила она.

– Теперь? – улыбнулся Артём Игоревич. – Теперь вы можете использовать свой опыт, чтобы помочь другим. Ваша статья может стать для кого-то таким же толчком к изменениям, каким для вас стало то "видение".

Настя кивнула, чувствуя, как ее переполняет решимость.

– Я сделаю все возможное. Я хочу и буду помогать другим, – сказала она.

В ту ночь Анастасия долго не могла уснуть, размышляя о своей жизни, о том пути, который она прошла, и о том, что ждет ее впереди. Она знала, что у нее есть цель, есть смысл в жизни. И она была благодарна за тот шанс, который ей дали.