Глава 1
За окном октябрьская осень. Небольшой дождь поливает золотые кроны деревьев парка, на который открывается вид из кабинета японского языка. Я не любительница бездельничать на таком важном для меня предмете, но сегодня хочется поскорее вернуться домой и залезть под одеяло. Заварить себе чёрного крепкого чая, достать свои запасы молочного шоколада и наконец досмотреть то аниме, которое мне советовала Нана. С моей лучшей подругой шутки плохи в этом плане, она сильно расстраивается и злится на меня, когда я в очередной раз пересматриваю что-то из старых фаворитов вместо того, что обещала ей. Когда занятие закончилось, надев наушники, я побрела в уборную, чтобы причесаться и подождать Нану, пока она поправляет макияж.
Камилла: Нана, подержи наушники, хочу поправить причёску.
Рыжеволосая девушка округлила серые глаза в удивлении.
Нана: Тебе не всё равно? Какой-то повод есть? Или наконец-то решила следить за своей внешностью?
Камилла: Ха-ха-ха, очень смешно.
Саркастично усмехнувшись, я взглянула на своё отражение в зеркале. Чёрные, уже успевшие вспушиться из-за погоды, волосы с красными прядями, темно-карие глаза, которые наполнены то ли усталостью, то ли презрением к самой себе. Поверх школьной формы надето чёрное длинное худи с капюшоном, в котором я любила скрываться от всех проблем и людей. Нана же была совершенно другая. Она излучала свет своей улыбкой и добродушием.
Нана: Так в чём дело? Ты печальна.
Она подошла ко мне сзади и обняла.
Нана: Я не хочу, чтобы ты грустила. Скоро ведь Хэллоуин, твой любимый праздник. Мы круто подготовимся к нему и замечательно проведём этот день. Можем даже нарядиться и пойти просить сладости.
Камилла: Нам 17 лет, взрослые пошлют нас куда подальше с порога своих домов.
Нана: Значит сами себе купим конфет.
Размыкая руки подруги, я обернулась к ней.
Камилла: Сегодня у нас встреча с моим лучшим другом из России. Вечером сходим вместе в кафе. Я хочу вас познакомить.
Широко улыбаясь, Нана радостно сжала кулачки.
Нана: Правда? Ты нас познакомишь? Я так волнуюсь уже и жду нашей встречи! А почему ты тогда грустишь? Ведь Николай наконец-то приехал сюда, будет тут учиться, вы сможете постоянно видеться.
Камилла: Он в Японии уже неделю, а я не удосужилась даже наведаться к нему в общежитие. Что я за подруга такая?
Я сжала челюсть, брезгливо косясь на себя в зеркало.
Нана: Я не думаю, что он обидится на тебя за это. По твоим рассказам он очень классный парень, который дорожит дружбой с тобой.
Камилла: Он лучший… Но не только это меня волнует. Он с собой притащил Фёдора. Мы с ним не очень ладим.
Нана: Что за Фёдор? Ты о нём не рассказывала.
Камилла: Потому что я не хочу о нём говорить.
Нана: Он тоже его друг?
Камилла: Ага. Когда я уехала сюда, появился не откуда.
Нана: Ты ревнуешь что ли, Камилла?
Камилла: С чего бы это? Ему никогда не стать таким другом Николаю, как мы с ним.
Рыжая девушка с насмешливой ухмылкой посмотрела на меня, скрестив руки на груди.
Нана: Ну ты и собственница… Кстати, можно я с собой возьму брата? Он хотел с тобой поговорить.
Камилла: Леон? Что он хотел обсудить?
Нана: Я не могу сказать, это личное. Так что, можно?
Камилла: Да, конечно. Чувствую, у нас будет большая компания. Найти бы ещё такой же свободный столик.
Нана: Можно пойти в кафетерий неподалёку от Киотского университета, где Леон учится.
Камилла: Кстати, Коля туда же поступил. Всё-таки решил в лучший пойти, не мелочиться. На бесплатное обучение смог.
Нана: Вау, он молодец. А на кого учиться будет?
Камилла: На медика. Хочет хирургом стать.
Нана: Жесть. Ему не противно резать людей и вся эта кровь? Фу, просто…
Камилла: Видимо нет. Ладно, пошли на следующий урок, а то ни на кого поступить не сможем.
Учебный день прошёл неплохо, но не без нудных уроков, на которые сами учителя не хотели приходить. Как бы они не улыбались нам, настоящее отношение к своей профессии скрыть тяжело. За три года в стране красного солнца я поняла много чего, приспособилась к культуре. Но мне не хватает того, что было в России, а именно — понимания, что о тебе думает человек, с которым ты общаешься. У японцев свои крайности… Они могут и фальшивить, и так же сказать в лицо какую-нибудь не очень приятную и так понятную для тебя вещь. Идя домой по мокрому асфальту, я чувствовала приятное волнение, предвкушение встречи с дорогим мне человеком, которого я не видела целый год. Когда вошла в квартиру и поставила зонтик на сушку, я позвонила маме. Несколько гудков. Уставший голос на другом конце провода.
Мама: Ало?
Камилла: Мам, как ты там на работе?
Мама: Как обычно, загруженность бешеная. А ты что-то хотела?
Камилла: Я просто хотела сказать, что через пару часов иду в кафе с друзьями и вернусь поздно.
Мама: Точно, я совсем забыла. У тебя же встреча с Николаем Кромвелем. Повеселитесь, только будь осторожна. И попроси его тебя проводить до дома.
Камилла: Мам, я сама в состоянии дойти до квартиры.
Мама: Так, ты меня поняла. Всё, не мешай мне работать, пока.
Через определённое количество времени я собралась, надев свои любимые джинсы-трубы, белую водолазку и сверху кожанку. На улицах начали зажигаться фонари, темнело сейчас рано. С Наной мы договорились встретиться около университета, потому что как раз недавно закончились пары у Леона. Увидев меня ещё издалека, она понеслась обниматься. Рыжеволосый высокий парень со строгими чертами лица, но с добрыми глазами и милой улыбкой также подошёл ко мне, махая рукой в приветствие.
Леон: Привет, Камилла.
Камилла: Здравствуй, Леон. Ты не против большой компании в сегодняшний вечер?
Смущённо почесывая затылок, он прятал от меня глаза. Молодой человек был одет в бежевые брюки, белую рубашку и клетчатое полупальто. От него пахло мужским парфюмом с нотками мяты и каких-то ещё трав. Он будто специально надушился так, чтобы это ощутили в достаточной мере.
Леон: Завтра выходной день, я никуда не тороплюсь и мне интересно познакомиться с твоим другом.
Камилла: Хорошо, тогда идём. Нана, ты говорила этот кафетерий неподалёку отсюда?
Нана: Да, следуйте за мной.
Мы с Наной шли, держась за руку как и всегда. Её ладони потели. Видимо подруга переживала не меньше меня.
Камилла: Нана, не волнуйся, пожалуйста, а то мне самой не по себе.
Она кратко кивнула, сжимая мою руку ещё сильнее. Когда мы зашли в кафе с неоновой вывеской и в принципе таким же оформлением внутри, я услышала знакомый голос. Обвела взглядом всё помещение, останавливаясь на длинном столике, за которым сидел Николай с Фёдором и ещё одним парнем. Друг резко поднялся с места, вскоре уже заключая меня в своих крепких объятиях, по которым я так скучала.
Николай: Ками…
Камилла: Коля…
В глазах скопились слезы. Я боялась его отпустить, снова потерять на долгое время. Но это пришлось сделать под тяжёлым взглядом Фёдора.
Камилла: Голевский, что ты забыл в Японии?
Фёдор: Решил сменить обстановку.
Недобро сверля меня холодными серыми глазами, ответил он. Заметив нависшее между нами напряжение, бросая нервный смешок, Коля попросил нас присесть за столик.
Николай: Ну что, давайте представимся, узнаем друг друга получше?
Повисла неловкая тишина, и Николай решил начать первым. Широко улыбаясь, с блеском в зелёных глазах, активно жестикулируя, он представился ребятам.
Николай: Меня зовут Николай Кромвель. Я приехал от университета Санкт-Петербурга учиться сюда по обмену на год.
Смотря на Леона и Нану, он, подмигивая, сказал.
Николай: Надеюсь, мы с вами подружимся. Друзья Камиллы — мои друзья.
Я заметила, что Нана успела прицепиться взглядом к Фёдору. Равнодушно обращаясь к нему, я произнесла.
Камилла: Не хочешь что-то сказать?
Высокий молодой человек с чёрными длиной по плечи волосами, завязанными с боков в небольшой хвост, сидел скучая, подпирая рукой подбородок. Переведя на меня осуждающий взгляд, ответил по-русски.
Фёдор: Я не смогу им много чего рассказать на японском.
Камилла: Ну хоть по-английски. Побудь хотя бы один день вежливым. Не позорь меня перед друзьями.
Фёдор: Кто кого ещё позорит.
Камилла: Что?!
Нахмурившись, я сжала челюсти. Николай протестующе замахал руками.
Николай: Так, давайте без ссор.
Тяжело вздохнув, я обратилась к подруге, указывая на Фёдора.
Камилла: Это Фёдор Голевский. Он не знает японского и поэтому сможет если что говорить только на английском языке. Николай, ты сможешь ему переводить наши беседы?
Николай: Да, конечно.
Лучезарно улыбаясь Феде, Нана представилась на понятном ему языке.
Нана: Меня зовут Канэко Нана. А это мой старший брат Канэко Леон. Мы рады видеть вас в Японии. Надеюсь, вам тут понравится.
Закончив речь, она поставила локти на стол, упираясь лицом в ладони. Влюбленно вздохнула, продолжая тонуть в светло-серых глазах Феди. Изогнув в непонимании брови, он недоверчиво косился на неё. Подвинувшись немного к Николаю, тихо сказал ему на ухо на русском языке.
Фёдор: С ней всё в порядке? Она меня пугает.
Николай: Видимо ты ей понравился.
Так же прошептал Коля. Не смея терпеть их перешептывания в сторону моей подруги, я шикнула на них на нашем языке.
Камилла: Прекратите так делать. Потом поговорим, а сейчас будьте добры проявить уважение к моим друзьям.
Я обратила внимание на незнакомого парня, который молча рассматривал меню, за всё время не произнеся ни слова.
Камилла: Николай, представь, пожалуйста, мне этого парня. А то как-то неловко, что мы до сих пор не знакомы.
Черноволосый кудрявый парень с зелёными прядями обратил свой взгляд на сидящего рядом с Леоном тихого молодого человека. У него были выразительные янтарные глаза, мягкие на вид волнистые каштановые волосы. Он немного сутулился.
Николай: Мы недавно познакомились с ним в университете. Он учится на юридическом факультете.
Поднимая на меня глаза, парень перебивая, Колю представился сам.
Саджо: Хаяси Саджо. Николай много о вас говорил, Камилла. Мне очень приятно, что меня пригласили на сегодняшний вечер с вами.
Камилла: Приятно познакомиться, Хаяси…
Саджо: Можешь просто звать меня Саджо. Мне не принципиальна официальность.
Камилла: Хорошо, Саджо. Как так получилось, что вы с Николаем познакомились будучи на разных факультетах?
Николай: Саджо мне очень помог, когда я потерялся в этом гигантском здании университета. Я ему был так благодарен. Узнав, что я иностранный студент, он любезно провел мне экскурсию по территории университета.
Саджо: Я не мог бросить потерянного человека в беде. Тем более оказалось, что Николай достаточно интересный мне человек. У нас у обоих в будущем цель — помогать людям. Он будет лечить, а я ловить преступников.
Камилла: Вау, ты хочешь стать полицейским, Саджо?
Саджо: Нет, детективом. Как и мой отец.
Нана: Ого, ты наверное гордишься им.
Саджо: Так и есть.
Леон: Фёдор, а кем хочешь стать ты?
Увидев так же как и я неровно дышащую к парню Нану, Леон решил видимо устроить Фёдору допрос по его стремлениям в жизни. От такого вопроса тот аж подавился кофе. Насмешливо улыбаясь ему, Николай постучал другу по спине. От чего такая реакция? У них есть от меня какой-то секрет?
Фёдор: Я планирую стать графическим дизайнером. Увлекаюсь искусством.
Николай: Да, но его родители совершенно другого мнения о его будущем, ахахах.
Нана: А кем работают твои родители, Фёдор?
Фёдор: Я предпочту держать эту информацию в тайне.
Нана прошептала мне на ухо.
Нана: Ууу… Камилла, он такой таинственный…
Камилла: Ты что пересмотрела ночью аниме? Человек с секретами не всегда так хорош, как ты думаешь.
Нана: Мне всё равно. Даже если он безумный маньяк. Я кажется влюбилась.
Тут уже поперхнулся Леон. А я в шоке потупила взгляд в стол. Коля, не зная, что сказать на выражения наших лиц, потому что он не слушал этот разговор, предложил уже заказать еду. Когда принявшая заказ официантка ушла, мы продолжили разговор на тему наших будущих профессий.
Нана: Я вот скорее всего после школы пойду на психолога учиться. Мне очень нравится тема психологии, в нашей стране столько уставших от обыденности и проблем людей, которым нужна помощь хорошего специалиста.
Леон: А я на архитектурном учусь. Надеюсь, смогу найти высокооплачиваемую работу.
Нана: Ой, его деньги только и волнуют. А работа должна нравиться.
Леон: Тебе как девушке легко говорить. А ты, Камилла, уже знаешь, кем хочешь стать?
Парень ожидающе смотрел на меня. Этот вопрос, задаваемый постоянно в мою сторону мамой очень раздражал.
Камилла: Ещё не определилась. Давайте лучше обсудим что-то другое. От разговоров об учёбе голова сразу начинает раскалываться.
Коля снова проявил инициативу.
Николай: Завтра канун Хэллоуина и раз мы все вроде как нашли общий язык друг с другом…
Он кинул ухмыляющийся взгляд на Фёдора.
Николай: То можно будет куда-нибудь сходить всем вместе и весело провести этот праздник. Камилла, у тебя есть какие-то идеи? Или будем идти по схеме того, что мы уже с тобой обсуждали?
Нана: Оу, у вас уже готовый план есть? Почему ты молчала об этом, Камилла?
Камилла: Потому что я не знала, как вы сойдетесь характерами. Но у меня есть одна доработка.
Николай: Слушаю.
Камилла: Можно встретиться днём и сходить на ярмарку в парке аттракционов, которая будет посвящена Хэллоуину. А потом уже пойдём в поход.
Саджо: В лес собираетесь?
Николай: Да! Устроим супер ночёвку! Спать в палатке, жарить маршмеллоу на костре, рассказывать страшные истооории. Я давно уже мечтал о чем-то подобном.
Нана: Ой, а как же дикие звери и… в ночь хэллоуина призраки всякие выходят.
Подруга притихла, после сказанного дрожащим голосом. Сероглазый парень в кожанке, заметив её напуганный вид, едко усмехнулся.
Фёдор: Тебе сколько лет, чтобы верить в призраков? Боятся нужно не мертвецов, а плохих людей.
Нана: Они существуют! И завтра лучше не злить их.
Фёдор: Нам скоро уже принесут еду? А то надоело смотреть на то, как вы говорите. Шумные слишком.
Саджо: Соглашусь с Фёдором.
Камилла: Если не нравится находится в нашей компании, то можете просто уйти. Дверь в кафе ещё не успели запереть.
Саджо: Ну уж нет, кухня трудится, чтобы нас накормить. Их прекрасные блюда должны быть достойно оценены. Я часто здесь перекусываю после университета. Можете не сомневаться в моих словах.
Леон: Я кажется несколько раз видел тебя здесь, ты ещё на к поварам заходил.
Саджо: Мать моего знакомого здесь работает. Я ей когда-то помогал в готовке, подменяя второго повара.
Николай: О, ты умеешь хорошо готовить, дружище?
Саджо: Наверное. Родителям нравятся мои блюда. Я с детства маме на кухне помогаю, а сейчас и вовсе люблю радовать свою семью чем-то более изысканным и интересным. Лично предпочитаю заниматься выпечкой.
Николай: Торты тоже делаешь?
Саджо: Да.
Николай заговорчески глянул на Фёдора, который непонимающим прищуром ответил на этот жест, а потом вновь вернулся взглядом к Саджо.
Николай: Можешь сделать на заказ? Клубничный бисквит со взбитыми сливками.
Саджо: Я как-то ещё не думал брать заказы…
Николай: У Феди на следующей неделе будет день рождения. Я хочу, чтобы он отметил его хотя бы вкусным тортом.
Фёдор: Я не хочу никаких празднований. Не люблю этот день.
Николай: Совершеннолетие наступает только один раз. Я не принимаю твоих отказов.
Фёдор: Делай, что хочешь…
Нам начали постепенно приносить напитки и некоторые «основные блюда», которые мы заказали. Хотя единственным человеком, который захотел плотно поесть был Коля, заказавший суп том-ям. Нана за обе щеки уплетала большой пончик с шоколадной глазурью и запивала эту сладость ванильным молочным коктейлем. Мы с Фёдором на пару пили по стаканчику кофе. Только он предпочитал со льдом, а я чем горячее, тем лучше. Саджо принесли тарелку лапши с морепродуктами. А Леон взял себе какой-то пудинг и зелёный чай. Пока Николай вместе с Наной бурно обсуждали азиатские сериалы, он включал популярные в разные времена 21 века русские песни, Леон беседовал с Саджо о грядущих университетских мероприятиях, мы с Фёдором сидели в неловком молчании. Он иногда посматривал в свой телефон, делая недовольное выражение лица. Мне даже парень показался чрезмерно взволнованным чем-то и грустным на вид. И хоть я не слишком уж интересовалась его жизнью и не собиралась как-то сближаться в плане дружеских отношений, всё равно решила задать вопрос.
Камилла: Фёдор, тебя беспокоит что-то? Ты бледнее обычного.
Она резко поднялся с места, сотрясая стол. Нервно пробормотал на русском языке.
Фёдор: Я выйду подышать.
Николай конечно же пошёл за ним, уверяя всех присутствующих, что с его другом всё хорошо.
Нана: Камилла, сходи к ним.
Камилла: Зачем? Я не хочу лезть в их дела.
Нана: Так будет правильно. Давай уже, иди.
Под напористым взглядом подруги я вышла на улицу. Было достаточно свежо, что я аж поежилась, так как не захватила с собой кожанку. Николай с Фёдором стояли неподалёку. Тревожное лицо Коли и хмурое —Фёдора освещали разноцветные неоновые вывески. Парни будто спорили о чем-то, если посмотреть на это со стороны, но я знала, что Коля так сопереживает, поддерживает, а его товарищ выражает какие-то очень печальные эмоции. Я поняла это из длительного опыта общения со своим лучшим другом и тем, как эти двое общались во время моего пребывания в России в прошлом году, когда я приехала туда на зимние каникулы. Обнимая себя за плечи и стуча зубами, я подошла к ним.
Камилла: Вы планируете заходить обратно?
Переводя на меня злые глаза, Голевский грубо прокричал.
Фёдор: Не мешай!
Николай его сразу же осёк, хмурясь.
Николай: Мы кажется уже обсуждали с тобой тот момент, что ты не имеешь права грубить Камилле. Ты обещал.
Фёдор сжал челюсть и кулаки, отворачиваясь в сторону. Он боролся с агрессией и смог выдавить из себя одно только слово в мой адрес.
Фёдор: Прости.
Камилла: Я уже привыкла, что мы друг друга ненавидим. Можешь не сдерживаться.
Кудрявый парень бросил на меня заботливый взгляд изумрудных глаз. Снимая с себя полупальто, Николай накинул его на мои плечи.
Николай: Простудишься ведь, дуреха. Возвращайся к ребятам, мы с Федей скоро придём.
Камилла: Что случилось с ним? Фёдор?
Фёдор: Это не твоё дело. Пожалуйста, не лезь.
Камилла: Если не хочешь, мне оно и подавно не нужно. Я просто хотела помочь. Если тебе так нравится быть никому не нужным одиночкой, то и оставайся им. Я пошла!
Отдав недоумевающему Николаю его верхнюю одежду, я зашагала ко входу в кафе.
Николай: Видно Ками вновь делает попытку подружиться с тобой. Дай ей шанс. Она действительно хороший друг, вот увидишь.
Фёдор: Она меня не поймёт. Только ты в силах понять и принять меня, Николай.
Николай: Не отчаивайся, Федя. Я буду рядом с тобой несмотря ни на что.
Когда они вернулись к нам за столик, Нана спросила мальчиков.
Нана: Всё в порядке?
Из вежливости улыбаясь ей, Коля, бросая смешок, ответил.
Николай: Не переживай, всё хорошо. Правда ведь, Федя?
Фёдор: Ага.
Всем было и так понятно, что из этих двоих лжецы ужасные. Но возвращаться к этой теме больше никто не стал.
Николай: Так что собираемся завтра в парке аттракционов в два часа дня?
Камилла: Да, давайте так. Я думаю, нам хватит нескольких часов, чтобы посмотреть ярмарку. Только как к лесу добираться будем?
Леон: Я возьму машину отца. У меня есть водительские права, за безопасность в дороге можете не беспокоиться.
Николай: Отлично, Леон. Это будет идеально. Так мы сможем взять больше нужных вещей в поход.
Так мы просидели в кафе ещё примерно час, наслаждаясь обществом друг друга и прикольной k-pop музыкой, современной атмосферой этого места. Саджо пришлось уйти пораньше остальных, ему нужно было зайти к отцу в детективное агентство по какому-то вопросу. Перед уходом он даже немного, но всё также сдержанно улыбнулся нам на прощание.
Саджо: Благодарю за вечер. Увидимся завтра.
Не желая задерживаться, он даже не услышал и не увидел наших прощаний в его сторону.
Нана: Он выглядит таким занятым. Может ему что-то нужно узнать для учёбы у Хаяси Кенджи… А вдруг…
Глаза Наны загорелись интересом, она поддалась чуть вперёд к центру стола, делая вид, что сказанная ей сейчас информация супер засекречена.
Нана: Вдруг он рассказывает Саджо о преступлениях и делится с ним какими-то детективными секретами? Может быть Саджо уже в тайне работает помощником детектива?
Камилла: Нана, Саджо ещё даже не закончил университет. Он не может работать в такой серьёзной сфере.
Нана: Но если есть потенциал, то даже в девятнадцать лет можно стать великим детективом. А ты как думаешь, Фёдор?
Фёдор: С чего ты взяла, что у него есть потенциал? И это нормально, когда кто-то из родителей зовёт своего ребёнка на работу. Скорее всего у них есть какое-то общее дело. Может быть мать Саджо попросила их с отцом куда-то сходить. Не стоит строить какие-то теории и плести интриги вокруг всего о чём слышишь. Повседневность чаще всего довольно скучна.
Нана: Разве интересно жить с таким мировоззрением, как у тебя?
Фёдор: Мне комфортно, не жалуюсь.
Нана: А мне — нет. Тем более волноваться и правда стоит за то, что происходит в нашем городе прямо сейчас. Говорят, что мафия снова промышляет что-то ужасное. Но более детально ничего не известно. Этим делом как раз занимается детективное агентство.
Камилла: Мафия? Я даже не слышала, чтобы о таком по новостям говорили. Где ты это вычитываешь, Нана?
Леон: Поверь, она может всё найти.
Камилла: Да я знаю.
Николай: Мне тоже интересно узнать про японскую мафию. Мы пока что только наслышаны о русской…
Фёдор бросил на друга осуждающий взгляд, закрывая ладонью, на которую упирался подбородком, пол лица.
Камилла: Коля, ты это о чём? Какая ещё русская мафия? Так! Почему все здесь присутствующие всё знают, а я нет?! Это нечестно.
Фёдор: Меньше знаешь, Камилла…
Он привычно для себя ухмыльнулся.
Фёдор: Крепче спишь.
Камилла: Молчи лучше, зануда.
Фёдор: Я думал, что ты пытаешься помириться со мной.
Камилла: Уже передумала.
Нана: Я буду с тобой дружить, Фёдор. У Камиллы характер довольно тяжёлый, даже мне иногда трудно с ним совладать. Возможно она просто не до конца открылась тебе. Ты же не против общения?
Равнодушно рассматривая её, Федя задумался над ответом, хотя я была практически на сто процентов уверена, что он откажет Нане.
Фёдор: Для меня дружба многое значит. Другу можно довериться. Я не знаю, что сказать тебе.
Не прекращая улыбаться, она ответила.
Нана: Но ты не сказал «нет». Значит я попробую заслужить твоё доверие. Однажды я таким образом сдружилась с Камиллой, которая никого к себе не подпускала. Если у нас с тобой есть что-то общее, то мы обязательно станем друзьями!
В какой-то момент мне показалось, что Фёдор изменился в лице, его ледяные глаза стали будто теплее. Неужели речь Наны расположила как-то его к ней? Может им и правда будет приятно общаться друг с другом. Подождите-ка… Фёдор опять уводит моего близкого друга?! Николай заметил смену моего настроения, вглядываясь в печальное лицо, спросил.
Николай: Ками, ты устала? Тебя провести до дома?
Продолжая летать в своих мыслях, я ответила не сразу.
Камилла: А? Нет, всё в порядке. Мы же так давно не виделись, можно ещё посидеть вместе.
Николай: У нас ещё много времени впереди.
Нана: Да. И перед завтрашним днём нужно хорошенько отдохнуть.
Телефон Фёдора завибрировал снова, звонил незнакомый номер.
Николай: Может ответишь всё-таки?
Нана: А кто это ему названивает?
Фёдор: Отец.
Николай видно удивился тому, что друг решил вот так просто сказать об этом.
Нана: А почему ты не отвечаешь? У вас с ним плохие отношения?
Не отвечая прямо на её вопрос, он произнёс.
Фёдор: Он меня везде найдёт…
Глаза парня неожиданно задрожали и руки тоже. Он отчаянно пытался скрыть это, но не выходило.
Нана: Фёдор…
Фёдор: Мне нужно возвращаться в отель. Пока.
Голевский поспешно удалился из кафетерия, оставляя новых знакомых и Николая со мной с осадком беспокойства. Я решила прямо спросить Николая.
Камилла: Что у него происходит в семье?
Он ответил на русском.
Николай: Камилла, давай не при них поговорим. И не сейчас. Я обещал ему, что без разрешения ничего рассказывать о семье не буду.
Камилла: Но ведь он был так испуган.
Николай: Я знаю…
Нана: Кхе-кхе, а нас просветить не хотите?
Николай: Я могу только сказать, что самой главной причиной приезда в Японию у Фёдора был как бы побег с родительского дома. И видимо они этому не очень довольны. Это всё, что я могу сказать. Остальные подробности Фёдор сам расскажет, если захочет. Но лучше его не донимать вопросами.
Нана: Это так печально. Мне его жаль.
Леон: Это такое ребячество бежать из дома. Проблемы от этого не исчезнут.
Николай не сдержался, повышая голос на Леона. Хмурясь и размахивая руками, он встал из-за стола.
Николай: Что ты вообще знаешь о его проблемах?!
На крик обернулись практически все посетители кафе. Успокаиваясь и понимая, что перегнул палку, Николай вернулся к обычному тону.
Николай: Извините меня, дамы.
Коля подошёл к Леону со спины и прошептал еле слышно на ухо молодому человеку.
Николай: Советую тебе больше ничего плохого не говорить в адрес Фёдора. В следующий раз одним повышенным тоном не отделаешься.
Леон: Это была угроза, Николай?
Николай: А ты сообразительный.
Николай заговорил чуть громче, возвращаясь к своей обычной манере общения.
Николай: Камилла, нам с тобой пора идти.
Леон: Камилла, ты можешь ненадолго задержаться? У меня к тебе разговор.
Со спокойного лица рыжего парня, я перевела взгляд на нервозные проницательные глаза Николая, которые просто кричали «пойдём уже отсюда подальше».
Камилла: Прости, Леон, но не сегодня. Поговорим лучше завтра. Я весьма устала. И мне не понравилось то, как ты высказался в сторону Голевского. Поэтому отложим этот разговор.
Обескураженный моим ответом Леон, видно неожиданно для себя, бросил мне в ответ.
Леон: Но тебе же он противен!
Уже подходящая к выходу вместе с Колей, я ответила недобро сверля брата Наны взглядом.
Камилла: Я не позволю обижать того, кто дорог моему лучшему другу. Даже если это Фёдор. До встречи, Нана. Напиши, как будешь дома.
Нана: Пока, хорошо, спишемся. Будьте осторожны!
Ночь. Запах сырости всё ещё не покидал улицы города, который горел тысячью огней. Изо рта шёл пар, было холодно. Николай шёл рядом, засунув руки в карманы пальто. Смотрел вперёд, погруженный в глубокие мысли. Я окликнула его, шмыгая носом, успевшим порозоветь.
Камилла: Ты как?
Николай: Нормально всё, просто сожалею о случившемся. Я повёл себя очень некрасиво при твоей подруге и накричал на её брата.
Камилла: Не кари себя, Николай. Ты защищал друга. Единственного человека, который был с тобой все эти годы, когда я оставила тебя одного.
Николай: Ками, не начинай. Ты не бросала меня. Это была необходимость. Я ни на минуту не обижался на тебя. Только грустил, безумно скучал, но не злился.
Я остановилась, порывисто обняла его.
Камилла: Спасибо за эти слова. На душе стало намного легче.
Он улыбался, поглаживая мои волосы, утешая своим присутствием.
Николай: Не буду врать, мне очень понравилось то, что ты сказала Леону. Но я бы хотел, чтобы ты по-настоящему хорошо относилась к Фёдору. Не только ради меня.
Камилла: Этого я не могу обещать.
Николай: С какого момента ты стала так предвзято к нему относиться?
Камилла: А ты не помнишь? С первой же встречи Фёдор был груб со мной. Бросал какие-то неприятные слова в мой адрес, смешанные с сарказмом. В парке аттракционов усмехнулся надо мной, когда меня воротило после американских горок вместо того, чтобы посочувствовать.
Николай: Зато нам всем было весело в баре. Помнишь? Мы так тогда зажгли на танцполе, даже Федя пустился в пляс.
Камилла: Его только алкоголь может развеселить что ли?..
Николай: Нет, просто ты ему тогда бросила вызов. Забыла?
Заглядывая в прошлое, я вспомнила яркие моменты, которые связывали нас троих. Они пробежали, словно кинематографическая лента перед глазами.
Камилла: Вспомнила. Я тогда сказала ему, что он будет полным трусом, если не станцует что-нибудь при всех.
Прикрываясь рукой, я рассмеялась.
Камилла: А потом пришлось ещё тащить вас до твоей квартиры. Вы были так пьяны. А Голевский говорил, что его не берёт алкоголь, ахахах.
Николай: Да, было весело. Только на утро меня сильно тошнило. Спасибо, что были с Фёдором рядом со мной.
Меня коснулся его нежный благодарный взгляд. Николай был для меня солнцем в самом его зените. Таким ярким и тёплым. Но даже оно когда-то заходит за горизонт. Тогда в нём просыпается тот юноша, с которым я познакомилась будучи в 6 классе российской школы. Тем, кто делал вид всё время озорного парня, который не знает горя и печали. Но он просто копил в себе слезы, не давая им шанса выйти наружу. Как оказалось у Николая были проблемы в семье, связанные с его отцом, который был очень злым человеком, если мягко сказать. Сначала он издевался над матерью Коли под действием спиртного, но позже перешёл и на него. Подростку приходилось неоднократно защищать и свою младшую сестру от нападок отца. Для маленькой Ульяны её старший брат был всегда героем, добрым и отважным рыцарем. Они были дружны, Николай не ленился играть с ней в куклы, всё свободное время посвящал ей. Но в возрасте семи лет она умерла от неизлечимой болезни. По рассказам Коли, он тогда потерял смысл жизни, его единственный лучик света померк. Отец нагло бросил семью, оставив их с матерью одних. Николай видел, как ей плохо, она потеряла всё и боялась, что может испортить жизнь последнему, кто у неё остался. Для того чтобы им хватало на более менее нормальную жизнь, она работала с раннего утра до позднего вечера в офисе. Коля никогда не говорил о ней с уважением, никогда не вспоминал каких-то радостных моментов в кругу семьи. Ему было лишь жаль её, обидно за то, что она на протяжении многих лет терпела ужасное отношение их с Ульяной отца. Может быть всё было бы по-другому, если бы они расстались раньше. Может быть сестрёнка Николая была бы жива, а он бы не шарахался, когда рядом размахивали руками, жестикулируя. Мы с ним нашли друг друга среди тысячи других людей. Я ему тоже открылась, рассказывая, как нас с мамой, когда мне было пять, выпер из дому отец в сильный ливень на улицу. Хорошо, что нас смог приютить мой дядя — мамин старший брат. Он заменил мне отца, стал для меня тем, кто смог подарить уют, осуществить мечты. Стать семьёй. Благодаря крепкой дружбе зажили душевные раны, которые оставили нам близкие. Но шрамы никуда не делись. Он прячет их за широкой улыбкой и смехом, а я за равнодушием и закрытостью к чужим людям. Зачем нам кто-то ещё, если мы есть друг у друга? Так я думала до того момента, пока у нас обоих не появились новые друзья.
Камилла: Кстати, я до сих пор не знаю историю вашего с Голевским знакомства.
Николай: Хах, наконец тебе он стал интересен.
Друг с нескрываемой ухмылочкой глянул на меня. А я в ответ закатила глаза, цокая.
Камилла: Не надо тут мне переворачивать всё с ног на голову. Он засел в сердце Наны, а ей переходить дорогу страшно.
Мы с Колей громко рассмеялись. Я рассказала несколько коротких историй про то, как одноклассница увела из-под носа парня, который сильно нравился Нане. Той девочке пришлось потом очень долго отстирывать свою юбку от клея, которым подружка намазала стул.
Николай: Жаль. Я бы был хорошим дружком на вашей с Фёдором свадьбе.
Камилла: Не дай бог, такого счастья… Мы бы поубивали друг друга и вскоре бы развелись.
Николай: Мне кажется, вы с ним чем-то даже похожи. Например, своими ворчливыми лицами.
Камилла: Так, хватит обзываться. Ты уходишь от рассказа о знакомстве.
Николай: Ой, извини. Это был морозный январский вечер. Кажется было Рождество. Мне было семнадцать и я уже как несколько месяцев жил один на съёмной квартире в Петербурге. Я шёл с магазина с пакетом сладостей и разных чипсов, чтобы посмотреть какой-нибудь сериал. Увидел неподвижно сидящего на лавочке парня. Он будто бы смотрел в одну точку в небе пустым взглядом. Падающие хлопья снега уже запорошили его чёрное пальто. Он был одет богато, качественную одежду и стиль человека видно издалека. Я тогда ещё подумал: «Ну и причуды у богатых дрожать на морозе». Нос и щеки на свежем воздухе моментально краснели. Я осмелился подойти, спросить, может что-то случилось. Он только тихо поздоровался в ответ. Но ты же знаешь, что я могу даже мёртвого разговорить, Ками. Через минут десять уже и представился. Видно ему стало стыдно, что я тоже мёрзну за компанию с ним. Я пригласил его к себе на квартиру, чтобы отогреть горячем чаем и угостить сладостями, которые купил. Настоял на том, чтобы Фёдор переночевал у меня.
Камилла: Он не хотел возвращаться домой, да?
Николай: Да. А на улице ночью я его оставлять не собирался. Мы болтали всю ночь обо всём на свете. Я прекрасно видел в нём парня, который наконец смог выговориться кому-то. И я понял, что когда мы встретились, его взгляд кричал: «Прошу, только не проходи мимо! Поговори со мной!» Я бы не сказал, что Федя какой-то ранимый на самом деле или что-то типо того. Просто в тот день я попал как раз в яблочко. Он больше не мог сдерживать боль, которую накапливал в себе, все обиды и недосказанности.
Камилла: И что в итоге? Он помирился с родителями? Обсудил то, что хотел давно сказать?
Николай: Да, но не сразу. И это не помогло. Он из очень богатой семьи со своими принципами, которые они не собираются ломать ради блага единственного сына.
Камилла: Бедный… Если бы я знала, что он такой же, как мы с тобой…
Николай: Фёдор не любит, когда его жалеют, ты бы сделала только хуже. Он очень гордый.
Камилла: Я не жестокая, но посмотреть на его слёзы было бы очень интересно. Голевский кажется мне непробиваемой каменной стеной.
Коля шутливо стукнул кулачком меня в плечо.
Николай: Эй, ну он же всё-таки обычный человек, а не какой-то бесчувственный робот.
Камилла: Да, конечно…
Под занятные рассказы Кромвеля о том, как тяжело ему далось добиться поездки в Японию, о разных сплетнях касаемых города моего детства и наших знакомых мы дошли до двери моей квартиры на пятом этаже многоэтажного дома. Я провернула ключи в замочной скважине. Мама вышла меня встречать, не успев снять фартук для готовки.
Мама: Наконец вернулась. Здравствуй, Николай.
Друг приветливо помахал моей маме, улыбаясь.
Николай: Добрый вечер, Милена Альбертовна. От вашей квартиры ещё с лестничной площадки доносится волшебный аромат. Делаете свои коронные булочки с джемом?
Мама: Да, надо что-то давать с собой Камилле в школу. Вот и пеку периодически. Ты заходи на чай. Давно тебя не видела, так вырос.
Николай: Я бы с удовольствием, но мне нужно бежать в общежитие. А то меня оставят спать на улице. Там не впускают и не выпускают после определённого времени. Кажется после 10 вечера.
Мама: Тогда я тебе с собой дам уже готовую партию. Хоть будет, что с чаем перекусить. А то я знаю вас студентов. Экономите на всём.
Николай: Буду премного благодарен.
Через несколько минут мама уже стояла с пакетом со сладким содержимым внутри.
Мама: Заходи к нам как будет время. Александр будет не против сыграть с тобой в партию в карты.
Николай: Хорошо, на следующей неделе обязательно зайду. До свидания, Милена Альбертовна. До завтра, Камилла.
Обнимая меня на прощание и потрепав слегка по голове, он ушёл вниз по лестнице. Николай не любил ездить в лифте, так как боится замкнутых пространств. Я не понимала этого страха, пока сама не попала в подобную ситуацию с лифтом, когда тот остановился, и выключился свет. Это произошло, когда я ещё жила в России. Пошла к однокласснице в гости, чтобы делать вместе проект. Лифт в её доме оказался неисправным и мне пришлось сидеть в полной темноте и духоте примерно полчаса, пока ситуацию не исправили. Но даже за это время я успела поймать панику. На меня словно давили стены и не хватало воздуха. Хорошо, что я быстро успокоилась и пришла в себя. Не представляю, что было бы с Колей, попади он в такую ситуацию в одиночку. С ним такое было только один раз, когда он ехал в нём вместе с другом, и то товарищу пришлось его успокаивать и разбираться с диспетчером самому. Сняв верхнюю одежду и обувь, я прошла в гостиную, удобно устраиваясь на диване. Мама тарахтела посудой на кухне, вытаскивала последнюю партию булочек из духовки. Через несколько минут она пришла ко мне, садясь рядом.
Мама: Ох, я так устала сегодня. Столько дел на работе, сроки по изготовлению платья для одной очень влиятельной женщины нашего города поджимают. Чувствую, что в понедельник буду оставаться на ночь там.
Камилла: А как же твои коллеги? Они хорошо выполняют свою работу?
Мама отмахнулась от моих слов.
Мама: Ой, нельзя надеяться на других людей.
Камилла: Они заработную плату за что получают? Почему ты до сих пор не пожаловалась начальству?
Она тяжело вздохнула.
Мама: Я не в силах что-то сделать с этим. Моё слово не изменит положение, станет только хуже. Нужно иметь связи, Камилла, чтобы быть как мои коллеги. А таким как я остаётся только терпеть, чтобы удержаться на своём рабочем месте.
Камилла: Это нечестно.
Мама: Ты вроде бы не наивная девочка. Но понимаю, всегда хочется верить в добро и надеяться на лучшее. Веру и надежду у человека никому не отобрать.
Камилла: Как и любовь…
Мама коснулась моего запястья, заглянула в глаза.
Мама: Ты так об этом говоришь…Влюбилась в кого-то?
Я занервничала, ёрзая на диване.
Камилла: Нет, но мне приглянулся один парень.
Мама: Камилла, что я тебе говорила?
Камилла: Никаких отношений до окончания школы?
Мама: Что? Нет, не это. Ты должна быть полностью уверена не только в своих чувствах, но и в взаимности своего возлюбленного.
Камилла: Мам, я просто сказала, что мне он симпатичен. Я ещё совершенно не знаю его. Но почему-то когда он рядом как-то спокойно и комфортно. Давай больше не будем эту тему обсуждать. Вот знала я при ком говорить это запретное слово…
Мама: Хорошо-хорошо, не будем. Расскажи, как встреча прошла.
Камилла: Вкусно поели, поговорили, назначили новую встречу на завтра. Мы, кстати, с ночёвкой в лес поедем.
Мама: Как? На всю ночь в лес?
Её темно-карие глаза округлились, в голосе была слышна тревога.
Камилла: Ну я же уже говорила тебе о наших с Колей планах. Только теперь нас в походе будет больше.
Мама: А кто идёт?
Камилла: Мама, не начинай.
Мама: Я должна знать с кем ты поедешь непонятно куда в лес на целую ночь!
Она уже повышала голос. Чёрные волосы, забранные в пучок, немного растрепались, когда она запустила пальцы правой руки в них. Я нервно сглотнула. Не люблю, когда мама так себя ведёт, становится страшно.
Камилла: Николай, Фёдор, Нана с братом. Его зовут Леон, помнишь? И… И Саджо.
Мама: Фёдор это тот, с кем вы не поладили, да? А кто такой Саджо? Я о нём никогда раньше не слышала от тебя.
Камилла: Мы сегодня познакомились. Его Николай привёл, они в университете подружились, только с факультетов разных.
Мама: Я надеюсь, этот Саджо хороший парень? У тебя есть его фотография? Опиши его.
Я отстранилась от неё, недоумевая. Мамина излишняя опека очень настораживала и пугала.
Камилла: Фотографии нет и Николая скидывать её я просить не буду . Хотя возможно и у него нет доступа к фоткам Саджо. Что за бред вообще? Внешность не может ничего сказать о человеке.
Мама: Ещё как может.
Камилла: Если тебя это успокоит, то он выглядит достаточно прилежно. И тем более он сын детектива Хаяси Кенджи.
Мама: Сын детектива значит. Ещё не хватало, чтобы тебя впутывали в какие-то грязные дела.
Камилла: Мам, мы просто в поход идём. Всё, хватит. Я пошла к себе в комнату. Хочу спать.
Мама: Понятно, значит больше не хочешь с матерью разговаривать. Ну иди, дочка. Только потом из каких-то передряг я тебя выпутывать не буду.
Уже входя в свою комнату и закрывая за собой дверь, я сказала.
Камилла: Да-да, хорошо!
Хорошо, что домашнее задание на начало следующей недели я сделала сразу в школе. Эти выходные должны пройти очень классно и весело без мыслей об серой учёбе. Откидывая все эти раздумья прочь, и переодевшись в пижаму, я легла на кровать с телефоном. Нана наверняка что-то писала мне. Но отчитаться о прибытии домой точно должна была. Открывая нашу с ней переписку, я удивилась от такого количества сообщений.
Нана: Мы с Леоном благополучно добрались до дома. По дороге я ещё выпросила у него тех жевательных мармеладок, которые я тебе показывала вчера в видео у одного блогера. Леон долго отнекивался, потому что они дорогие, но всё же моё милое личико растопило его холодное сердце. Кстати, о холодных парнях… Фёдор такой красавчик, я просто без ума от него. Производит впечатление недотроги. Но мы же знаем с тобой, какие на самом деле эти парни. Обсудим это, когда зайдёшь в сеть.
Камилла: Ну и какие?
Нана: О, наконец ты онлайн!
Камилла:…
Нана: Я даже через телефон вижу твоё недовольное лицо. Так вот, такие парни только малознакомых отталкивают и врагов. А своих близких они защищают и любят. Они обычно очень заботливые и сильные.
Камилла: Реальность — не аниме и не сериалы в жанре романтики. В жизни от таких людей, которые ведут себя, как заносчивые нарциссы или же грубияны нужно бежать без оглядки.
Нана: Ну а как же травматичное прошлое. Скрытность и поиск той самой.
Камилла: Я предпочитаю, чтобы надо мной не издевался тот, с кем я буду встречаться. Слепо не влюбляюсь. Мне важно отношение человека ко мне, а не всё то, что обычно романтизируют.
Нана: Всё ясно, Камилла. Ты меня осуждаешь…
Камилла: Я вовсе не это имела в виду.
Нана: Да? Правда? Можешь считать меня наивной дурой, которая лезет в огонь, но я попробую построить хорошие отношения с Фёдором. И докажу, что он прекрасный человек. Кстати, о симпатии. Ты разве не положила глаз на Саджо? Мне показалось, что ты весь вечер в его сторону поглядывала. И ещё с таким интересом слушала его.
Мои щеки покрылись лёгким румянцем. С чего это вдруг я почувствовала в них жар? Отлично, что Нана не видит этого.
Камилла: Он довольно интересный собеседник. И не могла же я игнорировать его. Всё-таки новый человек в компании нашей.
Нана: Да-да, очень хороший собеседник… Особенно когда молчит. Камилла, он только за всю нашу встречу говорил всего ничего. Такой тихий, каких ещё поискать нужно.
Камилла: Он наверняка просто стеснялся новых людей. А может ему не интересно с нами было.
Нана: Думаешь, не придёт завтра на ярмарку посвящённую Хэллоуину?
Камилла: Ну вроде бы мы договорились о встрече. Должен по идее прийти.
Нана: Интересно, какие образы выберут парни. Помнишь, мы обсуждали, что должны выбрать что-то жуткое или прикольное, подходящее под атмосферу праздника?
Камилла: Да, точно. Я уже забыла.
Нана: Ты какая-то вялая. Что-то случилось уже? Опять с мамой поссорились?
Камилла: Нет, она меня просто отчитала за всё то, что мы планируем делать завтра. Я не удивлена вообще.
Нана: Ага, от Милены Флоринской этого следовало ожидать.
Камилла: Ты её так и продолжишь по фамилии звать?
Нана: Извини, я опять забыла, что вас русских по отчеству называют. Это так странно.
Камилла: Со временем привыкнешь и к этому. А вообще тебе ещё несколько дней проводить в компании русских парней, так что подготовься хорошенько к этому.
Нана: Ты шутишь? Я не из тех, кто верит стереотипам.
Камилла: А мне казалось, что ты именно такая.
Нана: Камилла, я же и обидеться могу.
Камилла: Да брось, я же шучу.
Нана: Угу…
Несколько минут в нашем чате было молчание. Я увидела новое уведомление. Меня добавили в какой-то только что созданный чат, где были Нана, Николай и Саджо.
Нана: Всем доброго вечера!
Камилла: Нана, что за дела? Зачем ты всех сюда добавила? И откуда у тебя их номера?
Нана: Секретик.
Николай: Не бойся, Камилла, это я ей дал наши номера.
Камилла: А где Фёдор тогда?
Нана: Его сюда не будем добавлять. Я специально создала чат, чтобы обсудить сюрприз для Фёдора на его день рождения.
Камилла: Но он же кажется ясно дал понять, что не хочет его праздновать.
Нана: А мы убедим его в обратном. Сделаем этот день незабываемым! Ему точно понравится.
Николай: Леон не будет участвовать в этом заговоре против Феди, ахахах?
Нана: Я заставлю его нам помочь. Без дела не останется.
Саджо: Зачем делать что-то против его воли? Мы и сами справимся. Я раз так всё пошло займусь тортом и остальными блюдами. У вас есть идеи насчёт остального?
Николай: Думаю, нужно купить какие-то декорации, праздничные колпачки и что-то в этом духе.
Камилла: Хах, представляю Голевского в разноцветном колпаке. Ты ему ещё свечки на торт купи, будет вообще превосходно.
Нана: Камилла, я не понимаю, это сарказм или нет?
Камилла: Забудь…
Нана: Я могу музыку подобрать, составить плейлист. Проведём очень уютный вечер все вместе. А ещё нужно подарки купить имениннику. Николай, что нравится Фёдору?
Николай: Хм, на ум ничего не приходит. Он как-то равнодушно относится ко всему. Но сразу предупреждаю, это не значит, что ему это не нравится. Просто Федя не умеет выражать яркие эмоции. Либо просто не хочет этого делать.
Нана: Эх, что же заставило его так в себе закрыться и поставить блок на чувства?
Николай: Его жизнь. Я уже говорил, что не буду без его ведома рассказывать подробности.
Нана: Какой ты верный друг, Николай. Молодец.
Камилла: Да они просто друзья на веки вечные, не разлей вода…
Нана: Камилла, не завидуй и не ревнуй.
Камилла: Больно надо. Вы как хотите, а я пойду спать. Можете и дальше посвящать всю ночь нашему великому божеству Фёдору Голевскому.
Нана: Какая ты злюка.
Николай: Спокойной ночи, Ками.
Нана: Саджо видимо тоже ушёл по своим делам. Его нет в сети. Остались только мы с тобой, Николай.
Николай: На самом деле у меня полно дел, которые я хотел бы успеть сделать сегодня до отбоя. У меня есть сосед по комнате и он очень не любит посторонний шум во время сна. До завтра, Нана.
Нана: Ну вот, поговорили… Доброй ночи, Николай.
Я не могла долго уснуть, хотя была изначально ужасно уставшей. Всё думала, в кого бы переодеться завтра. Может сделать что-то на подобие трупа невесты? Заморачиваться особо не нужно, сделал белый тон кожи несколько кровоподтёков, надел белое платье и готово. Хотя можно попробовать сделать из себя вампира. У меня и линзы красные были, клыки накладные куплю завтра утром. А ещё у меня есть красивое готическое платье в стиле викторианской эпохи. Как по мне будет выглядеть эффектно. Интересно, в кого облачатся остальные ребята… Прокручивая моменты из сериалов про вампиров и представляя себя на месте их героев, я наконец-то заснула крепким сном. Но сновидения этой ночи были явно не самые лучшие. Мне снилась наша с друзьями поездка, тёмный лес, окутанный густым туманом. Мы забрели куда-то далеко от так называемого лагеря, который разбили. Перед нами старый пошарпанный заброшенный на вид дом, но когда мы оказались внутри него, я чувствовала, что мы не одни. Какой-то пугающий холодок прошёлся по ногам, а руки покрылись тысячью мурашек. Боковым зрением я заметила, как прошёл в другой комнате женский силуэт. Это была всего секунда. Но почему-то меня влекло туда. Комнатой оказалась брошенная хозяевами спальня, посреди которой стояло высокое зеркало. Оно было будто поцарапано и где-то даже разбито. А в нём ко мне спиной стояла девушка с пепельными длинными волосами в белом потрепанном временем светлом платье в пол. Она была худощавой, такой хрупкой. Мне хотелось помочь ей, освободить из заточения. Я даже слышала её тихий плач, всхлипы и мольбу о пощаде кому-то неопределённому. Но жалость обернулась животным ужасом, когда она обернулась ко мне. Её лицо было изуродовано порезами и ожогами, руки да и всё тело в ссадинах. Глаза были пустыми такими белыми, что будто прозрачными. Девушка, заметив меня, прижалась ближе к зеркалу, скребя по нему ногтями. Не свойственно человеку резко наклонила голову вбок и широко улыбнулась. Из её рта лилась алая кровь, а взгляд прожигал насквозь не суля ничего хорошего. В этот момент меня будто парализовало, настолько страшно мне было, я проснулась под раннее утро в холодном поту. Грудь вздымалась от отдышки прямо как после марафона бега на длинную дистанцию. И я до сих пор ощущала на себе этот тяжёлый взгляд. Будто она где-то рядом сидит в укромном местечке и ждёт, когда я вновь посмотрю в её безжизненные глаза. Но единственным существом, которое находилось возле меня на кровати, был мой серый пушистый кот. Он спал на второй подушке. Видимо, когда я резко проснулась и даже наверняка издала какой-то звук похожий на человека вдохнувшего воздух после ныряния, кота также покинули сладкие сны. Его большие горящие в темноте янтарные глаза медленно то открывались, то закрывались. Конечно, его ничего не беспокоило. Хотя возможно, если ему приснится пылесос, то он будет дёргаться во сне, как это иногда бывает. Я гладила пушистого друга, постепенно успокаиваясь. Глаза сами собой закрылись и я уснула ещё на несколько часиков. Окна у меня обычно зашторенные, поэтому причиной пробуждения был не солнечный свет, которого сегодня и так особо нет из-за облаков, перекрывающих весь небосвод, а мои внутренние часы. Первое время я сидела в телефоне, листая рекомендации в социальных сетях, но когда мне это наскучило и урчащий живот дал о себе знать, я пошла на кухню. У мамы на сегодня была назначена встреча с её подругой, ради которой она была готова ехать в соседний город. Поэтому меня на столе уже ждали остывшие, но всё ещё чудесно пахнущие и аппетитные на вид оладьи. Достав из холодильника варёную сгущёнку, я отправилась навстречу к своему завтраку. Перед этим конечно же наполнив до краёв чёрным чаем со вкусом лесных ягод свою кружку. Она была моей самой любимой, выполненная в корейском стиле, белая с редкими красными мелкими сердечками. И безусловно чай должен быть без сахара. Вот я, например, не понимаю, как Николай может вместе с какой-нибудь припудренной плюшкой пить сладкий чай. Это же безумно приторно и возникает такое чувство, что у тебя сахар на зубах хрустит. Завершив утреннюю рутину, я отправилась в небольшой магазин, который сейчас просто кишил различными товарами к Хэллоуину. И там я быстро смогла найти накладные клыки и на всякий случай купила несколько палеток тёмных теней для глаз. Придя домой и понимая, что совсем скоро нужно будет снова выходить, я надела тщательно выглаженное мною вчера чёрное платье, нашла длинные по локоть полупрозрачные тёмные перчатки. Теперь предстояло самое сложное испытание — нанести вампирский макияж. Для этого я запланировала нанести белый тон, чтобы высветлить себе кожу. Также необходимо было красиво растушевать чёрные и красные тени на веки, покрасить ресницы и конечно же дополнить всё это чёрной помадой. После я аккуратно вставила себе красные линзы и кое-как наклеила клыки. Посмотревшись в зеркало, я достойно оценила свой готовый образ.
Камилла: Боже, ещё нужно ботинки найти!
Натянув колготки в крупную сетку, я побежала в коридор к шкафу, где мы с мамой обычно складировали всякие вещи, которые редко носим. И слава богам ботинки с массивной подошвой сразу же нашлись. Я была почти готова к выходу, только осталось собрать всё нужное для похода. Жаль, я об этом вспомнила именно сейчас, а не раньше, когда времени на сборы было больше. Но, к счастью, я отношусь к тем людям, которые могут шустро сориентироваться. Этот «талант» помог мне успеть прийти вовремя на нашу с друзьями встречу. Николай с Фёдором стояли около входа в парк аттракционов рядом с кассой. Махая издалека рукой, я подбежала к ним. Коля был в образе жуткого клоуна. Кудрявые чёрные волосы с зелёными прядями приносили особую изюминку, хорошо сочетаясь с черно-зеленым комбинезоном с большим воротником и рюшами. У него был чёрный клоунский грим, подчеркивая широкую улыбку, нос, глаза. Кромвель начал шутливо кривляться, вживаясь в роль. На это ребячество было тяжело смотреть Голевскому, который видимо решил надеть маску мужчины-загадки.
Камилла: С Николаем-то понятно, а ты кто, Фёдор?
Фёдор: Никто.
Николай: Он мафиози! Видишь какое чёрное пальто классное, классический стиль в одежде.
Фёдор: Николай заставил меня в этом всём участвовать.
Камилла: Я вообще не удивлена. И вообще, Голевский, ты выглядишь как обычно, будто просто на прогулку вышел. Такое чувство, что у тебя всего два образа в этой жизни. Либо крутого парня байкера в кожанке, либо же притягательного для наивных девочек члена мафии в дорогом костюме. И тот и другой образ думаю нравятся той ведьме, которая уже спешит к нам навстречу.
Я указала на Нану, которая бежала в нашу сторону, придерживая слетающую ведьмовскую шляпу. За ней, не спеша, шёл Леон.
Нана: Привет! Я не опоздала?
Камилла: На несколько минут только. Прекрасно выглядишь, Нана.
Николай: Да, вообще я бы сказал волшебно.
Коля усмехнулся шутке, которую никто кроме самой Наны не оценил.
Николай: Надеюсь, ты не собираешься превратить кого-то из нас в лягушку?
С хитрым прищуром она ответила.
Нана: Ну я подумаю.
Подруга тоже была в платье тёмных оттенков, где-то на нём была вышита паутинка где-то на рукавах летучие мыши. Рыжая девушка излучала особую ведьмовскую энергию и не только, потому что её волосы рыжие. Нана могла очаровать кого угодно своей харизмой, притягательным взглядом. Это ли не настоящая женская магия, которой позавидует любая сильная колдунья. И даже Фёдор не мог отвести от неё взгляда, хоть и делал это весьма осторожно. Это был лёгкий интерес, как и вчера, но также ему явно понравился внешний вид моей подруги, что совсем не удивительно. Что бы я не думала о Голевском, он всё же остаётся парнем, который несмотря на свою отстраненность и скрытность может влюбиться в кого-то. Точно может, как и любой другой человек. Только вот я сомневаюсь, что он умеет преподносить свои чувства так, чтобы это понял тот, к кому он начнёт когда-то испытывать любовь. Но мне уже очень интересно наблюдать за этими двумя. Но если Фёдор сделает Нане больно, то ему также сделаю я.
Нана: Фёдор, а как тебе мой образ? Атмосферно выглядит? По-Хэллоуински?
Фёдор: Образ ведьмы очень заезженный, почти каждая вторая его выбирает для себя в этот праздник.
Серые глаза девушки уже успели потухнуть от разочарования, но Голевский сказал следующее.
Фёдор: Но ты пока что из всех кого я сегодня видел самая красивая ведьма.
Он слегка ухмыльнулся, пронизывая её оценивающим взглядом. Нана была вне себя от счастья и даже покраснела от его слов. А я стояла в шоке, приоткрыв рот. Не ожидала таких откровений от него.
Нана: Большое спасибо, Фёдор. Мне приятно такое слышать. Я правда очень старалась над нарядом и макияжем. Камилла, ты тоже чудесно выглядишь. Я была уверена, что именно вампирский образ и выберешь. Но вот…
К нам подошёл Леон. И он тоже выбрал быть вампиром на этом празднике. Чувство потери индивидуальности укусило меня десятками летучих мышей-вампиров, а ядовитые паучки злости вырвали из меня следующие слова.
Камилла: Какого черта, Леон?!
Леон: Что не так? Тебе не нравится, что я тоже нарядился в вампира?
Камилла: Конечно не нравится! Что крутого в том, что теперь у нас два вампира? Больше нет во мне какой-то уникальности…
Я разочаровано вздохнула, рассматривая брата Наны. Он выглядел впервые так аристократично, будто вышел из фильмов про викторианскую эпоху. Ему определённо это шло, но я так хотела, чтобы такой была только я. Молодой человек что-то держал за спиной. Из-за моих слов он немного расстроился и смутился. Робко поглядывая на меня, он достал из-за спины одну красную розу с шипами, от которых у него все пальцы были в крови.
Леон: Это тебе, Камилла. Только бери осторожно, а то уколешься.
Я представила себя на месте этих шипов. Но я нанесла Леону не физическую боль, а душевную.
Камилла: Эм, спасибо…
Было очень неловко и стыдно. Нана оттащила меня в сторону, взяв под локоть, осуждающе цокнула.
Камилла: Ну что я опять сделала не так?
Она шлепнула меня по предплечью.
Камилла: Ай…
Нана: Леон так вырядился, чтобы на тебя впечатление произвести. А ты повела себя как…
Нана выдержала паузу.
Нана: Не буду ругаться сегодня. Не к чему настроение портить.
Камилла: Лучше скажи мне, зачем ты ему проболталась, что мне вампиры нравятся?
Ударив себя ладонью по лбу, закатывая глаза, она прошептала.
Нана: Ты такая глупенькая оказывается. Ты нравишься Леону. Что непонятного тут?!?
Камилла: Я?
Я повернула голову в сторону, где, печально переминаясь с ноги на ногу, стоял брат Наны. Потом вновь вернулась взглядом на подругу. И когда до меня наконец дошла вся суть ситуации, с выпученными глазами произнесла.
Камилла: Нравлюсь?
Я никогда не слышала каких-то комплиментов от парней, меня не звали на свидания и тем более никогда не было романтических отношений. Оно и не удивительно вовсе, мне кажется я частенько провожаю особ мужского пола осуждением во взгляде. Может я только своей грубой физиономией их отпугиваю. Мама столько гадостей говорила об отце, что я привыкла думать о мужчинах в не очень хорошем русле. Но я конечно же знала, что есть и хорошие, но в них я могла видеть только друзей, но не как не симпатию. И теперь я отталкиваю брата своей лучшей подруги. Мы с Леоном не слишком близко знакомы, но за то время, которое мы провели на прогулках втроём или на совместных просмотрах фильмов, он показался мне очень милым и внимательным. Хотя в нём есть некая старомодность в мышлении, которая нам с Наной не совсем нравится. Понятно, что он вырос именно таким, ведь больше общался с отцом, который более традиционных японских нравов. А их мать, с которой мне тоже удалось провести время, показалась мне довольно современной женщиной, которая в курсе всех новинок моды, новых технологий. Думаю, Нане всегда есть о чём поговорить с ней. От их семьи всегда веет уютом и позитивом. Хотя Леон с Канэко-саном любили поворчать насчёт каких-либо изречений Канэко-чан. Вот тогда почему Леон сразу же запинался и замолкал, когда встречался со мной взглядом. Ему было не удобно за своё поведение. Прерывая свои мысли, я спросила Нану.
Камилла: И как долго я ему нравлюсь?
Нана: Камилла, если он услышит, что я с тобой говорю об этом, то обидится.
Камилла: Ну пожалуйста, скажи.
Нана: Ну уже два года.
Я закашлялась от такого срока.
Камилла: Два года?!
Нана: Да. Но ты не обязана отвечать ему взаимностью. Просто мне стало обидно, что ты так ему нагрубила. Говоришь что-то плохое о Фёдоре, а ведёшь себя точно так же.
Камилла: Мне не по себе от этого. Не сравнивай меня с ним.
Нана: Мне кажется ты очень хочешь подойти к Леону и извиниться.
Камилла: Э, правда?
Нана: Да.
Настойчивый взгляд Наны вынуждал поступить именно так. Тем более я не могла уже сдерживать смех от того, как она пыталась сделать суровый, строгий взгляд. Леон стоял рядом с Николаем и Фёдором, они что-то обсуждали. Но как-то не понятно, что именно, потому что Николай как всегда видно, что шутил, улыбаясь и смеясь, Фёдор смотрел куда-то в сторону ярмарки, будто высматривая кого-то, а Леон будто бы просто пытался поддерживать беседу, немного смущаясь, скрестив руки на груди. Он выглядел так, будто ему не очень комфортно среди новых знакомых. Я подошла к ним. Невинным взглядом одарила высокого рыжего парня.
Камилла: Леон, извини, что так высказалась. Я не хотела задеть твои чувства.
Строгие черты лица молодого человека смягчились как только он увидел меня. Почесывая затылок, он бросил нервный смешок. Его щеки покрылись румянцем.
Леон: Ты никак не обидела меня, не переживай. Кстати, Камилла.
Леон тепло улыбнулся, проводя по мне взглядом.
Леон: Ты невероятно очаровательна.
Николай с Фёдором, стоявшие за его спиной, закрыв рот рукой, прыснули.
Камилла: Вы чего это там смеётесь? Жить надоело?
Я сказала это на русском языке, но по выражению моего лица было ясно, что я недовольна. И кажется я немного смутилась и покраснела от этой ситуации. Парни перебросились несколькими словами на том же языке.
Николай: Так значит у тебя в Японии был всё это время поклонник. А ты ничего не говорила.
Фёдор: Да она видимо сама только что узнала об этом. Не напрасно они там с Наной шушукались.
Камилла: Замолчать, вы оба.
Эти слова я процедила сквозь зубы, бросая взглядом в парней молнии. И как только я вспомнила, что Саджо до сих пор не подошёл, он возник возле нас с билетами в руках и со сладкой ватой для каждого.
Николай: Саджо, дружище, оказывается ты без нас зашёл внутрь. И ещё билеты на аттракционы купил. Большое тебе спасибо! Я отдам деньги после прогулки.
Саджо: Не нужно, это подарок от меня.
Нана подбежала к Саджо и радостно завизжала при виде розовой сладости.
Нана: Как мило, Саджо! Такую вкусняшку купил нам!
Саджо: Я хотел, чтобы вы попробовали её. Рад видеть вас счастливыми.
Хаяси был в костюме пирата. Одежда выполнена в коричнево-бежевых оттенках. Он чуть улыбался, глядя на нас. После нашего с мамой разговора и моих мыслях о нём мне было немного неловко смотреть на Саджо. И когда он подошёл ко мне, протягивая сладкую вату, я инстинктивно вздрогнула. Он удивился.
Саджо: Камилла, я тебя напугал?
Камилла: Нет, я просто задумалась, извини.
Саджо: Возьми.
Когда я взялась за палочку, на которой держалась вата, наши пальцы соприкоснулись. Меня будто током ударило, лицо обдало жаром. Я отвела глаза, но краем глаза заметила, как он улыбнулся, наверняка заметив моё смущение.
Камилла: Благодарю.
Саджо: Ешь скорее, пока руки сахарные не стали.
Поправив пиратскую шляпу, он пошёл вперёд. Я тоже двинулась с места в распростертые объятия яркой ярмарки, посвящённой этому жуткому, но всеми любимому празднику Хэллоуин. Я шла мимо людей переодетых в страшных монстров или же красивых фей, эльфов. Специально поставленные актёры с гримами зомби, скелетов, всяких демонов пугали, проходящую толпу. Но я думала только об одном сейчас. Почему я так реагирую на Саджо? Раньше ни один парень не интересовал меня, не заставлял так быстро биться сердце, как это делает он. Не могу же я просто так влюбиться в него? Нет, мне просто хорошо проводить с ним время. Он спокойный, ценит личные границы, умеет выслушать. Естественно такой человек приятен. Попробую со временем разобраться в своих чувствах. Я должна их проанализировать, а не наивно кидаться на всех, кто мне в какой-то мере симпатичен. Пока я была погружена в свои мысли, не заметила, как наткнулась на спину Хаяси Саджо. Моя сладкая вата полетела вниз прямо на грязный асфальт. Парень обернулся, кинув взгляд сначала на покоящуюся вату, а потом остановился на моем расстроенном и растерянном лице.
Камилла: Прости, я не смотрела куда иду, ещё и уронила то, на что ты свои деньги потратил. Мне ужасно стыдно…
Саджо: Ничего страшного, не волнуйся. Я куплю тебе новую или может что-то другое хочешь?
Его медовые глаза прилепили мои ноги к земле, а взгляд к нему. Я не понимала, почему он такой добрый. Мы же с ним только второй день знакомы. Лицо Саджо стало более серьёзным и равнодушным, он будто задумался о чем-то.
Саджо: Если тебя это смущает, то я не буду за тебя платить. Просто у меня есть достаточное количество денег. Я хотел как-то порадовать вас всех. Но тебе, Камилла, видимо такой дружеский жест не по душе. Да? Или я не прав? Просто ты стоишь молча, и я не могу понять, что у тебя на уме.
Бросая нервный смешок, я скрестила руки на груди. Отвела взгляд от молодого человека.
Камилла: Мне просто не привычно. Если ты не против, то мы бы с тобой могли сходить к лавке, в которой продаются яблоки в карамели.
Саджо: Яблоки? Как киношно, хах.
Камилла: И правда, но я их никогда не пробовала. Так что…
Саджо: Хорошо, идём.
Подбегая к ларьку с разными осенними сладостями, я быстро достала из кармана деньги и протянула их продавцу со словами.
Камилла: Два яблока в карамели, пожалуйста.
Изгибая бровь в полнейшем как мне показалось удивлении моей резкостью, Саджо произнёс.
Саджо: Ты решила за меня заплатить?
Камилла: Да. Вот, держи. Надеюсь, оно вкусное.
Я протянула ему красное яблоко, покрытое стеклянной карамелью. С недоверчивым прищуром, он продолжал буравить меня взглядом, от которого становилось не по себе. Неужели я этим поступком обидела его, задела гордость?
Камилла: Что-то не так?
Саджо: Давай отойдем от лавки туда, где поменьше людей. Мне не очень нравится находиться в толпе.
Камилла: Ладно, давай.
Мы присели за один из столиков, стоящих в стороне. Здесь почти никого не было. Я искала глазами друзей, но когда посмотрела вперёд себя, поняла, что парень всё это время держал взгляд на мне. Такой спокойный и размышляющий. Он пытался прочитать меня, разгадать. Гены детектива не прошли мимо Хаяси. В тот момент, когда наши глаза нашли друг друга, он спросил.
Саджо: Я же сказал, что всё в порядке. Тебя пугает тот факт, что какой-то парень за тебя платит? Тебе не нужно ничего давать мне взамен. Но если ты просто хотела меня угостить, как и я тебя, то я с удовольствием приму это. Ты выглядишь напугано, Камилла.
Камилла: Я… Можно не буду отвечать на этот вопрос?
Саджо: Конечно.
Она всматривался в мои глаза, но когда я дала понять, что не хочу обсуждать эту тему, молодой человек подбадривающе улыбнулся. Мы сидели и хрустели жжённым сахаром, как какая-то парочка из фильмов. Сначала всё было до жути стереотипно. Саджо держался уверено и расслаблено, а я чувствовала себя зажатой в угол. Но каждая минута разговора с ним придавала смелости. Я стала более раскрепощенной.
Камилла: Всё же не надо было брать эти яблоки. Карамель прилипла к зубам, что аж больно.
Забывшись, я начала отлеплять её от зубов. И когда поняла, что Саджо в недоумении следит за моими действиями, отдернула руку и вся покраснела от стыда. Он прыснул, чуть отвернувшись от меня.
Камилла: Извини-извини! Мне невероятно стыдно!
Пытаясь убрать улыбку, он сказал.
Саджо: Тебе купить воды?
Камилла: Ну давай. Простую негазированную, если не сложно.
Саджо: Хорошо, жди здесь.
Как только он отошёл, меня нашли остальные члены нашей «команды».
Нана: Вот ты где! А мы ходили с Николаем на американские горки. Фёдор сказал, что ты боишься на них кататься.
Стоящий рядом с Наной Голевский злобно усмехнулся, глядя на меня. На что я, сжав зубы, проглотила старую обиду и постаралась не слишком яростно выдавать свою агрессию.
Камилла: Меня укачивает на горках. Фёдор, наверное, вспомнил момент, когда мы с ним и Николаем ходили в парк развлечений в Петербурге и он очень сильно волновался за меня, когда меня сразу же после аттракциона вывернуло у всех на глазах. Он так сопереживал мне. Да, Фёдор?
Казалось, что каждое моё слово это яд, который я выплевываю, как аспид. И как притворно выглядела моя улыбка, от которой болели скулы. Голевский, будто бы ничего не припоминая, кратко кивнул. Издевательская ухмылка сошла на нет, на его лице осталось только стальное равнодушие.
Николай: А где Саджо? Мы опять с ним разминулись?
Камилла: Нет, он пошёл за водой для меня.
Не скрывая радости, Николай улыбнулся мне, подмигивая.
Николай: Теперь понятно.
Камилла: Что тебе понятно?
Николай: Да так, ничего такого. А вот и Саджо! И Леон пришёл. А мы тебя потеряли, друг.
Леон: Вы просто в какой-то момент меня кинули и ушли веселиться сами по себе.
Николай: Не правда. Мы с тобой Фёдора оставили.
Леон: Когда я отвернулся, его след простыл.
Коля бросил на лучшего друга осуждающий взгляд.
Фёдор: Мне наскучило стоять на месте, вот я и ушёл. И, кстати, нашёл комнату страха. Пойдём туда?
Камилла: Ты решил инициативу проявить? Очень интересно.
Саджо: Камилла, держи бутылку воды. Извини, что так долго. У всех только газированная была, поэтому я пока нашёл обычную…
Камилла: Всё нормально, мог брать вообще любую. Я столько проблем доставила тебе.
Саджо отмахнулся.
Саджо: Нет же, всё хорошо. Ты слишком драматизируешь.
Нана: Я считаю, что теперь, когда мы все собрались, можно и сходить в комнату страха, как предложил Фёдор.
Когда все согласились, мы двинулись вперёд, следуя за Голевским, стараясь не отстать друг от друга в толпе. Нана держала меня за руку, и в какой-то момент я заметила на её запястье новый браслет с бусинами в виде тыкв с разными рожицами. Сразу напросился вопрос.
Камилла: Нана, откуда у тебя этот браслет? Успела здесь купить?
Нана: Нет, это мне Фёдор купил. Это было так мило. Я засмотрелась на витрину с украшениями. Он заметил, как я смотрю именно на это и, не задумываясь, купил его мне. Я была так счастлива, что полезла к нему с объятиями, но Фёдор не позволил, отстранился. Я не поняла этого. Он будто испугался, особенно, когда я радостно взвизгнула. Да и Николай какой-то дерганный. Когда я активно жестикулировала после американских горок, он вздрагивал.
Камилла: У Николая тяжёлое прошлое, это ещё с детства у него. Понимаешь, его били…
Нана: Ужас, не продолжай, Камилла. Я сейчас заплачу. Кстати, Николай рассказал, что нашёл подработку в магазине игрушек не слишком далеко от университета. Интересно, это как-то связано с тем, что он потерял сестру?
Камилла: Возможно. Он всегда с таким трепетом относился к детям. Наверняка видеть искру в их глазах, когда им покупают долгожданные игрушки, самое приятное для Коли. Он и в России насколько я помню работал в какой-то детской комнате в торговом центре. Да, кстати, он же хочет стать хирургом именно в детском отделении. Его мечта — спасать хрупкие детские жизни. Сделать то, чего не смогли другие доктора для его сестры.
Нана: Я конечно даже представить не могу, что он чувствует.
Она покосилась на спину, идущего впереди Леона.
Нана: Я бы не смогла жить без этого реалиста, скептика до мозга костей и просто недовольного жизнью человека. Как бы он меня не бесил, Леон — родной и я его очень люблю. Мы всё детство провели вместе, он постоянно присматривал за мной и вытаскивал из разных передряг. Правда потом долго ругался на меня, но это потому что сильно переживал.
Камилла: Не знаю, мне никогда не было одиноко быть единственным ребёнком. Особенно, когда дядя женился. И в моей жизни появились София и Дима. С ними не заскучаешь.
Нана: Так вроде бы София наша ровесница, да и Дмитрий не сильно младше. Сколько ему лет?
Камилла: Пятнадцать.
Нана: Ну вот. Ты же говорила, что она очень тихая, постоянно либо в комнате запирается, либо гуляет где-то. А Дима тоже вечно в компьютерных играх зависает. Когда тебе с ними сложно было?
Камилла: Понимаешь, когда наши семьи собираются, сразу столько людей. Все друг с другом общаются, и я даже в такие моменты не слышу музыку в наушниках. Шумно. Не люблю такое.
Нана: А сама в клуб хотела пойти. И раньше ходила. Только притворяешься интровертом.
Я цокнула, закатывая глаза. Нана передразнила меня.
Камилла: Это совсем другое.
Нана: Ну а как же… Тебе виднее.
Мы немного разминулись с парнями, поэтому, когда подошли с Наной к комнате страха, они уже ждали нас с браслетами, которые выполняли роль билетов.
Нана: Ух, как-то не по себе стало.
Камилла: Смотри в обморок не упади на Голевского.
Нана: Ой, отстань!
Николай с Фёдором зашли первыми, и я слышала, как Голевский сказал ему с неким опасением или нервозностью.
Фёдор: Почему они вечно меня обсуждают? Надоело уже.
Николай: Потому что Камилла обожает подшучивать над подругой.
Фёдор: А я тут причём?
И они скрылись за потертыми прозрачными шторами, за которыми была кромешная тьма. Нана сжала мою руку своей успевшей заледенеть от страха ладошкой.
Нана: Боюсь темноты…
Сама не понимая, что говорю, я ответила, нагнетая обстановку.
Камилла: Бояться нужно не темноты, а того, что прячется в ней.
Нана: Ну спасибо, Камилла!
Хихикая, я извинилась перед ней. Леон сзади подгонял нас, а Саджо решил поступить иначе. Он подбадривающе положил руку на моё плечо, говоря нам с Наной следующее.
Саджо: Ничего не бойтесь, девочки, мы будем рядом.
Хаяси совершенно не был напуган предстоящими ужасами.
Камилла: А ты не боишься что ли?
Саджо: Я не из пугливых. Меня больше волнуют настоящие преступления, а не мистика.
Нана: А вот очень зря. Я и того, и того боюсь.
Леон: Все уже в курсе, Нана, что ты трусливая. Идём внутрь, а то эти двое без нас всё пройдут.
После данной «мотивации», мы зашли в помещение. Температура здесь была несколько ниже, чем в зале ожидания. Мерзкий холодок прошёлся по ногам. Тихая мелодия нагнетала обстановку. А освещение было минимальным. Первая комната посвящена кладбищу. Могильные плиты натыканы по бокам, слышен звук царапания крышки гроба. Я держала Нану в поле зрения, она шла впереди. И вдруг подруга завизжала, резко остановившись. Не задумываясь, я поспешила ей на помощь под стоны и завывания шатающихся зомби, которые тянулись ко мне в попытке схватить. Оказалось, что её нога зацепилась о костлявую руку, вылезающую из-под могильной насыпи. Я помогла её отцепить, стоящей столбом Нане.
Нана: Спасибо, Камилла.
Камилла: Давай руку.
Саджо и Леон прошли мимо нас в следующую комнату. По выражению их лиц было ясно, что для них первое испытание стало обычной прогулкой. Рыжий парень хмыкнул, беря сестру за руку.
Леон: Камилла, я позабочусь о ней. Можешь спокойно дальше идти.
Нана: Так говоришь, будто я являюсь для неё обузой.
Леон: Я не был столь категоричен в своих суждениях. Ты сама это сказала.
Нана: Тц, грубиян!
Камилла: Я вижу Николая и Фёдора кажется.
Проходя по узкому коридору, я вышла в следующую комнату. Она напоминала пыточную старой тюрьмы. Каменное покрытие стен, ржавые прутья железной клетки, здесь стоял запах крови и ею были перемазаны различные приборы для пыток, лежащие на столе. Ножи, топоры, скальпель. Но самым жутким было даже не звучание гремящих цепей и не крики заключённых. По центру стоял электрический стул, на котором связанный человек бился в конвульсиях. От закатывающихся от боли глаз были видны только пожелтевшие белки, налитые кровяными сосудами. Я прошла поближе к Николаю с Голевским с заметным отвращением.
Камилла: Меня сейчас стошнит.
Фёдор: Какая ты нежная…
Камилла: Твоего мнения никто не спрашивал. Я погляжу, тебе нравится подобная атмосфера, Голевский.
Фёдор: И с чего ты это взяла? Если я не дрожу, как осиновый лист, не значит, что мне это по душе. Вот ты лучше на Николая посмотри.
Кудрявый парень с неподдельным интересом рассматривал орудия пыток и висящие на стене наточенные ножи.
Камилла: И ты туда же, Коля?
Николай: Что? У меня профессиональный интерес.
Фёдор: Его кровью и криками не напугать.
Камилла: Как и тебя.
Нана: Давайте поскорее отсюда выйдем.
Когда сероглазая девушка была уже возле дверного проёма, прямо перед её глазами сверху упал подвешенный на верёвке за шею манекен в полосатой форме.
Нана: Ааа!
Нана дёрнулась в сторону, спотыкаясь о ногу Фёдора. Ещё чуть-чуть и она бы упала, но парень успел её ухватить за талию.
Фёдор: Тише, всё в порядке. Это всего лишь кукла.
Нана: А? Ну да, да, всего лишь. Почему именно я попадаю под горячую руку в этом чертовом месте?!
Леон: Ты просто очень везучая, сестрёнка.
Камилла: Не стоило ей идти с нами. Теперь всю ночь не будет давать мне спать.
Нана: Мы же в поход идём. О каком сне вообще идёт речь?
Камилла: Я не выдержу всю ночь без сна.
Нана: Мы тебе кофе заварим. Да, Николай?
Николай: Будет весело, Ками. Эта поездка в лес должна остаться в наших воспоминаниях навсегда.
Фёдор: У нас время, кстати, не ограничено же? А то вы столько болтаете, что мы можем не успеть всё пройти.
Саджо: Я читал на стенде, что мы можем находиться здесь в течение часа.
Николай: Значит нам стоит поторопиться. Интересно, сколько ещё комнат осталось?
Леон: В прошлом году сюда ходил мой одногруппник со своей девушкой. По его рассказам, вроде как здесь где-то комнат пять.
Камилла: А мы только две прошли. Давайте быстрее. Мне интересно, что будет дальше. Кто-нибудь, держите Нану, чтобы она не паниковала. Так будет лучше для нас всех.
Обиженно скрестив руки на груди, Нана обвела взглядом всех присутствующих. И кто бы мог сомневаться, что она подойдёт к Голевскому. Девушка была намного ниже молодого человека, поэтому ей пришлось запрокинуть немного голову, чтобы обратиться к нему о просьбе, смотря в серые внимательные глаза. Федя вытащил руки из карманов брюк, подтянул хвост и заправил чёлку за уши.
Нана: Можно я возьму тебя за руку?
Он сглотнул, косясь на Колю. Друг взглядом дал понять, что ему нужно подбодрить девушку, взявшись за руки. Фёдор молча сцепил их пальцы вместе. Потащил за собой.
Нана: Эй, мы что первые туда зайдём? Подожди!
Фёдор: Не кричи ты так! Уже уши болят.
Нервозно оборачиваясь на мою подругу, он чуть успокоился и затих. По щекам Наны катилось несколько слезинок. А миниатюрная хрупкая ручка, которую он сжимал, подрагивала.
Нана: Прости меня, я буду вести себя тише. Не хочу причинять тебе дискомфорт. Прости, прости, Фёдор.
Её нежный дрожащий голос, обескуражил видимо его. Иначе не объяснить то, что Фёдор сказал в следующую секунду.
Фёдор: Не ной, я буду рядом. Тебе нечего бояться, Нана.
Шмыгая покрасневшим носом, она, улыбаясь кивнула парню. А он в свою очередь как-то смущенно отвёл взгляд. Ухмыляясь, мы переглянулись с Николаем, а потом я поймала на себе изучающий взгляд Саджо. Он подошёл ко мне ближе, протянул руку ладонью вверх.
Саджо: Камилла, пойдёшь со мной? Мне будет спокойнее, зная, что ты не одна.
Заглядывая в его тёплые, как янтарь на солнце, глаза, я опешила на мгновение. Он волнуется обо мне? Хочет быть уверен, что я буду в безопасности. Я вложила свою руку в его, не отводя глаз.
Камилла: Спасибо за заботу, Саджо.
Саджо: Не за что, Камилла.
Он так выделил моё имя… Будто считает своим долгом защищать меня. Ко всем ли он девушкам относится подобным образом? Или же?.. У меня появился новый важный для меня друг? Николай просто пожал плечами, следуя за нами следом. А вот Леон потускнел, хмуря брови. Ему наверняка не по нраву отношение Хаяси ко мне. Стоило нам шагнуть за пределы этой комнаты, как нас встретила звенящая тишина и множество зеркал. Зеркальный лабиринт отражал десятки наших копий, отчего голова шла кругом. Мои ладони вспотели, казалось, что тут нечем дышать. Это паническая атака? Не важно, потому что рядом со мной Саджо.
Саджо: Не отпускай мою руку.
Он достал из кармана полиэтиленовые перчатки.
Саджо: Надень на вторую руку это. Так ты сможешь идти на ощупь.
Камилла: Ага, хорошо.
Николай: Леон, дружище, надеюсь ты не забыл взять себе перчатки? Эй, Леон?
Тот стоял в ступоре, часто дыша и напугано смотря вперёд себя.
Николай: Что это с ним? Ау! Леон!
Кромвель встряс за плечи брата Наны, но он будто онемел. Тогда Николаю пришлось дать ему пощёчину, чтобы отрезвить.
Николай: Очнись!
Рыжий парень перевёл на него такой взгляд, словно его вернули в реальность. Он приложил руку к месту удара, которое ещё горело.
Леон: Спасибо, что привёл в чувства.
Николай: Не время впадать в транс. Что тебя так напугало?
Леон: Эта тишина давит на меня. Затылок разрывается. А ещё там что-то стрёмное появилось в одном из зеркал.
Леон указал на одно из них, но там уже ничего не было. Всматриваясь в стеклянную поверхность, я вспомнила свой сон. Стало как-то неуютно, в животе свернулся узел страха. Меня только успокаивало то, что это место совсем не похоже на то, которое мне снилось. Тем временем Фёдор с Наной уже прошли половину пути в лабиринте. Девушка вскрикнула, увидев боковым зрением, что кто-то пробежал на четвереньках. Прижалась к парню, сильно сжимая ткань пальто на его предплечье.
Нана: Т-ты в-видел это?
Фёдор: Нет. Пойдём уже.
Нана: Может подождём здесь ребят? Вдруг что-то случилось?
Фёдор: Ты просто боишься идти дальше, верно?
Нана: Нет же, я волнуюсь за них. Давай вернёмся назад.
Как только Нана обернулась, чтобы направиться в обратную сторону, как к нескольким зеркалам, окружая их, прилипли страшные изуродованные то ли люди, то ли призраки. Их глаза горели красным как у демонов, жуткие кривые улыбки искажали лица. От них исходили мерзкие звуки напоминающие смех и рычание зверя. Нечисть стучала по стеклу, пытаясь выбраться, царапала его грязными ногтями, которые будто только что разгребали землю.
Нана: Фёдор…
Канэко, не раздумывая, уткнулась лицом в его грудную клетку, зажмурив глаза. Она сжимала ткань белой рубашки парня, всхлипывая.
Нана: М-мне с-страшно.
Голевский стоял, как вкопанный, пытаясь придумать, как её успокоить. Его руки висели вдоль туловища, но каждый раз когда Нана вздрагивала от потусторонних звуков этих монстров, ему хотелось приобнять её, чтобы защитить. Но Фёдор так и не решился это сделать, останавливая поднимающиеся к её спине руки на пол пути. В его голове возникло воспоминание из детства, когда он сидел в тёмном углу своей комнаты, сдерживая слёзы после очередной ссоры с мамой. Он ждал поддержки, обычной родительской любви, но в ответ на свои попытки быть тем, кого они хотят видеть, получал лишь осуждение. Слова о том, что он ничтожен и бесполезен. Отец был также строг, но справедлив. Виктор Голевский хотел видеть в Фёдоре стержень, поэтому считал, что проявление внимания расклеит сына, и он не станет тем, каким должен быть его наследник.
Фёдор: Не открывай глаз, Нана. Я проведу тебя до конца. Не обращай внимание на эти звуки, слушай мой голос.
Нана: Угу.
Тихий голос молодого человека успокаивал и внушал доверие, он был спасательным кругом, за который девушка держалась мёртвой хваткой.
Фёдор: О чём ты бы хотела со мной поговорить?
Нана: Я не знаю. У меня столько вопросов к тебе, но я не хочу их задавать, потому что это будет тревожить тебя. Но хочешь, я расскажу о себе кое-что?
Фёдор: Я не против, рассказывай.
Нана: Я слышала, что у вас в России превосходный уровень фигурного катания. Я восхищаюсь вашими фигуристами и даже когда-то соревновалась с одними из них.
Фёдор: Ты занимаешься фигурным катанием?
Нана: Занималась раньше, но поняла, что конкуренция это совершенно не моё. Самое важное для меня — получать удовольствие от катка, чувствовать лёд и себя на нём. А как ты относишься к этому виду спорта?
Фёдор: Несколько раз ходил на каток зимой, но у меня довольно плохо получалось красиво кататься. Да и вообще хорошо держаться на коньках.
Нана хихикнула, улыбаясь, так же держа глаза закрытыми. Она не видела, но её мимика заставляла улыбаться и Фёдора. Когда никто не смотрит, он может быть собой и немного расслабиться, его не осудят за несерьезность.
Нана: Тебе нравится искусство? Ну в плане, может ты увлекаешься чем-то таким? Я так поняла, что тебе нравится рисовать, раз хочешь стать графическим дизайнером. Но может есть что-то ещё?
Он задумался, раскапывая какие-то приятные вещи в руинах своей памяти.
Фёдор: Я в детстве играл на пианино, мне очень нравился этот инструмент. Мелодии, исходящие из-под моей руки, передавали настроение и эмоции, которые я мог только таким образом выразить. Но позже мама запретила мне заниматься этим, так как я по её мнению стал более чувствительным.
Нана: Это жестоко.
Фёдор: Не нужно только меня жалеть, Нана. Это ещё больше заставляет меня подавлять свои чувства. Мы зашли в следующую комнату, можешь открывать глаза.
Резкий красный цвет врезался в глаза девушки. Они находились в цирковом шатре. Мы с парнями к этому моменту уже нагнали Нану и Фёдора.
Фёдор: Что вы так долго?
Саджо: У Леона случилась паническая атака. Потом ещё несколько ситуаций было.
Саджо не надолго задержал взгляд на мне. Сразу всплыла картинка недавних событий, когда я вечно вздрагивала с высовывающихся из-за углов страшных силуэтов. Как я инстинктивно пряталась за спины мальчиков в такие моменты. Было невыносимо стыдно, я ненавижу проявлять слабость. Хочу быть смелой! Не нуждаться в чье-то помощи и защите. Николай вышел в центр комнаты перед нами, дурашливо развёл руками.
Николай: Дамы и господа, давайте хорошенько рассмотрим это место прежде чем перейти к другому. Ваш покорный слуга — клоун Николай Кромвель поможет вам выйти из обители моих коллег жутких клоунов целыми и невредимыми. Хотя…
Он указал на настенное большое колесо с воткнутыми в него ножами и железными закрепами по человеческому силуэту, который был там начерчен белым мелом.
Николай: Возможно с вами уйдут не все части тела, ахахах.
Нана стояла на месте, бегая глазами по помещению, а мне же захотелось обойти всё и рассмотреть каждую деталь.
Фёдор: У тебя шутки не для напуганной до смерти Наны, Коля.
Голевский осуждающе зыркнул на хохочущего Николая. Но тот не переставал насмехаться над ситуацией, в которой они сейчас находились.
Николай: Нана, будь осторожней, кто знает, откуда может сейчас выпрыгнуть зубастый клоун из фильмов ужасов.
Он оказался у неё за спиной, кладя руки на плечи. Девушка произвольно дернулась.
Нана: Хватит надо мной издеваться!
Николай: Не воспринимай так всё серьёзно. Мы же просто в комнате страха. Что может произойти?
Николай обошёл Нану, вставая к ней лицом, наигранно жутко ухмыляясь, прыгнул навстречу со словами «бу». Рыжая девушка одарила его презрительным взглядом, ей уже не хотелось смеяться и веселиться. Леон смотрелся в кривые зеркала, а Саджо разглядывал декор гримерки цирковых артистов. На стенах висели картины с изображениями различных представителей цирка уродов. Я наткнулась на большую коробку, стоящую в углу с ручкой сбоку, которую можно крутить. Сделав определённые махинации, послышался звук двигающихся механизмов, который привлёк и внимание друзей. Они также подошли ближе в ожидании. На нас выскочил игрушечный клоун на пружине.
Нана: Ааа!
Камилла: Хм, это как чёртик в табакерке. Николай, помнишь у нас такие в детстве были?
Николай: Помню, было очень весело пугать одноклассников.
Нана: Что у вас там за игрушки такие жуткие!?
Николай: Самые клёвые вообще-то. Но это больше для приколов было.
Саджо: Смотрите, дверь в следующую комнату открылась. Хорошо, что Камилла покрутила табакерку.
Николай: Ками, ты умница!
Камилла: Спасибо. Идемте, у нас от силы по времени осталось минут пятнадцать. Нужно поторопиться.
Когда Леон хотел взять за руку сестру, его опередил Фёдор, перехватывая её первым. Холодный взгляд Голевского встретился с раздраженным брата Наны. Обстановка между ними казалась всем гнетущей.
Леон: С чего это ты уже присвоил себе мою сестру?
Фёдор: Не понимаю, о чём ты.
Леон: Отпусти её руку.
Он сказал это твёрдо, но не совсем решительно, будто по какой-то причине боялся Фёдора. Брюнет обратился к девушке в своей манере.
Фёдор: Нана, ты же не против?
Он так смотрит на неё, будто уже заранее зная ответ. Робко переглянувшись между ними, она сказала.
Нана: Леон, не обижайся, но я хочу пойти с Фёдором.
Рыжий парень разочарованно посмотрел на сестру, будто затаив обиду. Кинул через плечо презрительный взгляд на сероглазого молодого человека, оказавшись рядом, процедил сквозь зубы.
Леон: Если допустишь хоть одну ошибку, я тебе этого не прощу.
После таких слов на лице Голевского появилась самодовольная ухмылка.
Фёдор: И что же ты мне сделаешь?
Леон: Узнаешь.
Фёдор: А ты попробуй, рискни.
Нана: Мальчики, у меня такое чувство, что вы перегибаете палку. Не злись, Леон, пожалуйста.
Леон: Не разговаривай со мной.
Он ушёл вперёд, скрываясь за дверью. Мы тоже решили не отставать. Последняя комната наводила ужас больше всех предыдущих вместе взятых. Приглушенный мигающий свет, исходящий от одинокой свисающей лампочки, белые пошарпанные стены, изрисованные пугающими картинками и надписями, словно сумасшедшего с шизофренией или ещё какими-либо психологическими расстройствами. Также висело большое разбитое зеркало, в котором можно было увидеть множество себя. Здесь пахло отчаянием, медицинским спиртом, было прохладно до мурашек. Но такую реакцию вызывала не только температура помещения палаты психиатрической больницы. На белой кушетке, возле которой стояла тумба, сидела, поджав к груди колени, худощавая девушка в потрепанном грязном халате. Чёрные волосы, свисая, закрывали практически всё её лицо. Она качалась вперёд-назад, бормоча себе что-то несвязное под нос. Мы застыли на месте, не издавая ни звука. От пыли, которой тут было не мало Нана чихнула. Так мы привлекли внимание обезумевшей. Она резко замолчала, поднимая на нас голову. Её глаза были пустыми белыми, а лицо серое, как у трупа. Девушка неожиданно для нас широко улыбнулась, откидывая голову назад истерично звонко рассмеялась. А потом также резко поддалась вперёд, вставая с больничной койки, и побежала в сторону Наны, останавливаясь возле неё почти вплотную. Подруга с округленными от ужаса глазами даже не закричала, немного пошатываясь на месте, она уже была на грани потери сознания. Стоявший рядом Фёдор придержал её за плечи, не давая упасть. Черноволосая пациентка, указывая на дверь истошно прокричала «вон отсюда!» Ну мы и не стали задерживаться. Выйдя скорее на свет, мы помогли Нане присесть на лавочку. У меня в сумке оставалась бутылка воды, я предложила её подруге. Та жадно сделала несколько глотков, привела дыхание в порядок. Мелкая дрожь в теле постепенно сошла.
Камилла: Нана, ты как? Уже лучше?
Нана: Я с вами больше на подобные мероприятия не пойду.
Николай: Куда ещё сходим? Или уже отправимся в путь?
Посмотрев на бледное лицо Наны, слипающиеся от бессилия глаза, я покачала головой.
Камилла: Поехали в лес. В дороге как раз она поспит и наберётся сил.
Саджо: Мы с Фёдором и Николаем заберём наши вещи с места хранения, а вы с Леоном помогите добраться ей до машины.
Камилла: Мы вообще вшестером поместимся в ней, Леон?
Леон: Ой, я об этом как-то забыл подумать.
Фёдор: Езжайте, мы с Колей на такси доберёмся до места.
Леон: Это такие большие деньги…
Фёдор: Это не проблема, я заплачу за нас двоих.
Камилла: Ладно, только нам сперва стоит переодеться во что-то более нормальное. Особенно тебе, Николай. Таксиста до чёртиков испугаешь.
Фёдор: Связи в лесу наверняка не будет. Где встретимся?
Леон: Там по дороге будет маленькое кафе возле заправки. Я проезжал там недавно, украшено к Хэллоуину, трудно будет не заметить. Машину мою узнаете? Чёрная Toyota. Я сейчас скину Николаю примерную геолокацию.
Николай: Хорошо, мы как-нибудь найдём вас. Не волнуйтесь.
Глава 2
Переодевшись в темно-синие джинсы и черную толстовку с принтом любимой рок-группы, я вышла из туалета кафешки на улицу. Там меня уже ждали успевшие раньше сменить одежду Нана со своим старшим братом. На Леоне была белая рубашка с закатанными по локоть рукавами, темно-серые брюки и лёгкое пальто болотного цвета. А подружка одета в зелёный свитер, в котором она тонула, плотные тёмные колготки и юбка-шорты цвета топленного молока.
Камилла: А Саджо уже к машине пошёл?
Нана: Нет, он отлучился в продуктовый магазин. Сказал, что купит снеков, всяких сладостей и водички.
Леон: Подождём Саджо в автомобиле, я позвоню ему.
Камилла: Да, Нане нужно скорее прилечь отдохнуть.
Нана: Не нянчитесь со мной, всё уже в порядке.
Леон: Так будет рациональней, ему не придётся лишний раз ходить сюда.
Нана: Ладно, идём.
Дойдя до машины припаркованной возле входа в парк, мы встретили идущего с пакетами Хаяси.
Леон: Мы как раз вовремя.
Саджо: Надеюсь, что смог угодить вашим вкусовым предпочтениям.
Нана: Не важно, что там, главное —это в какой компании есть вкусности. Правда ведь, Камилла?
Отрывая взгляд от изобилия всяких вредностей, Нана подмигнула мне.
Камилла: Ну да, с друзьями всегда лучше.
Саджо: Как говорит моя мама — «Когда ты делишься едой с близкими людьми, она становится вкуснее».
Меня поразила такая искренность с его стороны. Саджо уже считает нас важными для себя. Времени для сплочения было крайне мало. Может быть наша встреча была судьбоносной? И мы когда-то в прошлой жизни также все были близки, дружили? Родство душ очень интересная тема и сложная, но иногда хочется верить в подобное. Тогда жизнь, отношения приобретают особый смысл. Мы с Наной сели на заднее сиденье автомобиля, Леон на водительское место, а Саджо также впереди рядом с ним. Завёлся мотор и мы отправились в путь. Подруга практически сразу уснула, хотя твердила перед поездкой, что полна сил. А мне хотелось наслаждаться осенними пейзажами, которые мы проезжали. Оранжевые, жёлтые и красные краски разбросала по кронам деревьев умелая художница – природа. По моему мнению это самое красивое атмосферное время года. Вокруг красота, а когда ты сидишь дома, читая классику и за окном накрапывает дождь, это ли не мечта. От уютных мыслей меня отвлек Саджо, читающий вслух новостную ленту.
Саджо: «Вчера в городе Киото были замечены члены петербуржской мафии».
Не отводя внимательного взгляда от дороги, Леон спросил.
Леон: Что русская мафия забыла в Японии?
Саджо: Наверняка у отца прибавится дел из-за них. Ещё недавно вылезли из долгого затишья люди мафиозника Куроки Хикару. Это явно не к добру. Японская мафия не любит чужаков на своей территории.
Леон: Может у них там свои разборки какие-то? Поубивают друг друга и больше проблем не будет.
Саджо: Отец ещё вчера сообщил о появлении мафиози и, кстати, известно, кто их главарь.
Хаяси обернулся ко мне, выглядывая из-за кресла.
Саджо: Камилла, ты знаешь, что-нибудь из жизни Фёдора?
Камилла: Не особо. А что?
Саджо: У меня есть мысль, что он сын главаря русской мафии Виктора Голевского. Но он может оказаться и его однофамильцем. Не будем делать поспешных выводов.
Леон бросил беспокойный взгляд на сестру через зеркало дальнего видения.
Леон: Нашла Нана в кого влюбиться…
Камилла: Не ставь на нём крест. Это всего лишь предположение. Тем более я не думаю, что Коля бы дружил с ним, если бы Фёдор представлял опасность.
Леон: При всём уважении к тебе, для меня безопасность сестры стоит на первом месте. Я не позволю ей попасть в руки мафиози.
Саджо: Он прав, Камилла, даже если Голевский младший не несёт прямой угрозы, то опасность могут представлять другие люди. Преступный мир очень жесток, поэтому чаще всего люди, погрязшие в нём, стараются не вступать в отношения. А если подобное произошло, максимально ограничивают получение информации о своей семье похожим на них преступникам. Пока что выдохнем, так как ещё раз повторюсь, мы не знаем точно ли он сын Виктора или нет.
Леон: Но ты же как-то пришёл к такому выводу. Я не думаю, что только из-за схожей фамилии.
Саджо: Да, это было бы совсем глупо. Все мы видели, что Фёдору названивали вчера в кафе. Также он рассказывал, что родители недовольны его побегу в другую страну. Можно подумать, что появление в Киото русской мафии связано с тем, что по приказу отца Фёдора ищут здесь, чтобы вернуть домой.
Камилла: Нане рассказывать не будем об этом?
Нана: Я уже давно не сплю.
Камилла: Нана…
Нана: Всё нормально, я просто не хочу думать об этом. Стоит ли нам спросить на прямую об сложившейся ситуации Фёдора, когда мы будем на месте?
Камилла: Может лучше выждать удобного случая? Всё же для него эта тема наверняка не самая приятная. Вы видели, как он себя вёл в кафе. И когда я вышла на улицу к ним с Николаем, ребята были очень обеспокоены.
Саджо: Но мы спросим обязательно. Информация, которой владеет Голевский может быть полезна для продвижения расследования отца. Его не особо волнует русская мафия, пока они не сделают что-то плохое на нашей территории. Поэтому при сотрудничестве он сможет обеспечить Фёдору безопасность и не влезать в дела мафии, к которой он относится.
Леон: Будет смешно, если это всё наши выдумки.
Камилла: Это мы сегодня и проверим.
Только я потянулась к наушникам, чтобы надеть их, как Нана произнесла.
Нана: А давай ты включишь свой плейлист для всех?
Для меня, как любителя послушать музыку в полном одиночестве и самое главное, чтобы никто другой её не слышал, было волнительно открыть для других список песен. В такие моменты, когда даже подруга просила ей дать что-то послушать, я нервничала, так как думала о том, вдруг ей не понравится. Может она посчитает мой музыкальный вкус каким-то странным?
Камилла: Ну я даже не знаю.
Нана: У тебя там было несколько песен k-pop групп, которые мне нравятся. Но неплохо было бы, если бы ты и своё любимое включила.
Леон: Интересно узнать, каких исполнителей ты слушаешь.
Саджо: Мне тоже.
Камилла: В последнее время мне нравится слушать рок, а так я не приверженец какого-либо определённого жанра. У меня есть и различная поп-музыка. Что включить?
Саджо: Давай что-то из рок-групп. Я тоже недавно скачал парочку песен, но ещё не понял, нравится этот жанр или нет.
После этих слов разочаровать его стало ещё страшнее. Но обратного пути не было. Я включила одну из самых любимых песен. По глазам Леона было понятно, что звуки электро-гитары режут ему слух, Нане было всё равно, она ждала что-то из азиатских песен. Саджо же по окончании, слегка улыбнувшись, сказал.
Саджо: Удивительно, что ты включила как раз то, что я знаю. Теперь эта песня будет напоминать мне об этой поездке.
Камилла: О, ты тоже связываешь музыку с какими-то моментами из жизни?
Саджо: Иногда бывает.
Я как-то слишком ярко отреагировала на его слова, поддавшись вперёд к спинке его кресла. Поспешно вернулась в обычное положение, когда парень повернул голову в мою сторону. Между нашими лицами тогда было малюсенькое расстояние, что меня напрягло. Поэтому я так быстро отпрянула назад. Но Хаяси сделал вид, будто ничего и не было, чтобы не смущать меня ещё больше. Я заметила, что именно с ним у нас происходит столько неловкостей. А может я себя слишком сильно накручиваю.
Саджо: А ты я погляжу, любишь таким заниматься. Да?
Камилла: Это происходит произвольно. Иногда я перебираю события из прошлого и ищу песни, под которые они бы подошли. Это странно?
Саджо: Почему ты так думаешь? Мне кажется, это довольно мило.
Хорошо, что он так считает… Не хотелось бы выглядеть сумасшедшей в его глазах.
Нана: Так, а теперь k-pop!
Когда она почти на всю громкость включила песню, пританцовывая сидя, я нацепила наконец на себя наушники. Подперев рукой щеку, погрузилась в меланхоличное настроение. Тем временем двух других ребят вёз таксист, они немного отставали от нашей машины и, к сожалению, даже не могли её видеть издалека. В качестве водителя им попался молчаливый мужчина средних лет с лёгкой щетиной, среднестатистический японец. Парни решили сесть вместе на заднее сиденье, дабы никак с ним не контактировать. Особенно Николаю этот таксист показался чрезмерно угрюмым. Но Фёдора никак не задевала немного грубая манера речи и презрительный взгляд. Друг наклонился в его сторону, прошептав на русском языке.
Николай: Ты такие деньги заплатил, а он ведёт себя, будто одолжение делает нам.
Фёдор: Не обращай внимания, тебе же это не мешает.
Николай: Да, но не комфортно как-то.
Фёдор: Я и не заказывал нам комфорт.
Голевский насмешливо ухмыльнулся ему.
Николай: Тц…
Цокая, Кромвель демонстративно закатил глаза, удобно усаживаясь на кресле.
Фёдор: Тем более возможно ему просто мы с тобой не нравимся.
Николай: На работе, когда деньги платят, я считаю нужно улыбаться всем, а не показывать своё недовольство.
Фёдор: Тебе как работнику магазина игрушек легче об этом говорить. Хоть дети и бывают вредными и капризными, они всё равно чаще всего милее каких-то пьяниц допустим, которых нужно подвести до дома в час ночи.
Николай: Никто не заставлял его выбирать именно эту работу.
Фёдор: Ты прав, каждый сам выбирает, кем быть…
Молодой человек опечаленно посмотрел в окно на серые тучи, закрывшие собой всё небо.
Николай: Не грусти, Федя. Всё обойдётся.
Фёдор: У меня уже начинается паранойя, что за мной следят. Я поймал себя на мысли вчера, что начинаю оглядываться.
Николай: Думаешь, он и правда за тобой отправит кого-то?
Фёдор: Не сомневаюсь. Для него это не в первый раз. Думаю, что Алексей Достоевский уже смирился со своей участью няньки для меня. Но вот скорее всего с ним будет ещё Юрий Орехов.
Николай: Ты про второго не рассказывал. Новенький?
Фёдор: Где-то полгода работает на отца.
Николай: Поставили в напарники Достоевскому? Он, наверное, хорош.
Фёдор: Возможно, я стараюсь не летать в их дела. Но говорят, что он жестокий, идёт напролом. Алексею придётся успокоительные пить, хотя ему и так спокойствия хватает.
Николай: Может быть он их и так давно пьёт, ахахах.
Фёдор: Не смешно, Николай. Он был какое-то время моим наставником. Я его очень уважаю. Достоевский мне как старший брат.
Они затихли до конца поездки. Голевский уснул, а Коля взял на себя ответственность следить за дорогой. Через час с небольшим мы были на заправке. Выйдя из автомобиля, я сразу почувствовала лесную приятную сырость и аромат древесины с листвой. Серую туманность этого места смягчало украшенное по праздничному маленькое кафе, которое видимо работало 24 часа. Оно добавляло именно сейчас особую осеннюю атмосферу парочкой тыкв с вырезанными рожицами, приглушенного белого цвета гирляндами, искусственными паутинками на окнах. Создавался образ ведьмовского дома, в который поскорее хотелось зайти согреться кофе, что я и предложила сделать друзьям. Нана в свою очередь радовалась какому никакому интернету, который раздавало это место. Девушка взяла тыквенный латте и села у окна, чтобы красиво его сфотографировать вместе с чизкейком. А я долго не могла выбрать.
Саджо: Тебе помочь?
Камилла: Было бы замечательно.
Саджо: Можно, пожалуйста, два латте на кокосовом молоке с карамельным сиропом. И ещё два печенья с шоколадной крошкой.
К слову это печенье было размером с мою ладонь.
Камилла: Саджо, я перечислю тебе на карту. Скажешь, сколько это стоит.
Взяв заказ, и, обольстительно улыбаясь, он ответил.
Саджо: Я хочу тебя угостить.
Камилла: Но…
Саджо: Успокойся. Пойдём за тот дальний столик в углу.
Камилла: Угу.
Я думала, что мы сядем с ребятами, а он выбрал более уединенное местечко. Меня это смутило в хорошем смысле этого слова, казалось, что я слышу биение сердца, ловлю себя на мысли, что улыбаюсь. Мы сели на кожаные кресла друг напротив друга, Саджо подвинул ко мне кофе со взбитыми сливками и какой-то посыпкой и овсяное печенье с шоколадной крупной крошкой. Задержал на мне взгляд.
Саджо: Приятного аппетита.
Камилла: С-спасибо, тебе тоже.
От того, что заикнулась стало как-то не по себе. Я начала осматриваться по сторонам, вертя головой. Стены кафе были обиты белым камнем, специально немного пошарпанные в некоторых местах, где-то висели картины выполненные в готическом стиле, немного криповые. Где-то изображены приведения в лесу, на другой шабаш ведьм, а на самой большой из них жуткий заброшенный особняк, возле крыльца которого стояли парень с девушкой, взявшись за руки. В её глазах было такое отчаяние, будто она боится этого дома, а он как-то недобро смотрел вперёд на того, кто рассматривает эту картину. Его взгляд полный ненависти можно поймать с любого ракурса. Это щекотало нервы. Также из интересного — на полках, вбитых в стену, где сидели Нана с братом, стояли банки с различным наполнением: то кровавое сердце, то множество глаз, пялящихся на тебя. Играла тихая музыка.
Саджо: Камилла, держи салфетку.
Посмотрев в чёрный экран телефона, я наконец заметила взбитые сливки на своих губах, поспешно вытерла их, отводя взгляд.
Камилла:…
Подперев ладонью подбородок, парень повернул голову в сторону окна. Наверняка сделал это, чтобы я успела привести себя в порядок. Но я увидела, как на его лице появилась лёгкая ухмылка. Решила исправить положение, начав разговор первой.
Камилла: Я видела, ты взял с собой гитару. Давно играешь?
Саджо: С четырнадцати лет примерно, но я самоучка. А тебе нравится слушать и такую гитару, не только электро?
Камилла: Я люблю любую музыку, особенно, когда она в живом исполнении.
Я не успела понять, что буквально вынуждала его сыграть нам.
Саджо: Хм, хочешь, чтобы я исполнил что-то?
Камилла: Давай, если ты не против.
Саджо: А какие у тебя хобби?
Камилла: Наверное, заниматься видеосъёмкой и фотографией.
Саджо: На фотоаппарат делаешь кадры или просто на телефон?
Камилла: На фотоаппарат…
Сидела я спиной к стене, поэтому могла видеть практически всё кафе. Заглядывая за Саджо, я заметила, что Леон наблюдает за нами с очень пасмурным видом. Поймав мой недоумевающий взгляд, он резко обернулся к Нане, которая до этого залипала в телефоне, начал с ней о чем-то говорить. Хаяси не смог сдержать любопытство, особенно под влиянием выражения моего лица, потому он оглянулся назад.
Саджо: Что ты там такого интересного нашла?
Камилла: Леон себя странно ведёт. Смотрел на нас.
Саджо: Да? Ну пусть смотрит. Что такого?
Камилла: Пристально смотрел, ещё и с недовольным лицом. Будто мы его раздражаем чем-то.
Саджо: Не нагнетай. А если тебя это волнует, то спроси его об этом. Может Леон хочет поговорить с тобой.
Камилла: Я поговорю с ним. У меня есть мысли на этот счёт и хочется поставить точку в этом вопросе.
Саджо: Давай вернёмся к теме, с твоими увлечениями ты можешь пойти учиться в сферу кинематографа. Быть режиссёром потом, оператором или же профессиональным фотографом. Выбора большое количество. Что думаешь?
Камилла: Я думаю… что можно над этим задуматься.
Он тяжело вздохнул, поймал губами трубочку, торчащую из его стакана, сделал маленький глоток.
Саджо: У тебя всё получится, Камилла. Я знаю, как бывает тяжело реабилитироваться в чужой стране, но рядом всегда окажутся люди, способные тебя поддержать.
Камилла: Откуда тебе знать?
В моём голосе проскочила нотка нервозности, возможно я даже повысила голос. Саджо на мгновение замолк, ему явно не понравился мой тон, но он не выразил далее ко мне похожих эмоций. Парень так же спокойно продолжил речь.
Саджо: Видно, что ты скучала по Николаю, ты совершенно по-другому ведёшь себя с ним нежели с той же Наной. Это нормально. Но ты не сможешь зависеть от общения с ним вечно. Возможно он захочет потом вернуться обратно в Россию или ещё куда-нибудь уехать. Нет, я не говорю, что он забудет тебя, но встречи могут быть редкими.
Камилла: И что ты предлагаешь? Мне забыть о нём первой?
Саджо: Нет же, просто относись ко всему проще, открывайся и новым людям. Это твоя жизнь, если проведёшь её запертой в клетке, которую сама же закрыла на ключ, тебе никто не сможет помочь. А про реабилитацию и освоение на новом месте я не просто так сказал. Моя бабушка по линии отца была француженкой и переехала в Японию, потому что встретила здесь свою любовь. Ей было тоже сначала очень трудно понять все обычаи и традиции, культуру нашей страны. Но она хотела жить дальше счастливо, создать семью. И это не означало, что она перерезала все связи с родными и друзьями из Франции. Ты понимаешь, что я хочу до тебя донести?
Камилла: Да, но мне не нравится, что ты читаешь мне нотации. Мне и мамы хватает каждый день.
Саджо: Камилла…
Наддверный звоночек прозвенел, в кафе зашли Николай с Фёдором. Оставив Саджо, я пошла навстречу парням.
Камилла: Вы так долго. Хорошо доехали?
Фёдор: Ты так сильно волновалась за нас, что аж на русском заговорила?
Николай: Что-то не так, Камилла?
Я кинула взгляд на столик, где сидел Хаяси Саджо. И мальчики бесцеремонно также покосились в его сторону.
Камилла: Вы сейчас меня ставите в неловкое положение.
Фёдор: Ничего страшного, тебе не привыкать.
Голевский потрепал меня по голове, лохмача волосы.
Фёдор: Похожа на бродячего злого котёнка.
Николай: Хватит вам дурачиться. Кстати, о нашем водителе. Хоть вся поездка и была нормальной, за исключением того, что этот мужик оказался тем ещё… Я лучше промолчу. Но, когда мы уже оплачивали такси, он стал вести себя ещё более странно. С опаской оглянулся по сторонам и сказал, что этот лес, куда мы направляемся гиблое место, что там злые духи обитают и вообще нам конец, если туда отправимся. Ну это я так, кратко ещё передал его слова. Хах, вот же странный тип. Но нам это на руку, такой незабываемый Хэллоуин получится у нас.
Фёдор: Самое страшное, что может случится с нами, это если начнётся сильная гроза или же повстречаем крупного дикого зверя какого-нибудь. Камилла?
Я заслушалась их и поэтому, наверное, засмотрелась в одну точку. Ещё меня продолжал тревожить мой сон, о нём невозможно было забыть, особенно после комнаты страха и этой жуткой картины, которую я видела.
Камилла: Да?
Фёдор: Ты испугалась его рассказа? Не говори, что как и Нана веришь в призраков и подобную чушь.
Камилла: Ничего подобного. Тем более там могут ходить всякие неадекватные люди. Может они и пугают местных, от этого и легенды появляются.
Николай: Извини, что напугал. Забудь об этом, ладно?
Камилла: Вам нужно тоже чего-то перекусить здесь. Мы уже поели, пока вас ждали.
Как же ловко я перевела тему разговора. К нам подошла Нана, обнимая Фёдора со спины. Парень от неожиданности встрепенулся, повернул голову вбок к сторону девушки.
Фёдор: Отпусти меня, пожалуйста. Мне не нравятся резкие объятия и ещё без моего согласия.
Нана: Прости, я соскучилась. Пойдём, помогу вам с Николаем выбрать что-то вкусненькое.
Николай: Идём. Давай и ты с нами, Ками.
Голос Николая был звонким и воодушевляющим как всегда. И меня больше не огорчала его широкая жизнерадостная улыбка. Потому что сейчас он не пытается скрыть боль, он счастлив по-настоящему рядом с нами. Ему так легко даётся находить со всеми общий язык, прям как и подруге. Я им в какой-то мере даже завидую. Фёдор взял тоже, что и заказывала Нана из напитков, под её настойчивыми советами, только с нескольких кусочками льда. А также на перекус купил им с другом по два кусочка пиццы на каждого.
Фёдор: Ты будешь с морепродуктами или как обычно пепперони?
Николай: А что там за морепродукты?
Фёдор: Чёрт его знает, спроси. Ты же японский знаешь.
После недолгого разговора с кассиром выяснилось, что пицца включает в себя мидии, кальмары и креветки. Николай, максимально пытаясь скрыть брезгливость к морским слизким гадам, передал информацию Голевскому.
Фёдор: Хорошо, тогда мне два куска с морепродуктами, а тебе как я понимаю пепперони, да, Коля?
Николай: Да. Закажи уже мне и зелёный чай, пусть пакетик с сахаром тоже дадут. Я потом тебе отдам свою часть суммы.
Фёдор: Ладно, только лучше тебе весь заказ сказать, мастер японского языка.
Не выдержав их споров, я произнесла полностью весь заказ.
Камилла: Как же вы долго возитесь. Нам ещё выбирать место для разбивки «лагеря». А уже начинает солнце садиться за горизонт.
Когда парни закончили трапезу, Нана предложила сделать совместную фотографию. Упрашивать пришлось только Леона, потому что мы с Колей были не против, а Фёдор с Саджо отнеслись к этому равнодушно, но сразу согласились.
Нана: Будем делать селфи или попросим кого-то из персонала или посетителей помочь нам?
Камилла: На селфи мы все не поместимся. Давай попросим ту девушку с чёрными волосами, которая сидит за столиком возле входа. Она уже вроде как поела, думаю не откажет. Только если что просить будешь ты.
Нана: Ну хорошо, мне не сложно.
Подруга подбежала к девушке уважительно немного поклонившись ей, на что та отреагировала сначала с опаской. Но после активной жестикуляции, сопровождавшихся приветливой улыбкой и объяснения ситуации, незнакомка видимо согласилась, раз они пошли вместе к нам.
Нана: Можете, пожалуйста, горизонтально сфотографировать, чтобы все поместились. Сделайте несколько кадров.
Мы встали у столика, над которым висела пугающая меня картина. И всё потому, что Нане это показалось атмосферным ракурсом для съёмки в Хэллоуин. Мы с подружкой заняли место посередине, обнимая друг друга, со стороны Наны встал Фёдор, скрестив руки на груди. Рядом со мной, высунув дурашливо язык, стоял Николай. По краям, вместе с Кромвелем занял место Саджо, показывая пальцами сердечко, а с Голевским — Леон, что рыжему парню было вовсе не в удовольствие. Но брат Наны старался скрыть недовольство лёгкой улыбкой.
Нана: Так, Фёдор, улыбайся. Нам нужно дружное весёлое фото.
Камилла: Голевский, просто ухмыльнись, на это ты вроде способен. А Нане только в радость.
Нана: Эй!
Камилла: Фотографируйте нас, мы готовы.
В итоге фотографии оказались очень даже хорошими, хотя чтобы испортить такие кадры, нужно ещё постараться. Завалить горизонт или как-то засветить фотографию могут, наверно, только пожилые люди в наше время. И то они сейчас уже становятся продвинутыми и сами часто фотографируют на телефон важные для них моменты и конечно же членов своей семьи и любимую кошку.
Нана: Благодарю за помощь. Ребята, я вам пришлю фотографии. Николай, отправишь Фёдору?
Николай: Да, конечно.
Нана: Камилла, на днях сходим распечатаем их. Можно для всех распечатать какую-то самую лучшую.
Камилла: Хорошо, как раз хотела обновить содержимое пробковой доски у себя в комнате.
Леон: Девочки, я не хочу вас прерывать, но нам уже и правда нужно идти в поход. Я машину оставлю тут, возьмём все наши вещи и пойдём, пока совсем ещё не стемнело.
Загрузившись тяжёлыми рюкзаками и пакетами, мы отправились покорять лес. Пробивающиеся сквозь тучи оранжевые солнечные лучи играли с разноцветными кронами деревьев, а под ногами шуршала опавшая листва. Было довольно тихо, только изредка слышны пение птиц и пробегающие мимо белки и прочая мелкая живность. Буквально в течение нескольких минут лес погрузился в сумерки, пришлось достать фонари, чтобы нигде не навернуться. Температура постепенно опускалась, мы с подругой утеплились под ворчание Леона о том, что если этого не сделаем, то завтра будем лежать с температурой.
Николай: Не переживайте, сейчас найдём хорошее место и разведем костёр.
Нам удалось это сделать только примерно через пятнадцать минут. Здесь была более ровная местность, пламя костра не задевало бы листья деревьев да и палатки было где расставить. Повезло, как говорится в народе.
Леон: Мы с Саджо займёмся палатками, а вы девочки пока что поблизости сухие ветки поищите для костра.
Николай: А мы с Фёдором остальные вещи разложим.
Камилла: Хорошо, идём, Нана.
Подруга захватила с собой фонарик и мы пошли на поиски. Пришлось совсем немного отойти, чтобы собрать палочки и то их было слишком мало.
Камилла: Пойдём ещё чуть дальше. Тут их совсем маленькое количество.
Нана: Хочешь заблудиться?
Камилла: А ты дорогу запоминай.
Под ногой Наны хрустнул сучок, и она с криком бросилась на меня, повалив с ног. Так получилось, что подруга случайно толкнула меня, я провалилась в не слишком глубокую яму. Но прям полностью села в неё, ушибаясь копчиком. Скорее всего это была какая-то ловушка для зверей, накрытая кучей листьев. С обеспокоенным выражением лица, чуть ли не плача, Нана протянула мне руку, чтобы помочь подняться.
Нана: Прости меня, Камилла. Я не хотела, чтобы так получилось. Можешь встать?
Камилла: Немного больно на ногу вставать, кажется подвернула её.
Что есть мочи девушка прокричала.
Нана: Мальчики, нужна помощь! Срочно! Камилла упала!
Через несколько минут прибежали Саджо с Фёдором. Увидев, меня с ссадинами на ногах, хромающую, Хаяси обеспокоенно осмотрел меня с ног до головы.
Саджо: Фёдор, ты будь с Наной, смотри, чтобы она нигде не споткнулась. А я понесу Камиллу.
Камилла: Понесешь?!
Они с Фёдором медленно пошли вперёд, прогулочным шагом, парень крепко держал Нану за руку, не упускал из виду. Саджо немного наклонился, чтобы взять меня под ноги и спину. Хоть мне и было неловко, нужно было обнять его за шею. Молодой человек подхватил меня на руки, словно я ничего не вешу. Я встретилась с его заботливым взглядом. Смущённо отвела глаза, но позже, когда он меня нёс, направляясь в наш «лагерь», положила голову ему на плечо. В его руках я чувствовала себя защищённой, Саджо казался мне тёплым пледом, в который можно было спрятаться от всего самого плохого и страшного. Он не в первый раз предлагает свою помощь и от этого хочется ещё больше проводить с ним время, чтобы узнать получше. Я чувствую, что возможно ему можно доверять. Что он хороший человек. Парень шепнул мне на ушко.
Саджо: Будь впредь осторожна.
Камилла: Я и так всегда внимательна, просто не заметила в темноте.
Саджо: Хах, ну будь значит ещё более внимательней, я не всегда смогу быть рядом.
В его голосе до этого момента было волнение, а сейчас слышалась ирония и дружеская насмешка. Я не видела, но чувствовала по интонации парня лёгкую улыбку.
Камилла: Я справлюсь.
Сказала я эти слова довольно нерешительно, задумавшись о том, что совсем не плохо иметь рядом человека, который о тебе так заботится. Ведь тебе не нужно больше так переживать, бояться остаться одной в какой-то непредвиденной ситуации. У тебя будет тот, кто поможет. Но с другой стороны это очень ослабляет бдительность и ты начинаешь полагаться больше на другого, а не на себя. Становишься слабее. Хотелось бы иметь баланс.
Саджо: Ты даже не плакала, когда упала?
Камилла: Нет, конечно.
Саджо: Смелая и сильная девушка. Я уверен, что ты справишься с любыми трудностями.
Камилла: Да, это так.
Неподалёку уже виднелись палатки и слышался звук чирканья спички об древесину. Саджо остановился, аккуратно ставя меня на ноги. Но несмотря на это, он продолжил поддерживать меня под руку.
Саджо: Верь в себя, будь сильной дальше, Камилла, но позволь мне и другим ребятам быть рядом с тобой. Так будет спокойнее. Мир держится на взаимопомощи и неравнодушных людях. Мы должны помогать друг другу, понимаешь? Как говорит мой отец: «Мир полон зла, но добро намного ближе, чем ты думаешь. Мы сами выбираем, что для нас хорошо, а что плохо. Но справедливость торжествует всегда и этому противостоять невозможно».
Камилла: Мудрые слова. Я уже хочу познакомиться с ним.
Щеки парня чуть порозовели, он потёр затылок со словами.
Саджо: Я буду рад этому.
Камилла: А можешь процитировать свою маму? Она же из полиции. Наверняка есть какие-то громкие фразы.
Я произнесла это в шутку, но Саджо подхватил мои слова с нескрываемой улыбкой.
Саджо: Я припоминаю, как она, когда задремала бормотала во сне, что «все преступники должны быть пойманы и наказаны по закону». Или же, когда я был маленьким то постоянно поздно вечером повторяла «Саджо, время отбоя, быстро в свою камеру спать!»
Камилла: Ахахах, ты серьёзно?
Саджо: Нет, я пошутил. Но ты улыбнулась наконец, значит не зря я выставил свою маму каким-то «плохим» полицейским.
Камилла: Ты тоже не так часто в хорошем настроении.
Саджо: Потому что я люблю искренность. И придерживаюсь того же.
Подняв глаза, я увидела, что на нас все смотрят. Раздражённо произнесла.
Камилла: Что такое?
Николай: Просто вы там стоите шепчетесь между собой. Интересно стало.
Николай с Наной так смотрели на нас с Саджо, будто уже представляли нашу с ним свадьбу, бросая заговорческие взгляды. Леон старался не обращать внимания на меня, а вот на Хаяси он смотрел как-то презрительно.
Камилла: А вам-то какое дело?
Нана: Да так, вы очень хорошо смотритесь вместе.
Камилла: Что ты такое говоришь?!
Саджо провел меня к бревну, которое очень удачно лежало в этом месте. Отошёл на пару минут и вернулся уже с мазью и бинтом.
Саджо: Давай ногу полечим. Нужно обработать ранки и наложить бинты. Ничего серьёзного не произошло, поэтому их не долго придётся носить.
Закатав штанину, он принялся аккуратно наносить мазь, от которой начало щипать рану. Я втянула носом воздух. Заметив моё напряжение и всхлипы, парень подул на исцарапанную кожу.
Саджо: Может будет немного не в тему, но слова твоих друзей о нас с тобой видимо тебя очень обеспокоили. Почему? Ты стесняешься меня?
Камилла: Ты так прямо говоришь об этом…
Саджо: Кхм, извини. Иногда я могу быть слишком прямолинейным. И я был бы не против, если бы и ты поступала также по отношению ко мне. Как ведёшь себя с друзьями, так и со мной можешь.
Я замахала руками, чуть ли не падая назад с этого чёртова бревна, но успела удержать равновесие.
Камилла: Но мы с тобой мало знакомы. И…
Саджо: Ничего, я же говорил, чтобы ты неофициально ко мне обращалась и мне кажется, что мы с тобой могли бы найти общий язык в будущем. Мне хочется, чтобы ты была честна со мной. Так я смогу ещё больше доверять тебе, если ты хочешь со мной и дальше общаться. Но если тебе не комфортно рядом со мной, то ты просто скажи и я не буду больше тебя смущать своим присутствием. Всё очень просто.
Камилла: Что же тут простого?! Я и правда хочу с тобой д-дружить.
Запинаясь на последнем слове, я заглянула в его глаза, они были прикованы к моим.
Камилла: Но мне кажется, что я чувствую что-то непонятное для себя по отношению к тебе. И мне страшно от этого.
Саджо: Хм… Ну тогда расскажешь мне об этом чувстве, когда разберёшься в нём. Хорошо, обещаешь?
Камилла: Угу.
Он уже хотел уйти, как я остановила его, схватившись за краешек бежевого пальто. Саджо обернулся с застывшим в глазах вопросом.
Камилла: А что… что чувствуешь ты?
Подумал немного, проникая в глубины моих глаз подобных тьме, цепляясь в них за что-то истинное светом янтаря, не померкшего даже в ночи. Серьёзно и кратко ответил.
Саджо: Время покажет.
В этих словах таилась надежда, терзали сомнения, но меня поражало больше всего его желание попробовать и посмотреть, что будет дальше. Он пошёл к Нане и Фёдору, которые нарезали овощи и подготавливали всё для нашего мини-ужина. Перемолвился словечком, отправился в одну из палаток, а вернулся к ним уже с соками и газировкой. На смену ему ко мне подошёл Леон. Молодой человек принёс плед, накинул его на мои плечи. Присел рядом, робко склонив голову, пытаясь не ловить моего взгляда.
Камилла: Нам нужно поговорить.
Леон: Мне не нравится этот серьёзный тон.
Камилла: Может отойдем куда-нибудь подальше отсюда, чтобы нас не подслушивали?
Он нервничал, это было понятно из-за бегающих глаз и выраженных напряженных скул, молодой человек мял пальцы.
Леон: Это что-то секретное?
Камилла: Узнаешь.
Брат Наны изо всех сил старался отложить эту беседу, он наверняка понимал к чему я клоню. Но ещё не мог знать точно, каким будет исход этого откровения. Я боялась ранить его чувства, но тянуть с ответом не собиралась. Это было бы подло с моей стороны. Канэко согласился и мы с ним отошли ото всех в более уединенное и тихое место. Недолгое молчание давило на обоих. Я начала первой.
Камилла: Я хотела обсудить наши с тобой отношения.
Он внимательно слушал, ему было неловко.
Камилла: Мы можем быть только друзьями.
Его взгляд стал печальным и даже пустым на миг, парень сложил руки на груди, в этом жесте я увидела желание спрятаться, поскорее уйти от этой темы. Я думала, Леон уйдёт, ничего не ответив, но он еле слышно произнёс.
Леон: Я тебе совсем не нравлюсь?
Камилла: Леон… Ты дорог мне, как друг, как тот, кто был со мной в часы полной растерянности и страха от новой обстановки. Хоть мы и не проводили с тобой много времени вместе, я ценю всё, что ты сделал для меня. Я благодарна вам с Наной за то, что вы у меня есть. Но ты же понимаешь, что большего между нами быть не может?
Леон: Почему?
Его голос был сдавлен.
Леон: Что плохого в том, чтобы попробовать быть вместе? Если дело только в том, что ты не достаточно привыкла ко мне. Я готов быть кем угодно, если тебе не нравится что-то во мне. Я могу измениться ради тебя.
Камилла: Зачем мне быть с ненастоящей версией тебя? Не нужно притворяться.
Леон: Значит тебе уже нравится кто-то другой?
Камилла: Я имею право не отвечать на этот вопрос. И вообще, если я не хочу встречаться с тобой, это ещё не значит, что моё сердце отдано другому. Это звучит слишком самоуверенно и грубо.
Леон: То есть ты мне прямо говоришь, что я недостаточно хорош для тебя.
Камилла: Леон, ты перегибаешь палку. Я не хотела тебя обидеть, сказала честно о своих мыслях. А ты пытаешься манипулировать мной.
Леон: Я понимаю, что тебе интереснее с Саджо.
Со взглядом полным презрения, изогнув брови, я недовольно бросила.
Камилла: Ты что следишь за нами?
Леон: Это и так очевидно.
Камилла: Я больше не желаю говорить с тобой.
Как только я собралась уходить, Леон поймал меня за локоть. Касание было небрежным, не болезненным. Но меня накрыло чувство тревоги. Что он будет делать дальше? Я дёрнула рукой, освобождаясь от хватки.
Камилла: Что ты себе позволяешь?!
На мой крик прибежал Николай, встал между нами, загораживая меня собой.
Николай: Не прикасайся к ней! Совсем с ума сошёл?!
Леон: Успокойся, мы просто разговаривали.
Друг не верил ни единому его слову. Хоть Леон и был выше Николая, сейчас он был в менее выигрышной позиции. Кромвель пылал от гнева, одно неправильное действие со стороны рыжего и тот не побоится замарать руки. Коля угрожающе близко подошёл к нему, ткнул пальцем в широкую грудную клетку.
Николай: Если увижу ещё раз в её глазах страх, когда Камилла будет рядом с тобой, то тебе будет очень больно.
Леон: Пф, ты мне угрожаешь? Думаешь, что такой сильный?
Николай: Лучше тебе не знать этого. Не порть вечер и проваливай с моих глаз.
Леон: Камилла, скажи ему, что всё не так, как он вообразил?
Пользуясь ситуацией, я вцепилась в спину Николая, как бы прячась за него от брата Наны. Дрожащим голосом промямлила.
Камилла: Уходи.
Он нервно прорычал.
Леон: Почему ты так поступаешь со мной?
Николай: Не слышал её что ли? Оставь нас.
Бурча что-то непонятное даже для меня на японском по типу ругательств, Леон вернулся к костру. Коля приобнял меня, успокаивая. Он не знал, что я больше играла для того, чтобы тот поскорее ушёл.
Николай: Ты как? Не сделал больно?
Камилла: Всё хорошо, тебе не нужно было ссориться с ним из-за этого.
Николай: Как это не нужно?! Он мог причинить тебе вред. Я не позволю так обращаться с тобой, Ками. Никому. Если бы тут был Саджо, он бы поступил так же, как и я.
Камилла: Думаю, он бы более демократично решил ситуацию.
Николай: Хах, может быть. Но если бы пришлось, он бы постоял за тебя.
Парень подмигнул мне.
Камилла: Вы с Наной бесите.
Николай: Любимое дело. Твоя подруга классная, такая улыбчивая.
Камилла: Твоя копия прям.
Николай: Нет, она другая. Мне кажется, что Фёдор не безразличен к ней. Я это сразу заметил ещё в парке. Следовал взглядом, старался не упустить купить ей всё, что присмотрела. Делает невозмутимый вид, но понятно же, что становится мягче рядом с ней. Не смотря на то, что не любит чужих касаний, готов держать за руку, когда Нане страшно. Это уже о многом говорит.
Камилла: Он ни за что не признает, что влюблен.
Николай: А мы торопить и не собираемся. Это не наше дело, Ками.
Когда мы вернулись, все уже сидели у костра, грея руки о его жар. Тресканье веток, приятный запах горящей древесины, тепло исходящее от него немного расслабляли. Но наши с Колей выражения лиц насторожили Нану. Она подсела ближе ко мне, прошептала на ухо.
Нана: Вы с братцем моим поругались что ли?
Камилла: Нет, выясняли отношения.
Нана: Звучит почти также. Что он пришёл хмурый, что на вас сейчас лица нет. Я могу как-то помочь?
Камилла: Нет, мы уже обсудили всё.
Сжимая мои холодные руки в своих, успевших согреться, подруга заглянула мне в глаза, на её губах играла подбадривающая улыбка.
Нана: Всё наладится, он не будет долго злиться, что бы ты там ему не наговорила. Скоро и к нам подойдёт. Не вечно же он будет возле палатки сидеть и глядеть в темноту.
Николай: Извини, что лезу не в свои дела, Нана, но Леон видимо забывает о личных границах и манерах. Он хороший, приличный парень, да. Но в таких ситуациях, подобной той, которая произошла между ними с Камиллой, он повёл себя не по-мужски. Может ты сможешь напомнить ему о том, что мир крутится не вокруг него и нужно уважать других людей, их мнение.
Нана: А что случилось? Вы меня пугаете. Обычно брат не отличается какой-то грубостью. Он больше отвечает за скучные нравоучения и дисциплину.
Николай: Он схватил её за руку, пытаясь остановить и наверное удержать возле себя.
Нана в ужасе прикрыла рот ладонью, перевела виноватый взгляд на меня.
Нана: Прости, мне очень жаль. Я обязательно поговорю с ним. Это и правда недопустимо. Не верю своим ушам, что он мог пойти на такое.
Камилла: Не волнуйся, я отделалась небольшим испугом и ничего более.
Мимо пролетело несколько светлячков, захотелось перевести тему разговора, наполнить эту ночь смехом, а не глупым разочарованием и злостью.
Камилла: Давайте поедим, а после расскажем друг другу страшные истории.
Нана: Оу, я только «за»! Пожарю маршмеллоу на палочке. Будет супер вкусно!
Разнообразия в принесенных нами «деликатесов» особо не было. Я выложила из сумки-холодильника каждому по онигири, Саджо налил всем виноградного сока. За едой мы беседовали по поводу учёбы, обсуждали любимые фильмы, сериалы и аниме. Когда речь зашла о последнем Нана активизировалась больше всех, рассказывая о том, как странно, что главные герои оказываются супер сильными с ничего и как им всё просто удаётся. Потом продолжила перечислять своих любимчиков, на что хотелось закатить глаза.
Саджо: Камилла, а тебе какие жанры в аниме нравятся?
Камилла: Хм, ну скорее всего я больше смотрю мистику, детектив, сражения.
Нана: Ой, будто ты романтику не смотришь. Не стесняйся, здесь все свои.
Она вот сейчас специально меня решила загнать в неловкое положение или эти хитрые глаза работают на автомате?
Камилла: И что? Это ты меня заставляешь смотреть такое.
Нана: Конечно-конечно…
Нанизанный зефир быстро покрывался ароматной карамельной корочкой. Торопясь отведать лакомство я совсем позабыла о том, что вообще-то оно горячее. Обожгла язык и нёбо.
Саджо: Выпей воды, Камилла.
Камилла: Надо закусить чем-то.
Я потянулась к снекам, на что Хаяси убрал их от меня подальше. Я в недоумении захлопала глазами.
Саджо: Даже не думай, сейчас соль попадёт на воспаление и будет очень больно.
Николай: Он прав. Если хочешь, печенье лучше съешь.
Камилла: Тц, ладно.
Тени водили хоровод вокруг нас, хотелось сжечь все тревожные мысли в красных языках пламени. Саджо достал гитару, провел длинными пальцами по струнам. Из инструмента полилась красивая грустная мелодия. Она задевала струны моей души. Без слов, но так чувственно. Каждый мог найти в ней образы, которые ближе к сердцу. Лично для меня это была осенняя дождливая ночь, двое влюблённых гуляют в парке под одним зонтиком, им не холодно, высокие чувства греют лучше любого горячего шоколада. Я поймала себя на мысли, что разглядываю лицо Хаяси. Полуприкрытые веки с пушистыми ресницами, аккуратный нос, гладкая кожа, на которой тёплым оттенком оранжевого ложился свет от костра, мягкие на вид волнистые волосы цвета каштана. Умелые руки, отточенные движения, он так чувствовал гитару. Наши глаза встретились только, когда он закончил. Парень чуть ухмыльнулся уголками губ, будто спрашивая глазами «понравилась ли мне его игра». Нана с Колей поаплодировали ему, и даже Фёдор нашёл, что сказать.
Фёдор: Это было красиво. А на скрипке умеешь?
Саджо: Спасибо, нет, не умею.
Фёдор: Я тоже играю, только на пианино, а на скрипке только чуть-чуть умею. Мало практики было.
Нана: Знаете, какая мне идея пришла?
Камилла: Ну?
Нана: Давайте когда-нибудь сходим в караоке? Отличный повод собраться вместе, попеть и конечно же поесть всякие вкусняшки.
Николай: Я хочу. А вы, ребята?
Саджо: Думаю, что на выходных каких-то можно сходить, главное, чтобы все свободны были и смогли прийти.
Фёдор: У меня планов на ближайшие недели нет, поэтому я не против.
Николай: Ой, будто у тебя могут большие планы появиться.
Фёдор: Мало ли что может случится.
Камилла: Я пока что не знаю, но провести время в вашей компании было бы прекрасной идеей для того, чтобы скрасить выходные дни.
Нана: Это сарказм?
Камилла: Хватит постоянно его искать в моих словах. Нет, я серьёзно. Мы же все друзья.
Нана: Да…
Девушка резко поникла, облокотившись локтями о колени, подперла лицо рукой.
Нана: Только Леона не хватает с нами. Он же тоже часть нашей «команды». Нужно позвать его. Я схожу? Камилла, ты не против, если позову к нам сюда?
Камилла: Пригласи, если хочешь, мне всё равно.
Пока подруга отправилась за ним, я решила задать Фёдору прямой вопрос.
Камилла: Голевский, ты сын мафиози?
Все взгляды устремились к нему. Николай занервничал, бегая глазами, то по нам с Саджо, то вновь возвращаясь к Фёдору. После минуты молчания брюнета я повторила ещё раз более настойчиво, уже утверждая.
Камилла: Ты—сын главы русской мафии Виктора Голевского. Так ведь?
Холодные серые глаза блеснули, он свёл брови, будто ему стало больно, тяжело сглотнул. Скрестил руки на груди теперь уже с вызовом смотря в мои глаза.
Фёдор: И что дальше?
Камилла: Хах, признал так быстро?
Фёдор: У меня нет повода для того, чтобы скрывать это. Я не имею прямого отношения к мафии.
Камилла: Хм, Николай знает?
Я обратила пустой взгляд на лучшего друга. Он виновато кивнул. Стало невыносимо обидно за то, что они вдвоём умалчивали об этом. А вдруг я сама могла оказаться в опасности из-за связи с ним.
Николай: Прости, Ками, я не мог рассказать. Так было лучше для тебя.
Камилла: Ты думал, что я его выдам? Думал, что предам?
Николай: Нет! Что ты!
Фёдор: Николай ни в чём не виноват. Это я попросил его молчать. Тебе ни к чему такая информация. Я бы и сам, если бы мог не знал о деятельности своего отца.
Камилла: Но Коле почему-то рассказал.
Фёдор: Он единственный кому я мог довериться в тот момент. Это произошло случайно, слова назад не воротишь.
Как раз вернулась Нана с братом. Леон сел как-то подальше от всех, закурил сигарету.
Нана: Что я пропустила?
Саджо: Наши размышления насчёт Фёдора подтвердились.
На секунду забыв о обсуждаемой ранее теме, девушка сразу не поняла о чём идёт речь. Но когда в голове сложился пазл, она обратилась к Фёдору.
Нана: Откройся нам, если тебя что-то тревожит. Тяжёлый груз упадёт с плеч, станет легче на душе. А мы будем на твоей стороне, мы поймём.
Голевский недоверчиво прищурился, хмыкнул, едко бросив.
Фёдор: С какой стати я должен доверять вам? Мы знакомы пару дней.
Нана: Но мы же успели подружиться. Я считаю тебя хорошим человеком, которому хочется помочь выйти из тьмы.
Фёдор: Из неё нет выхода. Это моя жизнь и судьба. Её не изменить. Чем меньше людей знает обо мне правду, тем меньше будет жертв.
Николай: А как вы узнали об этом?
Саджо: Новостные паблики пестрят тем, что в Киото была замечена русская мафия. А мой отец как один из лучших детективов Японии знает намного больше информации.
Саджо сидел напротив Фёдора, будто тот на допросе. Но его тон был спокойным, не давящим. Хаяси был настроен дружелюбно к тому, кого в будущем бы посадил за решётку. Но сейчас выгода была в обратном и поводов для обвинений не имелось. Равнодушный взгляд второго парня уже не вызывал отвращение от пафосности, на смену ему пришло сожаление.
Фёдор: Тебе от меня что-то нужно, Хаяси Саджо?
Саджо: Отец предлагает тебе сотрудничество по делу жестокого японского мафиози Хикару. Знаешь о таком?
Фёдор: Понятия не имею.
Саджо: Ладно, допустим ты не врёшь и Виктор Голевский не посвящает тебя в дела мира мафии. Но ты можешь быть нам полезен в другом. Если согласен, то все подробности сможешь узнать в «детективном агентстве Хаяси Кенджи». Ради своей же безопасности поступи благоразумно.
Фёдор: Я подумаю. Это как-то навредит моему отцу?
Саджо: Нет, мы не собираемся влезать в ваши дела, пока русская мафия не угрожает мирным жителям Японии.
Фёдор усмехнулся, искажая губы в ухмылке.
Фёдор: Хах, как же у вас всё честно и правильно. Делаете добрые дела, но у медали всегда две стороны.
Саджо: Ты хочешь сказать, что работа правоохранительных органов грязная и двуличная? Или что на самом деле ваше дело идёт кому-то во благо?
Фёдор: Ты сам это сказал. Не я.
Саджо: Ладно, забыли, я не собираюсь с тобой выяснять кто прав, а кто нет. Это работа судьи. Моя лишь — быть посредником.
Фёдор: Понимаю, хочешь вырасти в глазах отца. А кто не хочет быть значимым для родителей?..
Николай: Федя…
Фёдор: Уже и правда нечего скрывать. Я тоже ненавижу всё, что приносит кому-то страдания, слезы. Но когда ты живёшь в преступной среде, когда слышишь в дальних комнатах крики и мольбы заложников, когда это происходит у тебя под боком, то приходит хладнокровие и полное равнодушие. Тебе уже не мерзка кровь, не страшна боль. Становишься бесчувственной пустышкой.
Саджо: Мне жаль, что ты рос в таких условиях. Дети не ответственны за поступки родителей.
Фёдор: Мой отец не такой уж и плохой человек. Он был единственным, кто хотел видеть меня лучше, сильнее, когда для матери я был только обузой, ненужным. Тем, кто мешается под ногами. Я был для неё многолетней грязью, которую уже не убрать. Но отец даже после моих отказов примкнуть к мафии, не отказывался от меня, не переставал считать сыном.
Нана: Ты же единственный ребёнок в семье, верно? Почему она была так жестока по отношению к тебе?
Фёдор: Изначально нас должно было быть двое.
Глава 3
Камилла: Что? Твоя мать была беременна двойняшками, а родился только ты?
Нана: Камилла, ты слишком…
Фёдор: Меня эта тема не расстраивает, наоборот моя народившаяся сестра вызывает лишь отвращение. Ей даже дали имя. Фелиция.
Он скривился.
Фёдор: Она всегда оставалась рядом, будто призрак следовала по пятам. Мама считала меня виноватым в её смерти, признавала только её своим ребёнком. Даже иногда под действием алкоголя называла меня её именем. Она была холодной, как сталь, со мной. Называла никчемным. Но со временем её удары по моей самооценке стали притупляться, мне стало всё равно на её колкие речи. Призрак сестры, преследовавший меня в темноте комнаты, когда я прятался от всех ужасов реальности, от обид, растворился. Я понял, что пора бросать терзать себя мыслями о ничтожности. Ушёл в искусство, все эмоции переносил на бумагу. Это как ни странно помогает справиться с душевной болью.
Николай: Не будешь им рассказывать историю знакомства своих родителей?
Фёдор: Почему это я должен быть рассказчиком сегодня?
Николай: Ну это довольно интересно, всё как в наилучших романах.
Фёдор: Смешно…
Нана: А мне и вправду стало интересно послушать. Николай — интриган.
Фёдор: Эх, хорошо. Слушайте, значит. Моя мать — Анна выросла в богатой авторитетной семье. Её хотели насильно выдать замуж за какого-то очень состоятельного мужчину. Но она бежала из родового гнезда города Москвы в Петербург. Там встретила моего отца —Виктора. Они познакомились на одном из светских вечеров. Как она сама рассказывала, он защитил её от людей так называемого жениха, от которого та скрывалась. Они сбежали вместе с мероприятия и провели ночь, гуляя под луной и под исполнение живой музыки города. Виктор и Анна вскоре начали встречаться, и девушка вовсе не подозревала его в том, что он является мафиози. И узнала об этом только, когда несколько подчинённых его отца ворвались к ним домой все в чужой крови и с поникшими лицами, полностью испортив им романтический ужин. Тогда Виктору сообщили о смерти его отца на одном из заданий. Он защищал своего лучшего друга, закрыв его собой от пули. Виктору Голевскому в тот день пришлось стать новым главой мафии. Он очень удивился, когда Анна отреагировала полностью спокойно на эту новость. Так она ещё проявила желание вступить в их мафию, на что Виктор ответил отказом. Он бы не позволил своей любимой женщине рисковать жизнью. Они через небольшой отрезок времени связались узами брака. Голевский исполнял любой каприз Анны, задаривал бриллиантами, водил на самые престижные вечера. Они были всегда и во всём вместе. Девушка стала самым главным украшением жизни Виктора. Вот такая история.
Нана: Твой папа кажется тем, кто будет до конца защищать своих близких. Ты чувствовал от него когда-то любовь?
Фёдор: Он всегда делал всё, чтобы мы с мамой ни в чём не нуждались, у нас большой дом, но он, будто пуст. И никакие элементы дорогого интерьера не заменят уюта, который должна привносить в него семья. Счастье не в деньгах. Я так считаю.
Леон: Конечно ты так думаешь, ведь у тебя их навалом.
Фёдор: Это было сказано с целью укусить?
Леон: Констатация фактов.
Фёдор: Тебя никто не просил открывать рот.
Леон: Если ты так печешься за то, чтобы мир стал лучше, то занялся бы благотворительностью. Можешь только языком трепать.
Саджо: Канэко, прекрати, он не обязан. Это деньги его отца и матери прежде всего. Это не просто богатые люди.
Леон: Боже мой, стало жалко его? Без таких семей, как у него наше общество жило бы спокойнее.
Подрываясь с места, Фёдор тут же очутился рядом с Леоном и ударил кулаком ему в нос, чего тот никак не ожидал. Из ноздри потекла кровь, стекая к губам. Был бы и следующий удар, если бы рыжеволосая девушка не остановила пылающего яростью русского парня.
Нана: Пожалуйста, Фёдор, остановись. Не надо. Ему же больно.
Голевский опустил кулак, но так же резко схватил её брата за грудки.
Фёдор: Ты не смеешь поливать грязью моих родителей! Кем бы они не были, они моя семья! Ещё раз услышу подобное, хоть что-то из твоих уст про них, и тебе не жить! Понял?!
Леон: Да, отпусти.
Испуганно отшатнувшись от разгоряченного парня, Леон отошёл от всех нас на несколько шагов, а точнее попятился назад.
Леон: Вы все чокнутые! Я ухожу!
Николай: Иди на все четыре стороны.
Нана: Ребята, вы чего? Он же заблудится. Леон, куда ты?
Нана поддалась вперёд к нему навстречу, но тот остановил её жестом.
Леон: Не ходи за мной, хочу побыть один.
Я посадила её обратно к нам, мягко давя на плечи.
Камилла: Ничего не случится, ему нужно перевести пар.
Нана расплакалась от нагнетающей обстановки. Возможно она переживала за состояние брата, может испугалась произошедшей потасовки физической и словесной. А может и вовсе ей было стыдно за его поведение.
Нана: Его будто подменили. Леон больше в себе всё держит, никогда не говорит напрямую. А тут он, словно взорвался.
Саджо: Ты не замечала за ним в последнее время странностей?
Нана: Ну не особо. Он начал курить недавно.
Фёдор: Тц, терпеть не могу курящих.
Николай: Ты же и сам пробовал.
Осуждающий взгляд Фёдора прогнулся под усмешкой Коли. Теперь ему нужно было как-то оправдаться. Ну точнее он выглядел так, как тот, кто собирается это сделать. Уши парня чуть порозовели, он невзначай кинул взгляд на Нану.
Фёдор: Мне не понравилось. Это было всего несколько раз.
Я решила поддержать его, нужно было укреплять отношения с ним, как и просил Николай.
Камилла: Ты молодец, что справился с этой дрянью перед тем, как это стало зависимостью. Кстати, о Леоне, я до этого не видела, как он курит. Может ещё есть возможность ему сойти с вредной привычки.
Саджо: Я могу предложить специальные пластыри, которые помогут избавиться от желания закурить. Хотя ещё желание самого Леона здесь нужно.
Николай: Давайте уже перейдём к страшным историям?
Камилла: Думаешь, это поможет Нане успокоиться?
Нана: Я в порядке. Кто начнёт рассказывать?
Николай: Так-с, давайте я. А потом каждый по кругу. Берём фонарик в руки и начинаем погружение в мир ужаса.
Снизу наведя на себя фонарь, который пугающе оттенял черты лица, Коля с серьёзной интонацией в голосе начал свой рассказ. А мы притаились, слушая его.
Николай: Эту историю рассказал мне мой друг, когда нам обоим было по одиннадцать лет. Однажды он прибежал ко мне ночью, звонком от домофона разбудил всех домочадцев, помню тогда папа ещё ругался долго, отчитывая меня, что с такими странными людьми дружбу вожу. Хорошо, что сестрёнка моя спала крепко, от шума не проснулась. Мы с другом засели в моей комнате. Была уже полночь. Через окно к нам заглядывала полная луна, освещающая часть кровати. Глаза товарища были круглыми, почти обезумевшими от страха, его тело било дрожью. Оглянувшись по сторонам, удостоверившись, что в комнате, кроме нас никого нет, начал свой рассказ, причину, по которой сбежал из дома в столь поздний час. Несколько дней назад у его младшей сестры было восьмое день рождения. Ей подарили множество игрушек, конфет, но к вечеру, когда все коробки с подарками, которые она открывала при нём, при родителях, были пусты, белокурая девочка была увлечена не ими, а какой-то странной непонятно откуда появившейся куклой. На вопрос, где она её достала, младшая сестра говорила, что она её нашла. Тогда друг повторил ещё раз, в каком месте она её отыскала. Девочка, бросая на брата косой взгляд, будто у неё сейчас отберут что-то очень ценное, ответила, что это кукла её нашла. После этого вопросов стало ещё больше, а ответов не последовало. Он залез к себе на кровать, укрывшись. Они с сестрой жили в одной комнате. Закрывая глаза друг не переставал видеть эту жуткую фарфоровую куклу. У неё была бледная сероватого оттенка кожа, покрытая в некоторых местах трещинами, стеклянные пустые глаза лазурного цвета и длинные пушистые светлые волосы, на ней было синее красивое платьице. Но этот стеклянный взгляд, который проникает в самую душу, не оставлял в покое. Ночь была неспокойной, младшая сестра ворочалась во сне, да и он никак не мог заснуть. В течение нескольких дней он замечал, что сестра мало ест, всё время возится с куклой, расчесывая её волосы, ведёт себя как-то грубо, отстраненно. Друг начал ловить себя на мысли, что они с куклой очень схожи внешне. От осознания мурашки только и бегали по рукам. Странным было ещё то, что кукла появлялась сама по себе в разных частях квартиры. Сестра не могла этого делать, потому что сама вечно искала её, плакала, когда долго не могла найти. Складывалось такое чувство, словно, если она её не отыщет, то случится что-то очень плохое. В один из вечеров он спросил сестру, что происходит, почему она постоянно ищет куклу. Малышка ответила, что они так играют в прятки, что та накажет её, если она не найдёт её вовремя. В ту ночь, когда друг пришёл ко мне была ещё одна так называемая игра в прятки, но когда родители и он заволновались, что девочки нет в своей комнате, её нет нигде, они не смогли найти и куклу. Поэтому он и прибежал в ужасе ко мне домой, потому что боится, что кукла заберёт и его тоже. А у меня сразу в голове возникла мысль. У моей сестрёнки тоже же есть игрушки, в том числе и кукла, вдруг кто-то из них тоже выжидает момента, чтобы напасть под покровом ночи. В дверь моей комнаты постучали, будто это был детский кулачок. На пороге стояла моя младшая сестра, сонно потирая глазки, а в руках у неё была та самая кукла со стеклянным взглядом, на её фарфоровых губах застыла лёгкая улыбка. Она нашла себе новую жертву.
Нана, приоткрыв от такой неожиданной концовки рот, даже не моргала, смотря на Кромвеля. До этого сидевший с каменным лицом парень резко перешёл на заливистый смех, хватаясь за живот.
Николай: Видели бы вы свои лица! Ахахах!
Демонстративно театрально зевая, Фёдор сказал, косясь на друга.
Фёдор: Я ожидал от тебя какой-нибудь шутки в конце. Но ты видимо решил напугать девочек.
Камилла: Я вовсе не испугалась!
Фёдор: Да-да, сидела не дыша.
Камилла: Это потому что захватывающе было.
Фёдор: Угу.
Нана: Николай, а что было дальше?
Он наконец прекратил смеяться, с удивлением посмотрел на неё.
Николай: Ты сейчас серьёзно?
Нана: Да, что в итоге? Сестру друга нашли? Стоп… Так ты…
Её лицо загорелось румянцем, Нана отвела взгляд.
Николай: Я её выдумал только что. Придумывал на ходу.
Нана: Понятно, а я повелась, как дура.
После недолгого молчания от перенесенного стыда, девушка, улыбаясь произнесла, бросив нервный смешок.
Нана: А у тебя отлично получилось меня напугать. Быстро сочиняешь.
Николай: Кхм, ты не злишься?
Нана: Нет, мы же тут и собрались, чтобы друг друга попугать. Саджо, ты следующий. Давай какую-то японскую страшилку, чтобы эти русские непробиваемые ребята дрожали от страха.
Саджо: Хм…
Потирая двумя пальцами подбородок, он прибывал в раздумьях, перебирая в памяти что-то леденящее душу.
Саджо: Вот, вспомнил. Есть легенда, что в щелях между дверью и стеной или в щели между шкафом и полом живет дух девочки. И если вы будете всматриваться в эти узкие пространства, рискуете столкнуться с ней взглядами. Если это случится, она спросит, не хотите ли вы сыграть с ней в прятки. При любом ответе она начнет следить за вами из щелей в вашем доме, а когда вы встретитесь с ней взглядом во второй раз, утащит вас в эту щель и затем в ад. Помню, что после этой легенды, моя кузина из Франции, приехавшая к нам погостить, долго не могла уснуть и то только со включённым светом.
Фёдор: Да ну, совсем не страшно, это только если детей пугать. Есть что-то более жуткое?
Камилла: У нас для этого есть ты. Страшный просто жуть.
Ухмыляясь, я задержала на нём взгляд, скрестив руки на груди, но Фёдор на мои провокации лишь устало закатил глаза.
Саджо: Пусть лучше Камилла расскажет историю, у неё наверняка получится лучше всех навести ужас.
Камилла: Почему сразу я?
Саджо: Ты ведь следующая.
Камилла: Хорошо. Так, мне нужно подумать.
Прошло несколько минут до того как я начала рассказывать страшную историю, которая испугала меня когда-то в детстве.
Камилла: Одна девочка как-то раз гуляла вечером возле реки. Она там часто гуляла, но раньше всегда с мамой или папой. А в этот раз девочка гуляла одна, хотя мама сказала ей, чтобы она не уходила со двора. "Со мной ничего не случится, - думала девочка, - я ведь там все знаю". Но вечером все казалось другим, да и людей совсем не было. Только было слышно, как где-то недалеко играют дети. Девочка пошла на звук и скоро увидела их, как они бегают по песку и по мелкой воде, перекидывая что-то друг другу. Они играли так весело, что девочка побежала к ним поиграть. Дети остановились, когда девочка подбежала к ним, но не стали ее выгонять, а наоборот стали махать ей руками, чтобы она играла с ними. Девочка тоже стала ловить то, что они перекидывали друг другу, но ей никак не удавалось это поймать, потому что какой-то мальчик все время выхватывал вещь чуть ли не из ее рук. Девочка злилась на него, но мальчик бегал быстрее, чем она, и всегда успевал убегать. Девочка где-то уже видела его лицо, но никак не могла вспомнить. Скоро солнце совсем зашло и дети сразу же перестали играть. Один за другим они шли прямо в реку, ныряли под воду и больше не выплывали. Девочка вдруг испугалась, тем более что кто-то взял ее за руку и повел за собой в реку. Она закричала и стала вырываться, но ее держали очень крепко. Только теперь девочка заметила, что у того, кто ее держит, лицо синее и разбухшее, глаза совсем черные и от него сильно пахнет речной тиной. Девочка поняла, что она играла с детьми-утопленниками, которые когда-то давно утонули в реке. Она снова закричала и попыталась вырваться, но вырваться из рук утопленника не могла - тот держал ее как клещами. Но тут к ним подбежал тот мальчик, который все время не давал девочке ловить вещь, с которой играли утопленники. В руке он держал мертвую голову - это с ней играли дети. Голова была живой и скалила длинные черные зубы. И еще она пыталась укусить державшие ее пальцы. Мальчик сунул голову утопленнику и тот схватил ее, отпустив руку девочки. Девочка сразу же бросилась бежать домой. Только потом она поняла, что на самом деле мальчик спас ее несколько раз. Сначала от мертвой головы, а потом - от утопленника. И уже дома девочка вспомнила, где она видела его лицо. В альбоме с фотографиями. Это был младший брат мамы, который давным-давно умер - он утонул в реке, еще когда был мальчиком. Эту историю мне рассказали одноклассники, когда мы все вместе в весеннее время ездили на водоём отдыхать. Детский мозг тогда воспринял всё слишком ярко, и я ещё какое-то время боялась ездить на речку и тому подобное.
Нана: Вот теперь я больше и не поеду в такое место.
Фёдор: Нана, ты сейчас в дремучем лесу, здесь может быть страшнее, чем на речке. Мало ли какие духи водятся в этих землях.
Ухмыляясь, произнёс он. В этот момент, когда стало особенно тихо, Николай резко схватился сзади за плечи Голевского, пугая его.
Николай: Бу!
Фёдор вздрогнул, после чего покрыл друга нецензурной лексикой. Закатил глаза.
Фёдор: Я тебе припомню это.
Николай: Это была проверка на реакции.
Фёдор: Кхм, тебе повезло, что я не перекинул тебя за руку через плечо. Было бы больно.
Нана: Знаешь, Фёдор, они реально есть. Я сейчас добавлю ещё больше огонька и острых ощущений. Про этот лес ходит одна жуткая легенда о призраках молодого человека с красными глазами, горящими во мраке леса и девушки в белом платье, которое тянется за ней вуалью. Души обитают близ заброшенного дома, который находится неподалёку отсюда. Часто их видят вместе, будто двое влюблённых охраняют своё жилище. Но эта история не была бы такой страшной, если бы не подтверждение мистической теории фактами из прошлого. В том доме было совершенно ритуальное убийство двух молодых людей, как раз похожих внешне на тех призраков, которых видят местные. Сектантов поймать не удалось, но по расспросам жителей ближайшей деревни стало ясно, что проживали там некоторые странные личности, которые вскоре исчезли. А эта убитая девушка была дочерью одного из мужчин, слонявшегося постоянно с чудаками, носившими белые одеяния. Их боялись, замечали изредка, как они уносят в лес мелкую дичь или птиц. Но делать что-то с этим не собирались, было страшно высовываться лишний раз и тревожить. Семья молодого человека знала о том, что тот хотел увести любимую во Францию, поэтому тела двоих похоронили в городе любви Париже. Но ходят легенды, что души влюблённых не обрели покой и остались здесь в этом лесу на месте жертвоприношения.
Послевкусие этой истории было особенным и почему-то я поверила этой легенде. Холодок пробежал по рукам и спине, захотелось обнять себя, чтобы согреться. И не только на меня рассказ Наны произвёл впечатление.
Николай: Не то чтобы страшно, но очень жаль эту парочку.
Фёдор: Теперь моя очередь.
Нана обернулась, всматриваясь в лес, будто что-то услышала. Бросив смешок, Голевский вернул к себе её внимание.
Фёдор: Правильно, что оглядываешься, мало ли с какой стороны появится что-то очень жуткое, в любую секунду можно почувствовать его дыхание на своём затылке и касание на своём плече. Но мы сейчас погрузимся в темную ночь Хэллоуина, прямо как сейчас у нас. Водитель автобуса ехал по пустынной улице и увидел красивую девушку на обочине дороги. Он остановился на остановке, и она вошла. Девушка села в задней части автобуса, смотрела прямо перед собой. Когда взгляд водителя упал на зеркало, он заметил, что девушка смотрит прямо на него, не мигая. Но, когда он оглянулся, увидел, что она сидит к нему спиной. Водитель сильно испугался. Он не мог понять, что происходит. На конечной остановке он открыл двери автобуса, но девушка не вышла. Она продолжала сидеть, не шевелясь, спиной к нему. Водитель направился к ней и увидел, что она закрыла лицо руками. Он пытался поговорить с ней, но она не отвечала. Мужчина взял ее за руки и попытался увидеть её лицо. Девушка стала сопротивляться, но потом, наконец, заговорила. «Вам не понравится то, что вы увидите» — сказала она и опустила руки. Ее лицо было страшно изуродовано. Зрачков не было, лишь белки с полопанными капиллярами, а рот порезан и небрежно зашит, из него вытекала кровь. Говорят, что водителя автобуса нашли на следующее утро, он лежал без сознания возле автобуса. Он две недели пролежал в коме, а когда очнулся и рассказал о случившемся, ему не поверили. Поместили мужчину в психиатрическую лечебницу, а эту историю он поведал врачам в своей палате. По словам пациентов, после того, как тот рассказал эту историю, долго смотрел в одну точку в дальнем углу. На каменном лице была лишь жуткая улыбка, в которой он застыл. Объяснил он такое поведение только тем, что увидел снова эту девушку и она вновь улыбалась ему, как и в ту ночь.
Во время своего рассказа парень был сосредоточен и не выдавал ни одной эмоции и только в самом конце на его лице заиграла ухмылка, он резко закричал, отчего Нана подпрыгнула на месте и я вместе с ней. Колю пробило на нервный смешок, а Саджо даже не дернулся. Откуда в нём столько смелости, ведь неожиданности по идее должны напугать кого угодно.
Камилла: Голевский, я из тебя всех демонов выбью.
Фёдор: Что ты можешь своими хрупкими ручонками?
Я угрожающе подалась вперёд, размахивая руками, на что Нана старалась удерживать меня за низ толстовки.
Нана: Камилла, не нужно никого калечить. Он же пошутил просто.
Николай: Да, не сердись, Фёдор привнес особую атмосферу страшилкам у костра.
Успокоившись, но продолжая сверлить этого недоумка злым взглядом, я села на место. И вдруг Саджо произнёс.
Саджо: Леона долго нет. Стоит поискать его, может что-то случилось.
Нана: А вдруг братец тоже решил напугать нас? Если он выпрыгнет из-за какого-то дерева, я за себя не ручаюсь.
Фёдор: Оставьте его в покое, он взрослый парень, не потеряется.
Нана: Леон не стал бы надолго оставлять нас, как бы сказал сам он, это не красиво.
Камилла: Ну он же все-таки обиделся, мало ли сколько это может продолжаться.
Саджо: Но сходить за ним и удостовериться, что всё в порядке, мы обязаны. Я пойду. Кто-то отправится со мной?
Нана: Конечно, я тоже хочу пойти и не потому что страшно оставаться одной здесь.
Николай: Ну кто-то всё равно должен остаться охранять вещи.
Камилла: Интересно от кого?
Николай: От любопытных зверей, например. И на случай, если Леон решит вернуться. Вдруг мы разминёмся.
Фёдор: Я побуду с нашими вещами, а вы идите.
Камилла: Не боишься остаться совсем один?
Сказав это, я с вызовом ухмыльнулась ему в лицо.
Фёдор: Ты же уйдёшь с ними, чего мне бояться.
Раздражённо рыкнув, я стиснула зубы и сжала кулаки.
Нана: Ой, я вот подумала, что было бы неправильно оставлять Фёдора одного. Лучше будет, если мы будем здесь вдвоём.
Переглянувшись, мы с Николаем кивнули своим мыслям. Фёдор пожал плечами, отводя взгляд на пламя костра. Равнодушно бросил.
Фёдор: Если хочешь, оставайся.
Даже такое холодное согласие с его стороны вызвало румянец на щеках девушки, она с благодарностью посмотрела на меня. Видимо оценила то, что мы не настаивали на том, чтобы она пошла все-таки с нами.
Камилла: Ну мы пойдём.
Нана: Удачи, будьте осторожны.
Обнявшись с ней на прощание, как бы это глупо не звучало, я вместе с Колей и Саджо отправилась на поиски брата Наны. Казалось бы, куда он мог заплутать? Зачем уходить так далеко от нашего лагеря? Тяжёлые тучи сгущались, заполняя и так чёрный небосвод мраком. Раскаты грома стали более громкими, чем это было ранее. Гроза приближается. Несколько раз сверкнула молния, разрезая небо пополам. Мы ускорили шаг. Почему и куда? Ведь мы понятия не имели к какому месту идти. Леона нигде не видать. Он будто испарился. Иногда казалось — мы ходим кругами. Через полчаса начал накрапывать дождь. Холодный, колючий. Устали, но бросить поиски не могли. Николай ругался на исчезнувшего себе под нос, Саджо внимательно оглядывался по сторонам, прислушивался. Увидев вдалеке большой дом, мои глаза загорелись надеждой. Канэко наверняка мог зайти туда, если потерялся, ждать нашего прихода.
Камилла: Нужно проверить то здание.
Николай: О, я сразу и не заметил. Идём.
И только подойдя к нему вплотную, я ощутила невероятно зловещую энергетику, исходящую от него. Воображение рисовало сцены из фильмов ужасов подобного характера. Когда-то очевидно этот дом принадлежал какому-то богатому аристократу, но сейчас он был заброшен. И видимо уже долгие годы, если не столетия. Выполнен в готическом стиле, двухэтажный. Пошарпанный, тёмный. Разбитые окна со ржавыми ставнями, через которые был виден лишь мрак, скрывающийся в доме. Дождь усилился, сопровождаемый оглушающим громом. Выбора не было, нужно по-любому зайти внутрь, чтобы переждать непогоду.
Саджо: Будьте аккуратны, пол от времени может быть ветхим и проседать.
Камилла: Хорошо, что мы фонарики взяли, там кажется темно очень.
Шаги по ступенькам к порогу сопровождались мерзким скрипом. Казалось, что доски в любой момент могут провалиться подо мной. Взгляд остановился на большой деревянной двери. Каждый из нас как будто ждал, кто же пойдёт первым. Откуда не возьмись мимо меня пролетел ворон, задевая щеку крылом. От неожиданности я вздрогнула и взвизгнула, пятясь назад. Наткнулась спиной на Николая. Парень положил руки на мои предплечья, приобнял.
Николай: Не бойся. Не поранилась? Посмотри на меня.
Осмотрев моё лицо на наличие случайных порезов от нежданного гостя, убедился, что всё обошлось. С облегчением вздохнул.
Николай: Боец без травм. Мы с Саджо пойдём вперёд.
Камилла: Но оставаться позади тоже не хочется.
Бросая смешок, он заговорчески ухмыльнулся.
Николай: Не волнуйся, шанс того, что тебя схватят сзади — минимален.
Камилла: Спасибо, успокоил.
После саркастичного нервного броска в сторону Николая, Хаяси открыл скрипучую дверь. Мы вошли в царство теней. По крайней мере таким это место казалось. От резкого рывка штукатурка высокого потолка немного осыпалась прямо на голову.
Николай: Заказывали посыпку, ахахах?
Камилла: Невероятно смешно…
Ноги и спину обдавало лёгким, но неприятным холодком. Глаза разбегались, пытаясь уловить каждую деталь старинного интерьера. Можно было поспорить, что здесь однозначно была приложена рука европейца судя по оформлению дома и декору. Это в принципе не напоминало традиционный японский дом. Что-то из британской или французской архитектуры. Первой наш взгляд притянула просторная гостиная с вложенным белым камнем камином, забывшем что такое тепло. Испепеленная почерневшая древесина покоилась и внутри него и рядом. Здесь пахло сыростью и чем-то затхлым. В носу свербело, а лёгкие в первые секунды пребывания здесь жгло. Нарывался кашель. Разбросанные вещи, перевернутые стулья говорили о том, что здесь кто-то был до нас, скорее всего не Леон. Но мысли о предположительных гостях этого дома, о кровавых следах на стенах и полу хотелось побыстрее отогнать прочь. Вдруг я предложила.
Камилла: Давайте разделимся и поищем его в по всем комнатам.
Кромвель покрутил у виска.
Николай: Я конечно знаю, что ты бесстрашная, но сейчас твоя смелость ни к чему хорошему не приведёт.
Камилла: Это не гигантский дворец, если что-то с кем-то случится, мы услышим.
В раздумьях он закусил щеку. Тишина.
Камилла: Это вынужденная мера. Нам всё равно придётся быть здесь, пока гроза не закончится. Вон смотри какой ливень за окном.
Николай: Саджо, что ты думаешь? Вразуми её.
Успевший уже пройти столовую и кухню за считанные минуты, он ответил.
Саджо: Первый этаж пуст. Нужно обследовать второй и чердак.
Подняв бровь, с укором друг сказал.
Николай: В детектива решил поиграть?
Саджо: Нет, лишь забочусь о том, чтобы поскорее уйти отсюда с живым Канэко.
Камилла: Короче, давайте так, поднимемся на второй этаж, а там решим, кто куда идёт. Согласны?
Парни одобрительно кивнули. Поднимаясь по лестнице, я очень надеялась, что не напорюсь на какой-нибудь ржавый гвоздь. Шершавые перила, за которые приходилось держаться, неприятно цепляли кожу пальцев. Обойтись бы без заноз и столбняка… Преодолев это «испытание», несколько раз споткнувшись, мы были на месте. Длинный тёмный коридор, увешанный старинными выцветшими фотографиями семьи, которая видимо тут жила и довольно пугающими картинами, внушающими чувство тревоги. А может так просто казалось. Бардовые обои в некоторых местах изрезаны, где-то почти отклеены. На этаже три двери.
Камилла: Давайте я возьму на себя ту, которая первая по левой стороне, Саджо ту, что справа. А ты Николай ту, которая напротив нас. Чердак проверим в последнюю очередь, если Леона нигде не будет.
Николай: Зачем ему вообще прятаться на чердаке? И вообще, если он тут, то давно услышал бы наши голоса и вышел.
Саджо: Может ему помощь нужна.
Николай: Да, точно, мы же выяснили, что у него панические атаки бывают. Без сознания может где-то валяться.
Камилла: Приступим.
Мы разделились. Дверь легко поддалась. Я оказалась в спальной комнате средних размеров. Двуспальная кровать была аккуратно застелена бежевым одеялом, словно кто-то из хозяев сделал это перед нашим приходом. Но всё покрыто толстым слоем пыли: тумбочки, стол с вазой без цветов, шкаф с потрепанными книгами. На полу валялось несколько вырванных страниц. Я взяла одну из них.
Камилла: Странно…
Это была латынь. Наверняка она… На бумаге несколько бардовых пятен.
Камилла: Кровь… Хм, похоже на что-то связанное с тёмной магией. Лучше не читать этот текст полностью и тем более вслух.
Подняв глаза, я встретилась со своим отражением в разбитом зеркале. Крошки и более крупные осколки стекла разбросаны рядом. Краем глаза заметила промелькнувшую тень в дверном проёме.
Камилла: Мальчики?
Тишина. Но тут меня прошибло холодом, в животе скрутился узел от ужаса. Мне казалось, что я не чувствую ног. Я заметила кусочек белого платья. Это не кто-то из парней. Нужно повернуться назад, выйти и посмотреть, что это было. Но ноги будто приросли к полу, кисти рук потрясывало. В это время Саджо пребывал в ванной комнате, соединенной с туалетом. Он был готов поклясться, что перед тем как войти слышал капли воды редко стучащие по раковине. Но позже убедился в том, что показалось. Поворачивая ручки крана, воды он не увидел, зато на паутинке спустился паучок с длинными тонкими шевелящимися лапками. Парень не был брезглив и тем более уж напуган. Заглянул в ванну, отодвигая рассыпающуюся в руках штору. Ничего кроме дохлой гниющей крысы не нашёл. Воняло жутко, было грязно. Мы с Саджо услышали крик Николая.
Николай: Эй, все сюда!
Мы приготовились увидеть брата Наны, но вместо него посреди комнаты стоял оцепеневший Коля.
Николай: Что это за чертовщина?!
Это место было когда-то кабинетом или чем-то подобным. Несколько длинных и высоких стеллажей с книгами подтверждали эту мысль. Но наш взор цепляло лишь одно. Большая пентаграмма начерченная кровью на полу. Неподалёку валялись давно потухшие свечи. В нос врезался запах железа. За столько лет он не выветрился. А может жестокая история услышанная нами от Наны была не единственной в таком роде… Это место отлично подходит для всяких безумцев желающих крови и страданий. На столе стояла чугунная чаша с застывшей плёнкой мерзостей в виде крови и чего-то слизкого, там же лежало несколько костей, возможно птицы. Обстановка давила на нас. А общий эффект сопровождался головной болью, я слышала стук сердца в ушах.
Камилла: Как думаете страшилка, которую мы сегодня услышали — реальная история?
Саджо: Я тоже когда-то читал об этом. Но люди в интернете могут придумать многое и в ярких подробностях.
Николай: Хах, не похоже, что это чьи-то выдумки.
Нервный смешок Николая потонул в стенах дома. Найдём ли мы ещё скелетов, скрытых здесь уже многие десятилетия, века? Почему местная полиция или кто-либо другой не очистили это место? Неужели страшно? Странные дела…
Камилла: Леона мы так и не нашли.
Саджо: Есть чердак и наверное подвал.
Весь энтузиазм покинул Кромвеля, а горящие глаза, ищущие приключений потухли. Видно, ему также как и нам с Саджо хотелось быстрее покинуть эту заброшку.
Уже когда мы с Хаяси выходили из комнаты, Николай остался там стоять дальше.
Саджо: Не идёшь с нами?
Николай: Хочу рассмотреть тут всё получше. Всё же не каждый день в таких мистических местах бываю.
Камилла: Кстати, я видела здесь какой-то странный силуэт. Похоже на девушку.
Николай: Да ты надышалась уже трупного запаха и душно ещё довольно здесь. Не удивительно, что мерещится всякое.
Камилла: Ничего подобного! Я реально видела что-то.
Саджо: Мы тебе верим, не расстраивайся. Пойдём посмотрим, что на чердаке.
Тем временем Фёдор с Наной прятались от ливня в одной из палаток. Места было мало, но девушка наотрез отказывалась сидеть в полном одиночестве. Поэтому им приходилось ютиться. В тесноте, но не в обиде. Канэко завернулась пледом, от дождя, барабанившего по палатке было холодно. Голевский молчал, уткнувшись лицом в согнутые колени.
Нана: Как там ребята, интересно? Камилла же боится грозы… Надеюсь, что всё в порядке и они нашли укрытие.
Она болтала без остановки, борясь с волнением и смущением перед сидящим рядом парнем. Как вдруг и он решил вставить слово, подобное капле, в её океане бесконечного монолога.
Фёдор: Остановись, прошу. Уже уши болят. Мне и так от грома не хорошо.
Краснея, она натянула плед по самый нос, отвела печально взгляд. Сдавленно прошептала.
Нана: Прости…
Он сидел напротив, но даже с такого расстояния Нана слышала аромат терпкого парфюма молодого человека, он смешивался с её нежным яблоком-корицей.
Нана: Не нравится шум или громкие звуки?
Смотря на неё исподлобья, он ухмыльнулся.
Фёдор: Где у тебя кнопка стопа? Язык не устал работать?
Нана: Камилла была права, ты грубиян.
Обидчиво отворачиваясь от него, девушка обняла колени.
Мимолетную тишину нарушил его грудной смех.
Нана: Что смешного?!
Фёдор: Ты такая забавная. Хочешь конфетку? Я с собой захватил пару штучек разных.
Нана: Не хочу.
Фёдор: Да ладно тебе обижаться.
Шурша оберткой, он развернул круглую карамельку с шоколадной жидкой начинкой.
Фёдор: Открывай рот.
С недоумением она посмотрела на него, немного отстраняясь, вжалась спиной в чуть прохладную стенку матерчатой палатки.
Нана: Ты издеваешься? Нравится стыдить меня?
Фёдор: Нет, только смущать. Не волнуйся, у меня чистые руки.
Пока девушка пыхтела от возмущения его поведением, Фёдор вложил карамель ей в рот. Нана притихла, на секунду застыв с округленными глазами.
Фёдор: Смотри, не подавись. Жуй.
Сладость смешивалась с слегка кофейным вкусом горького шоколада. Парень и девушка не сводили друг с друга глаз. Прожевав, она ненарочно облизнула губы. Его взгляд был тоже на них. Сейчас Фёдор будто следил за каждым её движением, сбитым дыханием, нервным сглатыванием. Его глаза темнели, становились более глубокими, в них возник интерес, которого она раньше не замечала. Стало как-то не комфортно, когда Голевский придвинулся ближе. С его характером можно было ожидать чего угодно. Нана выставила руки вперёд.
Нана: Не приближайся.
Фёдор: Я просто хотел убрать жука, который застрял в твоих волосах.
Лицо девушки с красного румянца стало бледным, она завопила, крутя головой в попытке его скинуть. Хватая её за предплечье, парень остановил её, другой рукой снял большого жука. Приоткрыв палатку, выкинул.
Фёдор: Всё, не кричи. Его нет.
Подрагивающим голосом она сказала на эмоциях.
Нана: Ты меня спас. Как я могу тебя отблагодарить?
Девушка сразу же поняла, что только что ляпнула, поймав его хитрый опасный взгляд.
Фёдор: Как насчёт поцелуя?
Нана: Ч-что?.. Я…
Пока она заливалась краской, теребя ткань пледа, Голевский резко рассмеялся.
Фёдор: Расслабься, я пошутил. Ну если хочешь, могу поцеловать. Предпочитаешь нежно или страстно?
Нана: Я выхожу.
Только она хотела потянуть бегунок молнии, как молодой человек остановил её, схватив за руку.
Фёдор: Не глупи! Намокнешь же.
Их лица были очень близко друг к другу, мятное дыхание касалось её пухлых нежных губ.
Нана: Ты недавно жвачку жевал?
Он серьёзно бросил, оставаясь на том же месте.
Фёдор: Да, а что?
Поднимая на него жалобный, невинный взгляд, она тихо произнесла.
Нана: Ничего…
Фёдор: У тебя руки такие холодные, как ледышки.
Он взял их в свои, чуть наклонился, обдавая горячим дыханием. Погладил большим пальцем тыльную сторону кисти.
Фёдор: У тебя гладкая кожа, как шелк. Извини, мои руки, наверное, тоже ледяные.
Нана: Всё нормально. Мне приятно. Ой, то есть я имела в виду…
Игривая ухмылка вновь растянулась на его лице, но сейчас она смешивалась во что-то тёплое, греющее изнутри. А его весёлые серые глаза вынуждали улыбнуться. Нана знала, что ему нравится наблюдать за тем, как она смущается. Девушка зевнула, прикрывая рот ладонью.
Фёдор: Ложись на мои колени, поспи. Дам знать, когда они вернутся.
Не став спорить, она положила голову на них, устроилась поудобнее. Парень заботливо укрыл её пледом, когда та уже сопела во сне. Заправил упавшие на закрытые глаза волосы за ухо. Тем временем мы с Саджо забирались по выдвижной лестнице на чердак. Парень лез первым, и когда я достигла самого верха, галантно подал мне руку помощи.
Камилла: Спасибо.
Саджо: Аккуратно. Будет безопасней, если я буду держать тебя за руку. Не против?
Камилла: Да, хорошо.
Он сцепил наши пальцы вместе, этот жест не мог не отозваться во мне трепетом, теплом. Саджо достал из кармана фонарик, провел по помещению. Темно, хоть глаз выколи. Пыльно, хочется чихать и кашлять. Обычный чердак с различными инструментами, какими-то неприметными старыми вещами, разбросанными фотографиями. И маленькое разбитое окно, за которым шелестела листва, а ветки деревьев царапали крышу дома, прогибаемые ветром.
Камилла: Кажется дождь закончился либо немного накрапывает.
Саджо: Это хорошая новость, как найдём Леона, сразу же уходим отсюда. Не нравится мне это место.
Камилла: Мне тоже. Честно говоря оно очень жуткое и словно живое. Не хочу показаться странной, но кажется я видела его сегодня во сне.
Саджо: Хм, это и правда звучит пугающе. Не бойся, я рядом. Здесь никого нет, поэтому давай спускаться.
Камилла: Угу.
Хаяси пошёл первым. Чтобы спуститься мне нужно было повернуться лицом к чердаку и аккуратно поставить ногу на одну из ступенек. Как только я уверенно встала, увидела во тьме выглядывающую из-за закутка бледную девушку в белом платье, она была очень похожа на ту, которая приходила ко мне в сновидении. Её лицо было трупного цвета, блеклые практически белые глаза, вдоль шеи глубокий порез, а по худеньким хрупким плечам струились белоснежные длинные волосы. Она не выглядела как-то устрашающе, не пыталась напугать. Просто заинтересовано смотрела на меня, не сводя глаз. Я не могла пошевелиться, боялась моргнуть. Вдруг она появится прямо перед моим лицом. Снизу послышался крик. Это был Николай. Дверь комнаты, в которой он был, захлопнулась. Я инстинктивно перевела взгляд в сторону, а когда вернула на то место, откуда выглядывала девушка, её там уже не было. Быстро, не волнуясь за то, что могу оступиться, я спустилась вниз. Саджо крутил ручку двери, за которой был заперт наш друг. Я подошла к нему.
Камилла: Что происходит?
Саджо: Дверь не поддаётся. Не могу отпереть.
Камилла: Николай! Ты слышишь нас?!
Николай: Да!
Его было еле слышно, будто находился где-то далеко. Голос Кромвеля напуганный, дрожащий.
Саджо: Что с тобой? Как дверь захлопнулась?
Николай: Я… Я не знаю. Я з-зашел в кладовку, а дверь з-за мной захлопнулась. Тут тесно, душно. М-мне тяжело дышать.
Он заикается. Точно, клаустрофобия… Нужно срочно помочь Николаю выбраться оттуда.
Камилла: Коля, дыши! Слышишь? Глубокий вдох и выдох.
В это время Саджо уже пытался выломать дверь плечом, бил в неё ногой. Я не собиралась говорить Коле, что мы не можем даже в комнату эту попасть. Ему и так сейчас страшно. Как же мне хотелось быть рядом с ним, успокоить.
Камилла: Говори с нами!
Николай: Д-да, я… Мне лучше. Вы уже зашли?
Саджо: Сейчас, ещё несколько рывков.
Николай: Так вы ещё не здесь? Тогда чьи это шаги? Я отчётливо слышу, что там кто-то есть!
Саджо: Не паникуй. Мы скоро.
Николай: В смысле не паниковать?! За дверью черт знает что, а ты мне говоришь не паниковать?!
Он и мы с Саджо начали слышать тихое пение. Женский тонкий голос. Без слов. Подпевает себе под нос.
Николай: Ребят, что-то пытается открыть дверь! Ааааа!
Дверь кладовки со скрипом отворилась, перед парнем предстала девушка в потрепанном платье, изучающе наклонив набок голову, она смотрела на него. Бледные губы прошептали.
Девушка призрак: Выходи.
Хоть она и отошла в сторону, освобождая ему путь, Николаю было тяжело сдвинуться с места. Его будто парализовало.
Тем временем Саджо наконец смог отворить дверь в комнату. Удивительно, что она не слетела вовсе. Но нас ждал ещё один сюрприз. За нашими спинами послышался мужской низкий голос с небольшим неприятным скрипом.
Мужской голос: Любимая, как тебе твоя новая игрушка? Точнее новые…
Мы обернулись. В конце коридора стоял высокий черноволосый молодой человек в костюме викторианской эпохи. Бледную кожу лица покрывали кровяные подтеки, глаза горели красным. Неподвижен, как статуя. Его глаза были пустыми, но когда призрак поймал на себе наш взгляд, то его будто перекосило от злости. Тело неестественно задергалось, он быстрым шагом двинулся на нас.
Камилла: Бежим!
Саджо захлопнул дверь за секунду до того, как он бы настиг нас. Спокойно выдыхать мы не могли, ведь в любую секунду этот демон может оказаться здесь. Неизвестно, на что он вообще способен. Николай с глазами полными ужаса подбежал к нам.
Николай: Не знаю, что вы удерживаете с той стороны, но здесь у нас тоже картина не самая лучшая.
Та девушка прижимала палец к своим губам. Нужно молчать. Я закрыла ладонью рот Николаю, на что он что-то неразборчиво промычал. Умоляюще взглянула на призрака. Она выставила руку в сторону, указывая на стену, которая находилась правее нас. Может там потайной ход за тумбочкой? Я кивнула Саджо, он понял. Отодвинув её, мы обнаружили дверку, а за ней проход в другую комнату. Беззвучно я поблагодарила нашу спасительницу. Поочерёдно мы зашли внутрь. Подвинули тумбу на место. Затаились. Видимо он зашёл в ту комнату, обратился к девушке.
Призрак молодого человека: Где они?
Девушка призрак: Я не знаю, милый. Не сердись. Пожалуйста, Эмиль.
Эмиль: Один из них украл… Хм, кажется я знаю, где они прячутся.
Было такое чувство, что даже наше дыхание казалось громким. В голове сотни мыслей. Куда бежать теперь? Это конец? Думать логически в такой ситуации стало самым сложным заданием. Хаяси, коснувшись моего плеча, обратил внимание на дверь, которая была открыта в конце комнаты, там кажется была лестница на первый этаж. Только бы успеть. Мы двинулись потихоньку, на носочках туда.
Эмиль: Дорогая Хелена, это ты им помогла?
Сжав на груди руки, девушка, печально опуская глаза, отрицательно покачала головой. Но он прекрасно всё понимал.
Эмиль: Живым здесь не место. А если уж объявились, то должны страдать. Как и мы с тобой.
Хелена: Но они же ни в чём не виноваты.
Молодой человек угрожающе навис над ней, больно сжал тонкую женскую кисть.
Эмиль: Не виноваты говоришь? Откуда в тебе столько жалости к людям? Они приходят сюда, оскверняют наш дом!
Хелена: Милый, мне больно…
Он отпустил её, резко отстраняясь. Глаза прояснились, стали больше похожи на прежние его, когда Эмиль был человеком. Призрак обеспокоено пробежался взглядом по своей единственной, любимой. Это было немое извинение, он не хотел причинять ей боль.
Эмиль: Я сделаю тебя счастливой. Когда-нибудь обязательно мы будем счастливы вместе.
Порывисто обнял девушку, поглаживая её по голове. Острые когти, запутывающиеся в мягких волосах, постепенно исчезали, приходя в обычную форму пластинок ногтей. Молодой человек наклонился, чтобы поцеловать Хелену в макушку.
Эмиль: Ты дрожишь? Эти монстры напугали тебя?
Хелена: Нет, тебе показалось, любовь моя.
В это время мы бежали к выходу из дома.
Саджо: Как же Леон? Мы так и не нашли его.
Николай: Плевал я на этого парня. Нужно уносить ноги и поскорее.
Несколько секунд и мы оказались на свободе. Никто не стал останавливать нас. Но на мгновение обернувшись, я увидела Хелену, стоящую около разбитого окна чердака. Она наблюдала за тем, как мы сбегаем. Молчала. Не сдала нас тому призраку. Лишь печальное выражение лица и глаза полные отчаяния, которые она старалась скрыть равнодушием, пустотой. Но я будто чувствовала скрытые, настоящие эмоции, испытываемые ей. Мы остановились только на приличном от того дома расстоянии и даже не могли подумать о том, что души молодого человека и девушки смотрели нам вслед, стоя на пороге. Сильная отдышка. Я согнулась, упираясь руками в колени. А когда распрямилась, встретилась глазами с Саджо. Он внимательно смотрел на мои губы с каким-то беспокойством.
Саджо: У тебя кровь на нижней губе.
Николай: Ками, ты поранилась?
Камилла: Нет, я просто когда нервничаю, начинаю их кусать. Привычка…
Парни грустно переглянулись, и мы пошли дальше по направлению к нашим палаткам. Дождь потушил огонь, поэтому было крайне трудно найти под покровом ночи то место. Но спасением оказались фонарики, благодаря которым мы видели, куда идём. Каждый треск, шуршание отзывалось мурашками, вздрагиванием. Добравшись, мы увидели, как Фёдор тщетно пытается разжечь костёр, чиркая спичками о мокрые палки. Злится. Ругается себе под нос, что-то ворча. Рядом с ним стоит Нана и… Леон? Они что-то обсуждали втроём. Мы с Саджо и Николаем пребывали в шоке. Когда он успел вернуться? И где в итоге был всё это время? Кромвель, не долго думая, налетел на него с кулаками. Повалил на землю и сжал двумя руками горло Канэко.
Николай: Где тебя носило?! Мы из-за тебя чуть не сдохли!
Леон пытался освободиться из мёртвой хватки, хрипел от недостатка воздуха. Испуганная происходящим Нана кричала, чтобы тот остановился.
Нана: Прошу, отпусти его! Фёдор, помоги! Оттащи его!
Голевскому не нужно было прилагать усилий, чтобы оттащить Николая за шкирку. Не понимая, его друг изогнул бровь.
Фёдор: Что ты творишь?
Николай: Ещё чуть-чуть и мы бы были кормом для демонов! Слышишь, Канэко? Если бы наши души забрали и сделали бы нас пустышками, слоняющимися по этому чёртову лесу, я бы пришёл за тобой и прибил бы на месте! Выпотрошил бы как рыбешку! Отвечай, гаденыш, где ты был?!
Удерживаемый за капюшон Фёдором Николай отчаянно размахивал руками, пытаясь достать до Леона. Но ничего, к счастью, не выходило. И наконец брат Наны подал голос.
Леон: Я тоже был в этом доме, если ты говоришь о нём.
Николай: Да, именно об этом жутком доме с привидениями!
Леон: Не ори, успокойся.
Николай: Фёдор, отпусти меня. Я хочу его в крови умыть.
Фёдор: Извини, но я не могу.
Нана: Правильно, не делай этого. Камилла, что с вами случилось?
После моего рассказа в самых мелких деталях, мы какое-то время все сидели в тишине. Саджо задал Леону вопрос.
Саджо: Мы разминулись видимо?
Леон: Наверное… Я помню как зашёл в тот дом ради интереса. Хотелось побыть одному.
Сквозь зубы Николай процедил.
Николай: Видите ли обиделся, бедолага…
Камилла: Коля, не перебивай, пусть расскажет.
Леон: Бродил по комнатам. Но никого не видел. Может вам показалось что-то в темноте?
Николай: Показалось?! Сейчас я тебе устрою полный мрак!
Я накрыла своей ладонью руку друга, заглянула ему в глаза.
Камилла: Мы в безопасности. Успокойся.
Приобняла. Напряжённые мышцы парня расслабились, он выдохнул. А Леон продолжил.
Леон: Помню, как потерял сознание в один момент, а потом очнулся уже в лесу, лёжа спиной на холодной траве, усыпанной мокрой листвой. Недалеко от того дома. Может и правда из-за токсинов каких-то с рассудком что-то не то произошло. Возможно лунатиком ходил. Со мной такое в детстве было один раз.
«Или же тебя вынес от туда кто-то»—подумала я. Но кто? Та девушка в белом платье? Может быть она знала, что ему угрожает опасность и решила помочь?
Камилла: Хорошо отделался. Я бы посмотрела на тебя, будь ты на нашем месте.
Леон: У нас ночь страшилок что ли? Я не ребёнок, чтобы поверить в такое. Давайте ложиться спать. Так утро быстрее наступит. А на рассвете уедем, а то на ваши испуганные лица больно смотреть.
Камилла: Если останемся в живых этой ночью. Тот призрак жаждет мести и может найти нас в любую секунду. Какие-то палатки не спасут.
Нана: А я говорила, что история настоящая. Страшно теперь как-то. Как заснуть?.. Камилла, чур ты спишь со мной.
Фёдор: Камилла не сможет тебя спасти от нечисти. Она вот сама трясётся от страха.
Камилла: Не слушай его, я не боюсь. Можешь чувствовать себя в безопасности со мной. Идём в палатку.
Глава 4
Мы решили так—я сплю в палатке с Наной, хотя Фёдор немного ворчал по этому поводу, он с Николаем, а Саджо с Леоном. Всех это более менее чем устроило. Потушив костёр, и убрав все вещи с собой в палатки, мы легли спать. Но понятное дело, что сон не приходил очень долго. Я слышала как Коля с Федей о чем-то шепчутся, у остальных вроде было тихо. Я ворочалась, пытаясь найти удобную позу, как раздался сонный голос подруги, которая в отличие от меня уже даже успела задремать.
Нана: Переживаешь о случившемся?
Камилла: Ты же мне веришь?
Зевая, она с трудом открыла глаза, подперев щеку рукой, серьёзно сказала.
Нана: Да.
Камилла: Твой брат…
Нана: Давай не будем о нём. Разве это важно, что думает Леон? Я на твоей стороне, ребята тоже. Не расстраивайся из-за него.
Мы лежали, повернутые друг к другу лицами. И в её глазах было столько поддержки, я всегда могла положиться на Нану. За несколько лет она стала для меня близким человеком, мы могли пойти друг для друга на любую авантюру. Она взяла меня за руку.
Нана: Засыпай, Камилла. Мы с тобой пройдём все трудности вместе. Но для этого нужны силы, поэтому спи. Сладких снов.
Тем временем в палатке Николая и Фёдора.
Фёдор: Ты до сих пор не можешь успокоиться.
Николай: Не говори чепухи, уже всё нормально.
Фёдор: Ты царапаешь руки прямо сейчас, в этом нет ничего нормального.
Выглядывая из-за своих чёрно-зеленых кудряшек, парень взглянул на красные полосы на руках. Тяжело вздыхая, уткнулся лицом в согнутые колени, обхватывая их.
Николай: Не смотри на меня.
Фёдор: А ты не мучай себя.
Николай: Я так со стрессом справляюсь. Не твоё дело.
Фёдор: Иди ты… Мне на многое плевать, но не на моего друга.
Николай: Заботливый ты наш… Ладно, забыли. Лучше скажи, какие планы у тебя на завтра.
Фёдор: Я нашёл квартиру, которую смогу снимать на время нахождения в Киото.
Николай: Завтра переезд?
Фёдор: Да.
Николай: Я помогу.
Фёдор: Хорошо.
Николай: Только вот на какое время ты снял её? Ты же не знаешь, когда придётся вернуться в Россию или же ты будешь вечно бегать от отца? Сможешь ли долго скрываться от его ребят?
Фёдор: Не уверен, что долго, но пока что они меня не нашли. Я буду плыть по течению, посмотрим, что из этого выйдет. Заплатил за два месяца за проживание, может буду продлевать, а если что просто уйду в другое место.
Николай: А что насчёт детективного агентства? Пойдёшь?
Фёдор: Да. Какой смысл противиться, они всё равно заставят, если откажусь. Побыть полезным хочется. Хоть кому-то…
Печаль накрыла с головой, а в глазах застыла пустота. Фёдор хотел быть нужным, важным. Раньше его осуждали, не признавали в нём того, кем он является. А теперь у Фёдора появился шанс пригодиться, помочь. Парень не мог упустить его. Погрузившись в мысли, он не сразу заметил руку друга, лежащую на своём плече.
Николай: Ты справишься с этим. Ты сильнее, чем думаешь, дружище.
Краешки губ Кромвеля приподнялись в лёгкой улыбке, от которой становилось спокойнее на душе. Даже когда там бушевала буря, это был лучик света во тьме. Взгляд Голевского стал увереннее, в нём зажглась искра надежды.
Фёдор: Я тоже верю в это. Буду идти до победного конца, не сломлюсь.
По-дружески стукаясь с ним кулачком, Николай ответил на эти слова.
Николай: Вот это уже правильный настрой, Федя.
Саджо с Леоном тоже перебросились словечком перед тем, как погрузиться в сон. Лёжа друг к другу спиной, они старались лишний раз не тревожить друг друга. Но Канэко всё же нарушил молчание.
Леон: Не думай, что я так легко отдам её тебе.
Саджо: О чём речь?
Уже с раздражением в интонации парень бросил следующее.
Леон: Не притворяйся дураком. Ты далеко не такой. Камилла предпочла мне тебя. Что в тебе такого, что расположило её, Хаяси?
Саджо подумал перед тем, как ответить ему. В отличие от своего собеседника, он предпочитал спокойно и с умом вести разговор. Опираясь на разум, а не эмоции.
Саджо: Во-первых, мы с тобой не товар в магазине, чтобы его можно было выбрать. Во-вторых, Камилле нужно время, чтобы разобраться в себе, привыкнуть, у неё много сомнений. Хороший друг и близкий человек должен быть рядом с ней, наблюдать, если нужно помогать, а не давить на чувства. В-третьих, хорошие и крепкие отношения строятся на взаимности и доверии, нужно чувствовать друг друга как самого себя. Я вижу, как ей трудно открыться миру, поэтому буду ждать, когда она разберётся в себе. Она ничего не обязана ни мне, ни тебе, только себе. Должна быть собой, принять себя.
Леон: Я тебя услышал. Извини, что нагрубил.
Саджо: Я не в обиде, Канэко. Из меня плохой советчик, но тебе бы тоже стоило задуматься над тем, что кроется в твоём сердце и душе, чего ты хочешь на самом деле. Ведь на любви жизни не заканчивается, так ведь? Ты должен строить прежде всего свою, а не чужую судьбу.
Ответа не последовало. Леон лишь тяжело вздохнул, натягивая плед до ушей. Ночь на удивление была спокойной, но из-за чуткого сна я слышала все шорохи, периодически открывая сонные глаза. К счастью, я могла снова быстро засыпать, другие ребята вроде бы не вставали ночью. Видимо произошедшие события их уморили, навлекая крепкий сон. Проснулась я от шума снаружи палатки, Наны рядом не было. Потянувшись руками вверх, я почувствовала в спине всю суть сна в не очень комфортном и мягком месте. Расчесавшись и приведя лицо в порядок, вышла из палатки. Ребята сидели кружком возле некогда горевшего костра и завтракали. Практически все выглядели бодро кроме Наны. Как только я подошла, она начала предъявлять претензии.
Нана: Камилла, это просто ужас! Всю ночь на меня то руки, то ноги закидывала. Когда мы с тобой раньше ночевали такого кошмара не было. Это всё стресс что ли тебя так активизировал?
Камилла: Извини. Мне было тоже неудобно спать.
Нана: Я заметила. Возьми из пакета онигири. Сейчас тебе чай заварю.
Камилла: А есть что-то кроме онигири? Надоело уже просто.
Нана: Моя мама тебя бы уже наругала за такие слова.
Саджо: Камилла, хочешь круассан с шоколадной начинкой?
Кивнув ему, я взяла мягкий круассан, который даже спустя сутки выглядел свежим и вкусно пах.
Нана: У кого какие планы на сегодня? Я вот скорее всего буду готовиться к завтрашнему учебному дню и ещё меня просили плакат нарисовать для спортивного мероприятия.
Леон: Нана, ты наверное забыла, что мы сегодня помогаем маме по дому? И ещё нам с тобой за продуктами сходить нужно.
Нана: Точно…
Состроив недовольную гримасу, она печально опустила глаза.
Николай: Я буду помогать Фёдору с переездом в съемную квартиру. Благо у нас ещё лекции в университете идут, не так уж много и задали на завтра.
Камилла: Повезло тебе. Голевский, надоело в отеле жить?
Фёдор: Тебе какое дело? У меня есть повод.
Камилла: Я просто спросила.
Саджо: Фёдор, ты решил насчёт сотрудничества с детективным агентством?
Фёдор: Да, я вечером схожу туда. Ты же со мной?
Саджо: Конечно.
Камилла: Можно и мне с вами?
Для меня было бы очень интересным опытом взглянуть на место, где проходит работа детективов, ну и познакомиться с отцом Хаяси тоже стоит. Парень как-то замялся над своим ответом.
Саджо: Я спрошу у отца, можно ли тебе прийти. Все-таки посторонним туда вход воспрещён без дела. Не обижайся только.
Чувство стыда жаром обдало лицо. Стало неловко напрашиваться. Закончив есть я покинула ребят, отправившись в свою палатку. Всё равно ещё никто не торопился уходить и я могла посидеть в одиночестве со своими мыслями, накручивая себя. Но долго быть одной мне не дали, с внешней стороны палатки послышался голос Саджо.
Саджо: Камилла, можно к тебе?
Опешив, я ответила не сразу, отчего стало ещё более стыдно.
Камилла: Можно.
Залезая внутрь, он застегнул за собой молнию так называемой двери. Присел рядом со мной, подтянув ноги к груди.
Саджо: Поговорим?
Я молча кивнула, не осмеливаясь взглянуть на него.
Саджо: Расстроена?
Отрицательно покачав головой, я также продолжала смотреть в пол. Рука парня легла на мою руку. Никакой реакции с моей стороны не последовало. Тогда он аккуратно и нежно притянул меня к себе поближе, успокаивающе поглаживая предплечье. Это было неожиданно, но приятно. Аромат его лёгкого парфюма с ореховыми нотками смешивался с моим вишневым. Сладкий, ненавязчивый.
Саджо: Не против сегодня погулять со мной?
Камилла: Давай, а куда?
Заметив мою неуверенность, парень, по-доброму усмехнувшись, провел кончиками пальцев по моей щеке. Не понимая этого жеста, я с вопросом заглянула в его глаза, на что губы Саджо расплылись в ухмылке. Нервный смешок вырвался из меня, я сглотнула.
Камилла:…
Взгляд парня упал на мои губы.
Саджо: Нервничаешь?
Поняла, что не изменяю своей привычке кусать губы… Сдавленно произнесла.
Камилла: Немного.
Саджо: Можно тебя обнять?
Камилла: Только обнять?..
Он улыбнулся, отвечая.
Саджо: Да, только это. Не бойся, я не сделаю ничего, чего бы ты не хотела. Буду ждать твоего разрешения.
Камилла: А может я никогда не решусь.
Саджо: Значит…
Не дав ему договорить, я произнесла.
Камилла: Я не хочу, чтобы это было только моей инициативой. Так только хуже…
Саджо: Хочешь переложить на меня всю ответственность?
С небольшой издевкой и смешком сказал парень.
Камилла: Нет. Я просто боюсь действовать сама.
Саджо: У меня такое ощущение, что мы сейчас признаемся друг другу в чувствах. Или я неправильно тебя понимаю?
Ладошки вспотели, я не знала куда себя деть, повисло напряжение между нами. Облизала сухие губы, закусывая верхнюю.
Саджо: Хорошо. Давай тогда так. Пойдёшь сегодня со мной на свидание? Как раз лучше друг друга узнаем, побудем более менее наедине. Поймём, в какую сторону развивать отношения. Согласна?
Камилла: Угу.
Мне захотелось прижаться к нему ближе. Вспомнив о его предложении, обвила руками шею Саджо. А он, обнимая меня за талию, прошептал на ухо.
Саджо: Я буду рядом, ничего не бойся, Камилла.
После нескольких минут проведённых в тишине, в тёплых объятиях, я переспросила его.
Камилла: Так куда мы пойдём?
Саджо: Ты была в Арасияма?
Камилла: Нет кажется. Там красиво?
Саджо: Очень. Можем посетить бамбуковую рощу, храм Тэнрю-дзи и мост Тогецукё. А там уже как успеем.
Камилла: Нужно тогда скорее ехать домой, чтобы всё успеть. Тебе же с Голевским идти в детективное агентство.
Саджо: Да.
Собрав все свои вещи, мы отправились к машине Леона. Кромвелю с Голевским нужно было ждать такси, поэтому, попрощавшись с ними, мы сели в салон автомобиля. Их силуэты всё удалялись с расстоянием, пока вовсе не исчезли.
Нана: Может быть стоило подождать, когда к мальчикам такси приедет? Оставили их в глуши.
Камилла: Не волнуйся за них, в кафе том подождут. Продержатся как-нибудь. Я напишу Коле, чтобы отписался нам в чат, когда приедут в город.
Через несколько часов мы все были дома. У меня оставалось совсем немного времени, чтобы принять душ и привести себя в порядок для романтической прогулки. Я была в предвкушении и приятно взволнована. Немного завила волосы в крупные локоны, сделала лёгкий макияж, надела чёрное бархатное платье под длинное шоколадного цвета пальто. Договорились встретиться в полдень на станции Киото. Нервно приглаживая волосы, я ждала его на месте, приехав на полчаса раньше. Мысли только и были о том, понравится ли ему мой образ, как мне вести себя на свидании, а вдруг я выставлю себя в не очень красивом свете? За спиной послышался знакомый голос, разливающийся теплом по телу, согревающий.
Саджо: Кхм, Камилла?
Обернувшись, я увидела его перед собой в бежевом худи, поверх которого было накинуто на плечи пальто и светлые джинсы-трубы, на ногах кроссовки. В руках Саджо держал букет алых роз, протянул его мне.
Саджо: Это тебе. Такие же элегантные и красивые, как ты.
Он оглядел меня оценивающим взглядом снизу вверх. С улыбкой произнёс.
Саджо: Даже на каблуках… Тебе удобно будет на них?
Камилла: Я что-то не подумала об этом.
Смутившись, я приняла букет, вдыхая волшебный дорогой аромат цветов. Подойдя ближе, парень заправил один из локонов мне за ухо, чуть наклоняясь ко мне.
Саджо: Если ноги устанут, я понесу тебя. Так что если что не терпи боль, сразу говори. Хорошо?
Камилла: Л-ладно…
Саджо: И расслабься, пожалуйста, Камилла. Ты слишком напряжена, что даже мне неловко.
Камилла: Я не могу контролировать это вообще-то.
Нервно процедив это, я случайно заглянула в его глаза. В них была искренность, ребяческое озорство, ожидание прекрасного времяпрепровождения. И этот искрящийся взгляд заставил и меня улыбнуться.
Саджо: Улыбка тебе больше идёт, чем серьёзность и хмурые брови.
Камилла: Эм, я всегда прекрасна!
Сказав это с некой наигранностью, я вызвала у него смешок.
Саджо: Хах, верно говоришь. Там наша электричка как раз подъезжает, идём.
Сели у окна в самом конце. Место достаточно уединенное, жаль, что нет купе. Но людей было не много, поэтому личное пространство сохранялось на достойном уровне. Облокотившись на руку щекой, я засмотрелась в окно, разглядывая толпу людей на станции, будто муравейник. Еле касаясь губами моего уха, Саджо прошептал.
Саджо: Опять закрываешься от меня?
Сглотнув и покрываясь мелкими мурашками, я ответила.
Камилла: Нет.
Он поднёс мою руку к своим губам, оставляя на тыльной стороне кисти нежный, невесомый поцелуй. Не отрываясь, посмотрел в мои глаза, заметил лёгкий румянец, вспыхнувший на щеках.
Саджо: Будь собой рядом со мной. Каждая твоя эмоция для меня важна.
Камилла: Я бы и подумать не могла, что ты такой открытый человек. Сначала ты мне показался скрытным и не общительным. А потом начал меняться на глазах.
Саджо: Это нормально оценивать свой круг общения.
Камилла: Да. Мне нравится это в тебе. Ты какой-то слишком идеальный. Меня это и пугает.
Он тихо рассмеялся.
Саджо: Просто я более спокойно и легко смотрю на мир. В нём и без нашего накручивания проблем, не существующих, хватает их. Если придумывать дополнительные, будет совсем плохо. Не считаешь?
Камилла: Да, но не все умеют, как ты.
Саджо: Верно, но можно постараться относиться ко всему проще. А, что касается моих недостатков, то и они у меня есть. Я человек прямолинейный.
Камилла: Но всегда обдумываешь, как сказать правильнее.
Саджо: Не всегда, всё зависит от ситуации. Ещё я достаточно упрям.
Камилла: А что в этом такого, ты наоборот отстаиваешь своё мнение.
Саджо: Также повышенное чувство справедливости.
Камилла: Не удивительно. Твои родители работают в сфере, где хочешь или нет, но станешь таким.
Саджо: Это вовсе не обязательно, Камилла.
Электричка двинулась с места, набирая скорость. Я только сейчас заметила, что платье подскочило вверх из-за своей длины, и его край был выше колен. Стало не комфортно. Заерзала, попыталась незаметно оттянуть его. Парень снял с себя пальто и положил его на мои колени.
Камилла: Спасибо…
Саджо: Если хочешь, можешь облокотиться на меня и вздремнуть. Ты себя хорошо чувствуешь?
Камилла: Волнуюсь немного только. Это моё первое свидание. Не переживай за меня, всё в порядке.
Саджо: Что я должен сделать, чтобы на твоём лице появилась улыбка?
Я и правда задумалась, на что он приобнял меня, так чтобы я смогла положить голову ему на плечо. Сам намекнул на это, притягивая меня к себе.
Саджо: Ты подумай хорошо. Не откажу в любом желании.
Пикантные мысли настигли практически сразу, расталкивая обычные и более не неловкие. Но из моих уст вырвалось следующее.
Камилла: Даже если я попрошу поцелуй?
Я чуть отстранилась от него, ища взгляд, сканируя реакцию. Он был явно удивлён и будто пытался понять шучу я или нет.
Саджо: Это будет твой первый поцелуй?
Стыдно было это признавать, но я ответила честно. Саджо ведь и так знает, что для меня всё это впервые.
Камилла: Ну да.
Я уже мысленно готовила себя к тому, что именно сейчас это произойдёт. Но он предложил совсем другое.
Саджо: Хочешь, чтобы было удобнее лечь на мои колени головой?
Камилла: А? Если ты не против…
Я не стала отказываться, ведь сама хотела попросить об этом. Поглаживая мои волосы, предплечье, он сказал.
Саджо: Поцелуй подождёт более красивого момента. Мне показалось, что для тебя это важно. Так ведь?
Камилла: Я не знаю. Мне всё равно где это делать, главное, что с тобой.
Почти погруженная в сон, я произнесла эти слова, себя же и отрезвляя ими. Резко подскочила, случайно подбивая головой его подбородок.
Камилла: Ой, я не сильно тебя ударила?! Прости, прости, пожалуйста.
Конечно последствия этого действия были мало приятны, но парень лишь отрицательно покачал головой, успокаивая меня.
Саджо: Мне не больно, ложись обратно.
Думая, как загладить свою вину, в голову пришла, как мне показалось шикарная идея. Я быстро поцеловала его в щеку, тут же отстраняясь. Он сглотнул, не отрывая от меня взгляда. Отшутился.
Саджо: А как же место ушиба? Оно чуть ниже.
Я заметила, как его взгляд наполнялся желанием, в нём метались искры. На всё это, волнуясь, игриво ответила.
Камилла: Хватит с тебя и этого. Остальное потом.
Он поймал моё лицо в свои руки, нежно очертил скулы, аккуратно притянул к себе одной рукой, зарываясь в волосах на уровне затылка. Сначала мы встретились глазами, а потом я почувствовала его горячее дыхание на своей шее. Парень проложил дорожку лёгких поцелуев к уху, коснулся губами мочки.
Саджо: Когда ты так говоришь, у меня появляется надежда на счастливый финал.
Его голос стал более низким, с хрипотцой. Часто дыша, в порыве чувств я произнесла.
Камилла: Ты мне нравишься.
Отвела взгляд в сторону. Благо, что возле нас никого не было за несколько рядов мест уж точно. Кажется, словно мы занимаемся чем-то неприличным на людях. Саджо провел большим пальцем по моим губам, чувства обострились новой волной, накатывая на меня цунами. Я была будто опьянена ими. Потянулась к нему за поцелуем, но парень остановил.
Саджо: Не будем спешить.
Камилла: Почему? Какая разница, где это произойдёт? Я хочу сейчас.
Он ухмыльнулся, бросая грудной смешок.
Саджо: Камилла, девочка моя, терпение. Ты сейчас возможно на эмоциях. Лично я хочу, чтобы наш с тобой первый поцелуй был более осмысленным.
Камилла: Потом я опять начну смущаться и закроюсь в себе! Если не хочешь меня целовать, то так бы и сказал!
На нервах я повысила на него голос. Накатили слезы. Я подскочила с места, чтобы уйти в уборную, дать волю эмоциям. Вылить всё, что накопилось. Но Хаяси не дал мне уйти, прижал к себе со словами.
Саджо: Если тебе станет легче, можешь плакать сколько хочешь. Я буду рядом.
Камилла: Я не хочу казаться слабой.
Сквозь слезы, утыкаясь в его грудь, сказала я.
Саджо: Проявление чувств —не проявление слабости. Не нужно так зацикливаться на том, что о тебе подумают другие. На первое место ставь своё благополучие.
Камилла: Мама говорит, что это эгоизм.
Саджо: В какой-то степени да, но нужно соблюдать меру во всём. Понимаешь?
Камилла: Ты такой философ, Саджо… На своём опыте научился или просто начитался где-то?
Саджо: Всё вместе. У меня родители очень умные, рассудительные, справедливые. Многое у них перенял со временем.
Камилла: Я своего отца не помню, но мама говорит, что он был из тех, кто много болтает, но мало делает. Он ужасный человек. По-другому не назовёшь того, кто выставил на улицу ночью в ливень девушку с маленьким ребёнком. Того, кто делал всё ради своей выгоды, пользовался искренней любовью, которую ему дарила мама. После этого она перестала верить мужчинам. Единственный, кто оказался настоящим, кто не осудил был её брат. Он нам очень помог.
Саджо: Твой отец больше не контактировал с тобой?
Камилла: Были дни, когда он на коленях умолял её вернуться к нему, обещал покончить с изменами. Но он умер в её глазах. А на меня ему было всё равно, не желанный ребёнок, который был ему не нужен. Ненавижу его…
Саджо: Попробуй отпустить ненависть. Это тяжело, но тебе станет легче. Запишись к психологу, если ты не справляешься сама. Я могу пойти с тобой в первый раз, если страшно.
Камилла: Давай, только обещай, что не бросишь в последний момент.
Саджо: Обещаю.
Он поклялся на мизинчиках. Детский, но милый жест. Время в пути пролетело быстро, я сладко спала, положив голову на его колени. По прибытии Саджо разбудил меня. Свежий воздух обдал лицо, только мы успели выйти из вагона. Пушистые горы, раскрашены яркими красками, парочки разных возрастов гуляют, держась за руки, напряжённые в традиционные одежды. Пройдя немного, оглядываясь по сторонам, цепляя взглядом каждое интересное деревце или домик, я не заметила, как мы прибыли на место назначения. Нашему взору предстал храм Тэнрю-дзи — красивый, аккуратный. Особая энергетика обволакивала меня с ног до головы, я ощущала чистоту этого места.
Саджо: Как тебе?
Камилла: Впечатляюще. А какой сад удивительный!
Саджо: Пойдём к озеру.
Людей было не слишком много, но я всё равно будто бы чувствовала на себе чужие взгляды. В воздухе витает романтика, но меня накрывают тревожные мысли. Они стихли, когда рука парня легла на мою талию, как только мы подошли к кристально чистому озеру, в котором отражались пестрые макушки деревьев. Слегка касаясь губами виска, он сказал.
Саджо: Я помню, как мама с папой ходили сюда в молодости с маленьким мной. Я любовался их счастливыми лицами. А теперь рад, что могу разделить новые воспоминания с тобой.
В сердце приятно кольнуло, оно забилось чаще. Я подняла глаза к небу, по которому медленно плыли кучевые облака.
Камилла: Я тоже счастлива сейчас, в данную секунду. Ты умеешь поднимать настроение.
Саджо: Тогда пойдём дальше смотреть бамбуковую рощу. Сделаю тебе красивые снимки на память.
Камилла: О, ты будешь меня фотографировать?
Саджо: Если ты не против конечно…
Камилла: Я редко делаю фотографии самой себя, чаще всего снимаю природу или что-то, что приковывает взгляд.
Саджо: Ну, чтобы тебе не пришлось рушить свои принципы, сегодня этим займусь я. Я тоже хочу фотографировать красоту природы.
Он улыбнулся мне, беря за руку. Идя по красиво уложенной мелкими камушками дорожке, я думала о том, как мне повезло встретить этого человека. Наверное, со стороны мы выглядели очень романтично и мило. В голове всплывали клишированные моменты из дорам, что ещё больше поднимало мне настроение. Прогуливаясь по роще высоких вечнозеленых бамбуков, делая смешные и просто красивые фотографии, я задалась вопросом.
Камилла: Саджо, а как тебе Николай с Фёдором?
От неожиданности вопроса он бросил тихий смешок. Запуская руку в волосы, на минуту задумался.
Камилла: Только честно.
Саджо: Хорошо, мне нет смысла врать тебе. Николай показался мне весёлым и общительным, инициативным. Видно также вашу с ним крепкую дружескую связь. То, как он волновался за тебя после инцидента с Леоном, вступился, о многом говорит. Кромвель готов ради тебя пожертвовать даже своей репутацией «хорошего парня».
Камилла: Да, он всегда меня защищал.
Саджо: Хоть он и эмоциональный, но я не могу сказать, что он подвластен эмоциям. Скорее играет на публику, а настоящие чувства старается скрыть. А что насчёт Фёдора… Он для многих может и скрытный, но мне показалось, что довольно предсказуемый. Хотя я не понимаю, почему Нана так много говорит о его таинственности. Кажется, что он наоборот делает, что ему вздумается, а значит открыт нам как книга.
Камилла: Ну он никогда не сделает что-то не подумав. У Феди всегда всё продумано наперёд.
Саджо: Камилла, вы с ним немного похожи поведением.
Камилла: Ну вот, и ты о том же…
Саджо: Пытаетесь закрыться ото всех, но не выходит как-то. Интересный конечно у тебя знакомый. Сын такого человека…
Камилла: Тебе неприятно находиться с ним рядом? Из-за его отношения к мафии?
Саджо: Нет, я следую политике отца. Принимать решение по факту действия. Пока Фёдор не делает ничего противозаконного, он для меня обычный парень, с которым можно нормально общаться. Но как только я замечу с его стороны что-то неправильное и вредящее людям, не посмотрю на нашу дружбу. У меня свои принципы на этот счёт.
Камилла: А если я сделаю что-то плохое?
Я решила проверить его реакцию, но Саджо без колебаний выдал следующий ответ на мой вопрос. Я встретилась с его серьезным взглядом, застыла на мгновение.
Саджо: Ни для кого нет исключений. Я на стороне справедливости.
То, что меня это расстроило, ничего не сказать. Замолчав и поникнув, я опустила глаза. Значат ли его слова, что для него я пока что никто? А может и никогда не стану той самой, ради которой можно опустить свои принципы.
Камилла: Я понимаю.
Саджо: Камилла, ты плачешь?
Выражение лица парня обрело обеспокоенный вид, он хотел взять меня за руку. Но я не позволила этого сделать, машинально отстранилась, сделав шаг назад. Я даже не заметила, как мои глаза наполнились слезами и одна из них медленно скатилась по щеке. Мы смотрели друг на друга в немой паузе. Взгляд Хаяси будто просил прощения, но слов в подтверждение этому не последовало. Чтобы не выставлять себя ещё более жалкой, я выдавила изо всех сил улыбку, вытерла след от слезинки.
Камилла: Идём дальше.
В это время Николай помогал Фёдору с переездом. Двухкомнатная квартира в центре Киото, да ещё и с красивым видом с мини-балкончика показалась Голевскому отличным вариантом. Цена за аренду не сильно кусала его бюджет. Особо много вещей у него с собой не было, так по мелочи, поэтому расставлять и раскладывать их в новом «убежище» получилось довольно быстро.
Николай: Фух, справились.
Демонстративно вытирая со лба невидимый пот, сказал он. На что его друг, недовольно изгибая бровь, произнёс с презрением.
Фёдор: Конечно, я ведь практически всё сам сделал. А ты только мешался под ногами.
Театрально изображая обиду, Кромвель сказал в свою защиту.
Николай: Я посуду тебе на кухне расставлял. Даже кружку твою помыл! Жил в семье аристократов, а ведёшь себя, как свинья.
Фёдор: Тебя никто не просил приходить.
Николай: А кто мне говорил, что ему одиноко?
Фёдор: Вот это сейчас ты придумал.
Николай: Ложь!
Голевский устало свалился на диван в гостиной, запрокинув голову вверх, уставился в потолок. Николай сел рядом.
Николай: Знаешь, я не хотел оставлять тебя одного. Мне уже самому кажется, что за нами следят. Так и до паранойи недалеко, следующим шагом психиатрическая больница…
Фёдор: За нами и правда слежка. Может показалось, но я видел сегодня в городе Юрия. Мельком, краем глаза…
Поставив локти на колени, Фёдор согнулся к ним, зарываясь пальцами в волосах. Стеклянный взгляд полный отчаяния, который тревожил его лучшего друга.
Николай: Всё будет хорошо.
Фёдор: Нет, они с Алексеем наверняка знают мой адрес. Это всё дело времени. Только вот почему они до сих пор не поймали меня?
Николай: Кто знает, что у них на уме.
Фёдор: Тебя тоже что-то волнует. Рассказывай.
Николай: Для такого случая мы бы могли открыть вино, которое я принёс на новоселье?
Махнув на него рукой, он ответил.
Фёдор: Делай, что хочешь. Ты же вроде говорил, что сделаешь перерыв с алкоголем?
Николай: Я же только по праздникам. Да и рассказ тяжёлый.
Фёдор: Мне тоже чуть-чуть налей. Пол бокала.
Багровая жидкость постепенно наполняла стеклянный бокал, потом второй. Сделав первый добротный глоток, немного расслабившись и собираясь с мыслями, Николай начал свой рассказ.
Николай: Я решил после поездки в лес вздремнуть ещё немного в общежитии прежде чем к тебе идти. В какой-то момент грань между сном и реальностью стала мутной, я не понимал, происходит ли это наяву. Услышал знакомый тонкий голосок, который болью разлился по всему телу…
Воспоминания унесли Николая в тот самый момент. Он приподнимается на локтях, и от увиденного вжимается в спинку кровати. Перед ним в дверном проёме стояла его покойная младшая сестра. Родные чёрные кудри, зелёное платье, но её кожа была неестественно бледной почти серой, чётко выраженные мешки под глазами и пустой взгляд, буравящий в парне дыру.
Николай: Ульяна?
Такая худенькая и хрупкая малышка, такая какой он запомнил её в последние дни жизни. Печаль сковала, в глазах застыли горькие слезы.
Николай: Это ты? Т-ты?
Разжав тонкие пальцы, сжимающие её любимого плюшевого медвежонка, который вскоре покоился на полу, она произнесла ещё раз.
Ульяна: Братик, мне холодно, обними меня.
Успел он только моргнуть, как она уже стояла возле кровати совсем близко, стоило только руку протянуть и Николай коснётся её. Но осознание происходящего ударило в голову. Нельзя поддаваться своему незабытому горю. Нужно отпустить её!
Николай: Нет.
Ульяна: Нет?
Девочка удивлённо склонила голову набок, рассматривая его.
Ульяна: Я так скучала по тебе.
Николай: Я тоже очень скучаю… Но тебя больше нет.
Ульяна: Коля, это ты виноват в моей смерти.
Николай: Что?
Сестра начала кашлять кровью, пачкая бардовыми каплями кружевное платье. Её забило в конвульсиях. А голос стал неприятно скрипучим.
Ульяна: Ты мог быть рядом, но тебя не было со мной! Это всё твоя вина!
Николай схватился за голову, пытаясь отогнать эту иллюзию, развеять кошмар, начал отчаянно кричать, перебивая её однотипные обвинения.
Николай: Нет-нет-нет! Я не виноват! Извини, Уля…
Неожиданно резко она перехватила его руки, оказавшись на его кровати прямо перед ним. Стеклянный взгляд одних лишь белков заставлял лишь в оцепенении смотреть вперёд.
Ульяна: Ты жалок.
Перебарывая страх, сковавший движения, парень нашёл в себе силы оттолкнуть её от себя. Прокричал в безобразное демоническое подобие лица ранее самого близкого и любимого ему человека.
Николай: Сгинь! Моя Ульяна никогда бы не обвинила меня! Уходи! Не оскверняй имя моей сестрёнки! Я тебя не боюсь!
Он сильно зажмурился, тихо повторяя.
Николай: Исчезни-исчезни-исчезни…
А когда открыл глаза, комната была пуста и только запах мятно-яблочной зубной пасты, которой постоянно пользовалась сестра, напоминал о том, что это был не сон. Фёдор скептически изогнул бровь, но ничего не комментировал. Коля тяжело вздохнул, обращаясь к нему.
Николай: Это правда, я не сошёл с ума.
Фёдор: Ты под впечатлением событий этой ночи, не зацикливайся на галлюцинациях. Может это был сонный паралич?
Николай: Я так и знал, что ты не поверишь в мистику.
Фёдор: Всё можно объяснить…
Николай перебил его, резко поднимаясь с дивана.
Николай: Нет! Нельзя! В моей комнате стояло нечто, напоминающее Ульяну! И у меня нет этому объяснений!
Под действием алкоголя и от стресса, агрессии, которая бурлила в нём, у Коли шла голова кругом, перед глазами на несколько секунд возникла пелена, утягивающая в тьму. Он бы упал, если бы не Фёдор, успевший подхватить друга.
Фёдор: Присядь. Мне скоро нужно будет отправиться в детективное агентство, но пока что я побуду с тобой. Хочешь ещё поговорим о чем-то?
Николай: Мне нужно возвращаться в общежитие.
Фёдор: Желаешь свалиться без сознания на улице?
Николай: Мне всё равно.
Фёдор: Давай провожу.
Николай: Не нужно, отдохни сам. До встречи, Федя.
Взяв свою куртку и обувшись, Кромвель без лишних слов покинул квартиру. После услышанного Голевский налил себе ещё немного сухого вина, пригубил, облокотился о спинку дивана, болтая содержимое бокала.
Фёдор: Эх, Коля… Я ужасный друг…
В это время мы с Саджо подбирались к краю бамбуковой рощи.
Саджо: Здесь есть ещё мост Тогецукё. Оттуда можно полюбоваться волшебными пейзажами.
Когда мы пришли на середину моста, я поняла, почему Саджо так расхваливал его. Закатное солнце, прячась за лесами гор, покрывало их тёплым красно-розовым светом, словно разжигая огонь. Сиреневые облака тянулись по небосводу. Я засмотрелась на небо, а когда повернула голову влево, застыла, утопая в переливе золота глаз парня. Его взгляд отражал те же чувства, которые испытывала и я — желание наслаждаться присутствием друг друга.
Камилла: Спасибо тебе за этот день.
Саджо: Надеюсь, тебе понравится и это.
Обхватив руками моё лицо, он впился в губы в жарком поцелуе. Позже одна рука скользнула по линии талии, уверенно ложась на неё, парень прижал меня к себе ближе, другая зарылась в волосах, притягивая, не давая отстраниться. Но мне и не хотелось переставать ощущать его тепло и нежность, которую Саджо дарил в каждом своём прикосновении и поцелуе. Ноги стали ватными, а сердце билось, обгоняя мысли проносящиеся в голове. Дыхание было рванным, он отстранился первый, давая передохнуть, глотнуть воздух.
Саджо: Камилла, как ты себя чувствуешь? Выглядишь так, будто в обморок сейчас упадёшь.
Я смутилась, когда он тихо рассмеялся, словно думал, что я не замечу этого.
Камилла: Голова немного кружится.
Не смотря на то, что рядом было не мало людей, Хаяси подхватил меня на руки, как пушинку, со словами.
Саджо: Тебе нужно отдохнуть. Отнесу в более спокойное и уединенное место.
Камилла: Но все же смотрят! Саджо, отпусти, я могу и сама идти!
Брыкания и попытки выскользнуть из его рук оказались тщетными. Он остановился около дерева, спрятавшись за его широким стволом, присел у его корней, так же не отпуская меня, прижимая к себе. Здесь и правда не было ни души, только птички чирикающие на ветвях над нашими головами.
Камилла: Дай я хоть сяду поудобнее.
Я развернулась, оказавшись к нему спиной, но и эта позиция была не совсем комфортной, точнее приличной. Парень обнял меня со спины, сцепив руки на моём животе в замок. Чуть надавил, чтобы я облокотилась на него.
Камилла: Тебе точно нормально так сидеть?
Саджо: Да. А тебе? Постоянно ёрзаешь…
Я ощущала на шее его горячее тяжёлое дыхание, лопатками чувствовала как вздымается его грудная клетка.
Саджо: Расслабься, пожалуйста. А то мне кажется, что я держу тебя против воли.
Я последовала его совету, какое-то время мы тихо сидели в обнимку, слушая звуки природы. Мимолетные касания руки, поглаживание предплечья, лёгкие поцелуи на щеках, на кончике носа. Я доверила ему себя, своё сердце и душу, поэтому мне было так спокойно с одной стороны и так волнительно с другой. Страх навсегда потерять эти минуты вдвоём. Я резко встала, он удивлённо вскинул бровь. Пришлось оправдаться.
Камилла: Уже пора возвращаться домой, скоро будет темнеть. Тем более у тебя ещё есть дела.
Саджо: Только ли в этом проблема?
Камилла: Да.
Саджо: Я думаю, что ты сможешь сегодня познакомиться с моим отцом. Предупредил, что ты зайдёшь ненадолго.
Камилла: И он согласился? Пускать какую-то незнакомку в агентство?
Парень усмехнулся, губы расплылись в довольной ухмылке.
Саджо: Если девушка, с которой я хочу связать свою жизнь всего лишь незнакомка, которая не выходит из головы, то возможно так и есть. Или ты уже не хочешь?
Камилла: Хочу!
Саджо: Тогда поспешим. Он не любит, когда опаздывают.
Через некоторое время мы встретились с Фёдором около детективного агентства. На улице смеркалось. Он стоял под тусклым светом фонаря, переминаясь с ноги на ногу. Изо рта шёл пар, видимо долго стоит ждёт нас. Недовольное цоканье из-под ворота пальто, прожигающие насквозь глаза.
Фёдор: Тц, я уже хотел уходить через пять минут.
Саджо: Мы пришли вовремя, это ты слишком рано. Сам виноват.
Фёдор: А чего это вы вместе?
Камилла: Тебе какое дело, Голевский?
Раздражённо бросила я.
Фёдор: Понял. Не хочешь, не говори. И так понятно, что на свидании были.
Камилла: С чего так решил?
Фёдор: У тебя же в руках букет цветов…
Камилла: Ой…
Парни переглянулись в молчаливом диалоге. Хаяси скорее всего даже не пытался скрыть наше развитие отношений, а Феде было всё равно, его волновало что-то более глобальное. Видно по лицу.
Камилла: Фёдор, случилось что-то? Бледный и потерянный какой-то.
Фёдор: Об этом потом, Камилла. Сейчас разберёмся с другим.
Он окинул взглядом здание агентства, кивнул в его сторону.
Фёдор: Так и будем стоять? Или должны пригласить?
Саджо: Нет, заходим.
Сначала мы попали в маленькую приёмную, но за стойкой никого не было. Из кабинета, находящегося неподалёку, нервно хлопая дверью, вышла рыжеволосая девушка, а за ней высокий молодой человек в бежевом длинном пальто. Выходя на улицу, она затянула сигарету, а парень активно жестикулируя что-то пытался до неё донести. Та смотрела в пустоту, пуская губами пар. Наблюдение за данной картиной прервал уставший, но громкий мужской голос, доносящийся из того кабинета.
Голос: Можете зайти.
Саджо пропустил нас вперёд. За столом у окна сидел мужчина, подпирая одной рукой подбородок, пальцы другой постукивали по столу. Встретившись с нами глазами, он выпрямился, поправил воротник рубашки расстёгнутой на одну верхнюю пуговицу, поднялся с места. Мы подошли ближе, когда отец Саджо присел на край стола.
Хаяси Кенджи: Добро пожаловать в детективное агентство Хаяси Кенджи. Вы должно быть Фёдор Голевский?
Фёдор: Да.
Скрепляя знакомство с ним крепким рукопожатием, Хаяси старший обратился ко мне.
Хаяси Кенджи: А вы, прекрасная девушка, Камилла?
Камилла: Всё верно.
Смутившись, я приняла рукопожатие. Жёсткие руки, небольшая щетина, но добрые карие глаза, в которых горит огонь. Никакая усталость не сможет его потушить.
Хаяси Кенджи: Вы чудесны, Камилла, и мы обязательно продолжим наше знакомство в более располагающей обстановке, но как-нибудь в другой раз.
Саджо: Я провожу её до дома, отец, и вернусь.
Хаяси Кенджи: Конечно. Было очень приятно увидеть вас. В скором времени ожидаю, что заглянете в гости.
Камилла: Я буду безумно рада погостить у вас, Хаяси-сан.
Я старалась не нервничать, грамотно ставить речь, но казалось, что выходило не совсем так. А что будет, когда придёт время знакомиться с его мамой?..
Хаяси Кенджи: Голевский, вы же не против остаться наедине со мной на некоторое время?
Фёдор: Если в ваши планы не входит заточить меня за решётку, то не против.
Хаяси старший рассмеялся, возвращаясь за своё рабочее место, выровнял стопку бумаг, постучав ими по столу.
Хаяси Кенджи: Смелый ты парень, Фёдор. Не волнуйся, за словами в этом кабинете можно не следить. Наоборот рассказывай всё и побольше.
Я посмотрела на Федю, ему явно не нравился предстоящий разговор. А теперь он ещё останется один.
Камилла: Федя, созвонимся когда придёшь домой?
В первые секунды после сказанного мной, его выражение лица отражало непонимание такой заботой, но потом он кивнул.
Фёдор: Да, я позвоню.
Выходя из здания, мы наткнулись на беседующих девушку и парня. Светловолосый молодой человек, когда увидел нас, приветливо махнул рукой, приглашая подойти. Болотные глаза выражали радость встрече. Наверное, они с Саджо знакомы.
Саджо: Здравствуйте, Фрэнк, Дениз.
Фрэнк: Саджо, так давно не виделись. Наверное, на учёбе не продышаться, завал полный.
Саджо: Немного, но потихоньку разгребаю все дела.
Фрэнк: Жаль, нам бы как раз твоя помощь понадобилась.
Потушив сигарету, Дениз бросила на коллегу грозный, осуждающий взгляд. Её холодные карие глаза цепляли своей яркостью. Она в общем выглядела очень эффектно.
Дениз: Пусть выучится спокойно. Нам и так хватает недотёп.
Он фыркнул на её попытку оскорбить его и унизить.
Фрэнк: Хах, а может просто кто-то не хочет выслушать и прийти к рациональному выводу?
Дениз: Не думаю. Левицкий тоже не подарок, но хотя бы создаёт приятную тишину.
Фрэнк: Хочешь, чтобы я молчал?
Затевалась новая ссора, было неловко наблюдать за развивающимися событиями.
Саджо: Стоп, ладно? Не при Камилле. А то она реально побоится оставлять друга с вами.
Дениз: Хм, а она милашка. Хороший выбор, Саджо.
Мои щеки порозовели, я отвела взгляд в сторону и вниз, робко отвечая на комплимент.
Камилла: Спасибо, вы тоже очень красивая. У вас такие кудри шикарные и маникюр очень классный. Я уже давно хотела покрасить свои ногти в чёрный, но вот никак не решалась. Выглядит интересно.
Дениз: А мы подружимся, Камилла… Смотри, Саджо, как бы Фрэнк не увёл у тебя её. А то сейчас уже будет выделываться и глазки строить.
Фрэнк: За кого ты меня выставляешь?! Я вовсе не такой.
Камилла: Я ничего бы и не подумала. Не беспокойтесь, Фрэнк?.. Как ваша фамилия?
Фрэнк: Фрэнк Томсон. Но я не приверженец формальностей, так что можно просто Фрэнк.
Дениз: Ах, смотрите, он уже переходит на «ты». Хаяси, я бы напряглась на твоём месте.
Этот хитрый лисий взгляд и ухмылка завораживали. Я бы хотела брать пример с такой как она. Быть дерзкой, уметь пошутить над кем-то и не бояться, что тот обидится. В ответ улыбаясь и поглядывая на меня, Саджо произнёс.
Саджо: Мисс Фреэль, я прослежу, чтобы он не украл мою Камиллу. Кстати, Камилла, я не представил их как подобает. Сейчас попытаюсь кратко объяснить, кто чем занимается. Фрэнк ведёт переговоры, собирает улики, миледи Дениз — потрясающая шпионка. Они работают в паре чаще всего.
Камилла: Напарники значит?
Фрэнк: Да, она моя головная боль.
Дениз: Кто бы говорил…
Саджо: А что вы не поделили вновь? Так прошмыгнули мимо нас, что не успел и слова сказать.
Томсон хотел начать говорить, как девушка приставила к его губам указательный палец.
Дениз: Чш, я расскажу. У нас была разведка на одном важном мероприятии Киото. Мне даже пришлось танцевать с этим уродом…
Фрэнк: Дениз говорит о нашем подозреваемом. Он был среди почётных гостей.
Камилла: А в чём его подозревают?
Француженка фыркнула, морща нос.
Дениз: Мистер Джонс самый настоящий подлец, знающий как крутить деньгами и людьми. Этот наглый британец сжимал мою талию и шептал на ушко сладкие речи, чтобы запудрить мозги. Но, к счастью, я отличаюсь умом в отличие от его остальных спутниц.
Фрэнк: Не нужно только всех британцев оскорблять…
Дениз: Неужели я задела твою гордость, напарник?
Фрэнк: Кхм, нет, что ты… Если убрать все детали, которые описала миледи Дениз, то мистер Джонс — простой аферист, прикрывающийся какой-то важной работой в сфере бизнеса.
Саджо: Так что арестовали?
Фрэнк: Нет, произошёл казус в отношении его и…
Он перевёл укоризненный взгляд на Фреэль.
Фрэнк: Не важно, в общем подозреваемый сбежал.
Дениз: Не смотри на меня так! Этот ублюдок лез ко мне. Я всего лишь проявила самооборону.
Фрэнк: Убегая, он был весь в крови…
Дениз: Ну а что поделать…
Девушка ухмыльнулась, стреляя глазами в Фрэнка, тот вздохнул снисходительно улыбаясь ей. И кажется немного смутился… От этой парочки исходила невероятная химия. Когда мы с Саджо попрощались с ними и ушли на достаточное расстояние от агентства, я спросила.
Камилла: А они встречаются? Ну Дениз и Фрэнк.
Саджо: Фрэнк когда-то говорил, что влюблён в неё.
Камилла: Ещё бы… Она очень красивая и яркая, как огонь. Харизматичная и наверняка умеет поддержать любой разговор.
Саджо: Вижу восхищение в твоих глазах.
Камилла: Конечно! Я надеюсь, что мы ещё встретимся с ней…
Саджо: Кстати, насчёт их отношений. Я не люблю сплетни, но если тебе интересно, то от того самого Евгения Левицкого, который работает с ними я слышал, что вроде как он застал недавно их за поцелуем и был поражён. Конечно же они стали отрицать всё, сваливать на случайность. Вообще я больше шокирован тем, что я это узнал от Евгения, а не от Фрэнка.
Камилла: Стоп, Евгений Левицкий? У вас работает русский?
Саджо: Да.
Камилла: Расскажи о нём.
Саджо: Мы с ним мало общались. Он редко попадается на глаза. И поэтому я очень удивился, когда тот разговорился со мной. Но если не изменяет память, тогда Левицкий был немного пьян и… Какой-то печальный, будто сдерживал невыносимую боль, от которой иногда хмурил лоб. Но если верить словам Дениз и Фрэнка он очень скрытен, молчалив, но бывает резок на слово. Не любит сантиментов и действует всегда чётко по плану.
Камилла: А как отзывается о нём твой отец?
Саджо: Хоть Левицкий работает в агентстве всего год, он быстро заработал потрясающую репутацию и доверие моего папы. Евгений выполняет всю грязную работу, выбивает из преступников признания, когда дипломатия на них не действует. А, кстати, вот он сам…
Из тени тёмного переулка вышел высокий молодой человек с белыми волосами. Он был одет полностью во всё чёрное, по самый нос натянут тёмный шарф. Правый глаз голубой, левый — карий сверкнули, когда тот заметил нас. Саджо помахал ему, но тот лишь кивнув, поспешил уйти.
Камилла: Как-то невежливо. Ты же сын его начальника.
Саджо: Ничего, я привык к такому. Но первое время конечно было обидно.
Камилла: Сейчас подожди.
Обернувшись, я крикнула вслед детективу на русском.
Камилла: Евгений Левицкий, остановитесь пожалуйста!
Тот не ожидав услышать родной язык, резко затормозил. Повернувшись к нам лицом, осмотревшись по сторонам, поманил пальцем. Его руки были в перчатках.
Камилла: Идём, Саджо, поздороваемся.
Саджо: Как-то неудобно… Но ладно идём раз ты его остановила.
Подойдя ближе, я произнесла.
Камилла: Здравствуйте, вы направляетесь в агентство?
Евгений: Хаяси, кто она и откуда знает моё имя?
Он проигнорировал меня?..
Саджо: Это моя девушка Камилла. Она из России, но уже несколько лет живёт вместе с семьёй в Японии. Не волнуйтесь, я не говорил ей ничего такого.
Теперь Евгений удостоил меня взглядом, он был холодным и колючим, как мороз в зимнюю ночь.
Евгений: Камилла, если у вас нет ко мне никаких вопросов то я должен удалиться.
Я заметила на его пальто тёмные бардовые пятна. Кровь?
Камилла: Вы, наверное, устали после тяжелого дня… Извините, что отвлекаю. Просто так иногда хочется поговорить с кем-то на своём языке, с кем-то своим.
Евгений: Я понимаю. Был удивлён, когда услышал вас. Я как раз спешу в агентство, чтобы облегчить разговор босса с вашим другом. Поэтому хорошего вам вечера, будьте осторожны по дороге домой. Ночью Киото опасен.
Камилла: Спасибо, до свидания.
Кивнув Саджо, он поспешил прочь.
Камилла: Евгений довольно приятный молодой человек.
Саджо: Да? Я думал ты скажешь, что грубый. О чём вы говорили?
Камилла: Да так, ни о чём…
Саджо: Ладно, пошли скорее, а то твоя мама будет волноваться, что так долго нет.
Камилла: Точно…
Парень провёл меня до двери квартиры, хотя я настаивала на том, чтобы попрощаться на улице. Он хотел представиться моей маме. Позвонили в дверной звонок. Шаги. Дверь отворилась, и нас встретил удивлённый взгляд мамы. Саджо низко поклонился ей в знак уважения со словами.
Саджо: Здравствуйте, меня зовут Хаяси Саджо. Прошу прощения, что Камилла вернулась так поздно.
Она перевела недоумевающий взгляд с него на меня, потом вновь вернулась к нему. Наигранно улыбнулась.
Мама: Саджо значит… Не хочешь зайти на чай?
Саджо: Извините, но мне пора идти. Я был очень рад познакомиться с вами.
Нежно обняв меня на прощание и незаметно чмокнув в щеку, он ушёл. А мамин взгляд из мягкого превратился в серьёзный.
Мама: Камилла, пройдём в гостиную. Нужно поговорить.
Камилла: Хорошо…
Она наверняка всё поняла. Чувствую, разговор будет не из приятных.
Камилла: Я всё объясню.
Мама: Что же именно? Между тобой и Саджо что-то есть?
Я решила отвечать твёрдо и уверенно.
Камилла: Да, мы вроде как встречаемся.
Мама: После нескольких дней знакомства? Ты настолько наивна?
Камилла: Почему ты так говоришь? Между нами проскочила искра. Я чувствую себя так хорошо с ним, уютно.
Мама: Это опасно, Камилла. Хочешь, чтобы враги его отца поймали тебя и пытали? Ты знаешь какие последствия могут быть из-за этих отношений?
Камилла: Если так думать, то вся жизнь полна опасностей. Нужно мыслить позитивно.
Мама: Знаешь куда меня свели такие мысли и наивность? К чему привела любовь, которую я считала чистой и вечной? На улицу с маленьким ребёнком.
Камилла: Я — это не ты!
Я крикнула это, перебивая её. Глаза мамы на миг задрожали, но вскоре взгляд вновь стал строгим. Сложив руки на груди, она села напротив меня.
Мама: Такой красавчик как он наверняка пользуется спросом среди японок. Может он и вовсе поспешил на свидание с кем-то ещё.
Камилла: Не говори так! Саджо любит меня!
Во мне кипела дикая злость. Я не ожидала, что мама будет говорить мне такие ужасные вещи. Намекать, что я не достойна его.
Мама: Глупая, ты его совсем не знаешь, а уже влюбилась по самые уши. Смотри не забеременей мне тут. Тебе образование получать нужно, строить карьеру и свою жизнь.
Камилла: Моя жизнь будет связана с ним. И я сама буду решать, какой она будет.
Я резко поднялась с дивана, направляясь к себе в комнату. Но замерла, услышав вслед.
Мама: Когда он променяет тебя на другую, не прибегай ко мне в слезах.
В сердце больно заколола обида, гнев перешёл в опустошение, заполняя всю меня до краёв. Я сжала кулаки, повернутая к ней спиной. Хотелось, что есть мочи закричать, но я вовремя остановилась, буквально сжав челюсти, чтобы не сказать ни слова. Зайдя в спальню, закрыла за собой дверь и, уже не скрывая слез, рухнула на кровать. Подушка впитывала горькие слезы, подавляла всхлипы и рыдание. Возвращаясь в прошлое, когда Саджо и я ушли из агентства, Фёдор беседовал с главным детективом.
Хаяси Кенджи: Мы обеспечим тебе безопасность, но взамен ты должен сотрудничать с нами. Говорить обо всём, что знаешь, докладывать, что происходит в данный момент касаемо мафии и русской и японской.
Фёдор: Говорите, что будете сторожить меня? Что за бред вы несёте, сэр. Мафиози не глупые люди, они быстро раскусят слежку. Только если примут вашу игру. А что насчёт информации по поводу японской мафии…
Голевский горько усмехнулся, подперев лоб рукой.
Фёдор: Я понятия не имею, что происходит у них. Что я по-вашему должен знать о… Как там его?
Хаяси Кенджи: Куроки Хикару – глава интересующей нас мафии.
Фёдор: Да, точно. У вас такие имена и фамилии сложные, что тяжело запомнить с первого раза.
Парень ухмыльнулся, с вызовом смотря на мужчину. Возможно пытался вывести его из себя, чтобы поскорее отпустил домой. Но Кенджи был терпелив и сдержан.
Хаяси Кенджи: Не слышал от своего отца о таком?
Фёдор: Нет, мы мало общаемся. А все разговоры, которые касаются его дела, я пропускаю мимо ушей.
Хаяси Кенджи: Виктор Голевский хочет, чтобы ты пошёл по его стопам?
Дрожащий голос выдал одно лишь слово.
Фёдор: Да.
Взгляд в пол. Фёдор тяжело сглотнул. Хаяси по-отцовски сжал его плечо, подойдя к парню.
Хаяси Кенджи: Мне очень жаль, что тебе приходится терпеть это, мой мальчик.
В это время в кабинет зашли Дениз, Фрэнк и Евгений.
Фрэнк: Босс, как идут дела?
Хаяси Кенджи: Весьма продуктивно…
Трое детективов по одному взгляду Хаяси поняли, что он врёт. Переглянулись, а после представились Фёдору.
Фёдор: Мне кажется, что здесь слишком много народу. Я предпочту продолжить разговор только с Хаяси и Левицким.
Дениз безразлично фыркнула и первая вышла за дверь.
Хаяси Кенджи: Фрэнк, возьмите завтра с Дениз выходной. Я думаю так будет лучше для всех.
Искрящийся радостью взгляд молодого человека говорил сам за себя.
Фрэнк: Спасибо, босс! Вы лучший!
Чуть ли не вприпрыжку он удалился вслед за девушкой.
Хаяси Кенджи: Итак, продолжим. Фёдор, тебе важно знать внешность своих потенциальных врагов.
Он положил перед ним листовки с фотографиями членов мафии. Указал на первую.
Хаяси Кенджи: Это Куроки Хикару.
На белой бумаге изображён молодой человек с белыми волосами в дорогом костюме. Красные глаза пронизывают до костей ненавистью, а на губах играет хитрая ухмылка, будто он насмехается над людьми правосудия за то, что они не могут его остановить, поймать.
Фёдор: Что вы о нём знаете?
Хаяси Кенджи: Начнём с истории. Ему пришлось пережить страшные вещи будучи сыном известного бизнесмена, ступившего на путь преступности. Хикару было примерно пятнадцать лет, когда его отца, мать и его самого полиция задержала и привела на допрос. Они были жестоки с бедной женщиной не знавшей правды о муже. Пытки на железном леденящем душу, как и её крики, стуле продолжались в течение нескольких часов. Он тоже был связан, смотрел как жизнь матери угасает на глазах. Она не выдержала. В итоге отца посадили за решётку. А перед подростком потерявшем родных просто извинились за излишнее применение силы. Психика парня видимо тогда сломалась, а когда через год умер и отец, ему пришлось брать ответственность за его дело в свои руки.
Фёдор: Неужели не нашлись родственники, готовые «помочь» с такими большими деньгами.
Хаяси Кенджи: Нашлись. Хикару тогда впервые совершил убийство. Когда полиция приехала по вызову соседей от звуков выстрелов, они нашли два тела: мужчины и женщины. У одного была прострелена голова, а у неё пуля в районе сердца. Они были усыпаны банкнотами. Парня сотрудники полиции не нашли. Но нашли записку, оставленную им. Цитирую «Неужели мир настолько прогнил, что даже родная кровь готова убить за деньги? Так пусть они искупаются в ней и своих грязных купюрах! Я знаю, что это письмо читает полиция. Где же ваша справедливость, если гибнут невиновные? Моя мать была святой женщиной, трудившаяся на протяжении всей своей жизни на благо семьи. А в итоге умерла в камере пыток. Я не прощу это. Отныне я сам буду вершить справедливость. Свою». В итоге в течение следующих нескольких месяцев с того времени все, кто был причастен к делу его отца были жестоко убиты.
Фёдор: Мстит…
Хаяси Кенджи: Считаешь это правильным?
Фёдор: Нет, мне его не жаль. Он просто стал тем, кого же презирает. И никогда не был пойман?
Левицкий стоял рядом, облокотившись плечом о стену, внимательно слушал, иногда поглядывая на парня. Но когда Кенджи решил промочить горло чаем, впервые за всё время нахождения здесь произнёс, прервав собственное молчание.
Евгений: Босс, давайте я продолжу.
Хаяси Кенджи: Хорошо, поговорите, а я пока схожу на свежий воздух, проветрюсь.
Левицкий перешёл на русский язык.
Евгений: Хикару был задержан только один раз после того случая в подростковом возрасте. Это было лет пять назад. Одному полицейскому очень не повезло в тот день. Он думал, что получит премию за долгожданную поимку одного из самых жестоких мафиози Японии, но получил лишь страдания, закончившиеся смертью. Хикару провернул ужаснейшее… Заснял на камеру, как он пытает, привязанного к стулу сотрудника полиции, делая разной глубины надрезы по всему телу. В конце он обратился к нашему боссу со словами «Поймай меня, если сможешь Хаяси Кенджи».
Фёдор: Как он смог пройти охрану?
Евгений: Скорее всего у него есть свои люди там.
Фёдор: Чокнутый…
Кенджи вернулся вместе с Саджо.
Хаяси Кенджи: Приступим к следующему?
Фёдор: Как скажите.
Детектив указал на вторую фотографию. На ней был парень примерно такого же возраста на вид, как и первый. Крашенные волосы вперемешку зелёного и синего, чёлка спадающая на один глаз. Он стоял чуть опустив голову, смотря исподлобья озлобленным взглядом глаз хамелеонов, скован цепями на груди и на шее. Но глаза чётко передают его настрой. Молодой человек не собирался сдаваться им просто так. На лице, как и на шее было множество шрамов разной сложности.
Хаяси Кенджи: Исикава Митсуо. Опасный преступник из Скандинавии. Человек, которому не страшна смерть, а мысли заполняют отвратительные фантазии о пытках, которые он совершит с новыми жертвами. Мы не видели ещё настолько беспощадного мафиози, как он. Но по нашим данным сейчас он убивает только по приказу Хикару.
Фёдор: Как же этот белобрысый нашёл столь ценный бриллиант в свою коллекцию?
Саджо: Фёдор, тебе смешно с этого?
Фёдор: Ничуть.
Евгений: Вроде бы раньше у Куроки Хикару были довольно неумелые подчинённые, которые не были способны удовлетворить желания своего босса в его игре под названием месть. И тот случайно наткнулся на них в деле, сделал все грязные вещи. А позже сам Хикару нашёл его и предложил работу. Тот конечно же согласился.
Фёдор: Два сумасшедших нашли друг друга…
Взгляд Голевского упал на третий лист. На нём была фотография черноволосой девушки с яркими голубыми глазами. Черты её лица показались парню знакомыми.
Фёдор: А это кто?
Хаяси Кенджи: Изуми. Наша шпионка.
Фёдор: Вот откуда у вас столько информации… Похожа на нашу.
Евгений: Она из России. Её настоящее имя и фамилию мы не можем тебе сказать в целях безопасности.
Парень усмехнулся.
Фёдор: Боитесь, что выдам её?
Евгений: Оставим это без обсуждений.
Фёдор: И какова же её роль в мафии?
Евгений: Шпионка.
Фёдор: И там и там… На двух стульях усидеть не получится.
Евгений: Она верна нам.
Фёдор: Конечно, но иногда подстреливает мирных жителей.
Саджо: Её называют девушка-туман. Действует тихо и без свидетелей.
Фёдор: Точно кого-то напоминает… Но ладно. Так что вам от меня нужно? И как это повлияет на людей моего отца? Я слышал, что они уже в Киото.
Хаяси Кенджи: Пока они не вредят нам, мы ничего не будем делать. Ты знаешь цель их визита?
Фёдор: За мной отец прислал. Будто няньки, а не члены мафии…
Левицкий скептически поднял бровь, а Саджо тихо хихикнул в кулак.
Хаяси Кенджи: Не хочешь домой?
Фёдор: Нет.
Хаяси Кенджи: Почему до сих пор не вышли на след?
Фёдор: Они же не всемогущие, а обычные люди. Скорее всего только вдвоём приехали, а город — не маленькая коробка. Но кажется я их видел сегодня. Думаю, у них свои планы.
Хаяси Кенджи: Значит так, Евгений Левицкий будет приглядывать за тобой. Поэтому, Фёдор, советую тебе сотрудничать с нами и тогда можешь не сильно переживать за свою жизнь. Потому что мафия Хикару знает уже о том, что на их территории чужаки. Им совершенно это не по нраву. И они знают о тебе.
Глава 5.
Фёдор: У меня проблемы…
Он задумался, буравя взглядом дыру в стене.
Саджо: Хотел бы я сказать, что тебе лучше вернуться домой и забыть об этом, как о страшном сне, но…
Фёдор: Да-да, я знаю, что нужен вам как источник информации. Не беспокойтесь, я не собираюсь так просто сдаваться ни тем, ни другим.
Евгений пробурчал что-то тихо себе под нос. Хаяси старший с уважением во взгляде улыбнулся.
Хаяси Кенджи: Подпиши эти документы, можешь почитать, не торопиться. Мы на твоей стороне, Фёдор.
В это время Алексей Достоевский и Юрий Орехов бродили по ночному городу, сливаясь с его тьмой. Рыжеволосый парень с веснушками на носу и щеках держал руку на пистолете в бездонном кармане коричневого пальто. Карие глаза сверкнули в сторону напарника, а губы прошептали.
Юрий: Мы здесь не одни.
Алексей кивнул, прижимаясь спиной к стене. Они застыли в ожидании, прислушиваясь. Послышался выстрел. Потом второй.
Достоевский холодным, как сталь, голосом произнёс.
Алексей: Выходим на раз, два, три. Раз.
Выстрел в стену.
Алексей: Два.
Ещё один. Не успел тот сказать «три», как Орехов выскочил из укрытия, прикрывая напарника. Начал стрелять по нападающим.
Юрий: Прикрой спину!
Если Юрий, когда действовал создавал много шума, то Алексей передвигался тихо, быстро, как ветер. Чёрные длинные волосы, завязанные в низкий хвост, голубые ледяные глаза, сосредоточенный взгляд. Выстрелянные им пули с первого раза достигали своей цели. Это не доставляло ему труда, он убивал с безразличием. А вот Юрий делал это с большим энтузиазмом и пламенем в глазах.
Юрий: Вот увидишь, босс будет гордиться мной!
Алексей: Не отвлекайся, где-то прячется последний.
Тот затаился за мусорным баком. Когда рыжий стоял к нему спиной и хвалился, он направил дуло пистолета в его сторону. Ещё бы секунда и парень бы попрощался с жизнью, но Достоевский сделал последний выстрел. Опасности пока что не было. С округленными глазами Юрий смотрел на него, пребывая в шоке от быстроты его действий. Он не успел ничего понять.
Алексей: Уходим. Здесь в любую секунду появится полиция.
Юрий: Я бы и сам справился.
Алексей: Босс звонит. Слушаю вас, Виктор.
На другой стороне телефонной линии послышался бархатный властный голос. Он говорил спокойно и размеренно.
Виктор: У вас проблемы, Алексей?
Алексей: Нет, сэр.
Юрий пытался вмешаться в разговор, идя рядом, говоря.
Юрий: Вообще-то на нас только что напали. Наёмники чьи-то. Но мы их устранили, сэр.
Тишина на другом конце провода. Тяжёлый вздох.
Виктор: Действуйте по плану и не создавайте лишнего шума. Нам не нужны проблемы в стране красного солнца.
Алексей: Виктор, мы нашли место проживания Фёдора. Нам продолжать выжидать? Или привести домой?
Виктор: Пусть наиграется так называемой свободой и независимостью. Посмотрим, что из этого выйдет. Будьте начеку. И не подведите меня.
Алексей и Юрий: Есть, сэр.
Когда напарники русской мафии скрылись с места перестрелки там появились новые лица, выйдя из тени.
Митсуо: Изуми, а эти двое неплохи. Особенно тот высокий. Достоевский.
Изуми: Я вижу ты в предвкушении новой игры.
Мутсуо: Ещё бы…
Молодой человек вальяжно оперся плечом об угол, крутя нож между пальцев, по-хищнически ухмыльнулся, скалясь.
Митсуо: Они будут умолять нас на коленях в один прекрасный день.
Девушка печально вздохнула, продолжая смотреть туда, куда ушли члены мафии Голевского.
Изуми: Я не буду принимать в этом цирке участие.
Исикава опасно блеснул глазами, быстро очутился возле неё. Изуми оказалась зажата между ним и кирпичной холодной стеной, о которую терлась её кожанка. Парень грубо поднял её голову за подбородок, наклонился, обжигая ментоловым дыханием.
Митсуо: Лучше не зли нашего босса. Одно его слово и я испорчу твоё красивое личико. Хотя…
Он мазнул губами по её щеке. Девушка держала себя в руках, чтобы не врезать ему, держала каменное выражение лица.
Митсуо: Мне было бы жаль портить твою красоту. Пахнешь, как цветок лотоса… Новый парфюм? Разве босс не дал тебе понять, что мы не должны выдавать себя?
Молодой человек чуть сжал её шею. Изуми прохрипела.
Изуми: Исправлюсь.
Митсуо: Будь послушной и правильно выполняй обязанности. Тогда может проживёшь подольше.
Она откашлялась, когда тот отпустил её. Прошипела.
Изуми: Ты монстр…
Митсуо рассмеялся, бросая на неё безумный взгляд.
Митсуо: Ахахах, благодарю…
Спустя несколько часов ближе к полуночи завибрировал мой телефон.
Камилла: Разбудил…
Фёдор: Прости, раньше не мог.
Камилла: Как всё прошло?
Фёдор: Тебя правда это волнует? Переживаешь не обидели ли меня детективы?
Я недовольно фыркнула, делая небольшую паузу.
Камилла: Да.
Теперь молчание с его стороны на протяжении нескольких секунд, которые казались вечностью.
Фёдор: Хах, не волнуйся. Я цел и невредим. Пока что… Подписал соглашение о сотрудничестве с агентством. Как всегда я пешка в чьих-то руках.
Камилла: Николай писал мне, что волнуется за тебя. Он сегодня сам на нервах. Отчего? Не знаешь?
Я произнесла это с неким укором.
Фёдор: Мы немного повздорили с ним.
Камилла: Я знаю. Но причина мне неизвестна. Коля не хотел говорить об этом.
Фёдор: Он видел галлюцинации сегодня утром. Якобы свою сестру.
Камилла: Боже… Бедный Коля…
Фёдор: Он говорит, что это было наяву. Я не поверил, и он обиделся. Надо было поддержать…
Камилла: Не вини себя. У тебя хватает проблем. Я поговорю с ним и скажу, что ты не хотел его обидеть. Коля как раз завтра к нам в гости приходит.
Фёдор: Спасибо.
Камилла: Честно говоря со мной тоже происходит что-то неладное в последние дни. Сны нехорошие… Сбываются.
Фёдор: Например?
Камилла: Поход в лес. Тот страшный дом с приведениями. Та девушка просила меня о помощи. Я знаю, что звучит по-дурацки и глупо, но меня это пугает.
Фёдор: Там и правда атмосфера давящая была. Вы такие испуганные пришли. Со мной, к счастью, всё нормально. Кстати, как Нана?
На моих губах заиграла улыбка, но голосом старалась этого не передать.
Камилла: А что боишься за неё? Нана спокойно добралась домой, о тебе говорила без остановки.
Фёдор: Что именно?
В его тоне появился интерес, который он пытался скрыть.
Камилла: Секрет.
Фёдор: Что за ребячество, Камилла…
Камилла: Что я за подруга, если расскажу. Сам спроси у неё, если хочешь.
Он нервно цокнул.
Фёдор: Я бы хотел её позвать погулять когда-то.
Камилла: Оу, признаешься, что нравится?
Фёдор: Только попробуй ей что-то ляпнуть. Я ещё не решил.
Камилла: Ну хоть номер её у тебя есть?
Фёдор: Нет.
Камилла: Я тебе скину его. Что-то ещё или я могу продолжить спать?
Фёдор: Нет, ничего. Подожди, не бросай трубку. Я хотел извиниться перед тобой за то, что было между нами раньше.
Камилла: У тебя исповедь?
Фёдор: Камилла…
Камилла: Я шучу, прощаю. Но это не значит, что перестану тебя подкалывать, Голевский.
Он бросил смешок, улыбаясь.
Фёдор: Хорошо, взаимно. Доброй ночи.
Камилла: И тебе спокойной.
Положив телефон рядом с собой на тумбочку, я провалилась в сон. Фёдор тоже достаточно сильно устал за день. Переодевшись в пижамный комплект из хлопковой чёрной ткани, он пошёл чистить зубы. В какой-то момент свет начал мигать.
Фёдор: Перебои с электричеством?
Через секунду и вовсе выключился. Темнота, хоть глаз выколи.
Фёдор: Чёрт…
Прополаскивая рот, он нагнулся над раковиной. Свет включили. Но подняв глаза вверх на зеркало, парень оцепенел от ужаса. Позади него в дверном проёме стояла худенькая девушка. Серые глаза, в которых не было жизни, с тёмными кругами под ними смотрели на него, не моргая. Чёрные, будто мокрые волосы, струились по плечам. Бледная фарфоровая кожа была практически прозрачной. Черты её лица напоминали Фёдору маму в молодости. Его затрясло мелкой дрожью, когда девушка произнесла.
Призрак: Брат.
Он понял, кто это может быть. Не в силах обернуться зажмурился, отгоняя все, лезущие в голову мысли. Шёпотом дрожащим голосом повторял.
Фёдор: Нет-нет-нет. Этого не может быть. Оставь меня. Тебя нет.
Спокойный ледяной голос призрака раздавался в голове.
Призрак: Не рад меня видеть, Фёдор? Мы так давно не виделись в твоих снах.
Фёдор: Уйди из моей головы, Фелиция!
Парень резко открыл глаза, когда почувствовал холодные прикосновения на своих руках. Она стояла к нему в плотную, сжимая предплечья. Это было так по-настоящему…
Фелиция: Как там наши мама с папой? Ты их покинул. Ужасный сын. Не благодарный.
Фёдор: Они мои родители. Не твои.
Фелиция: Мама так не считает. Она постоянно думает обо мне. Смотри как мы с тобой похожи, брат.
В отражении они и правда выглядели, как две капли воды. Но парень быстро отвёл взгляд в сторону, пытаясь держать в себя в руках и не паниковать.
Фелиция: Как часто она произносит моё имя, надеясь, что всё это страшный сон длиною в восемнадцать лет?
Фёдор: Прекрати.
Фелиция: Я была бы достойной наследницей рода, если бы была жива. Но судьба выбрала тебя, чтобы опозорить нашу семью. Такого жалкого, с тонкой душой.
Он тяжело сглотнул, когда мертвая сестра повернула его голову к себе.
Фелиция: Ты не достоин носить нашу фамилию. Это ты должен был умереть вместо меня. Ничтожество.
Фёдор: Ненавижу…
Фелиция: Что ты там мямлишь себе под нос?
Фёдор посмотрел с горящей в глазах ненавистью на неё, скинул руки девушки с себя. Отталкивая со всей силы, прокричал.
Фёдор: Я ненавижу тебя!
Она вновь встала в дверном проёме, безумно ухмыляясь, смотря на него исподлобья.
Фелиция: Ударил свою сестру. Не стыдно?
Фёдор: Ты мне не сестра! Я единственный сын Голевских! Они любят меня!
Сорвав голос, он почти хрипел. Мокрые глаза смотрели в темноту коридора, а образ Фелиции постепенно растворялся, становясь всё прозрачнее.
Фелиция: Так докажи, что ты достоин, братец.
Фёдор: Я…
Она исчезла так же резко, как и появилась. Оставшись один, Фёдор медленно сполз по стенке на пол, обнимая колени, уткнулся в них лицом.
Фёдор: Я не обязан что-то доказывать… Не обязан.
Новый день встретил меня ласковыми лучиками солнца, пробивающимися через окно, наполняя спальню светом. Успела я только зайти в часто посещаемую мной социальную сеть, как поступил видео - звонок от Голевского.
Камилла: Привет?..
Фёдор: Не спишь уже?
Камилла: Как видишь и слышишь нет. Ты что-то зачастил.
Его голос был каким-то не таким, а чёрные круги под глазами говорили сами за себя. Будто парень не спал всю ночь и сейчас в любой момент свалится в обморок.
Камилла: Федя, что-то произошло? Тебе бы лучше поспать. Мне в школу скоро надо будет собираться. Что хотел?
Фёдор: Я не долго. Со мной ночью случилось то, что я не могу логически объяснить. Я видел призрак своей народившейся сестры. И не во сне, а когда чистил зубы перед тем, как лечь спать. Камилла, она была более чем реальная. Я не понимаю, как такое может быть.
Камилла: Да, грань между нашим миром и миром призраков очень тонка.
Фёдор: Ты это так спокойно говоришь… Может я просто начинаю сходить с ума?
Камилла: Ну тогда это массовое сумасшествие.
Фёдор: Кто знает, может в этом лесу, в котором мы провели достаточное количество часов, растут какие-то токсичные растения? Надышались и всё.
Камилла: Навряд ли.
Фёдор: То есть тебе легче принять тот факт, что это нечисть пытается нас напугать? Но мы же ничего не сделали, чтобы так с нами поступать.
Камилла: Ошибаешься. Мы зашли на их территорию. Я видела сегодня ночью вновь сон с участием девушки-призрака с белыми волосами. Помню мутно всё, но одна вещь врезалась мне в голову и не покидает мысли. Точнее её слова. Она говорила, что мы забрали у неё ценную душе вещь. Кажется драгоценность какую-то.
Фёдор: Кто-то из вас украл оттуда что-то?
Камилла: Я точно нет, да и Николай с Саджо не могли. Они не такие. Зачем им старые вещи из заброшки? Тем более все были под не очень приятным эффектом.
Фёдор: Значит это сделал Леон.
Камилла: Кстати, возможно, я совсем забыла о нём. Надо будет спросить при встрече.
Фёдор: Будешь оттягивать время?
Камилла: После случившегося между нами я должна прийти в себя и всё обдумать.
Фёдор: Сердцеедка ты, Камилла.
Он усмехнулся, бросая на меня хитрый взгляд. Я закатила глаза, цокая.
Камилла: Конечно…
Фёдор: У тебя глаза заплаканные и голос вчера был гнусным. Колись.
Камилла: Это личное.
Фёдор: Серьёзно? Я думал, мы вчера подружками стали.
Его губы исказила весёлая ухмылка.
Камилла: С мамой неприятный разговор был. Ей не нравятся наши отношения с Саджо. Как всегда сравнивает меня с собой. Думает, что пытается защитить, но делает больно.
Фёдор: Не расстраивайся, она поймёт позже, что он парень хороший. Ну во всяком случае пока что показывал себя таким.
Камилла: Эх, я должна быть сильной. Показать ей обратное.
Фёдор: Не нужно ничего доказывать ей, это твоя жизнь и ты сама решаешь, кто в ней будет.
Я видела с какой болью он произносил эти слова, словно обращался к самому себе.
Камилла: Спасибо, Федя, за этот разговор, мне стало легче.
Фёдор: Мне тоже немного… До скорого, Камилла.
Камилла: Пока.
Урчание в животе меня побудило пойти все-таки на кухню, а не забежать по пути в школу в магазин за очередным сэндвичем. Мама прихорашивалась перед зеркалом в коридоре, надела сегодня своё новое синее пальто.
Камилла: Доброе утро, мам.
Мама: Доброе. Завтрак на столе. Не забудь, что сегодня вечером к нам приходят гости. Не задерживайся нигде.
Камилла: Хорошо.
Мама не совсем была настроена на разговор со мной, даже не разу не посмотрела в мою сторону, концентрируясь на своём отражении. Она поспешно ушла из квартиры, брякнув связкой ключей. На кухонном столе меня ждала овсянка на молоке с банкой клубничного варенья. Поев и собравшись, я отправилась на учёбу. Нана уже сидела за нашей партой. Увидев меня, она, улыбаясь, помахала.
Камилла: Привет.
Нана: Как у тебя дела? Как свидание прошло? Ничего вечером не писала.
Я принялась рассказывать об этом волшебном вечере, а подруга взахлёб меня слушала с неподдельной радостью за меня.
Нана: Вау, это так романтично. А знаешь что?
Камилла: М?
Нана: Где-то полчаса назад Фёдор написал мне с предложением встретиться завтра, когда у меня занятия закончатся. Я просто чуть не задохнулась от счастья.
Я изобразила наигранное удивление, но Нана не смогла понять подвох.
Камилла: Круто, я рада за тебя.
Нана: Это же нужно сходить в салон красоты, образ подобрать шикарный. Я начинаю волноваться.
Камилла: Ты и так прекрасна. Хочешь укладку и макияж, чтобы тебе сделали?
Нана: Да. Сама я так не смогу. Ой, забыла тебе передать кое-что от Леона.
Она достала из сумки красивое дорогое кольцо с лунным камнем.
Нана: Вот, держи. Оно такое великолепное.
Камилла: Эм, Нана, а зачем он дарит его мне?
Нана: В знак извинения. Прими, пожалуйста, братец вчера себе места не находил. Стыдно ему за ту ситуацию.
Камилла: Но оно же наверное целое состояние стоит.
Нана: Кстати, я не знаю откуда он его достал. В ювелирный магазин он не ходил.
Всматриваясь в кольцо, которое переливалось всеми цветами радуги на солнце, мне стало как-то не по себе. Разум захватил какой-то резкий страх и по коже пробежали мурашки.
Камилла: Ладно, спасибо. Не хотите сегодня с Леоном прийти в гости?
Нана: Извини, не могу. Я пойду к маме на работу на каток. Хочу договориться с ней, что мы с Фёдором туда придём завтра. А Леон себя плохо чувствует, даже в университет сегодня не пошёл. Говорит кошмары его мучают и сонный паралич словил сегодня.
Камилла: Да? А что видел?
Нана: Камилла, это жестоко…
Камилла: Но мне интересно. Сейчас со всеми нами что-то происходит.
Нана: В каком смысле?
Я рассказала ей про свои сны, про Колю с Федей.
Нана: Ужас. Я бы от страха умерла, если бы такое увидела. Как теперь в темноте спать…
Камилла: Будь готова к тому, что реально это может произойти. Не надо было нам ездить в тот лес и ходить в тот дом…
Нана: Я буду осторожна, не переживай. Если хочешь узнать про Леона, позвони ему. Думаю, тебе он расскажет обо всём.
Камилла: Позвоню. Нужно знать полную картину происходящего. Сейчас нам лучше докладывать друг другу любые странности и быть на связи.
Нана: Ты права. У нас рядом с домом находится храм. Я зайду с мамой, помолюсь за нас всех.
Камилла: Спасибо, Нана.
Школьный день прошёл успешно и я даже сумела не провалиться на контрольном тесте по самому нелюбимому предмету. Шагая домой, напевая себе под нос популярную сейчас k-pop песню, я встретила Николая. Он стоял на переходе, ожидая светофор. Я подбежала к нему, обнимая сзади, тот вздрогнул, ругнувшись.
Камилла: Извини-извини, Коля.
Николай: Ками, ты что творишь? Кто так резко хватает со спины?!
Камилла: Раньше ты не возражал.
Николай: Да, просто сейчас это немного не кстати.
Камилла: Я поняла тебя, прости, не подумала. Идём. Дядя со своей семьёй должны быть уже дома у нас. Я же вас не знакомила кажется в жизни? Только по видео-звонку виделись, правильно?
Николай: Вроде бы так и было. Это так мило, что София меня со всеми праздниками поздравляет в сообщениях.
Камилла: Да уж, сестрёнка явно к тебе не ровно дышит.
Николай: Что? Правда?
Парень смутился, краснея. Машинально поправил свои черно-зеленые кудряшки.
Камилла: Ну мне так кажется. Она сама не говорила. Но когда мы беседовали и речь заходила о тебе, то так улыбалась во все зубы и щеки розовели.
Николай: Зайдём в магазин? Я куплю цветы ей и твоей маме.
В итоге Кромвель ещё и коробку конфет каждой захватил в молочном шоколаде. Как только мы оказались на пороге квартиры началась суета. Весёлая музыка из умной колонки, наполняла все помещения праздником. Чувствовался превосходный аромат из гостиной, где стоял длинный стол изобилующий различными блюдами русской и японской кухни. В коридоре нас встретила нарядная мама, приглашая пройти. Николай вручил ей цветы и конфеты. И она конечно же в благодарность начала его расцеловывать и говорит приятные слова. Я стояла рядом, как бедный родственник. Из гостиной вышли к нам навстречу дядя Александр и его жена Валерия. Я была так рада видеть его озорные добрые карие глаза, теряющиеся под длиной чёлкой чёрных волнистых волос по лопатки. Он выглядел сегодня просто превосходно, не поленился нарядиться в белую отглаженную рубашку, чёрные классические брюки на подтяжках. Крепко обнял меня, пожал руку моему другу. Лера следом заобнимала нас с Колей. От неё приятно пахло дорогим парфюмом с ванилью. Я так скучала по её нежным голубым глазам, по тому как она, иногда смущаясь заправляет светлое каре за уши.
Камилла: У тебя такое красивое платье, Лера. Как куколка в нём.
Она мило хихикнула, переглядываясь с Александром.
Валерия: Спасибо, Камиллочка, мы с Сашей вчера весь день потратили на поиски лучшего наряда.
Камилла: Ты вытащила дядю по магазинам? Вау.
Александр: Камилла, будто я когда-то был против…
Смеясь, я глянула на Николая, он почему-то побагровел. Кивнул в сторону моей комнаты.
Камилла: Сейчас я вещи положу, переоденусь и выйду к вам.
Валерия: Будем ждать.
Закрыв за нами дверь, Николай почти взвыл, хлопнув себя ладонью по лицу.
Камилла: Ты чего это?
Николай: Я забыл купить подарок Валерии. Так стыдно, просто до безумия.
Камилла: Да ладно, не нервничай. Она не обидится.
Николай: Это некрасиво. Какой же я дурак.
Камилла: Коля…
В дверь постучали.
Камилла: Войдите.
За приоткрытой дверью показалась выглядывающая голова Софии.
София: Можно к вам?
Камилла: Заходи.
Она очень удивилась, когда увидела нас с другом, замешкалась, не зная куда себя деть.
Камилла: Присаживайся на кровать.
София: Да я просто хотела зайти поздороваться. Давно с тобой не виделись. Я не знала, что и Николай будет с нами.
Она скованно сложила руки на груди, будто потеряла дар речи. Лицо немного покраснело. София заправила за ухо локон светлых длинных волос. Вся в Леру, подумала я, чуть улыбаясь. Николай галантно вручил девушке букет красных роз и коробку шоколадных конфет.
Николай: Наконец мы смогли увидеться вживую.
Он застыл, разглядывая её глаза. Сестра смутилась, отводя глаза в сторону на меня. Я пожала плечами, бросая тихий смешок.
София: Что такое, Коля?
Николай: Твои глаза просто, как океан, в котором можно утонуть. Очень красивые.
Поняв, что сильно смутил её, он резко отстранился, сам немного краснея. Неловко смотря в пол, почесал затылок.
Николай: И платье у тебя красивое, как у принцессы.
Она прошлась быстрым взглядом по своему нежно-голубому свободному платью.
София: Спасибо за комплимент, Николай. Мне очень приятно.
София хотела уже выходить из комнаты, как что-то резко вспомнила.
София: Коля, останешься с нами сегодня на ночёвку? Мы хотели устроить ночь страшных фильмов.
Николай: А можно не ужасы смотреть? Тогда останусь.
София: Ты же любишь этот жанр.
Николай: Кхм, ладно, уговорила. Дима с нами будет?
София: Да. Пойдём к нему, он в гостиной, наверное, с папой сидит. Камилле же переодеться нужно.
Николай: А, да. Идём.
Оставшись в полном одиночестве, аж на душе стало спокойно.
Камилла: Тишина, как хорошо.
Не хотелось как-то выкаблучиваться перед всеми, поэтому надела любимые джинсы и чёрную толстовку. Когда я зашла в гостиную все уже сидели за столом, беседуя на различные непринуждённые темы. Я села на место между братом Софии Димой и Николаем.
Камилла: Дим, как давно ты покрасил чёлку в красный?
У него уже давно волосы были окрашены в белый цвет, но чтобы ещё и в красный… За мной повторять удумал?.. Парень чуть сутулился из-за роста. В свои пятнадцать лет он был ростом 174см, выше меня и тем более Софии. Разница практически не ощущалась между нами, но было непривычно, так как он буквально за год вырос так сильно.
Дима: Несколько недель назад. Камилла, мы же в школе с тобой виделись. Уже совсем погрязла в свои мысли?
Камилла: Я забыла, наверное, просто.
Дима: Я, кстати, твой рекорд в игре побил сегодня.
Камилла: Как?!
Синие глаза парня метнулись в сторону Николая.
Дима: Давай после ужина вместе в приставку поиграем? Камилла, ты же разрешишь на своём компьютере?
Он сделал умоляющий щенячий взгляд.
Камилла: Делайте, что хотите…
Николай: Ками сама доброта.
Дима: Ты просто не знаешь, что она вытворяет, когда остаётся наедине с нами. Сразу бесы просыпаются.
Камилла: Ты сейчас что-то сказал?
Я вцепилась ногтями в ногу Димы, пытаясь сделать больно сквозь джинсы. В отместку он натянул капюшон от толстовки мне на голову.
Камилла: Эй, причёску испортишь же, дурак!
София: Дим, не веди себя, как ребёнок.
Дима: Понятно, ты как всегда на её стороне. Будто она тебе родная сестра.
Твёрдый голос Александра прервал их перепалку.
Александр: Хватит, довольно ругаться. Мы собрались здесь сегодня, чтобы побыть в кругу семьи и друзей. Чтобы показать, как любим друг друга и дорожим. А вы цирк устроили.
Валерия: Ваш папа прав, нужно проявить дружелюбие.
Дима подскочил с места, выходя из-за стола со словами.
Дима: Александр не мой отец. Моего папу уже не вернуть и никто не сможет его заменить.
София: Дима, стой и извинись!
Александр: Софи, не нужно, пусть идёт. Ему нужно проветрить голову.
Валерия: Милый, не принимай только близко к сердцу. Он не хотел тебя обидеть.
Александр: Не беспокойся, дорогая. Я всё понимаю. Давайте лучше поднимем бокалы за эту встречу. И пожелаем друг другу хорошего настроения до конца этого года.
Мама: Всем здоровья и счастья!
Валерия: Успехов нам на работе, а ребятам на учёбе и в личной жизни.
Мы с Николаем и Софией переглянулись, неловко улыбаясь. Звон стеклянных бокалов перешёл в звяканье столовыми приборами. С голодными глазами парень начал накладывать себе оливье с мясом и картошкой. Мама с Лерой предлагали нам попробовать всего и побольше. Ничего удивительного. Сестра взяла себе немного овощного салата и пару штук онигири. Хотя я видела, как она просматривает в сторону жареного мяса и лапши удон с кальмаром и овощами. Поэтому позаботившись о ней, положила совсем по чуть-чуть и того и того.
София: Камилла, я же за фигурой слежу.
Камилла: Ты и так как тростинка. Не выдумывай.
София: Тебе что-нибудь положить?
Камилла: Хм, давай курицу под сырным соусом, а остальное я сама возьму.
Николай: Приятного всем аппетита!
После вкусного ужина мы с другом и Софией пошли ко мне в комнату. Коля очень эмоционально рассказывал разные анекдоты и смешные истории из университетской жизни. Ему было комфортно общаться с сестрой, будто нашёл родственную душу. Они смеялись вдвоём, что не могло не радовать меня. Увлечённо рассказывая очередную историю про медицинский факультет, он вдруг вздрогнул, когда София коснулась его руки.
София: Прости, я просто засмотрелась на твои красивые руки.
Он сглотнул от неловкости, но не стал отстраняться, наоборот взял её руку в свою, поглаживая большим пальцем тыльную сторону кисти.
Камилла: Я пойду поищу Диму.
Незаметно подмигивая ему, я скрылась за дверью.
Николай: София, чем тебе нравится заниматься?
София: Люблю гулять. Могу хоть целый день провести на улице. Наушники, ярко-красное закатное солнце, скрывающееся между гор — романтика.
Николай: А любишь читать? По магазинам ходить?
София: Да, конечно! Обожаю запах книг.
Николай: Предлагаю завтра сходить в книжный, думаю, у тебя есть на примете какая-то книга, которую ты хочешь. Я тебе куплю. А потом в кафе сходим.
София: Ты меня заставляешь смущаться. У меня-то для тебя нет подарка.
Николай: Об этом не беспокойся. Хочу порадовать тебя.
София: Обещаю, что когда-нибудь сделаю тебе самый лучший подарок.
Он бросил смешок, кидая на неё озорной взгляд.
Николай: Мне хватит лишь простого спасибо и твоей улыбки.
София: Ну ладно…
Девушка мельком посмотрела на его губы и грустно вздохнула.
София: Давай пока Камилла с братом где-то ходят выберем фильм.
Николай: Только не слишком жёсткий.
В это время я искала Дмитрия. Его не было на лестничной площадке и даже на первом этаже. Пришлось выйти на улицу, было холодно, ведь я не накинула ничего сверху. Он сидел на лавочке, слушая музыку в наушниках, запрокинув голову к звёздному небу. Он меня не заметил, когда я подошла. Но я смогла увидеть слезы в его глазах, которые он старался сдерживать.
Камилла: Дим, холодно. Пойдём внутрь.
Дима: Пожалуйста, оставь меня.
Он сжимал кулаки до белых костяшек, краснеющих на холоде.
Камилла: Я не могу, мы — семья, не хочу, чтобы ты замёрз. Идём. На тебя там никто не злится. Не бойся.
Дима: Сегодня просто годовщина его смерти, папы нет с нами уже 10 лет. Я просил маму поехать к морю, где затонул его корабль, где стоит памятник в память о самом лучшем капитане и его отважной команде. Но она отказала мне.
Камилла: Ты не думал, что ей больно вспоминать? Она хочет отпустить, а ты сыпешь соль на рану, постоянно делая её вновь свежей. Я знаю, как тебе тяжело. Терять близких — ужасно. Но ты должен понять её, Лера очень любит вас с Софией и хочет только лучшего для вас. А Александр видит вас своими детьми. Очень старается, чтобы вы были счастливы.
Дима: Я знаю. Но ничего не могу с собой поделать. Я не смогу назвать его папой.
Камилла: Твоё дело. Только проявляй уважение. Заставить полюбить невозможно.
Дима: Хорошо-хорошо, мы с Александром редко ругаемся на самом деле. И то по мелочам получается.
Камилла: Ага, и твоя инициатива.
Дима: Откуда тебе знать?
Камилла: Знаешь как быстро в семье разлетаются новости…
Дима: Ох уж эти сплетни. Александр так дорожит Миленой, постоянно ей подарки покупает, звонит по вечерам.
Камилла: Конечно, он же её брат. У них сохранились прекрасные отношения, столько прошли вместе. Так мило наблюдать за ними.
Дима: Ты считаешь нас с Софией своей семьёй? Только без фальши.
Камилла: Да, мне очень нравится проводить с вами время. Но по началу было тяжело.
Дима: Сестре тоже было трудно открыться кому-то по-настоящему, особенно после смерти отца. Но теперь вы такие подружки.
Камилла: Мы заболтались, пойдём домой.
Я протянула ему руку в знак примирения, он взял в ответ, поднимаясь с лавочки.
Дима: Идём. И извини, что иногда веду себя как полный идиот.
Камилла: Ничего, чудик, я обожаю тебя. Особенно когда помогаешь мне пройти уровень в игре.
Мы посмеялись с этого, возвращаясь в тёплую квартиру. Всю ночь мы смотрели вчетвером различные фильмы от ужасов до комедий, ели попкорн, снеки, запивая газировкой. В какой-то момент, когда мусора на кровати стало слишком много, нужно было выбрать человека, который пойдёт его выбросить.
Камилла: А что вы все на меня смотрите?
Дима: Ты хозяйка, так что вот, вперёд.
Не став как-то отнекиваться, я выхватила у него пакет, наполненный шуршащими бумажками и неохотно побрела в сторону входной двери в квартиру. Я подумала, что лучше сразу в мусорный контейнер выбросить, чтобы мама не заметила всё то количество углеводов и сахара, который мы съели. Аккуратно открывая дверь, я вышла на лестничную площадку. Спускаясь по лестнице, ощутила небольшое головокружение. Свет как-то неестественно мигал, погружая меня через каждые несколько секунд в кромешную тьму. После просмотренного нами, я просто молилась, чтобы ничего не произошло. Успешно выкинула на улице мусор, счастливая вернулась в подъезд. И там меня ждало то, что заставило застыть кровь в жилах. Холод прошёлся по моему телу, прошибая насквозь. Передо мной в конце коридора неподвижно стоял высокий тёмный силуэт. Разглядеть в темноте было трудно, но я точно знала, кто это пришёл за мной. Отчётливо видны лишь красные, горящие во тьме глаза, смотрящие на меня исподлобья с безумным отвращением. Я попятилась назад, упираясь спиной в стену. В несколько шагов ломаной походкой он оказался рядом со мной. Я не могла двинуться от сковывающего ужаса, забыла как дышать. Его губ коснулась не добрая, опасная ухмылка. Когтистая рука потянулась к моей шее, чуть сжимая её.
Эмиль: Я нашёл тебя. Думала, что сможешь сбежать?
Он не пытался задушить меня, будто играл. Скрипучий, но довольно низкий голос раздавался шёпотом возле моего уха, я даже чувствовала его холодное дыхание на шее, пахнущее смертью.
Эмиль: От меня вам не скрыться. Моя любовь слишком добрая и светлая душа, но я буду мучать каждого, кто коснулся нашей обители. И тех, кто вам дорог. Чего молчишь? Не веришь в происходящее? Я могу убить тебя, но пока что не буду этого делать. Один мерзкий смертный посмел коснуться моей души. И теперь она у тебя. Советую вернуть на место.
Царапая кожу, он прошёлся пальцем от шеи к ключицам.
Эмиль: Иначе последствия будут плачевными. И поскорее. Я не отличаюсь терпением в отличие от моего ангела.
После этих слов он исчез, свет вновь зажегся. Со сбитым дыханием и учащенным сердцебиением я побежала по лестнице, не чувствуя ног. И только оказавшись в квартире, я ощутила безопасность. И то гарантии ей не было. Когда зашла в комнату, все смотрели на меня с округленными глазами.
Николай: Ты где так долго была?
София: Камилла, всё хорошо? Ты вся бледная и трясешься.
Дима: Будто призрака увидела…
Прервав его, я сорвалась на истерический крик, забывая о том, что в соседних комнатах взрослые спят.
Камилла: Замолчи!
Присев на стул, стоящий возле рабочего стола, закрыла лицо руками, пытаясь восстановиться.
Камилла: Просто увидела паука большого. Вот и всё…
Коля подошёл ко мне, попросил отойти ненадолго в коридор, чтобы поговорить. Я согласилась.
Николай: А теперь давай рассказывай правду.
Камилла: Я бы хотела это забыть. Я видела его, он сжал мою шею…
Парень быстро перевёл обеспокоенный взгляд с моего заплаканного лица на место, о котором я сказала. Капля крови, успевшая высохнуть, тянулась от шеи до впадинки ключиц.
Николай: Ками…
Камилла: Я… Я не знаю как нам быть. Боюсь, как бы он не добрался до Наны. Леон украл кольцо, которое видимо как-то связывает этих призраков. Может это был подарок ей от него, когда пара была ещё живая.
Николай: Из-за этого придурка одни проблемы. Надеюсь, его мучают кошмары.
Камилла: Мучают видимо и не кошмары, а сам Эмиль, как его называла Хелена в моих снах. Я хотела позвонить ему завтра, но теперь хочу встретиться лично.
Николай: Мне пойти с тобой?
Камилла: Не нужно, у вас ведь с Софией свидание, не стоит портить настроение.
Он в удивлении изогнул бровь.
Николай: Откуда ты про это знаешь?
Камилла: Ой, ну мне на ушко птичка напела…
Николай: Эх, девочки… Ладно, но если что я буду на связи. Мне важно, чтобы ты была в полной безопасности, Ками.
Коля обнял меня, мне после этого и правда стало намного легче, спокойнее. От ночи оставалась пара часов, мы успели немного подремать. Я попросила Нану о встрече с Леоном около школы перед занятиями. Они пришли вдвоём, подруга, пожелав нам удачи, зашла в здание. Парень виновато сверлил взглядом асфальт, засунув руки в карманы куртки, а вот мои глаза горели ненавистью и раздражением.
Камилла: Откуда ты взял это чёртово кольцо?
Я решила не томить и прямо спросила. Леон нахмурился.
Леон: Я знаю, что ты злишься, но можно было начать со «спасибо». Тебе оно не понравилось?
Во мне кипела ярость, которую уже невозможно было подавлять. Я и так долго терпела его выходки.
Камилла: Понравилось?! Да я просто без ума от этого подарка! Особенно от того, что нас всех преследуют призраки. Может быть расскажешь мне о своём якобы сонном параличе? Вот то, что происходило со мной было вполне реально и ощутимо.
Леон: Камилла, успокойся. Это всего лишь игра разума.
Камилла: Правда? Её бы не было, если бы ты не украл кольцо из того дома. Что за эгоист?! Подвергаешь опасности столько людей! И из-за чего?!
Он повысил голос, прерывая меня.
Леон: Я лишь хотел понравиться тебе, сделать приятное!
Серые глаза наполнились слезами, он посмотрел наверх.
Камилла: Ладно, давай так. Ты мне не нравишься, но я не против сохранить нейтральные отношения. И ещё скажи, тот кого ты видел и считаешь иллюзией — брюнет в старомодном костюме прошлых веков с красными глазами?
Леон: Да…
Камилла: Что он делал и говорил тебе?
Леон: Это была глубокая ночь. Я спал, но в какой-то момент ощутил, что воздуха не хватает. Открыв глаза, увидел нависающего над собой высокого парня с бледной кожей и горящими алыми глазами. Это было адское существо. От него веяло самой кромешной тьмой и смертью. Он душил меня, а я даже не пытался освободиться от его хватки. Будто принял свою участь. Я подумал, что умираю, но вмешалась девушка.
Камилла: Девушка?
Леон: Она излучала свет, её аура была такой лёгкой, по сравнению с ним. И не смотря на все шрамы раскиданные по её телу, будто девушку жестоко пытали, она была такой красивой. Чистый и нежный голос умолял того прекратить. Стоило только ей прикоснуться к нему, как он отпустил меня. Поцеловав кисть её руки, он сказал на прощание, перед тем, как они бесследно исчезли. «Я вернусь за тобой и заберу самое дорогое, что у тебя есть, как это сделал ты» — вот, что он сказал.
Камилла: Ясно… Спасибо, что рассказал об этом. Будь осторожнее.
Я хотела уже уйти, как он остановил меня, коснувшись плеча.
Леон: Прости меня, прошу.
Его голос задрожал, а взгляд был наполнен искренним сожалением.
Камилла: Навряд ли тебе нужно моё прощение.
Леон: Это важно. Очень…
Внутренний конфликт. Могу ли я закрыть глаза на его выходку и простить?
Камилла: Я подумаю, мне нужно время.
Он чуть улыбнулся, видно стало легче на душе.
Леон: Спасибо.
Камилла: Ты придёшь на день рождения Фёдора?
Леон: Возможно, ещё не знаю. Кажется, что там меня не очень ждут.
Камилла: Да…Но ты ведь можешь извиниться перед всеми.
Леон: Не буду так унижаться. Прощай, Камилла. Хорошего тебе дня.
На перемене я всё рассказала Нане, она грустно вздохнула, качая головой.
Нана: Я боюсь за него. Можно ли как-то защитить брата? Я бы сделала всё что угодно.
Нервно я огляделась по сторонам. Паранойя даёт о себе знать.
Камилла: Тише, думай, что говоришь.
Нана: Думаешь, эти сущности могут быть везде и подслушивать?
Камилла: Я уже ничего не могу сказать точно. Не удивлюсь, если они умеют читать мысли.
Нана: Не запугивай себя и меня в том числе настолько сильно. Попробуй прислушиваться ко всему, что будешь видеть во снах, может тебе эта девушка призрак какой-то знак подаст.
Камилла: Кстати, прическа и правда огонь. Голевскому понравится.
Рыжие крупные локоны струились по плечам девушки, а глаза светились от счастья, она так ждала встречи с ним.
Нана: Я очень надеюсь на это. Мне уже сегодня столько комплиментов ребята сделали, что я устала сгорать от смущения.
Камилла: Ты красотка. Только веди себя увереннее с ним. Хотя не так, просто будь собой и ни о чём не волнуйся.
Нана: Окей, я попробую.
Нана с Софией пересеклись возле выхода из школы, когда занятия закончились.
Нана: О, привет. Ты сегодня юбку надела? Какой повод?
София: У меня свидание с Николаем.
Нана: Таак, я что-то видимо пропустила…
Бурно обсуждая приглашения парней, девушки шли к воротам. Их там уже ждали Фёдор и Коля.
Николай: Девочки, вы просто восхитительны.
София: Спасибо.
Смущённо хлопая большими ресницами, Софи пыталась избегать его взгляда.
Нана: Неожиданно, что мы тут все вместе.
Фёдор: Мы встретились с ним по дороге сюда. Сами удивились. Надеюсь, у нас не двойное свидание будет?
Нана: Нет! Кхм, то есть нет… Фёдор, зайдём сначала ко мне домой, мне нужно переодеться.
Фёдор: Хорошо, как скажешь.
Он повернулся к другу, давая ему кулачок.
Фёдор: Ну что, дружище, хорошего времяпрепровождения.
Николай: Давайте, и вам того же.
Девочки изогнули брови, переглядываясь, когда те почти скрытно ухмыльнулись друг другу, бросая смешки. Вскоре они разошлись по разные стороны. Николай с Софией отправились для начала в книжный магазин. Он не мог насмотреться на её счастливое лицо, когда девушка выбирала книги, бегая между бесконечными стеллажами. Парень даже иногда не успевал за ней, теряя из виду.
София: Нашла.
Николай: Ну-ка что тут у нас?
Сияющие глаза Софии разглядывали красивую матовую обложку в твёрдом перелёте. На ней был изображён черноволосый юноша, закрывающий рукой правый глаз, а второй, как изумруд, с хитрецой смотрел на читателя.
Николай: Интересный дизайн…
София: Это история про демона, которому пришлось прислуживать одному мальчишке, считавшем себя божеством, выдуманного же им мира. Этого красавчика зовут Этьен.
Николай: Прикольно. Потом расскажешь мне сюжет, когда прочтёшь?
София: Конечно, я с радостью. Можем и вместе как-нибудь почитать.
Николай: Давай. Пойдём на кассу. А потом в пиццерию!
Тем временем Нана с Фёдором были уже у неё дома. Он привык к просторным комнатам и высоким потолкам, а здесь было всё совершенно другое. В доме Канэко было три комнаты, не включая туалет с ванной, кухню и подобные мелочи, но всё же это были не его царские хоромы из Петербурга. Пару встретила мама Наны, в приветствие кланяясь парню. Он хоть и оторопел, но сделал тоже самое.
Фёдор: Здравствуйте.
Нана: Мам, мы ненадолго.
Она предлагала им перекусить, на что Фёдор, что Нана отнекивались. Девушка вообще удивилась, что мама дома, а не на работе, но была очень рада тому, что видимо та взяла выходной и хорошенько отдохнёт. Нана позвала его за собой в свою комнату. Её комната была в молочно-коричневых оттенках, стены увешаны плакатами из аниме и k-pop групп.
Нана: Ну как тебе?
Голевский прошёлся взглядом по всему периметру, кратко, без эмоций ответил.
Фёдор: Мило.
Нана: Приятно слышать…
Она не показывала своего разочарования его ответом, отвернулась от него, подходя к шкафу. Вытащив несколько нарядов, спросила.
Нана: Как считаешь, что лучше надеть?
Фёдор: Хм, смотря куда мы идём. Ведь ты настояла на том, чтобы я отменил все свои планы и мы пошли туда, куда задумала ты.
Парень хотел сводить её в дорогой ресторан, но всё задуманное разбилось об скалы отказа.
Нана: На каток идём.
Он удивился и даже чуть воодушевился.
Фёдор: Значит было бы неплохо надеть что-то удобное и тёплое, чтобы не замёрзнуть там. Например, вот это.
Он указал на вельветовые темно-серые брюки и водолазку изумрудного цвета.
Нана: Хорошо, наверное, сюда подойдёт вот то пальто.
Потирая двумя пальцами переносицу, парень пробурчал.
Фёдор: Ты всегда так трепетно выбираешь, что надеть?
Нана: Да, и сегодня особый случай.
Она не стала прогонять его, но тот отвернулся, когда девушка начала расстегивать пуговицы рубашки. Голевский ощутил жар в лице, резко накативший, будто чиркнули спичкой в комнате облитой бензином.
Фёдор: Ты что удумала?
Нана: Переодеваюсь.
Фёдор: Всё, ладно, продолжай. Скажешь, когда будешь готова. Я подожду за дверью.
Не успела она и слова сказать, как Фёдор вылетел из комнаты, словно пуля. А Нана стояла как вкопанная пару секунд, думая, что совет подруги и правду сработал. Она наконец смогла смутить его и ещё как… Оказывается сын мафиози тот ещё стесняшка.
Нана: Я всё! Заходи!
Парень, заходя в спальню, оценивающе пробежался по девушке беглым взглядом. Она даже смогла уловить в нём искорку, такую слабую, но начинающую разгораться. Фёдор подошёл к ней со спины, помог надеть пальто. Дыхание коснулось её шеи, Нана вздрогнула, покрываясь мурашками.
Нана: Как я тебе?
Фёдор: Прекрасно. Ну что идём?
Она ожидала больше слов, но и это грело сердце. По дороге до катка они шли практически молча, лишь изредка девушка прерывала его для того, чтобы рассказать о своём дне. Он кивал, внимательно слушая, но ничего не отвечая. Зайдя внутрь помещения, они сразу же ощутили приятное морозное покалывание на щеках, этот запах льда. Фёдор застыл на мгновение, по щеке скатилась одинокая слеза.
Нана: Почему ты плачешь? Нахлынули воспоминания?
Фёдор: Тебе показалось…
Вдыхая воздух полной грудью, он на секунду улыбнулся.
Фёдор: Где можно коньки взять?
Нана: А, точно. Пойдём.
Ступив на лёд, она протянула ему руку.
Нана: Будет лучше и безопасней, если мы будем держаться за руки. Ты не против?
Вскидывая бровь, он задержал на ней взгляд, протянул руку в ответ. Скользнул по льду, неожиданно закручивая её вокруг своей оси. Усмехнувшись, произнёс.
Фёдор: Покажи мне на что способна.
Блеск уверенности в его глазах зарядил её энергией, готовностью показать себя с лучшей стороны. Нана, словно плыла по льду, как грациозный лебедь, пролетала над ним, кружась в вальсе. Фёдор, тихо стоя в стороне, восхищался ею, любовался изяществом. И в какой-то момент она почувствовала его руки на своей талии. Одна осталась покоиться там же, а другая, скользя вверх нашла ладошку девушки. Их пальцы сцепились, а пара закружилась в танце, словно снежинки в снегопаде, такие непохожие друг на друга, но какие же красивые и уникальные. Синхронность, доверие друг другу, биение двух сердец как одно. В этот момент Николай и София уже сидели в заведении итальянской кухни, ожидая большую пиццу и напитки. Они сидели друг напротив друга, часто будто бы незаметно посматривая друг на друга. А когда другой замечал это, тот быстро отводил взгляд, смущаясь. Время ожидания нужно было как-то скрасить, поэтому Кромвель пытался шутить, веселить девушку смешными историями из подростковых годов.
Николай: И тогда я попался спаличным, когда училка, взвизгивая подпрыгнула со стула.
София: Ахахах, как ты попался?
Николай: Я просто смеялся тогда громче всех, а ещё меня сдала одна отличница. Она была очень неприятным человеком.
София: А я никогда бы так не поступила с учителем. Мне кажется, что это люди с невероятно добрым сердцем, их работа тяжела.
Николай: Тебе просто повезло со школой видимо. Я удивлён, что хорошие преподаватели ещё остались, многие даже очень светлые теряют мотивацию и желание быть наставником и другом ученикам. Они черствеют с годами.
Принесли заказ. Голодные две пары глаз переглянулись, парочка бросила смешок.
София: Ты заказал молоко с мёдом, почему? Здесь же столько интересных напитков.
Николай: Оно согревает хорошими воспоминаниями из детства, когда сестрёнка была жива и мы пили его перед сном, слушая мамины рассказы на ночь.
София: Можешь рассказать что-нибудь?
Николай: О, её жизнь до встречи с отцом была наполнена смехом и приключениями, она могла их найти везде и всегда. Говорила, что любила летом ездить на озеро с подругами. В их компании ещё был мальчик, который в ней души не чаял, любил и ухаживал. Но бабушка с дедушкой, к сожалению, посчитали, что брак по расчёту принесёт больше пользы. После дня свадьбы её улыбка сошла на нет, а все сладкие и красивые речи о богатстве оказались ложью. Это была хорошая попытка поймать свободную птичку в клетку, лишив её крыльев и голоса.
София: Печальная история… Я даже не знаю, что сказать.
Она хотела посочувствовать ему, увидев опечаленный, потухший взгляд, но парень отмахнулся, натягивая на лицо улыбку.
Николай: Не бери в голову, прошлое всё равно не исправить. Лучше стоит позаботится о том, чтобы будущее не было похоже на него. Вот что важно.
София: Я надеюсь, что в твоём будущем будет только счастье.
Подбадривающе улыбаясь, она накрыла его руку своей. Бросая смешок, Николай метнул взгляд вверх, будто чтобы проморгать слезы.
Николай: На самом деле жизнь была бы скучна, если бы в ней были только хорошие моменты. Но спасибо за эти слова.
Приятный тёплый свет создавал уют, а душевные разговоры грели изнутри. В них всё было так важно и нужно в данный момент. Несмотря на то, что парень с девушкой знали вживую друг друга всего несколько дней, им казалось, будто они знакомы не один год. Его задорный смех и её нежная улыбка казались единым целым, словно две родственные души наконец нашли друг друга.
София: Я была бы не против когда-нибудь сходить погулять ещё раз.
Николай: А я хочу, чтобы таких вечеров было как можно больше.
После того как парочка покушала вкусную мясную пиццу с тянущимся сыром, они пошли гулять по городу, вспоминая любимые комедии и ромкомы. Проводив до дома, парень на прощание чмокнул Софию в щеку. Мило смутившись она сделала тоже самое в ответ. В это время Фёдор с Наной всё ещё катались на льду. Девушка уже подустала но парень не прекращал наворачивать круги, он светился от счастья, словно лёд его стихия. Будто он наконец нашёл то место, которое приносит радость. И хоть глаза Канэко слипались от усталости, она не могла попросить его уйти отсюда, не хотела нарушать такой приятный для него и воодушевляющий момент. Потеряв счёт времени, Фёдор опомнился только через полчаса, когда Нана вышла с самого катка, присев на лавочку в ожидании.
Фёдор: Чёрт, вот я идиот…
Подсаживаясь к ней, уже почти засыпающей, он прошептал.
Фёдор: Ты спишь?
Вздрогнув, девушка отбросила сонливость, отвечая.
Нана: Нет-нет, я вообще не хочу спать.
Закатывая глаза, он цокнул, присаживаясь перед ней на одно колено. Она же удивлённо вытаращилась на него.
Фёдор: Я помогу тебе снять коньки.
Нана: Хорошо, спасибо…
Девушка разглядывала его, пока Голевский не видит. На глаза парня падала чёлка, которую он безрезультатно пытался сдуть. Закончив, Фёдор поднял взгляд на неё, Нана тут же отвернулась, покрываясь румянцем.
Фёдор: Обувайся и пойдём, а то и вовсе тебя на руках нести придётся. Хотя если хочешь?..
Это предложение немного обескуражило её, однако отказываться от такой возможности стать с ним ближе Нана не собиралась.
Нана: Да что-то ноги болят, если тебе не составит труда…
Без лишних слов он подхватил девушку на руки, чтобы не упасть, она обняла его за шею.
Фёдор: Ты такая лёгкая, как пушинка. Совсем не питаешься?
Канэко грустно буркнула себе под нос.
Нана: Фигуру держу.
Поудобнее перехватывая её, пытаясь не доставить дискомфорт, Фёдор усмехнулся.
Фёдор: Хочешь чтобы ветром сдуло?
Нана: Не сдует, тем более у меня есть предрасположенность к лишнему весу. Нужно следить за питанием и заниматься спортом.
Бросая на неё быстрый взгляд, он сказал.
Фёдор: Аж не верится.
Нана: Да, я прилагаю много усилий, чтобы оставаться в форме и приходится отказываться от вкусностей всяких.
Голевский тяжело вздохнул, задумавшись.
Фёдор: Мы сейчас же пойдём в ресторан. Надеюсь, что не все ещё закрылись.
Нана: Но уже так поздно, мне нельзя…
Фёдор: Можно, перестань забивать голову фигнёй. Тебе не нужно голодать, чтобы выглядеть прекрасно.
Нана: Парням не нравятся толстые и думаю, что…
Она замялась на секунду, смущаясь от своих мыслей, но продолжила предложение.
Нана: Думаю, что тебе тоже такое не понравится.
Смотря вперёд на дорогу, он безэмоционально произнёс.
Фёдор: Это не так. Если человек влюблён, ему всё равно на подобные вещи, особенно на твои несколько сантиметров на бочках.
Ухмыляясь, он мельком посмотрел на её реакцию. Девушка улыбалась, как ребёнок, отводя взгляд в сторону, щёчки и нос на холоде порозовели, а может и не в этом было дело. Нана не знала, в какое заведение они отправляются, это было неким сюрпризом с его стороны. Когда они добрались, Голевский аккуратно поставил её на ноги.
Фёдор: Ну что заходим? Тебе понравится их кухня.
Внутри была уютная обстановка, смешанная с роскошью мебели и сервиза. Тёплый свет наполнял довольно просторное помещение, а столиков было не так уж и много, что не могло не радовать. Можно посидеть в тишине, уединиться, слушая приятную классическую музыку и звуки воды из искусственного маленького фонтанчика, сделанного из белого мрамора. Их провели к свободному столику. Пара решила сесть друг на против друга на диванчиках. Пока Фёдор рассматривал меню, девушка не могла отвести взгляда с веток нежно-розовой сакуры, нарисованной на стене.
Нана: Что посоветуешь? Я так понимаю, ты здесь не впервые?
Фёдор: Хм, ты предпочитаешь мясо или рыбу?
Нана: Больше рыба нравится.
Фёдор: Тогда как насчёт мисо-супа с лососем?
Нана: О, давай. Из напитков я буду мохито.
Фёдор: Я наверное возьму тоже самое.
Дождавшись официанта, Фёдор заказал блюда и в придачу на десерт взял жареное мороженое с клубникой. Время ожидания хотелось скрасить разговором, но он никак не клеился. Девушка поинтересовалась.
Нана: Как тебе новая квартира? И вообще расскажи нравится ли тебе в Японии.
Фёдор: Я всем доволен, мне особо не важно, где жить, главное, чтобы были минимальные удобства и безопасность.
Нана: Ясно, просто мне казалось, что когда живёшь в роскоши, то на всё остальное смотришь с высока. Извини, если звучит грубо.
Фёдор: Я привык, но не сказал бы, что изыски приносят мне радость. Такое жильё как у тебя мне больше по нраву.
Говоря последнюю фразу, парень чуточку смущаясь потёр затылок. Эти действия и эмоции с его стороны были особо заметны, если сравнивать с обыденным хладнокровием или же издевкой в ледяном взгляде.
Нана: Мне очень приятно, что тебе понравилось у нас. Наши двери всегда открыты для тебя.
В серых глазах проскочила искра, они будто наполнились жизнью. Его ждут где-то… Рады видеть… От девушки веяло теплом, которое он оказывается искал, именно его не хватало Феде.
Фёдор: Спасибо.
Нана готова была пищать от радости. Он улыбнулся. Искренне улыбнулся.
Фёдор: А в вашей стране мне довольно дискомфортно из-за совершенно другой культуры, сложного языка. Но красота природы и архитектуры, уют каждого домика перекрывают все недостатки.
Нана: Я тебя понимаю. Ты когда-то уедешь обратно в Россию…
Она погрустнела, опуская глаза.
Фёдор: Да. Но пока что не планирую. А ты бы хотела побывать там?
Нана: Да!
Её переполняли эмоции, вскрикнула слишком громко, отчего оборачиваясь по сторонам, сгорая со стыда, закрыла ладошкой рот. Уголки губ парня приподнялись в небольшой доброй ухмылке.
Фёдор: Тогда я как-нибудь отвезу тебя туда.
Нана не знала, как воспринимать данное им слово. Это ли обещание о счастливом будущем или же всего на всего дружеская поездка. В любом случае она уже с нетерпением ждала этого дня.
Нана: Спасибо тебе большое. Честно говоря я ещё не выезжала за пределы Японии. Мне очень хочется узнать культуру других стран. Особенно твоей…
Последнее прозвучало неловко из её уст, но, к счастью, к этому времени официант принёс их заказ. Аромат пряностей щекотал нос, выглядело блюдо невероятно аппетитно. Сложив ладони в молитве, девушка произнесла.
Нана: Приятного аппетита.
Фёдор повторил тоже самое, пытаясь соблюдать её традиции.
Фёдор: Приятного аппетита. Я попросил, чтобы мороженое принесли после того, как мы съедим это.
Нана: Ладненько.
Наблюдая за тем, как она с удовольствием кушает, парень замечтался, любуясь ей. Её аккуратный носик, большие сияющие радостью глаза отзывались теплом в его душе. Это новое чувство, способность ощущать воодушевление, стеснение, желание быть с кем-то рядом несмотря на свои проблемы, даже позабыть о них на время, будоражили сердце Голевского. Как только они закончили основное блюдо, как перед ними появились мраморные тарелки с десертом. Кусочки клубники приятно сочетались с нежным пломбиром, раскрываясь ярким ягодным вкусом на языке.
Фёдор: Ты всегда такая жизнерадостная. В чём секрет?
Облизывая остатки мороженого с ложки, девушка задумалась, устремив взгляд вверх.
Нана: Я просто радуюсь жизни такой какая она есть. Стараюсь не унывать, если происходит что-то плохое.
Фёдор: Ясно, ты молодец. Мне бы так.
Нана: Надо только захотеть и начать делать.
Фёдор: Ну это уж точно легче лёгкого.
С издевкой произнёс парень.
Оставив чаевые, они вышли из ресторана, направляясь к ней домой. Небо озаряла луна и миллионы звёзд, было на улицах, которые они проходили.
Нана: Спасибо тебе за ужин и за этот вечер.
Фёдор: Я был рад провести его в твоей компании.
Остановившись у нужного дома, Фёдор понял, что не хочет прощаться просто так.
Фёдор: Нана…
Уже хотевшая уходить, она обернулась в его сторону. Глаза округлились в удивлении, когда девушка почувствовала его губы на своих. Нежное лёгкое касание горело на месте короткого поцелуя ещё несколько секунд после того, как он отстранился.
Фёдор: Доброй ночи.
Он ушёл, а Нана всё продолжала стоять на пороге своего дома, касаясь подушечками пальцем краешек губ. Прокручивая этот момент у себя в голове, она улыбнулась своим мыслям, загораясь румянцем. Увидев дочь из-за окна, мама вышла к ней, нежно сжимая сзади плечи. Материнское сердце радовалось, а на глазах проступили слёзы счастья. Она позвала её внутрь пить чай. Леон задумчиво молча сидел на коленях за столиком, медленно помешивая ложкой бульон супа. Девушка села рядом с ним, воодушевленно поглядывая в его сторону. Отец, доедающий свою порцию, демонстративно прокашлялся, буравя сына взглядом.
Леон: Да, Нана? Я тебя слушаю.
Нана: Вы не представляете какой Фёдор воспитанный и интеллигентный. Только манеры за столом чего стоят. Он меня даже на руках носил сегодня. Я так счастлива!
Она светилась от счастья, зажигая на лицах родителей лёгкие улыбки. Но брат был хмур, цокая, закатил глаза.
Леон: Ты слишком наивна. С ним ты будешь всегда в опасности. Я не одобряю ваши отношения какими бы они не были.
Огонёк в глазах Наны потух, она даже забыла как дышать на время.
Нана: Что? Почему ты так говоришь?
Леон: Влюблённость вскружила тебе голову, ты не замечаешь истины и не глядишь в будущее.
Нана: Мама, папа, извините, но я не голодна. Пойду к себе в комнату. Спасибо за вечер.
Оставив брата без ответа, она шла по коридору. Нана была опустошена его речами, снаружи она выглядела как мёртвая статуя, но внутри бушевал пожар. Ей хотелось кричать, рушить всё вокруг, доказать ему, что он не прав. Но вместо ссоры, она решила позвонить мне и выговориться. Разговор оказался долгим, я пыталась поддержать подругу, быть рядом несмотря на расстояние. Нане стало вроде бы легче после него. Отложив телефон в сторону, она закрыла глаза, готовясь ко сну. Вырисовывался образ черноволосого юноши, завязывающий обычно небольшой низкий хвостик, его серые пронзительные глаза, бледная аристократичная кожа, тонкие длинные пальцы. Девушка представляла, как ловко он перебирает ими по клавишам фортепиано. А потом как касается её лица, запутывается в волосах, притягивая к себе для очередного сладкого поцелуя. Её мысли развеялись, когда дверь в комнату медленно открылась.
Леон: Можно зайти? Не разбудил?
Хотелось сказать нет и прогнать, но Нана впустила брата, холодно бросив.
Нана: Можно.
Он сел на кровать рядом с ней.
Леон: Извини меня, я не должен лезть в твою личную жизнь. Мне просто страшно за тебя, и возможно я ревную. Я стал каким-то нервным в последние дни, не понимаю, что со мной происходит. Тревожат нехорошие мысли, сплю мало. Завтра зайду в храм, надеюсь, там разум очистится и мне станет легче.
Нана: Я понимаю твоё беспокойство, но я уже не маленькая, могу брать на себя ответственность за свои же решения. И я тоже переживаю за тебя и твоё самочувствие. Береги себя и выспись сегодня.
Леон: Хорошо, спасибо за понимание. Ты лучшая, сестрёнка.
Леон поцеловал её в лоб, желая добрых снов, после чего ушёл к себе в комнату.
Наступило пятое ноября —день рождения Фёдора. Вчера вечером Саджо с Николаем усердно работали над приготовлением вкуснейших блюд и самого главного — праздничного торта. А мы с Наной бегали по магазинам, закупаясь украшениями, составляли плэйлист для весёлого времяпровождения. План был таков… После учёбы вечером Коля вытаскивает Голевского на небольшую прогулку, чтобы мы успели зайти к Фёдору на квартиру и подготовить ему сюрприз. Ему только нужно было незаметно взять у него ключи и передать мне. В итоге это получилось очень даже удачно, парень о так называемой краже не узнал. Они вдвоём пошли на ярмарку уличной еды, а я направилась к нужному дому.
Камилла: Саджо телефон не берёт… Мы же договаривались встретиться здесь.
Ко мне подошла Нана с пакетами в руках.
Нана: Ну что идём? Нужно поскорее всё успеть сделать.
Камилла: Нужно Хаяси подождать.
Нана: А это не он там стоит?
Повернув голову в сторону, в которую кивала подруга, я вправду увидела Саджо. Он стоял полубоком к нам неподалёку. Но парень был не один. Сидя на скамейке напротив него, перекинув ногу на ногу, с Саджо беседовала девушка. Аккуратно уложенное чёрное каре, заправленное за уши с серебряными сережками подчеркивало круглое личико. Карие яркие глаза блестели, а белоснежная улыбка сияла. Нежный и милый голосок, звонкий смех… И как же красиво она была одета, уютный вязаный свитер, юбка из светлого джинса и бежевая куртка, на ножках модные сейчас в Киото ботинки. Мне почему-то стало очень больно смотреть на то, как улыбается Саджо рядом с ней, как им легко говорить. Я почувствовала, как сердце разрывается на части. Неужели мама была права и я не нужна ему? Заметив моё поникшее состояние, Нана почти шёпотом, чтобы ребята не услышали произнесла.
Нана: Это наверняка не то, что ты думаешь. Подойди к нему и поговори.
Камилла: А что это по-твоему тогда?
Нана: Ну он просто разговаривает с девушкой.
Камилла: А ты не замечаешь того, как он с ней разговаривает?
Я сказала это громче, чем хотелось, они обернулись на нас с подругой.
Камилла: Они идут в нашу сторону. Что делать?
Нана: Просто стой на месте и попытайся быть дружелюбной.
Саджо: Вы уже пришли. Извините, что не заметил сразу.
Его взгляд остановился на мне, старающейся скрыть злость, которая разгорается с каждой секундой, когда я вижу эту девушку рядом с ним.
Саджо: Ками, ты так прекрасно выглядишь.
Камилла: Ага, спасибо.
Не осознавая, что делаю, я развернулась и зашагала к дому Фёдора. Куда угодно, но подальше от них.
Саджо: Нана, что это с ней?
Нана: Не знаю, узнай лучше сам.
Она стрельнула глазами в сторону незнакомки. Та засмущалась, наконец заговорив.
Мина: Я забыла представиться, так неловко. Меня зовут Танака Мина. Очень приятно познакомиться с друзьями Саджо, он много всего хорошего рассказал сейчас о вас с Камиллой, Канэко Нана.
Нана: Мне тоже очень приятно.
Напряжение и неловкость висели в воздухе.
Саджо: Мина, нам пора идти, был рад увидеть тебя.
Мина: Да, конечно. Хорошего вам вечера.
Взяв Хаяси за руку, Нана в прямом смысле потащила его следом за мной.
Саджо: Подожди, остановись. Можешь объяснить, что происходит и почему Камилла такая нервная?
Нана: Она сейчас видела тебя с другой, вот причина.
Саджо: Ой, я всё объясню ей когда мы придём на место и разложим все вещи и еду.
Добравшись до квартиры, Нана пошла украшать гостиную воздушными шариками и гирляндами, а мы с парнем остались вдвоём на кухне.
Саджо: Нужно поговорить.
Камилла: Не очень хочется.
Хотела уйти, но он остановил меня, поймав за руку.
Саджо: Нет, нужно объяснить тебе ситуацию.
Камилла: Какую ещё ситуацию? Тебе что-то Нана сказала?
Саджо: Сначала успокойся, сделай вдох и выдох.
Сложив руки на груди, я демонстративно отвернулась от него. Так по-детски, но я не хотела, чтобы он видел слезы в моих глазах.
Саджо: Посмотри на меня. Это важно.
Камилла: Ну что?!
Саджо: Я заставил тебя плакать, прости… Ты неправильно всё поняла, Камилла, эта девушка, которую ты видела — моя подруга. Присядь, я тебе сейчас всё расскажу.
Камилла: Хорошо.
Устроившись рядышком на престольном диванчике, он начал свой рассказ. Я узнала, что её зовут Мина, что она его бывшая девушка, с которой они закончили отношения на хорошей ноте, оставшись друзьями, что у неё уже появился парень. Эти слова успокаивали мою тревожность, но теперь меня настиг стыд. Я думала о том, что он мне изменяет. Какая же я дура… Теперь Саджо будет думать, что я не доверяю ему, он наверняка сам сильно расстроился из-за этой ситуации. Хорошо, что я не успела ему что-то предъявить или поссориться.
Камилла: Извини, что разозлилась и так себя некрасиво повела. Это было глупо, ты не виноват ни в чём.
Саджо: Ничего страшного, главное, что ты больше не волнуешься по этому поводу.
Он нежно поцеловал меня в щёчку.
Саджо: И даже уже улыбаешься. Твоя улыбка такая милая и красивая…
Камилла: Я буду доверять тебе. Обещаю.
Обнимая его, я думала лишь о том, как мне теперь стало легко. Он, как глоток воздуха, в непонятном и неизведанном мире. Я помогла ему накрыть на стол. И когда всё было готово, мы услышали открывающуюся входную дверь. На пороге под взрывающуюся разноцветными конфетти хлопушку, которую стрельнула Нана, появился Фёдор, и выбегая из-за его спины к нам —Николай. Мы все вместе крикнули «с днём рождения!», мы с Колей на русском, а Саджо с Наной на японском языке. Лицо Голевского сначала было напуганным, скорее всего из-за неожиданного хлопка, потом он стоял в ступоре, в недоумении хлопая глазами.
Нана: Мы знаем, что ты не празднуешь день рождения, но нам с ребятами захотелось устроить тебе такой прекрасный сюрприз, чтобы он тебе запомнился.
Фёдор: Не стоило…
Саджо: Конечно оно того стоило. Провести день отлично и в хорошей компании никогда не бывает лишним. Тем более какой повод. Тебе исполнилось 18 лет, поздравляю, дружище.
Фёдор: Коля, ты типо отвлекал меня?
Он косо посмотрел на друга, требуя объяснений.
Николай: Ну вроде того, хе-хе. Ты злишься?
Именинник обвел всех присутствующих взглядом, усмехнулся, возвращаясь к Кромвелю глазами.
Фёдор: Нисколько, спасибо за сюрприз. Мне приятно, что этот вечер я проведу с вами, а не один.
Нана: Тогда пройдемте к праздничному столу!
Там нас ждали изыски как японской кухни, так и русской. Хотя изысканным эти блюда не назовёшь, они довольно просты в приготовлении, но очень аппетитно выглядят и невероятно вкусно пахнут. Коля постарался с нашими традиционными салатами оливье и крабовыми палочками, рассказывал Саджо рецепт шашлычка, после которого пальчики оближешь. На столе было много овощей, рамен в большой тарелке, из которой каждый мог себе налить его столько, сколько захочет. Также онигири радовали глаз и вкусовые сосочки, а из напитков мне больше всего нравился вишнёвый сок, хотя Николай с Фёдором сразу же открыли бутылку красного вина, разлив его по бокалам. Пришлось сделать маленький глоток, дабы поднять тост за именинника. Тепло разлилось по телу, а на языке осталось сладкое своеобразное послевкусие, которое ни с чем не сравнишь. Из колонки лилась заводная музыка, которая так и просила пуститься в пляс. Нана хоть и заменила алкоголь газировкой, первая пошла танцевать, плавно двигая бёдрами. Я же продолжила сидеть тихо в сторонке, не обращая внимания. Но вскоре почувствовала как чьи-то пальцы пробежались по моей руке от плеча к локтю. Не удивительно, что это был Саджо.
Саджо: Вставай, потанцуем.
Камилла: Не умею.
Парень покосился на Николая, они заговорчески переглянулись.
Саджо: А вот кое-кто сказал мне обратное. Давай, это не сложно.
Камилла: Хорошо, но если оттопчу ноги, то ты сам виноват.
Подруга, подловив прекрасный момент, включила классику. Протягивая элегантным жестом руку, меня пригласили на медленный вальс. Моя правая рука легла ему на плечо, его — мне на талию, немного её сжимая. Наши глаза встретились на миг, но я их сразу отвела в стеснении. Он тихо усмехнулся, улыбаясь, притянул меня ближе к себе.
Саджо: Постарайся расслабиться, погружаясь мыслями и движениями в танец, а взглядом в мою душу, а я в твою.
Установив зрительный контакт, я ненадолго задержала взгляд. Его глаза были полны любви и нежности.
Камилла: И какая же моя душа?
Саджо: Она похожа на просыпающийся утренний лес. Можно легко заблудиться, но свет, проникающий через ветви деревьев, точно победит ночную тьму и тропинка будет отчётливо видна.
Камилла: А если она ведёт в не то направление, можно вновь потеряться.
Саджо: В любом случае она выведет куда-то, может это место настолько красиво, что его никто до этого не видел.
Камилла: Может быть…
Саджо: А что ты можешь сказать про меня?
Камилла: Ты ассоциируешься с чем-то тёплым и комфортным, с местом, где я могу быть в безопасности. Наверное, это светлая комната, в которую проникают лучики закатного солнца, уютная кровать с мягкой подушкой и тёплым одеялом, виниловая пластинка, горячий шоколад. Можно долго говорить об этом.
Саджо: Нас никто и не торопит.
Камилла: Мне как-то неприятно говорить такие вещи при всех.
Саджо: Я понял, значит будем переминаться с ноги на ногу в тишине.
Спокойная мелодия убаюкивала, прижавшись к нему, я ощущала себя так комфортно и безмятежно как никогда раньше. Каждый момент рядом с Саджо был особенным и ценным. Мы вместе всего ничего, а чувствую будто всю жизнь знакомы. Мы немного оживились, когда Кромвель принёс торт с горящей праздничной свечой.
Николай: Загадай желание.
Федя на минуту прикрыл глаза, сосредоточившись. Какое же было его заветное желание? Сосредоточенное лицо парня заставило всех не дышать в этот момент, чтобы не спугнуть счастье, его мысли. Подув, он с первого раза её затушил.
Фёдор: Надеюсь, что сбудется…
Нана: Конечно сбудется, только не рассказывай никому и верь в его исполнение.
Отрезав каждому по кусочку, он принялся за пробу. И можно сказать его лицо выражало очевидное наслаждение этим десертом. Вытирая с краешек губ нежные взбитые сливки, он произнёс.
Фёдор: Очень вкусно, ещё и с клубникой, лёгкий такой, как облачко.
Николай: Это всё Саджо, он просто мастер кулинарии.
Фёдор: Спасибо за торт, Саджо.
Смущённо улыбаясь, Хаяси почесал затылок.
Саджо: Я рад, что тебе понравилось. Мне было одно удовольствие готовить его для тебя.
Фёдор: Не думал подрабатывать выпечкой, пока учишься? Я думаю, это бы приносило хорошие деньги.
Саджо: Для меня готовка это хобби, приятное для души дело, я не хочу на этом зарабатывать. Работа детективом мне тоже приносит удовольствие сейчас, когда я по мелочи помогаю отцу, и потом в будущем тоже будет. Хочется немного разграничивать увлечения и карьеру.
Фёдор: Я понимаю твою позицию. Хорошо, что у тебя есть два любимых дела, а может ещё больше, то, что мы ещё не успели узнать.
Николай покивал в знак согласия, запивая вином только что прожеванный кусок сочного мяса, который просто таял во рту. Дело близилось к ночи, разговоры стали более душевными и откровенными. Мы открывались друг другу с каждым часом всё больше, доверяя секреты и мысли. Фонари ночного города были единственным нашим освещением, так как нам хотелось быть полностью погруженными в атмосферу этого особенного вечера. В какой-то момент наш разговор коснулся мистики, которая не оставляет нас в покое.
Николай: Я не хочу, чтобы кто-то пострадал от этих чертей по-настоящему. Это может зайти слишком далеко.
Фёдор: Сложно признать, что это не плод наших фантазий.
Камилла: Я думаю, что тесный контакт, после которого остаются видимые следы, подтверждает всю реальность происходящего.
Нана: Так страшно жить в неизвестности, когда в любой момент к тебе может заявиться призрак. И даже прямо сейчас…
Она осмотрелась по сторонам, вздрагивая от пробегающей тени, которую создали на миг фары проезжающей мимо дома машины. Случайно и неосознанно прижалась к Голевскому, пытаясь спрятаться, ощутить безопасность. Парень прошёлся беглым взглядом по присутствующим, после приобнимая дрожащую девушку. Успокаивающие лёгкие поглаживания по спине, плечам дарили ей возможность расслабиться. Но в напряжении был сам Фёдор. Ему стало неприятно от того, что другие видят это проявление заботы и нежности с его стороны. Он воспринимал такое за свою слабость. Резко разрывая объятия, он встал с дивана, вышел из комнаты куда-то в ночную тьму квартиры.
Нана: Я что-то не так сделала?
Николай: Не переживай, он просто не привык любить.
Камилла: Мне наверное пора домой.
Саджо: Да и мне тоже. Николай, передай ему, что отец в ближайшие дни хотел бы видеть его в агентстве.
Николай: Хорошо, скажу. Будьте осторожны по дороге домой.
Саджо: Я провожу Камиллу до квартиры, не волнуйся, она будет под моей защитой.
Николай: Спасибо.
Крепким рукопожатием они попрощались. А я решила переговорить, в то время как парни разговаривали, с Наной.
Камилла: Не бойся поговорить с ним по душам.
Нана: А если он отвергнет меня, прогонит?
Камилла: Он бы уже это сделал, если бы не испытывал что-то по отношению к тебе. Я предполагаю, что Фёдор просто боится признать их, принять. Будь рядом и дай понять, что ему не нужно избегать своих чувств.
Нана: Я попробую. Мне кажется, что искра зажгла оба сердца.
Нежно обнявшись на прощание, я прошептала ей на ухо.
Камилла: Ты прекрасная девушка с добрым сердцем, ты достойна всего самого лучшего. Вот только пусть попробует обидеть тебя, разобью нос.
Подруга хихикнула, отстраняясь.
Нана: Эй, мне нужно ещё его красивое личико.
Мы с Саджо ушли, оставляя их. Прогулка до моего дома была особенной — краткие нежные поцелуи то в губы, то в щёчку, переплетенные пальцы рук, приятные слова, которые он не переставал говорить мне. Я улыбалась, как ребёнок, ощутив себя наконец любимой и нужной. Николай с Канэко в это время сидели в гостиной, некоторое время в тишине. Фёдор всё ещё не выходил к ним, скрываясь во тьме дома, скрывая свои мысли и чувства. Нужно было решить, кто из ребят сейчас будет важнее ему, кто сможет поддержать. Но они решили следующим образом.
Николай: Я пойду оценю обстановку, поговорю немного с ним, а потом зайдёшь через пару минут ты.
Нана: Может мне вообще стоит уйти? Мне кажется, он не в духе.
Ухмылка коснулась его губ, а печальные глаза снова стали озорными, с искоркой. Встав посередине дверного проёма, Коля вальяжно облокотился о дверной косяк.
Николай: Именно ты и нужна ему этой ночью. И я даже не намекаю на какой-то интим.
Нана: Какой ты прямолинейный, аж дурно.
Николай: Фёдор достаточно уязвим, когда даже немного под алкоголем, так что сейчас лучшее время для откровенных разговоров.
Нана: Я не хочу пользоваться таким состоянием.
Николай: Ну что ты начинаешь… Ладно, определишься уже сама, что тебе с ним делать. А я пока схожу проверю жив ли он.
Кромвель бросил смешок, на что Нана нахмурилась.
Нана: Не говори так. Даже думать об этом страшно.
Лунный свет мягко касался коридора, но углы квартиры оставались в полной темноте, в которой можно было увидеть многие вещи благодаря игре воображения. Николай вспомнил призрак сестры, но быстро отбросил эти мысли, постарался выкинуть картинку из головы. Этого не существует и он это прекрасно знает.
Николай: Говорят же, что не нужно бояться мёртвых, нужно бояться живых… А как их не бояться, если они берут за самое больное…
Он постучал в закрытую спальню. Тишина. Без разрешения зашёл внутрь, осматриваясь. Его друг сидел на краю кровати, схватившись за голову, оперевшись локтями о колени, согнулся к ним. Парень был погружен в глубины своих мыслей и скорее всего попросту не услышал стуки в дверь. Ведь когда рука Николая легла ему на плечо, тот резко разогнулся, выругавшись от перепуга.
Фёдор: Чего подкрадываешься?!
Николай: Это ты глухой, я постучал, но в ответ тишина. Мы волнуемся за тебя.
Фёдор: Угу…
Голевский смотрел в одну точку. Пустой взгляд, молящий о помощи.
Николай: Может мне включить свет?
Фёдор: Не нужно.
Николай: Камилла с Саджо уже ушли. Хаяси просил передать, чтобы ты зашёл к детективам на днях.
Фёдор: Хорошо.
Как бы он ни пытался заинтересовать Фёдора каким-то разговором, на это всё получал монотонный краткий ответ в одно слово. Стало быть нужно менять тактику.
Николай: Знаешь, я так рад, что в моей жизни появилась София. Она очень милая и так забавно смущается. Хочется радовать её, баловать вкусняшками, чтобы почаще видеть нежную улыбку на её губах.
Фёдор: Я рад за тебя. Думаю, вы будете счастливы вместе.
Николай: А сам-то какую девушку нашёл, да, Федя?
Его взгляд стал чуть более заинтересован в беседе. Но парень продолжал молчать. Но уже не слышать, а слушать и достаточно внимательно.
Николай: Красивая внешне и душой, такая добрая и искренняя. Так ведь?
Фёдор: Нана слишком хороша для меня.
Николай: Не говори чепухи. Я вижу, как вы на друг друга смотрите. Если любовь, горящую в сердце не видно со стороны, то глаза не обманут.
Фёдор: Я не хочу причинить ей когда-то боль.
Николай: Так просто не причиняй. Не стоит жить страхом, перебори его, стань тем, кем хочешь быть.
Фёдор: Думаешь, я этого сам не понимаю? Рассуждать об этом легко, а воплотить в жизни уже тяжёлая задача. Мне нужно время и возможно много. Готова ли она ждать? И нужно ли оно ей?
Николай: Спроси сам у неё.
Фёдор: Нана осталась здесь?
Николай: Да, она сидит там переживает за тебя. Даже мои шутки близко к сердцу воспринимает.
Фёдор: Она росла немного в другой культуре и стране, болван. Ну это так если ты забыл. Что ты ей наговорил?
Заговорчески улыбаясь, Коля вышел из комнаты со словами.
Николай: А вот это секрет, до встречи, дружище, я переночую у одногруппника сегодня.
Фёдор: Постой!
Дверь захлопнулась.
Фёдор: Чёрт…
Запустив руку в волосы, он, тяжело вздыхая, рухнул на кровать. Дверь в комнату медленно приоткрылась, из-за неё выглядывала Нана.
Нана: Можно к тебе?
Фёдор: Заходи, только прикрой её.
Девушка сделала, как ей велели. Аккуратно, будто боясь спугнуть, присела рядом с ним. Протянутая рука остановилась в паре сантиметров от его головы, Нана прошлась смущенным взглядом по комнате.
Нана: У тебя тут уютно... Минимализм, маленькое пространство, черно-белые цвета. Стильно.
Фёдор: Не уютно, не нужно врать. Я и сам это знаю. Уют необходимо создать, а эта квартира так… на время моих бессмысленных пряток. Я уже и в безопасность не верю.
Нана: Но за тобой же Левицкий будет приглядывать.
Фёдор: Хах, ну да…
Он горько усмехнулся, кидая взгляд на полупустую бутылку вина.
Фёдор: Чего осталась? Уже поздно, родители волноваться будут.
Девушка легла рядом с ним, прижав руки к груди, смотрела в потолок.
Нана: Я предупредила их, что переночую у тебя.
Перевела взгляд на него, поворачиваясь на бок. Парень, приподнимаясь на локтях, вскинул бровь, глядя на неё с недоверием.
Фёдор: Разрешили остаться у незнакомца?
Нана: У нас доверительные отношения с родителями. Папа немного поворчал, но всё же решил, что ты меня не обидишь.
Фёдор: Кхм…Не обижу?..
Произнося эти слова, Голевский, чуть ухмыляясь, провел пальцами по её щеке. Нана чуть вздрогнула от холодных лёгких прикосновений. Она сглотнула, и если бы не ночь, то её румянец был бы отчётливо виден ему.
Фёдор: А если я воспользуюсь тобой прямо сейчас? С чего ты решила, что я хороший?
Когда он увидел в её глазах застывшие слёзы, ухмылка сошла с лица, оно стало обеспокоенным, а взгляд виноватым.
Фёдор:…
Нана: Я верю тебе, потому что так чувствует моя душа и сердце. Оно то замирает, то бешено колотится, когда ты рядом. Я знаю тебя совсем немного, но хочу узнать всего тебя, быть с тобой. Потому что ты мне нравишься таким, какой ты есть. И у тебя не получится меня напугать…
Парень порывисто заключил её в своих крепких объятиях, прижимая к себе, слушая тихие всхлипы. Столько мыслей крутилось у него в голове. Но для начала нужно было утешить, загладить вину, ведь по его мнению он поступил глупо, сказал ей отвратительные вещи. Шёпот коснулся её уха, посылая по коже мурашки.
Фёдор: Пожалуйста, не плачь.
Нежный, совсем лёгкий поцелуй в шею. Она затихла. Потом ещё один…поувереннее.
Фёдор: Вот видишь к чему всё сводится в итоге. Извини, не удержался. Ты прекрасна.
Дыхание обоих было чуть сбито. Будто затишье перед бурей. Погладив его лицо, Нана, смущённо улыбаясь, произнесла.
Нана: Я сама хочу этого. Мне нравится каждое твоё касание.
После этих слов она заметила вспыхнувший огонёк в его глазах. И ещё в них было желание. Фёдор усадил её на свои колени, так чтобы девушка была повернута к нему лицом. Очертил руками изящные изгибы тела.
Фёдор: Не знаю, пила ты или нет, но сегодня обойдешься поцелуями. Я не хочу, чтобы ты потом жалела о чем-то.
Нана: Я полностью трезва. А ты? Ты этого хочешь осмысленно?
Фёдор: Да, и очень сильно.
Он впился в её губы в страстном поцелуе, сжимая бедро одной рукой, а другой зарываясь в волосы. Нана иногда прерывала его, чтобы вдохнуть воздуха, а потом они снова наслаждались друг другом. Уложив её на кровать, Фёдор от губ медленно начал спускаться к шее, ключицам, осыпал поцелуями руки девушки. Немного задрав свитер, коснулся губами живота, бочка, наблюдая за её вздрагиваниями.
Фёдор: Ты очень чувствительна. Мне нравится.
Нана: Для меня это всё впервые. Мне как-то неловко от такой реакции.
Фёдор: Чш, лежи и получай удовольствие. Я всё сделаю.
Эта ночь была для них полна нежности и страсти. Пара стала ближе, роднее друг другу. Лёжа в обнимку, они говорили на различные темы, переборов стеснение. Рыжие мягкие волосы разбросанные по подушке, блестящие от счастья изумрудные глаза, смотрящие на него с любовью. Томный немного исподлобья взгляд серых глаз, который посылал мурашки по её бархатной бледной коже, иногда был с хитрецой. Парню нравилось посматривать на выражение лица девушки, отрываясь на недолго от поцелуев. Пальцы игриво щекотали её изгибы, вызывая невероятно приятное ощущение. И даже когда она уснула на его груди, Фёдор не переставал нежно перебирать вкусно пахнущие девичьи волосы. А утро они встретили вместе, Нана проснулась от лёгких щекочущих прикосновений на лице. И как же было приятно спросонья видеть его влюбленный взгляд. Она постаралась запечатлеть этот момент в своей памяти навсегда, боясь забыть когда-то это мгновение.
Глава 6
Дни шли спокойно, размеренно. Нашу компанию даже перестали мучать кошмары. Всех нас, кроме… Леона… Подруга рассказывала, как он вскрикивал посреди ночи, как ему было страшно находиться одному в собственном доме. Он стал пугливым в последнее время, появилась мания преследования. Но делиться своими переживаниями не хотел. Или же не мог? Может его запугали? Школа это последнее о чём мне хочется думать. Тревожные мысли съедают изнутри, словно черви, паразиты, не желающие покидать место, в котором поселились. А то подаренное кольцо лежало далеко в шкатулке в глубинах шкафа, который никто и никогда не трогал. Я старалась забыть о нём, но понимала, что просто отвязаться от мыслей не получится. Нужно что-то делать, и я ждала подсказки каждую ночь, в надежде увидеть во сне призрак Хелены. Но она не приходила. Создалось впечатление будто он её не пускает ко мне. Держит чистую невинную душу в клетке, как птицу вне воли. Зачем так препятствует их освобождению, если любит? Любил настолько сильно, что был готов умереть с ней в любой момент и сделал это. Но может его душа погрязла во мраке? Сгнила от навязчивого желания отомстить, причинять боль всем, кто хоть как-то касается их с девушкой призрачной жизни. Бессмысленного существования полного страданий… Недавно ко мне в гости на чай с пирожными заходил Саджо. Сам приготовил их для нас с мамой. Но она до сих пор не может принять его, подозревает в плохом. Он мил с ней, вежлив, как полагает. И она снисходительно улыбается ему, потом за спиной читая мне нотации. За чаепитием парень рассказал про то, что к ним всё-таки явился Фёдор. Не так быстро как хотелось бы, но пришёл. И не «с пустыми руками». Я погрузилась с головой в эту историю.
Было начало рабочей недели. Холодный, зябкий день, без шанса на лучик солнца. Грея нос под слоями шарфа, Голевский шёл, засунув руки в карманы чёрного пальто, а рядом с ним молчаливо – Евгений Левицкий. Он изредка поглядывал на паренька, но больше его внимание было обращено на улицы города.
Фёдор: У тебя с собой пистолет есть? Телохранитель…
С ухмылкой, бросая эту фразу, он думал, что зацепит достоинство детектива, но тот лишь кивнул.
Евгений Левицкий: Прошу быстрее перебирать ногами, Фёдор.
В кабинете их встретили Дениз и Фрэнк. Девушка расслаблено сидела за компьютером, попивая крепкий чай, а молодой человек заинтересовано перебирал бумаги, засматриваясь то на одну, то на другую. Видно все ждали главного. И он не заставил томиться ожиданием. Захлопывая за собой дверь, он прошёл к столу, кидая в сторону Голевского уставший строгий взгляд.
Хаяси Кенджи: Ты заставил нас понервничать, Фёдор.
Парень не собирался садиться напротив, в непонимании изогнул брови.
Фёдор: Тем что пришёл не на следующий день после приглашения? Я отдыхал и не посчитал нужным тратить на вас своё драгоценное время.
Дерзкие речи вызвали у Левицкого сильное раздражение. Очутившись позади Феди, он сделал удушающий захват. Фрэнк уже хотел метнуться на помощь хватающему воздух парню, но его задержала девушка, взглядом намекая стоять и ждать, что скажет главный детектив. Пытка продолжалась недолго, всего минуту, ему нужно было преподать урок.
Хаяси Кенджи: Евгений, отпусти его.
Слушаясь босса, он отошёл в сторону. Но Фёдор всё также чувствовал на себе его тяжёлый взгляд.
Дениз: Левицкий, давно не видела тебя таким злым.
Она сказала это с ухмылочкой, продолжая что-то печатать в компьютере. Не обращая на неё внимания молодой человек обратился к Хаяси.
Евгений Левицкий: Сэр, этот мальчишка смеётся над вами. Такое поведение недопустимо. Из него информатор так себе. Не нужен нам такой источник. Сглатывая, Голевский всё же присел за стол к детективу, метнув к нему умоляющий о спасении взгляд.
Хаяси Кенджи: Не бойся, мой мальчик, Левицкий не сделает тебе больно, никто из нас не собирается тебя запугивать. Для меня важно сотрудничество с тобой. Знаешь ли ты, что люди Хикару уже разыскивают тебя и знают в каком районе ты живёшь?
Фёдор: Да, мне доложили об этом, но я не собираюсь переезжать в ближайшие дни.
Фрэнк: Хочешь попасть в заложники?
С насмешкой сказал молодой человек.
Фёдор: У меня есть охрана в лице ребят моего отца и вашего агрессивного пса. Чего мне бояться?
Евгений только воздух втянул носом, но не шелохнулся на эту провокацию.
Фрэнк: У тебя есть какой-то план?
Фёдор: Не совсем план, но мне нравится видеть вашу заинтересованность.
Дениз: Хах, он играет с нами…
Слышно поднявшись с места, она подошла к парню. Положила руки ему на плечи.
Дениз: Ты можешь молчать сколько угодно, дурачить нас, оскорблять чувства моих напарников.
Девушка кокетливо провела ноготком по его шее. После чего он почувствовал холод острия лезвия
Дениз: Но в таком случае тебе придётся столкнуться со мной. А я, мой сладкий, люблю пожестче. Никто ещё живым не уходил от меня, если приходилось действовать.
Фрэнк: Полегче, отбираешь работу Евгения.
Дениз: Не только же ему развлекаться.
Постукивая пальцами по столу, Хаяси тяжело вздохнул.
Хаяси Кенджи: Прекратите этот цирк.
Дениз: Босс, мне увести его?
Хаяси Кенджи: Нет.
Фрэнк: Может он не хочет в нашем присутствии говорить? Нам уйти?
Хаяси Кенджи: Останьтесь, просто не обращайте на нас внимания, занимайтесь своей работой.
Парень поддергивал ногой, нервничая. Маска уверенного юноши спала, открывая его тревожную натуру.
Фёдор: У меня есть для вас информация.
Хаяси Кенджи: Я слушаю.
Дрожащим голосом Фёдор продолжил.
Фёдор: Насколько я знаю, Достоевскому и Орехову пару дней назад пришло анонимное письмо, в котором говорится о встрече. Дата вроде бы — 15 ноября. А о месте встречи они мне не сказали. Я вообще не уверен, что они знают о том, что я с вами тут беседы веду.
Хаяси Кенджи: Поверь, знают.
Фёдор: Я не хочу, чтобы они шли навстречу с этими психами.
Хаяси Кенджи: Волнуешься за них?
Повисло недолгое молчание.
Фёдор: Они лучшие из тех, кто когда-либо работал на отца. Ребята стали для меня частью семьи. Даже мама иногда печеньем подкармливает, когда выдаются тяжёлые дни. А от неё, чтобы получить заботу, нужно очень сильно постараться.
Хаяси Кенджи: Я понимаю. Но?..
Фёдор: Но они точно пойдут и наверняка ничего хорошего из этого не выйдет.
Парень расстроенно выдохнул, облокачиваясь локтями об стол, подпёр рукой щеку.
Хаяси Кенджи: Ты очень светлый человек, мой мальчик. Особенно для того, кто рос в мире мафии, полной жестокости, подлости. И даже не получал родительской любви.
На последних словах Голевский вздрогнул.
Хаяси Кенджи: Но ты можешь в любой момент прийти ко мне и я помогу советом, поддержу тебя.
Молодой человек уставился на старшего детектива, не отводя от него глаз, которые постепенно наполнялись слезами. Заметив его взгляд, Кенджи встал из-за стола и раскрыл свои объятия.
Хаяси Кенджи: Иди сюда, паренёк.
Быстро подрываясь с места, чуть спотыкаясь, Фёдор оказался в крепких объятиях, которые так были нужны ему. Он старался сдерживать слёзы, но тихие всхлипы выдавали его.
Хаяси Кенджи: Не бойся проявлять чувства рядом с важными для тебя людьми, в которых ты уверен, но запомни, что перед всеми открываться не стоит. Иногда всё-таки нужно действовать исходя из холодного разума, а не сгоряча идти на поводу у сердца.
Фёдор: Я вас понял, сэр. Мне очень хочется поговорить по душам с отцом, но страшно, что он не поймёт меня, посчитает слабым. Мать так и думает, говорит ему постоянно об этом. Но я чувствую всё же какую-то связь между мной и им, будто она, как натянутая нить, которая вот-вот оборвется, но всё ещё держится на чем-то.
Хаяси Кенджи: Когда вернёшься домой, обязательно поговори с ним. Я верю, что ты справишься со своим страхом.
Фёдор: Я… Я не уверен…
Сомнения по поводу разговора с отцом грызли его мысли. Он думал, что наверняка Виктор ждёт, что тот сам прибежит к нему, прося о помощи, что испугается ответственности самостоятельной жизни. Скорее всего, если он не оправдает ожиданий Голевского старшего, то тот точно принудит его вступить в мафию. В эту секунду к Фёдору пришла мысль, что ему не нужна защита со стороны отца и детективов. Он сам справится, сможет защитить себя. Парень был уверен в своих силах и навыках, которых успел понабраться за годы жизни в семье мафиози. Тем временем в Санкт-Петербурге было раннее утро, только вставало солнце над горизонтом. По мраморной лестнице особняка отстукивали тонкие высокие каблучки. Изящные плечи статной женщины прикрывала бархатная накидка красного цвета, чуть касаясь пола. Чёрные, как перья ворона, длинные волосы закручивались немного на концах. Её взгляд был ледяным, пустым, а кожа бледной и холодной, как её остывшее к проявлению чувств сердце. Взяв на кухне, приготовленный служанкой крепкий кофе, она направилась к кабинету мужа, дверь в который была приоткрыта. Высокий широкоплечий мужчина в дорогом пошитом на заказ костюме стоял, пристально глядя в окно, будто ожидая кого-то там увидеть. Обогнув рабочий стол, Анна подошла ближе, положила руку ему на плечо, сжимая. Тишину нарушил строгий женский голос.
Анна: Всё надеешься на возвращение сына? Птичка, вырвавшаяся из клетки, не захочет обратно под замок.
Виктор: Он в опасности там. Характер ужасный, будет назло идти напролом в самое пекло.
Анна: Весь в тебя, что сказать…
Виктор: Я стратег, Анна. А он упрямый, упертый на своём мальчишка.
Он наконец повернулся к ней лицом, прошёл к столу, пытаясь сделать вид занятости. Но опечаленный взгляд скрыть не удалось. Усаживаясь на краю стола, она легонько и даже нежно провела рукой по мягким волнистым чёрным волосам. Виктор поднял взгляд.
Анна: Я тебя давно таким не видела. Нельзя раскисать из-за Фёдора, прояви стержень и верни силой, если боишься за него. Чего вообще переживаешь, если там с ним Юрий с Алексеем?
Виктор: Мы имеем дело с сильным противником. Хикару и его подчинённые безжалостные люди, которые ради своих изощренных целей могут даже, не прося выкупа, убить свою жертву. И мы несколько лет назад перешли ему дорогу. Зуб заточен…
Анна: Это было слишком важное для нас задание. Упустить такого большого клиента ради того, чтобы не мешать другой мафии, глупая затея. Мы были тогда в выигрыше и не маленьком. Укрепили своё положение. В чём проблема взять Фёдора, как щенка, и привести сюда, под замок посадить, чтобы не сбежал?
Он стукнул по столу, но женщина никак не отреагировала, даже не вздрогнула.
Виктор: Хватит! Ты разве не знаешь его? Устроит бойкот, голодовку. Мы полностью потеряем Федю. И так враги в его глазах.
Анна: И что? Дело важнее.
Голевский после того, как устало потирал виски, нахмурился, глядя на свою жену. Он редко злился на неё, Анна была его музой и богиней, но сейчас Виктор, будто бы готов был разорвать её на части. Пугающе спокойно, но с ноткой нервного надрыва, он произнёс.
Виктор: Ты с ума сошла? Забыла, что являешься матерью?
Анна: Я хотела дочь, Виктор. Фёдор для меня никто, только разочарование, от него одни проблемы и никакой пользы. Моя дочь умерла, а его я оставила только потому что ты настоял на этом.
Уже собираясь покинуть кабинет, она бросила на мужчину осуждающий взгляд.
Анна: Фёдор — твой сын, ты и решай, что с ним делать.
Она слегка хлопнула дверью.
Виктор: Прости, Федя, мы плохие родители…
Он корил себя за то, что не уделял должного внимания сыну, его мечтам, увлечениям. Работа, постоянно работа, которая не позволяла быть мягким и любящим отцом. Строгость и принуждение идти по такому же грязному, мерзкому пути. И ради чего? Виктор хотел для сына другой жизни, но мог ли обеспечить её, если знал только одно — продолжение дела, как когда-то сам выбрал эту дорогу, чувствуя долг перед своим отцом. Наверняка мог. Боялся осуждения среди своих. Но подвергать лишний раз своего ребёнка опасности не желал, лишь поэтому Фёдор ещё не состоит в мафии Голевского. Он ждёт от него твёрдого решения, чтобы Фёдор, смотря ему в глаза, видел своё будущее и стоял на своём. Только тогда он сможет гордиться им, поймёт, что он не пропадёт в этом большом и жестоком мире. Отголоски прошлого ударили в голову. Виктор помнил каждый раз, когда подвергал семью опасности. Мысли о том, что с Анной или Федей может что-то случится отзывались ноющей душевной болью, замиранием сердца. Он вспомнил тот день, когда, если бы опоздал хоть на пару минут, произошло бы непоправимое. Это было 8 лет назад. Тёплый майский день, воскресенье. На чистом голубом небе светило яркими лучиками солнце, лёгкий ветерок перебирал листву в их саду. Аннушка сидела в своей комнате на втором этаже, вышивая натюрморт. Тогда она ещё любила рукодельничать. А маленький Фёдор играл на фортепиано в просторной гостиной, умело перебирая пальчиками по клавишам. Эта комната должна была быть наполнена семейным уютом, но в ней мальчик находил отраду в одиночестве, в искусстве. Родители всегда были заняты своими делами, он рос один, без друзей, без внимания. Единственным его другом был доберман —самый верный охранник семьи. Ему казалось, что только он понимал его, смотря своими добрыми карими глазами. Послышался выстрел, затем второй, осколки из оконных рам полетели на пол. Дальше всё было как в тумане для всех членов семьи. Анна быстро среагировала и, схватив сына за руку, увела в безопасное место, заперевшись в чулане. Мальчик услышал грозный собачий лай. Шёпотом произнёс.
Фёдор: Там Рекс. Мама, ему нужно помочь. Пусть кто-то приведёт его к нам.
После послышался ещё выстрел, доберман жалобно проскулил. А глаза Фёдора наполнились слезами. Он всё понял, но наивная надежда всё ещё билась в нём. Мальчик схватился за ручку двери, пытаясь её открыть.
Фёдор: Я спасу его. Ему ещё можно помочь.
Резко отдергивая его на себя, мама зажала сыну рот, чтобы он сидел молча.
Анна: Тише. Или хочешь повторить судьбу Рекса?
Всхлипывая, он отрицательно покачал головой. Вскоре было ещё какое-то количество выстрелов, похожее на перестрелку. Послышался знакомый родной голос отца.
Виктор: Анна, вы где?
Женщина сразу же открыла дверь чулана. Выбежав, бросилась в объятия мужа. Того немного трясло, была небольшая отдышка.
Виктор: Где Федя? С ним всё в порядке?
Анна: Сидит наверное ещё там.
Зайдя в чулан, Голевский обнаружил сидящего на полу мальчика. Тот зажался в угол, обнимая руками колени, прижал их груди, его пробирала мелкая дрожь. Фёдор смотрел в пустоту, не отрываясь. Виктор подошёл к нему, прижал к себе.
Виктор: Мой мальчик, тебе было страшно?
Фёдор: Они убили Рекса… Да?
Тяжело вздыхая, отец кивнул.
Фёдор: Я мог его спасти, спасти своего друга, но сидел здесь, как последний трус.
Виктор: У тебя не было ничего, чем бы ты смог ему помочь. Ты ещё маленький, чтобы идти против взрослых уродов с оружием. У тебя не было времени, чтобы забрать его с собой в безопасное место.
Фёдор: Это нечестно, теперь у меня нет друга. Больше нет того, кого я любил.
Виктор: Сын, знаешь, как мне было страшно, что я потеряю вас с мамой. Я каждый день тревожусь за вас.
В этот момент в Федоре говорила обида и злость. Отталкивая отца, он, срываясь на крик, произнёс.
Фёдор: Нечего подобного! Вам с мамой всё равно на меня! Я вам не нужен…
Он убежал к себе в комнату под нотации матери и тяжёлый вздох отца, который печально смотрел ему вслед. Виктор вспоминает этот день, как тот, когда он окончательно потерял доверие сына. И после лишь видел в его глазах осуждение, гнев, грусть. Но только не детский смех и счастье.
Когда Киото погружается в тьму ночи, некоторые находят своё место в ярких огнях различных ночных клубов, в один из таких забрели и Юрий с Алексеем. Но их целью не было расслабиться и отдохнуть в компании красивых стриптизерш, которые так и манили посетителей этого места своей изящной фигурой и откровенными танцами. Они пришли следить за Митсуо, узнать про него какую-то информацию, может даже увидеть какие-то слабости молодого человека. Достоевский не успел и глазом моргнуть, как его напарник начал обхаживать несколько девушек стоящих недалеко от входа. Схватив его за шиворот, Алексей оттащил парня на приличное от них расстояние под игривый смех азиаток.
Юрий: Ты чего позоришь меня?
Алексей: Мы здесь под прикрытием, должны быть незаметны. А ты так просто попадаешь под влияние здешних, кхм, дам…
Юрий: Ладно… Я понял, никаких тусовок.
Алексей: В тебе подросток ещё играет или что я не могу понять? Мы на задании.
Что-то там буркнув, Орехов, хмурясь, осмотрел помещение. Наклонившись к напарнику, тихо сказал.
Юрий: Третий столик справа.
Алексей: Угу. Идём к бару. Оттуда будет лучше всего наблюдать.
В карих глазах Орехова наконец вновь вспыхнул огонёк, а губы расплылись в улыбке.
Юрий: Ура, выпивка. Давно хотел попробовать японский алкоголь.
Они сели за барную стойку, Юрий заказал себе крепкий напиток, а Алексей решил воздержаться и взял себе стакан воды со льдом.
Юрий: Серьёзно? Отдохни хоть чуть-чуть.
Алексей: Чтобы не попасть в неприятности, один из нас должен находиться в здравом уме. По крайней мере я надеялся до последнего, что ты последуешь моему примеру.
Юрий: Пф, строишь из себя не пойми кого… Я-то прекрасно знаю каким ты можешь быть весёлым парнем, если захочешь.
Алексей: Поменьше болтай.
За одним из столиков сидел Митсуо. Капюшон худи был хорошо натянут на голову, что позволяло ему немного скрываться от чужих глаз. Но характерно яркий цвет волос, тяжело было спрятать. Он был один. Сутулая осанка, взгляд исподлобья. Отталкивал всем своим внешним видом мимо проходящих людей. А может они знали, кто перед ними… Сидел в одиночестве недолго, вскоре к нему подсела девушка вся в чёрном. Его взгляд заиграл новыми красками. Теперь в нём была хитреца, стало ясно, что он пытается флиртовать с этой таинственной особой. Но как-то безуспешно. Никаких признаков взаимной симпатии, лишь равнодушие. Алексей начал прислушиваться к голосу, разглядывать её.
Юрий: Чего ты? Понравилась что ли? Даже лица не видно.
Алексей: Чш, я пытаюсь понять… Она мне напоминает кое-кого.
В этот момент та самая резко встала из-за стола, нервно обернулась назад и встретилась с Алексеем взглядом лишь на секунду. После отвернулась и спокойно села обратно за стол.
Юрий: Что это было?
Достоевский замер, словно парализованный. Неуверенно прошептал женское имя.
Алексей: Мари…
Юрий: Знаешь её?
Алексей: Может мне показалось…
Он не услышал вопрос, погруженный в раздумья. Тогда напарник чуть толкнул его в предплечье кулаком.
Юрий: Ало, очнись.
Алексей: Что тебе нужно?
Юрий: Ты задумался и ушёл в себя. Узнал девушку?
Алексей: Она очень похожа на мою младшую сестру Мари. Но что она…
Юрий: Ого, твоя сестра работает на японскую мафию.
Алексей: Тише, идиот.
Юрий: Кхм…
Парень стал получше рассматривать девушку, ища в ней черты Достоевского.
Алексей: Не пялься так.
Юрий: Да я в шоке, мягко говоря. Что она здесь забыла? Ты же говорил, что она в правоохранительные органы пошла или в детективы. Уже не помню точно.
Алексей: Ты думаешь, я знаю? Мы с ней уже года три не общаемся. Последнее, что я от неё слышал это куча осуждений по поводу моей работы. А теперь я вижу её рядом с членом мафии Хикару. И возможно она тоже состоит в ней.
Юрий: Хах, может отчислили из вуза и пошла по тёмной дорожке?
Молодой человек перестал смеяться, когда встретился с хмурым взглядом Алексея.
Юрий: Кхм, прости, не хотел говорить про твою сестру какие-то гадости.
Алексей: Она всегда была примером для подражания, лучшая во всём, прилежная девушка, дочь, которую обожали родители. Я не поверю в то, что вижу. Если это и правда она, то здесь нечисто.
Юрий: Думаешь, что двойной агент?
Алексей: Возможно, нельзя отрицать. Ты лучше молчи почаще, а то всех нас подведешь. Язык впереди мозга идёт.
Юрий: Эй, это вообще-то обидно.
Слышно было плохо о чём они с ней говорят, но это определённо лучше, чем ничего.
Митсуо: Как тебе это место, Изуми? Какая-то ты слишком недовольная.
Изуми: Ненавижу такое, много шума и стремных людей. Обычным неподготовленным девушкам ходить в подобные места опасно.
Митсуо: По личному опыту говоришь?
Он нагло ухмыльнулся, отчего следящий за ними Алексей настолько сильно сжал стакан, что по стеклу пошла трещина.
Алексей: Я его закопаю…
Изуми: Попадаются мне подобные уроды, но без пролития их крови обычно не обходится дело.
Митсуо: Но ты видимо отлично заметаешь следы.
Изуми: Не приходится, они слишком пьяные, чтобы что-то запомнить. Следуют только своим животным инстинктам. Мерзость.
Митсуо: Не хочешь заказать что-нибудь? Я угощаю.
Его очень выдавал заинтересованный в девушке взгляд, но он был не любящим, а испытывающим желание, временную игрушку. Безразлично опустив глаза, она покачала головой.
Изуми: Нет, воздержусь.
Осуждающе изгибая бровь, молодой человек подозвал официантку.
Митсуо: Принесите нам два бокала хорошего белого вина.
Изуми: Упертый…
Когда работница бара ушла, он еле слышно произнёс.
Митсуо: Не забывай, что мы здесь не только для отдыха, хотя я бы отошёл с тобой в более укромное местечко.
Она пропустила его очередную ухмылку мимо себя.
Митсуо: Не выделяйся, если не хочешь всё испортить. Босс будет в ярости, если мы не приведём ему эту девушку.
Изуми: Она наверняка будет с телохранителем.
Митсуо: Ошибаешься, она будет здесь с подругой. Нам даже не придётся напрягаться. По-тихому возьмём и на базу.
Молодой человек перегнулся через стол и шёпотом произнёс.
Митсуо: За нами слежка, будь начеку.
Изуми: Может у тебя уже крыша едет?
С ухмылкой произнесла она.
Изуми: Так смотри и мания преследования появится.
Митсуо: Хах, моя маленькая девочка научилась подкалывать.
Ей стало мерзко от его слов. Девушка фыркнула.
Изуми: Держи свои мысли при себе, я говорю, что думаю.
Митсуо: Вот там за столиком, два русских мафиози. Прикрытие так себе.
Изуми: Может быть они просто так зашли в бар, чтобы выпить и расслабиться.
Митсуо: Ты хоть сама в это веришь? Такое чувство, будто что-то знаешь про них. Рассказывай.
Изуми: У нас сегодня дел по горло. Хватит болтать.
Понимая, что дело плохо, Юрий с Алексеем переглянулись.
Юрий: Идём отсюда пока не ввязались в новые проблемы. Информации уже никакой не получим.
Алексей: Мари прикроет нас если что. Нужно проследить за ними. Что будет с той девушкой и куда её заберут.
Юрий: Я уж испугался, что ты её спасать начнёшь. Хочешь на будущее знать их возможные места для держания заложников?
Он кивнул.
Алексей: Только вот как бы не оказалось это ловушкой для нас.
Вернув взгляд в сторону японской мафии, парни потеряли их из виду. Откуда-то из дальнего зала, возможно места рядом с туалетом, послышался короткий женский крик. Такой будто практически вовремя закрыли рот рукой или ещё чем-то. Потом тишина. Мафиози тоже не появлялись в течение пары минут.
Юрий: Чёрт, упустили!
Алексей: Не нервничай, далеко не могли уйти. Идём.
Выбежав на улицу во внутренний двор, члены русской мафии убедились, что отсюда можно было спокойно уехать на машине, если есть доступ к воротам. А сейчас они были открыты. Либо это сделка, либо кого-то сегодня убрали с пути. Пробежавшись к железным воротам, они увидели лежавшего в крови мужчину в форме.
Алексей: Наверное, было совершенно ножевое ранение сзади. Видишь какие-то зацепки?
Юрий: Да, редкий след из каких-то бумажек прямо по дороге. Но может просто ветром надуло, не факт, что это Мари нам оставила подсказку. Это было бы слишком палевно. Как считаешь?
Алексей: Думаю, что они сейчас заняты вещами поважнее, чем заметать все следы. Этим займёмся мы, и чтобы не подставлять её, должны дойти до пункта назначения как можно быстрее.
Юрий: Как бы твоя сестрица не завела нас в большие проблемы.
Достоевский помрачнел на лицо, но ничего не сказал. Парню показалось, что он готов был ударить его в тот момент, но сдержался. Юрий не стал извиняться за эти слова перед ним. Хоть он и уважал его, считал хорошим напарником, но всё же оставался собой. Гордыню ставил выше дружбы, если таковая вообще существовала между ними. Молодой человек был сам по себе и в любой момент мог сменить партнёра. Он так думал до недавнего времени. Сейчас же стал больше привязываться, но старался подавлять в себе любые проявления слабости. Его целью была плодотворная служба мафии и именно в этом он хотел быть лучшим. Несмотря на свой длинный язык и умение разговорить даже мёртвого, Орехов не имел друзей. Все привязанности парень оставил в детстве, оборвал связи с семьёй. Решил быть сам по себе и плыть по течению реки под названием жизнь. Алексей не осуждал его жизненные ориентиры, цели и мысли, он сам был одиночкой. Мало кто знал, что у него на уме, куда он уходит после работы, есть ли у него личная жизнь. Достоевский был неразгаданной тайной для всех и даже для Виктора Голевского, который лишний раз не хотел лезть в чужие дела, да и это не представляло интерес. Все знали, что молодой человек с тяжёлым прошлым, несмотря на высокий статус семьи. В подростковом возрасте он был тем ещё бунтарем, из-за чего нередко попадал в передряги. Но сердце у него доброе, своим людям всегда поможет. Стараясь быть максимально незаметными они шли по следу, неподалёку за угол завернула чёрная машина, мотор заглох.
Алексей (шёпотом): Остаёмся здесь.
Район неприглядный, тихий, особенно ночью. Где-то вдалеке жилые дома, а так больше неприметные магазинчики или же какие-то дешёвые забегаловки. Само здание, около которого остановилась машина, было пошарпанным и безжизненным. На улице практически не души. Митсуо перекинул через плечо похищенную девушку, а Изуми следила, чтобы никто не заметил их. Они ушли с ним куда-то между этим зданием и другим, скрываясь в темноте.
Юрий: Вход наверняка с обратной стороны или сбоку где-то. Думаешь местные японцы настолько глупы, чтобы не заметить какие-то странности и не заявить в полицию?
Алексей: Скорее всего их молчание куплено или же запуганы.
Юрий: За ними двинемся, оценить обстановку?
Алексей: Нет, место известно, этого нам хватит.
Шагая назад к отелю, в котором остановились, они обсуждали миссию.
Юрий: На самом деле я не понимаю, зачем Федя согласился на помощь детективов. Мы для чего тут ошиваемся как няньки. Будто других дел нет…
Алексей: Он умный мальчик, правильно, что согласился. А ты просто обижаешься, что твоё задание передали другому.
Юрий: Потому что это было бы намного интересней, чем приглядывать за ним. Я чую большие проблемы, которые мы можем отхватить.
Алексей: Во-первых, мы следуем приказу. Во-вторых, ищи плюсы. Ты же хотел попутешествовать. Вот тебе и дали на блюдечке.
Юрий: Я хотел на задание в Европу, на которое тебя отправили.
Орехов состроил недовольную гримасу.
Алексей: Знаешь то, что Виктор доверил тебе сына это о многом говорит. Радуйся и не подведи его.
Юрий: Ты прав. Я забываюсь.
После грустного тяжёлого вздоха напарника, Алексей поддерживающие похлопал его по плечу.
Алексей: Ты отлично справляешься со своими обязанностями. Мне нравится с тобой работать.
Юрий: Вот только не надо пытаться мне льстить. Я же знаю, что частенько тебя раздражаю.
Алексей: Всегда —не частенько.
Они обменялись смешками, настроение стало гораздо лучше. Тем временем в сыром тёмном подвале очнулась девушка. Всё тело ныло, руки были крепко связаны верёвкой. Заложница чувствовала, как при малейшем движении, она царапала ей кожу. Чтобы разглядеть помещение потребовалось время, глаза привыкали. Ноги ничего не сдерживало, но она не могла встать, они были будто ватными и не слушались. Пол оказался на удивление не таким грязным каким мог быть, но ей было всё равно противно сидеть в коротком платье на нём. На стенах в кое-каких местах подтеками виднелась засохшая кровь, как и на устрашающих инструментах, лежащих в другом конце помещения на столе. Затхлый воздух, от которого хотелось прочистить горло, не давал возможности вдохнуть полной грудью. Она чувствовала себя героиней фильма ужасов, за которой скоро придёт маньяк. Девушка уже прощалась с жизнью, надежды на то, что с ней не сделают ничего плохого не было. Железная дверь со скрипом отворилась. Сдерживая слёзы, она вжалась в угол, хныкая за лентой на губах, не дающей проронить ни слова. Митсуо подойдя к ней, схватил девушку за подбородок, поднимая голову к себе.
Митсуо: Как мы долго тебя искали.
Со злой усмешкой на губах, он резким движением сорвал ленту, оставляя за собой в области рта красную полосу. Девушка вскрикнула от боли, слезы уже сами собой катились по холодным щекам.
Митсуо: Я бы поиграл с тобой, но босс хочет поговорить с тобой.
Она заметила, как его взгляд скользнул по тем самым инструментам и видимо они были предназначены для пыток. В глазах мафиози горел огонь, ему безумно нравилось играть со своими жертвами, пугать, мучать. Но сегодня он остался без игрушки. Шаги в коридоре. В дверном проёме показался глава мафии. Он был одет в белую рубашку и коричневые брюки под классику. Строгий образ также подчеркивал холодный взгляд алых, как кровь, глаз. Он подошёл к девушке, смотря на неё сверху произнёс.
Хикару: Он с тобой хорошо обращался?
Она испуганно кивнула.
Хикару: Митсуо, ты свободен, загляни к вчерашнему. Мне кажется ему нужно объяснить правила поведения этого места.
Митсуо: Есть, босс. Я с удовольствием.
Хикару: Не закрывай за собой дверь хочу, чтобы наша гостья послушала, как не стоит себя вести.
Он сделал, как ему приказали. Девушка дрожала всем телом и это было очень заметно ему. Присаживаясь на корточки перед ней, он нежно провел рукой по голове.
Хикару: Ну-ну, тише, девочка. Не нужно так бояться меня. Тебя же зовут Хару, верно?
Подрагивающим от страха голосом она ответила.
Хару: Да.
Хикару: Твой отец был офицером полиции в Токио. После той случайности, как такие как он любят говорить, в деле семьи Куроки, он спокойно работал дальше защищая мирных жителей Японии. Но потом исчез, и был найден в довольно потрепанном, ну так сказать мёртвом состоянии.
Хикару говорил серьёзно, но ухмылка с изредка безумным блеском в глазах вызывали мурашки.
Хикару: Его остальные члены семьи сразу же пропали с поля моего зрения, ушли долгие годы на то, чтобы я смог найти тебя, Хару. Я мог бы предоставить возможность Митсуо тебя убить, но ты оказалась до жути похожа на близкого моему сердцу человека. Поэтому я дам тебе пожить, если будешь себя хорошо вести и следовать всем моим правилам.
Где-то в соседней камере слышались душераздирающие мужские крики, мольбы о помощи, которые с каждой секундой становились всё тише.
Глядя в её круглые от ужаса глаза, он тихо рассмеялся.
Хикару: Итак, что ты должна запомнить. Повторять я несколько раз не буду. Мы здесь не в детском садике. За проступок сразу следует наказание. Нельзя дерзить мне, это раз. Слушаться во всём, это два. Попытка сбежать карается смертью, как и попытка нападения на меня, если притронешься к кому-то из моих ребят, то они сами решат, что с тобой делать, но гарантирую, что не разрешу лишать тебя жизни. Тебе понятно, моя милая?
Хару: Да, сэр.
Хикару: Умничка. Через пару часов тебе принесут еды и развяжут руки. Смотри, не натвори глупостей. Я зайду поболтать с тобой завтра утром, надеюсь, ты выспишься.
Это всё звучало как издевательство. Хару хотелось разрыдаться, она бы всё отдала, чтобы оказаться сейчас в безопасности, дома. Она тихо плакала, молясь богам об освобождении. Закрыв за собой ржавую железную дверь, Куроки направился в свой кабинет, где его уже ждали подчинённые, склонив головы. Его уважали, его боялись… Подойдя к пробковой доске, увешанной множеством различных бумажек и фотографий, он ткнул в изображение Фёдора Голевского. Раздраженным, недовольным голосом бросил.
Куроки Хикару: Почему он ещё не у меня?!
Глаза горели ненавистью, он сжал в руке раскладной нож и со всего размаха воткнул его в фотографию сына русской мафии. Повелительным тоном, почти переходя на крик, скомандовал.
Куроки Хикару: Найти его и привести сюда! Иначе следующий нож окажется в ком-то из вас. И побыстрее! Моё терпение не бесконечно.
Изуми: Босс, мы всё сделаем. Вам мальчишка нужен живым так ведь?
Куроки Хикару: Хм… Я хочу увидеть страх в его глазах, посмотреть, какого щенка вырастил Виктор. Хахахах, пока что он прячется в тени, как маленький ребёнок. Ничтожество. Знаете, что…
Изуми: Да, сэр?
Куроки Хикару: Проследите за ним получше, нужно выждать момент.
Изуми: Но вы же сказали, что он вам нужен срочно…
Не успела она договорить, как её перебил глава мафии.
Куроки Хикару: Изуми, ты забыла, что было, когда ты в прошлый раз ослушалась меня?
Девушка сглотнула. Воспоминания накрыли её, словно кипятком обдало. Тот вечер она никогда не забудет. Это было пару месяцев назад. Мари не стала убивать по заказу маленькую дочь того человека, который был им нужен для выполнения задания. Она проявила слабость, пожалела её, дала сбежать. Но, к сожалению, за неё всю работу выполнил Митсуо. Безжалостно застрелив малышку, прямо на глазах у Мари. Пытаясь сдержать слезы, сжав зубы почти до скрежета, она смотрела на его довольное своей работой выражение лица. Кровожадная ухмылка, стремление сделать как можно больнее жертве…Они с Хикару отличались только тем, что боссу больше нравилось доставлять психологическую боль, а не физическую, играть с эмоциями, с самым важным, что имеет человек. Чаще всего это были манипуляции и запугивания. Страдали в большей степени семьи этих жертв. Ослушавшись его, Мари ощутила на себе гнев Хикару. Он лично занялся тем, чтобы она поняла, как не стоит себя вести будучи членом мафии. Вылил кипяток на левую руку и бросил на ночь в одной из камер подвала. Тихо постанывая от жуткой жгучей боли, она держала себя в руках, чтобы не потерять сознание. Через час к ней зашёл Митсуо с мазью и бинтами. Это было не его желание по доброй душе, так приказали.
Изуми: Помню.
Куроки Хикару: Значит будь тихой и слушай, что тебе говорят. Проследите за Голевским младшим. Может быть нам удастся потянуть за другие ниточки. Я слышал, что у него появилась пассия. И это потому что какие-то там мелкие помощники работают почему-то лучше, чем вы. Задумайтесь и исправьтесь. Можете быть свободны.
Митсуо: Сэр, мы не подведём.
Они быстро покинули его кабинет, дабы не злить сильнее.
Изуми: Чего так резко серьёзным стал?
Митсуо: Хикару разгневан не на шутку. Но знаешь, мне кажется, что он больше нервничает. Я не сомневаюсь, что Голевский держит всё под контролем. Хотя может его слабость и есть его сын. Хм…
Он задумчиво потирал подбородок, облокотившись плечом о стену. А девушка послушно стояла рядом, ожидая услышать следующую фразу. Вернув на неё взгляд, он наигранно ухмыльнулся.
Митсуо: Что такое Изуми? И мальчишку жалко? Не говори, что Виктора тоже.
Изуми: Никто не заслуживает страданий.
Митсуо: Ой, что за ангел в тебе проснулся? После всего что ты сделала…
Изуми: Я ненавижу себя за это. Тебе легче говорить о таких вещах как смерть. Ведёшь себя как безжалостное чудовище.
Он опустил глаза, скривился.
Митсуо: Всё сказала?
Изуми: Если бы могла сказала бы больше.
Молодой человек схватил её руку, завёл в ближайшую комнату, закрыв за собой дверь.
Изуми: Что ты себе позволяешь? Предупреждаю, что не побоюсь двинуть тебе в нос.
Митсуо: Расслабься, я лишь даю тебе возможность поговорить. Пока есть такой шанс, можешь выложить всё, что накопилось.
Удивление и непонимание не сходили с лица Изуми. Пока не появилась догадка. Исикава злится на себя за невозможность выполнить задание босса. Он чувствует себя ничтожным и хочет привести себя в чувства путём оскорблений.
Изуми: Ты никогда не рассказывал о своём прошлом. До того как пошёл в преступники.
Митсуо: Зачем оно тебе? Пожалеть некого? Меня этим всё равно не возьмёшь.
Изуми: Мы напарники, хочу узнать получше.
Митсуо: Что за хитрости у тебя на уме? Я тебе противен и это факт. Не пытайся разнюхивать то, что тебе не стоит знать. Такие люди как мы не должны проявлять слабость в любом её проявлении. А прошлое всегда кроет в себе тайны. И ты моя помощница, к сожалению, мы не напарники. Я привык работать в одиночку и если бы не приказ Куроки, то тебя бы рядом со мной не было.
Изуми: Ты жалок и уязвим.
Он смотрел в её голубые глаза, которые кололи как острые льдинки через взгляд, слова. Эта девушка восхищала его своей недоступностью и силой воли, бесстрашием перед опасностью. Она точно могла пожертвовать собой ради спасения другого. Наверняка видела своё будущее, а он же жил одним днём, служа тёмной стороне этого мира. Он чувствовал себя цепным псом, потерявшим свободу. Очень давно. И хоть Изуми задала ему вопрос о прошлом, она прекрасно знала на него ответ, проверяла его, раскроется ли перед ней. Митсуо был обычным мальчиком из среднестатистической семьи. Тихий скандинавский городок. Средняя школа. Над ним издевались сверстники — за самовыражение во внешнем виде, в увлечениях. Он был активным подростком, хотел дружить, но не хотели с ним. Мама парня работала в благотворительном фонде, а отец на одном из заводов более крупного ближайшего к ним города. Дома появлялся редко, «гулял». Отношения в семье были напряженными. Он считал своего сына изгоем и слабаком. Денег не всегда хватало и Митсуо пытался подработать где только можно. Но даже так не смог подняться в глазах отца. После выпуска из школы он будто слетел с катушек. Столько лет таил в себе злобу и обиду на всех. И однажды сорвался, отомстив одному из своих бывших одноклассников. Его нашли в лесу с ранением в живот и раной на голове от удара чем-то тяжёлым, возможно камнем. Родители больше не видели сына дома после этого инцидента. И семью накрыли осуждения, ведь парня видели на месте преступления. Он находился в розыске какое-то время, а потом ситуацию забыли, замяли. С того дня Митсуо стал другим человеком. В его так называемом деле написано, что и в психиатрической больнице лежал какое-то время по собственному желанию, причина не указана. Но за тяжёлое прошлое прощать ужасные действия в настоящем нельзя. Каким бы печальным оно не было, он преступник.
Изуми: Не боишься после смерти встретить всех тех, кого ты лишил жизни?
Митсуо: Я не верю в загробную жизнь. Это всё сказки для тех, кто хочет себя утешить.
Изуми: Чего бы ты сейчас хотел больше всего, Митсуо?
В полутьме помещения его глаза отчаянно смотрели на неё. И даже не осталось в них грязных помыслов. Он осторожно подошёл ближе, будто боялся спугнуть.
Митсуо: Моё желание невозможно выполнить.
Изуми: Попробуй назвать его, может станет легче. Нет ничего невозможного.
Митсуо: Есть. И это на данный момент единственное, что делает меня слабым. Это —ты. Ты заполняешь мои мысли, Изуми. Я хочу, чтобы ты смогла полюбить меня. Но знаю, что этому не бывать.
Изуми: В тебе всегда говорили лишь инстинкты. Как после всего, что ты сделал, я могу что-то чувствовать к тебе?
Митсуо: Я об этом и говорю. Лишь отвечаю на твой вопрос.
Изуми: Если тебе станет легче, то я могу поцеловать тебя. Но это будет последний раз, когда ты ко мне прикасаешься подобным образом. Больше никаких приставаний и подобных мерзостей.
Митсуо: Каким же паршивцем ты меня считаешь…
Изуми: Ты такой и есть.
Митсуо: Хорошо, договорились.
Она знала, что идёт против себя, но делала вклад в их будущую договорённость. Точнее надеялась, что он не обманет её. Молодой человек наклонился к её лицу, холодной рукой провел по гладкой щеке, отчего девушка немного вздрогнула.
Митсуо: Не бойся, Изуми. Или же тебе приятны мои прикосновения?
Изуми: Нет, не надумывай себе лишнего.
Митсуо: Хотя бы в этот момент не ругайся на меня.
Взяв её лицо в свои руки, он нежно коснулся её губ своими, постепенно углубляя поцелуй, смакуя каждую секунду происходящего, запоминая эти ощущения. Девушка не была зажата или же как-то противилась. Мари даже ответила на поцелуй. Она просто расслабилась и ждала, когда он закончит.
Митсуо: Спасибо за это. Может быть ты захочешь когда-то стать ближе по отношению ко мне.
Изуми: Исикава, не забывай о своём достоинстве.
Митсуо: Думаешь, что я не способен любить раз такой мерзавец?
Изуми: Я не способна любить тебя. Ясно или ещё повторить?
Тяжело вздыхая, он просто вышел из комнаты. Она впервые видела его в нём человека, эмоции, о которых никому не расскажет. Отправляясь домой, Мари вспомнила брата.
Мари: Его взгляд совсем не изменился. То как он смотрит на меня… Эх, братец, что же ты подумаешь обо мне… Мы оба погрязли в болоте из крови и боли. Как же хотелось тогда сбросить с себя маску члена мафии и просто быть твоей сестрой.
Она хотела простого счастья им обоим, не думать, что каждый новый день может оказаться последним. Мари считала, что обязана ему как-то помочь и если потребуется она прикроет его спину.
Мари: Он всё нянчится с сыном Голевского. Даже считает его младшим братом. Но забывает о родной сестре… Несмотря на это я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить его.
Прошло несколько недель. Меня вновь стали мучать ночные кошмары. В одном из них я снова оказалась в том доме. Гнетущая атмосфера, скрипучие половицы, холодок пробегающий по ногам — всё было таким, каким я запомнила это место. Повсюду казались силуэты, пробегающие тени. Чувствовалось чье-то явное присутствие. Будто кто-то опасный следует попятам, при каждом моём повороте назад, прячась за углом, выжидая удобного момента, чтобы напасть. Темно. Под ногами трещат осколки разбитого зеркала. Я опять стою напротив него и вижу девушку с бледной кожей. Она также пугающе выглядит, смотрит на меня безжизненным пустым взглядом полным отчаяния, но больше я не чувствую от неё угрозы, не хочу убежать, зажмуриться от страха. Она плавно выходит ко мне, ступая босыми ногами по разбитому стеклу, которое безжалостно вонзается в пятки, оставляя кровавые следы. Боязливо касается моей руки, будто проверяя настоящая ли я. Кажется будто бы ей хочется плакать, но она не может. На миг, после её касания, я прочувствовала всю боль, которую она испытывает. Я решаю с ней заговорить, надеясь на ответ.
Камилла: Ты как птица в клетке? Пытаешься вырваться на волю, но тебя сдерживают, обрекают на вечные муки. Ты мечтаешь о лёгкости и свободе. Правда ведь, Хелена?
Хелена: Любимый не позволит. Он считает, что мне лучше рядом с ним в доме. Здесь мне никто не навредит.
Камилла: Тебе и так больше никто не сделает больно. Бедняжка, мне так жаль, что с тобой сделали злые люди. Никто не заслуживает такой участи, как у тебя. Ты заслуживаешь обрести покой. Эмиль больше не тот человек, которого ты знала и любила всем сердцем. Его душа стала тёмной, жаждущей мести. Он хочет сделать тебя счастливой, но не замечает, как пленит тебя, заставляет страдать. Скажи, как мне помочь вам.
Хелена: Он не даст…
Камилла: Я хочу вернуться в дом и вернуть то, что вам обоим дорого. Прости, что нарушили ваш покой и украли кольцо.
Губы девушки приподнялись в грустной улыбке, а на глаза проступили слезы.
Хелена: Это кольцо было его обещанием мне сбежать в жизнь, где будет свобода и наше общее счастье. Он не смог его сдержать, но я не перестала любить Эмиля. Он ради меня отказался от самого ценного, что есть у человека — от жизни. И хоть он изменился, хоть я стала его бояться, я всё равно чувствую, что его сердце принадлежит мне, а моё навечно отдано ему. Он боится потерять меня, даже после смерти.
Камилла: Твоя светлая душа застряла в этом тёмном мире. Я спасу тебя, Хелена. Хочешь ты этого или нет, но я избавлю этот дом от призраков. И я делаю это не только потому что я хочу помочь тебе, а в большей степени потому что хочу помочь своим близким, которые тоже не заслужили страдать, бояться. Он истязает их души. Я не могу позволить, чтобы это продолжалось. Поэтому скажи, что мне нужно сделать.
Я ощущала, что потихоньку просыпаюсь, что моё сознание возвращает меня в реальный мир. И как бы я ни старалась уцепиться за сновидение, не получалось. Последнее, что я запомнила из сна — огонь в её глазах. На следующий день я встретилась с Саджо в кафетерии. Он внимательно выслушал меня.
Саджо: Ты очень плохо спишь последнюю неделю. Изведешь же себя мыслями о том доме.
Мои синяки под глазами говорили сами за себя.
Камилла: Ты мне предлагаешь просто сидеть сложа руки?
Саджо: А что предлагаешь ты?
Камилла: Сжечь это место.
Саджо: Камилла, солнце…
Камилла: Не нужно меня успокаивать!
Я, нервно вскрикнув, резко поднялась со стула, уперевшись руками в стол. Я привыкла, что рядом с ним я чувствую себя в безопасности, он мне дарит комфорт и тепло на душе. Всегда поддержит, даст совет. А я часто срываюсь на него, обижаюсь. Закрываюсь в себе, не принимая руку помощи. Очень виню себя за каждый всплеск отрицательных эмоций, которые посещают, переполняют. Я не заслуживаю любви такого милого и доброго человека, как Саджо…
Камилла: Прости…
Я села обратно. Смущённо потирая предплечье, отвела взгляд. Очень боялась посмотреть ему в глаза, было стыдно.
Саджо: Всё будет хорошо, любимая. Мы вместе справимся со всеми твоими страхами. Я буду рядом. Но ты же знаешь, что я также хочу тебя защитить. Поэтому я не позволю, чтобы ты вновь отправилась в этот лес и подожгла этот дом только потому что тебе приснился страшный сон.
Камилла: Ты считаешь, что я чокнулась…
Подойдя ко мне, он обнял со спины, нежно целуя в щёчку.
Саджо: Я так не считаю. Тебе просто хочется разобраться с ситуацией. И ты ищешь способ. Думаю, что есть другой способ справиться с этой проблемой.
Камилла: Но это же не только со мной происходит. Страдают ещё мои друзья и Леон. Хотя ладно, давай просто выпьем этот кофе и насладимся пирожными.
Уходить от проблемы нельзя. К сожалению, они просто так не исчезают из нашей жизни, если не обращать внимания. Я выжду подходящий момент и сделаю всё сама.
Камилла: Я вчера созванивалась с Наной. Фёдор каждый день балует её всякими красивыми букетами из цветов, подарками. Так рада видеть её улыбку и слышать счастье в голосе. Оказывается Голевский умеет ухаживать и даже любить.
Саджо: Ты просто слишком рано сложила о нём отрицательное мнение. Тем более он может с разными людьми по-разному общаться. Не ко всем испытывать симпатию, например.
Камилла: Я правда погорячилась. Сейчас мы хорошо ладим.
Саджо: Кстати, ты же помнишь, что мы вечером идём ко мне? Наконец познакомлю тебя с мамой.
Камилла: Помню конечно. Немного волнуюсь.
Саджо: Не переживай. Родители очень ждут тебя. Скажу по секрету, вчера мама впервые за полгода испекла персиковый пирог. Она просто постоянно уставшая приходит с работы и обычно кухней занимаюсь я. Но сейчас она решила ради важного гостя сделать такую вкусняшку. Помню, в детстве это была моя самая любимая сладость.
Камилла: Это невероятно мило с её стороны. Нужно будет зайти в магазин и какой-то гостинец купить к чаю.
Саджо: Хорошо, зайдём. Рядом с домом есть отличная пекарня.
На улице начался переполох, звуки выстрелов. Преступник убегал от нескольких полицейских. Но кто-то из них попал ему в ногу до того как он скрылся в подворотне. Люди с опаской смотрели через окна, пытаясь рассмотреть то, что творится на улице.
Саджо: Не высовывайтесь! Камилла, и ты сиди здесь. Я скоро вернусь.
Камилла: Подожди, куда ты? Там же опасно.
Саджо: Это моя будущая работа, и там моя мама при исполнении. Я должен убедиться, что всё хорошо прошло.
Поцеловав меня в лоб, он выбежал на улицу. Любопытство взяло надо мной верх и я высунула нос из кафе. Какого-то мужчину заковывали в наручники, рядом с ним лежал чёрный мешок, наполненный неизвестно чем с такого дальнего расстояния. На месте был и Хаяси Кенджи. Видимо это касается одного из его дел. Я вышла из укрытия, направилась в их сторону.
Камилла: Здравствуйте.
Нахмурившись, Саджо, строго произнёс.
Саджо: Я же кажется говорил тебе оставаться в безопасности.
Я впервые видела его таким серьёзным по отношению ко мне.
Камилла: Извини, мне стало интересно и ещё я волновалась за тебя.
Саджо: Эх…
Подойдя ближе, он крепко обнял меня. Я чувствовала как быстро бьётся его сердце. Подняв глаза, увидела женщину полицейскую разговаривавшую с отцом моего парня. Они оба выглядели тревожно. Говорили чуть ли не шёпотом.
Камилла: Это твоя мама?
Саджо: Да. Видимо знакомство произойдёт раньше и не при такой обстановке, как я хотел. Идём к ним.
Я ощутила покалывание на кончиках пальцев и словно ноги стали ватными.
Саджо: Мы вас не отвлекаем?
Хаяси Кенджи: Нет, мы уже обсудили всё. Здравствуй, Камилла.
Камилла: Здравствуйте…
Я смотрела на них и подмечала то, как Саджо похож на родителей. И не только внешностью, а исходящей энергией.
Хаяси Юмико: Очень рада познакомиться с девушкой Саджо. Если он ещё не представлял меня, то меня зовут Юмико.
Камилла: Мне тоже безумно приятно познакомиться с вами, Хаяси Юмико.
Хаяси Юмико: Такая милая девочка и по-видимому очень смелая, раз не побоялась выйти на улицу после перестрелки.
Родители парня стояли бок о бок, перебрасываясь улыбками. В их взгляде читалась радость за сына. Возможно даже я им понравилась с первого взгляда. Потому что с отцом Саджо мы тоже виделись всего пару раз. В Юмико было что-то родное. Хотя это может от того, что парень рассказывал мне, что её отец русский. Может я пытаюсь до сих пор хвататься за всё, что связано с родиной. Но её добрые карие глаза вызывали доверие, в них чувствовалось тепло. Очень интересно, что они были с Кенджи похожи и невероятно сильно. Будто родственные души, которые даже выбрали более менее похожие черты. Каштановые волосы, карие глаза, которые горели, словно янтарь на солнце. И самое главное их схожее мировоззрение, желание подарить миру свободу от его тёмных проявлений, чувство справедливости. Это всё было очень близко ко мне. Я видела в них авторитет и уважала.
Камилла: Саджо много рассказывал о ваших подвигах на работе. То, что вы делаете для города стоит самого большого уважения. Вы смотрите в лицо опасности, хотелось бы и мне быть такой.
Хаяси Юмико: У каждого свой путь и своё место. Тебе не обязательно рисковать своей жизнью, чтобы быть нужной этому миру. Саджо рассказывал, что ты ещё не можешь определиться с профессией, но я думаю, что ты обязательно найдёшь своё предназначение. И ещё я хотела бы сказать, добро пожаловать в нашу семью.
Хаяси Кенджи: Камилла, мы всегда рады тебе. И ты можешь обращаться к нам за любым советом.
Камилла: Можно вас обнять?
На меня нахлынули эмоции. Я обрела новую семью, ту которая не осудит, поддержит. Мы вчетвером стояли рядышком в объятиях. Как же мне было это нужно сейчас, тревожность ушла на задний план.
Саджо: Ками, не бойся, если дома не чувствуешь себя в безопасности, то приходи к нам. Мой долг защитить тебя любой ценой.
Камилла: Спасибо, для меня это правда очень важно и ценно. Я люблю тебя.
Саджо: Я тебя тоже очень люблю, солнышко. Мам, пап, мы пойдём с Камиллой, не будем вам мешать.
Хаяси Юмико: Только не опоздайте к ужину.
Саджо: Хорошо.
Гуляя по городу, мы случайно увидели друзей, стоящих около кинотеатра. Подошли поздороваться.
Камилла: Привет, у вас тут снова двойное свидание?
Нана: Ну мы просто проводим время вместе. Хотели и тебя позвать, но ты сказала, что с Саджо в кафе пойдёшь.
При встрече ударились кулачком с Николаем, обнялись с Наной и Софией, а Фёдору просто дружелюбно помахала рукой.
Саджо: Я так понимаю, вы уже посмотрели фильм?
Николай: Ага, ходили на триллер. Сейчас постоянно крутят его по телеку в рекламе. Я старался по возможности переводить Фёдору всю важную информацию.
Фёдор: Я бы и так всё понял, там же субтитры на английском…
Николай: Ой, я видимо слишком увлёкся…
Фёдор: Да… И мешал спокойно сидеть.
Камилла: Неужели задние ряды взяли?
Нана: Угу.
Николай: Ну извините, что помешал вам провести время за поцелуями всякими.
Щёки Голевского чуть порозовели.
Фёдор: Будто сам не целовался!? Ангелочек тут нашёлся…
Николай: Да я же шучу, не злись. Больше так не буду делать, обещаю.
Фёдор: Ага…
Нана: Мы ещё планировали зайти покушать в очень такое атмосферное и уютное местечко. Вы с нами?
Камилла: Мы поели уже, и хотели побыть наедине друг с другом.
Нана: Намёк понят. Ладно, тогда до встречи.
Саджо: Был рад увидеться с вами, ребята. До встречи.
Прогуливаясь по парку, молодой человек потянул меня присесть на лавочку. Было очень холодно долго сидеть на морозе, поэтому я удивилась такой инициативе.
Камилла: Ты устал?
Саджо: Хочу насладиться моментом рядом с тобой. Если замерзаешь, то садись ко мне на коленки.
Я так и поступила. Саджо обнял меня сзади, уткнулся подбородком в ложбинку между шеей и плечом. Оставил на коже горячие лёгкие поцелуи.
Камилла: Можешь рассказать о том преступнике?
Саджо: Вот не можешь ты просто расслабиться и ни о чём не думать.
Камилла: Ну я любопытная, что поделать.
Саджо: Это не особо опасный преступник, можно сказать обыкновенный вор. Его не могли поймать пару месяцев, крал дорогую ювелирку чаще всего. Отец недавно вышел на след, можно сказать, что путем некоторых махинаций его обманом выкурили на новую охоту за украшениями. Не раскусил подставы и был пойман. Я забыл про сегодняшнюю миссию родителей, подверг тебя опасности. Извини. Нужно научиться более ответственно подходить к таким вещам. Оплошность может стоит кому-то жизни.
Камилла: Всё нормально, не переживай. Я не сильно испугалась.
Саджо: Ты моё сокровище, Ками, никому тебя в обиду не дам.
Камилла: Я тебя тоже.
Повернувшись боком, крепко обняла его, пытаясь спрятать лицо от холода в его шарфе.
Камилла: Мы на следующей неделе хотим с девочками девичник устроить. Наверное к Софии пойдём или же у меня соберёмся. Будем есть всякие вкусности, сплетничать, смотреть аниме.
Саджо: Звучит увлекательно, надеюсь, классно время проведёте.
Камилла: Уверена, что так и будет. А может и вы, мальчики, устроите себе что-то подобное? Как раз узнаете друг друга поближе.
Саджо: Я предложу идею. Посмотрим. Кстати, ты хотела бы остаться у меня сегодня на ночёвку? Завтра выходной, никуда спешить не надо.
Камилла: Ой, я даже не знаю…
Я немного смутилась, не разрывая объятий, главное — ему в глаза не смотреть, а то увидит румянец.
Камилла: И что на одной кровати спать будем?
Саджо: Да.
В его голосе ощущалась улыбка, видимо смешно ему наблюдать за моим стеснением. А почему он так смел?
Саджо: Тебя мама отпустит хоть?
Камилла: Если очень хорошо попросить, то отпустит. Но знаешь, я как-то волнуюсь.
Саджо: Не стоит переживать, ведь я буду рядом с тобой. Возьмём в спальню что-нибудь вкусненькое, ляжем под одеялко и будем смотреть фильм какой захочешь.
Камилла: Кхм, смотреть фильм?
Я нервно сглотнула, на что тот по-доброму усмехнулся. Игриво пробежал пальцами по моему плечу, провел ими нежно по шее, вызывая мурашки.
Саджо: Если пожелаешь, то и не только это. Много чем можно заняться наедине.
Я промолчала. Но желание почувствовать его прикосновения на своём теле, стать ближе чем прежде отзывалось частым сердцебиением.
Саджо: Я тебя смутил?
Камилла: Немного.
Саджо: Извини, захотелось увидеть твой милый румянец.
Когда начало смеркаться, мы прогулочным шагом шли к нему домой. По пути купили большой бисквитный торт, выглядевший нежно, как облако. Поднимаясь по лестнице на девятый этаж, я чувствовала трепет и волнение. Специально выбрала подняться по лестнице, а не ехать в лифте. Лишь бы оттянуть. Саджо успокаивающе сжимал мою холодную вспотевшую руку в своей тёплой, согревая. И вот мы стоим на пороге. Парень поворачивает ключ в замочной скважине.
Саджо: Мы дома!
Зайдя внутрь, он галантно помог мне снять пальто, повесил на вешалку. А я продолжала стоять на месте, будто ноги приросли к полу.
Саджо: Пойдём в гостиную. Не волнуйся, я рядом.
Его отец сидел в кресле, вдумчиво читая газету, а мать сервировала стол, наводя последние штрихи. Увидев меня, они оба мягко улыбнулись.
Хаяси Юмико: Камилла, дорогая, садись куда хочешь. Я скоро к вам присоединюсь.
Саджо: Я помогу маме, посиди пока здесь. Хорошо?
У меня в мыслях было только одно : «не оставляй меня, пожалуйста…», но я лишь кивнула, смущённо улыбаясь. Господин Хаяси, отложив газету, заговорил со мной, подсаживаясь за стол.
Хаяси Кенджи: Всё в порядке, Камилла? Хорошо себя чувствуешь?
Камилла: Да, всё прекрасно. Я просто переживаю немного.
На нервах я говорила всё, что думала и из-за этого краснела ещё больше. Моё стеснение позабавило мужчину, бросая тихий смешок, он произнёс.
Хаяси Кенджи: Когда я знакомился с родителями Юмико, так сильно волновался, что споткнувшись, перевернул суп прямо на их ковёр. Хорошо, что капли не попали на дорогое платье её матери. Я думал, что это последний мой день в их доме, умирал со стыда. Но они с отцом только рассмеялись, помогая мне убрать остатки с пола и всё вытереть. Юмико в это время бегала в магазин за сладостями и ничего не подозревала. Её родители оказались очень мудрыми и весёлыми людьми, понимающими. Я очень благодарен им за всё, что они сделали для нас.
Настроение улучшилось и от страха практически не осталось ни следа.
Камилла: Моя мама помешана на чистоте, она бы не стала шутить после такого случая.
Хаяси Кенджи: Ой-ой, тогда мне стоит быть осторожнее при знакомстве с ней. Твой отец… Извини, что спрашиваю.
Камилла: Он бросил нас с мамой, оставил мокнуть под дождём, почти вышвырнув из дома.
Хаяси Кенджи: Я сочувствую. Твоей маме тяжело пришлось. Растить ребёнка одной задача не из лёгких.
Камилла: Да, это правда. Она строгая, но всегда хотела только лучшего для меня, берегла как могла. Нам помогал дядя, это он нас перевез в Японию. Он показал мне, что я всё ещё нужна кому-то, что меня не бросили. Я чувствовала себя в безопасности до нынешнего времени.
В этот момент госпожа Юмико и Саджо вернулись к нам. Она обеспокоено спросила.
Хаяси Юмико: Тебе угрожает опасность? Можешь всё рассказать, мы поможем.
Я затихла. Они подумают, что я сумасшедшая, если расскажу про призраков.
Саджо: Я тоже волнуюсь за безопасность Камиллы. Она дружит с Голевским, а значит ей может грозить потенциальная опасность со стороны мафии.
Я совсем и забыла про их совместную миссию по поимке преступников. Меня больше волновали мертвецы, а не живые люди. Но я благодарна Саджо, что сказал об этом. Теперь не придётся краснеть за якобы детские выдумки.
Хаяси Кенджи: Сынок, я тебя понимаю. Камилла, будь осторожна. Лишний раз не находись рядом с Фёдором ради своей же безопасности.
Камилла: Он мой друг. Если ему будет угрожать опасность, я не сбегу, как последний предатель. Мы с ребятами будем рядом с ним теперь чаще. Я думала только о себе в последнее время, забыла, что у моих близких есть тоже большие проблемы.
Хаяси Юмико: У тебя храброе сердце и светлая душа. Но не забывай, что ты всего лишь подросток, ещё и без нужной подготовки. Если что бери хитростью и умом, а не силой. Только так ты сможешь помочь другу.
Саджо: Мама права. В опасной ситуации нужно рассчитывать свои силы и не воображать себя главным героем какого-то фильма. В жизни всё выходит совершенно иначе.
Камилла: Я приму это к сведению, спасибо за советы.
Хаяси Кенджи: Давайте хоть на пару часов забудем о плохом и побудем вместе с семьёй.
Хаяси Юмико: Полностью согласна, любимый. Камилла, тебе положить курочки с рисом?
Камилла: Да, пожалуйста.
Саджо: Мама, кушай, я сам поухаживаю за нашей гостьей.
Время проведённое с ними запомниться мне надолго и я бы хотела, чтобы наши встречи стали регулярными. Горячий ужин был пропитан любовью, а атмосфера вокруг комфортом и заботой друг о друге. Я не заметила как за окном стемнело. Поблагодарив родителей Саджо за вкусную еду и приятное времяпровождение, мы с ним отправились в его спальню. Она была аккуратной, что меня удивило. Ведь я была и у Николая в гостях и знала какой хаос обычно в комнате Димы. Тут всё было совсем по-другому. Парень зажёг гирлянду с фонариками над кроватью, тёплый жёлтый свет заполнял помещение. Приятно пахло корицей.
Саджо: Чуть не забыл. Это тебе.
Он протянул мне полупрозрачную коробочку, завязанную лентой. Внутри было печенье в виде сердечек.
Камилла: Сам приготовил?
Саджо: Угу, хочу кормить тебя домашней едой. Только попроси и я приготовлю всё, что придумаешь.
Камилла: Спасибо, оно очень красивое и однозначно на вкус ещё лучше.
В благодарность я поцеловала его со всей нежностью. Хотела бы я показать ему всю свою любовь, доказать, что готова на всё ради него. Молодой человек заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо, провел пальцами по шее, вызывая мурашки.
Саджо: Я сделаю тебя самой счастливой.
Камилла: А я тебя.
Мы так стояли ещё некоторое время в полной тишине, а за окном гулял ветер. В тусклом желтоватом свете ламп было что-то уютное и даже интимное. За окном тёмная ночь, а здесь рядом с ним спокойно и безопасно. Глаза, смотрящие на меня с любовью, напоминали сладкий липовый мёд, как и его губы. Я обвела взглядом комнату, дабы сбросить с себя смущение, заставляющее щёки гореть, как на морозе. В углу стояла гитара, на столе сложены ровной стопкой какие-то записи, возможно по учёбе, стеллаж со множеством книг некоторые из них очень старые, корешки потрепанные. Усевшись на кровать, он потянул меня за собой. Не долго думая, я приняла лежачее положение, растянувшись поперёк неё. Матрас видно ортопедический, очень удобный, Саджо говорил, что у него проблемы с позвоночником. А подушки такие мягкие и тёплое покрывало, вдруг захотелось укрыться и уснуть сладким сном. Улыбаясь и наслаждаясь моментом, я закрыла глаза.
Камилла: Везёт, у тебя большая кровать.
Саджо: Будто у тебя маленькая.
Камилла: Ну у тебя получше.
Саджо: Хах, ты правда так думаешь?
Когда я открыла глаза, парень нависал надо мной, хитро прищурившись.
Камилла: Да…
Я прижала руки к груди, сжавшись, словно котёнок, ожидающий опасности. Я ожидала его следующего шага. Саджо поцеловал меня в кончик носа, потом в лобик.
Саджо: Позволишь сегодня поцеловать каждый сантиметр твоего тела?
Камилла: А… Ну…
Я задумалась над тем, примет ли он моё тело, понравится ли оно ему, какие ощущения будут, как далеко зайдёт Хаяси. И что делать мне? Как себя вести, если это так волнительно? Но хочется.
Камилла: Позволю.
Из-за нервов в моём голосе прозвучала нотка высокомерия и благосклонности. Молодой человек рассмеялся, опускаясь к моей шее. Оставил дорожку лёгких поцелуев, спускаясь к ключицам, при этом нежно поглаживая изгибы талии. Когда наши взгляды встретились, он чуть ухмыляясь, запустил руку в свои мягкие волнистые волосы цвета каштана. От них так приятно пахло чем-то свежим, как морской бриз, когда он прижимался ко мне. Я подумала, что этот запах не свойственен Саджо, у меня он ассоциировался с ароматом кофейни с какими-то сладостями, с ванилью. Сливаясь в глубоком долгом поцелуе, парень медленно приподнял мою футболку до уровня груди, как бы спрашивая можно ли. А я не отказывалась, хоть и была взволнована.
Саджо: Полностью снять с тебя футболку или стесняешься ещё?
Камилла: Ну давай попробуем.
Выполнив эти манипуляции, он сделал также со своей. Его тело было спортивным, хоть парень был достаточно худым. На животе немного выделялись кубики пресса. Но я больше любовалась красотой его рук с венами. В нём всё было так гармонично, ничего лишнего и наоборот. Мой парень — настоящий красавец, заботливый и нежный. Мне так повезло. На глазах проступили слезы счастья. Я не верила, что судьба оказалась так добра ко мне. Не верила, что могу быть по-настоящему счастлива. Он смахнул мои слезы большим пальцем, прошептал на ушко.
Саджо: Люблю тебя. Ничего не бойся, когда я рядом.
Он выполнил своё обещание, нежные, а иногда и страстные поцелуи были везде, заставляя меня вздрагивать от удовольствия. Новые ощущения отзывались трепетом внизу живота и в каждой клеточке тела. Мне ещё никогда не было так хорошо. Я расслабилась, не боялась, что он может сделать мне больно. Когда набралась смелости, то тоже целовала его, исследовала руками тело. Уснули мы к середине ночи в объятиях друг друга. Вечером следующего дня я встретилась с Николаем и Фёдором в одном клубе.
Саджо: Я оставляю её на вас двоих. Чтобы проследили за безопасностью.
Он редко, когда был серьёзен рядом со мной, но сейчас со всей строгостью смотрел на ребят, будто отчитывая провинившихся детей.
Николай: Всё будет хорошо, не переживай. Мы будем всегда рядом.
Фёдор: Я бы не отпустил Нану в клуб, здесь слишком много мерзких людей.
Камилла: Ишь какой! Нана не твоя собственность, чтобы решать за неё куда идти и что делать. Она невинная девочка, очень скромная, даже без твоих указаний никуда бы не пошла.
Николай: Ну вот они опять ссорятся.
Саджо: Эх, ладно, мне пора идти в агентство. Нужно помочь папе с документами, прибраться там.
Камилла: Разве Дениз с Фрэнком не помогают ему с этой работой?
Саджо: У них сегодня важное задание. Следят за одним преступником в одном элитном ресторане. На самом деле не стоит волноваться, он не какой-то маньяк, а просто совершает всякие махинации, карточный игрок со стажем. Мне кажется, что спит с пачками купюр.
Николай: Оу, и как они собираются его ловить? Должны же быть какие-то основания для задержания.
Саджо: Если будет очень интересно, то потом спросишь и я расскажу всё. Надеюсь, что у них в этот раз получится выполнить задание. Кстати, Фёдор, отец спрашивал насчёт встречи мафиози. Что по итогу? Мари уже долгое время не выходит на связь.
Фёдор: Мне не докладывали ничего. Я вообще последний с кем Достоевский и Орехов стали бы делиться своими делами. Но думаю, раз шум не подняли, в новостях ничего не было, то и встречи тоже. Получается, что кто-то из них струсил и видимо ваша японская мафия.
Саджо: Я бы не стал рано радоваться и злорадствовать. Хикару не простой человек, он чокнутый маньяк и гений. Не из тех, кто испугается и сдастся. Возможно выжидает чего-то. Играет с вами.
Фёдор: Я вообще не понимаю, зачем я ему. Ещё и Нану подвергаю опасности. Она вообще не заслужила такой участи, быть постоянно в напряжении и страхе. И вообще хватит этих скучных разговоров, пошлите внутрь уже. Хочу отдохнуть.
Саджо: Хорошо, ухожу.
Парень повернулся ко мне и нежно сжал мои руки в своих, целуя тыльную сторону руки.
Саджо: Хорошего вечера, любимая.
Камилла: И тебе.
Мы сразу окунулись в клубную атмосферу этого места. И на меня нахлынули не самые приятные воспоминания с того дня, проведённого втроём. Но они быстро развеялись, когда Коля потянул меня на танцпол. От громкой музыки сначала звенело в ушах, но пришло привыкание. Друг дурашливо двигался под такт песни, пытаясь меня развеселить.
Николай: Не делай такое кислое лицо, Ками. И ты, Федя, к нам подключайся. Мы сюда пришли, чтобы провести время вместе, как в старые добрые времена. А не по углам забиться в одиночестве.
Фёдор: Камилла бледная какая-то. Ей точно нужно танцевать? Может это всё-таки плохая затея?
Николай: Камилла?
Камилла: Да со мной всё в порядке. Выпью водички и станет легче.
Николай: Снова головные боли мучают?
Камилла: Немного. Ай…
Я схватилась за голову, пошатываясь. Парни сразу же придержали меня с обеих сторон.
Николай: Так, значит сегодня не судьба показать японцам мастер-класс на танцполе. Ещё успеется. Сейчас тебя нужно в тихое место отвести.
Фёдор: Я вызову такси. Проведём тебя до самой кровати, чтобы нигде не грохнулась.
Камилла: Голевский, когда ты успел стать таким хорошим человеком?
Фёдор: Если есть силы бросать не смешные шутки, то ещё не всё потеряно.
В это время Дениз вышагивала на высоких каблуках по зеркальному полу ресторана. Играла живая музыка. В воздухе повис аромат дорогого вина и изысканных закусок в виде сыров разных сортов на шпажках. Платье чёрное, как перья ворона, с вырезом вдоль ноги немного струилось по полу, а глубокий вырез декольте привлекал множество, как мужских — похотливых, так и женских — завистливых взглядов. Подойдя к ней со спины, Фрэнк вдохнул аромат дорогого сладкого парфюма, горячее дыхание коснулось шеи, мочки уха. Развернувшись к молодому человеку, Дениз ухмыльнулась одними лишь глазами.
Дениз: Восхищаешься?
Фрэнк: Естественно, миледи.
Зелёные влюбленные глаза не могли оторваться от глубоких карих, они увязали в них. Парень покружил её вокруг своей оси, наблюдая как разлетаются рыжие кудри, как развевается платье.
Дениз: Смотри мне в глаза.
Усмехнулась девушка.
Фрэнк: Я и так только в них и смотрю. На другое могу взглянуть в более приватной обстановке.
Дениз: Правда ли? К чему такая самоуверенность?
В танце он прижал её к себе спиной, скрещивая их руки.
Фрэнк: Брось, Дениз, не надо только отрицать, что между нами зарождается что-то большее чем партнерство. Забыла бессонные ночи? Или для тебя это всё было игрой?
Дениз: Ох, Томсон, если бы ты был джентльменом, то не поднимал бы такие темы здесь. Я предпочитаю отложить этот разговор, у нас сейчас есть вещи поважнее.
Фрэнк наклонил её назад, придерживая за спину, почти касаясь губ девушки своими.
Фрэнк: Разве может быть что-то важнее отношений между людьми?
Дениз: Например, их любимая работа?
Раздражённо сверкнув глазами, она высвободилась из его «объятий», ушла к банкетному столу. Пригубила красное вино, устало смотря вверх. Она была искоркой в его жизни, которая разжигала в нём пожар. Молодой человек был предан работе, как и Дениз, но также предан ей. И возможно эта связь намного крепче. Девушка редко откровенна с ним, любит держать чувства под железным замком, но ключ держит где-то при себе. Он не утерян, и это даёт большие надежды парню. Она высокомерна, горда, но Фрэнк знает какой Дениз может быть весёлой и жизнерадостной, доброй. Он видит как она улыбается маленьким детям, как любит свою малышку племянницу, как носит большие пакеты корма в приют для кошек и собак. А потом отрицает всё это. Будто боится потерять свою роль, которой чётко придерживается. Через некоторое время объект слежки ушёл из общего зала. Фреэль последовала за ним, оставаясь незамеченной. Мужчина обсуждал что-то с другими гостями вечера, покуривая сигарету. Девушка обдумала несколько предложений своего напарника и выбрала следующее — быть в центре внимания и играть по правилам своей жертвы. Грациозно вышагивая, она подошла к ним.
Дениз: Могла бы я присоединиться к вашему разговору?
Преступник: Думаю, что такой леди как вы не понравится его содержание.
Дениз: От чего же вы сделали такие выводы? Женщины полны сюрпризов, не так ли?
Преступник: Любите ли вы карты, миледи?
Дениз: А вы азартный человек? Я нахожу это весьма интересным времяпровождением.
Преступник: Смотря с какой компанией играю. И смотря насколько далеко они могут зайти. Некоторых людей преследует неудача. А кто-то получает золотые горы. Вы из каких?
Дениз: Как карта ляжет.
Преступник: Тогда вы может желаете сыграть с нами?
Дениз: С удовольствием.
Преступник: Господа, следуйте за мной.
Девушке не показался он глупым, он выглядел далеко не так. Возможно этот человек из тех, кто не упустит шанс получить лишнюю сумму денег. Но вот она максимально пыталась сделать вид кокетливой дамы, которой интересна любая авантюра. Они прошли к большому прямоугольному столу с колодами карт.
Преступник: Какова ваша ставка, миледи?
Фреэль загадочно улыбнулась, расстёгивая своё бриллиантовое ожерелье. Положила его перед мужчиной.
Преступник: Настоящие?
Дениз: Обижаете. Это последний подарок матери моего мужа. Женщина была со вкусом.
Преступник: Видимо вы не очень-то любили её?
Дениз: Можно и так сказать.
Преступник: Ваша ставка принята. Можете попрощаться с украшением.
В его голосе была насмешка, но детектив держалась также уверенно. Она привыкла работать с такими грязными людьми как он. Игра шла в пользу преступника с небольшим отрывом. Дениз видела мерзкий блеск наживы в его глазах, словно бриллианты уже в его руках. Но долго радоваться ему не пришлось. Через пару минут в комнату взорвалось несколько полицейских вместе с Хаяси Юмико, следом зашёл Фрэнк. Усмехаясь уголками губ и хитрецой в глазах, он наблюдал как двое мужчин заламывали руки преступнику, надевая на него наручники.
Преступник: Что происходит?! Какое вы имеете право со мной так обращаться?!
Хаяси Юмико: Робертс, вы обвиняетесь в проведении азартных игр по главе 23 Уголовного кодекса Японии. Вы имеете право хранить молчание.
Фрэнк: Наконец попался мерзавец.
Дениз: С вами было приятно вести диалог, мистер Робертс.
Робертс: Значит вы с ними заодно, миледи… Посмотрим, что будет, когда я сделаю звоночек своему адвокату.
Дениз: Хах, вы мне угрожаете?
Хаяси Юмико: Довольно, уведите его.
Остальных присутствующих тоже задержали для дачи показаний.
Хаяси Юмико: Ребята, благодарю вас за содействие японской полиции.
Фрэнк: Мы лишь выполняем свою работу. На самом деле было сложно выйти на его след. Робертс в большинстве своём действовал тихо.
Дениз: Удивительно, что не попался раньше. Отвратительный человек, глаза на любую побрякушку горят.
Когда офицер полиции ушла, Томсон мягко развернул Дениз к себе.
Дениз: Что ещё? Нам пора идти.
Фрэнк: Он не говорил тебе гадостей, не трогал?
Закатывая глаза, вздыхая, она кратко ответила.
Дениз: Нет.
Переведя на молодого человека взгляд, девушка встретилась с его решительным взглядом. Будто он всего пару секунд обдумывал свои следующие действия. Прижимая к себе за талию, Томсон страстно поцеловал её. Рядом уже никого не было, только они одни и их скрытые эмоции, дающие себе волю в этом долгом поцелуе. Переводя дыхание, она шёпотом произнесла, смотря на него исподлобья.
Дениз: Об этой выходке мы ещё поговорим.
Фрэнк: Конечно, моя леди.
Идя впереди него, пока Фрэнк не видел, Фреэль слегка улыбнулась, вспоминая прикосновения его губ и рук. Она любила дразнить его, играясь с ним, но иногда парень оставался победителем, вгоняя её в краску. Эта ночь была необычной и для меня. Мальчики решили остаться со мной, так сказать сторожить мой сон. Но спалось так себе, так как я чувствовала жуткую неловкость от того, что им приходилось ютиться в двух маленьких креслах. Заснули между прочим раньше меня, видимо алкоголь так повлиял. Так мило облокотились головами друг на друга. Кудряшки Николая щекотали Феди нос, отчего он иногда кривился во сне.
Камилла: Такие ангелочки, пока спят… Нужно для Наны сфоткать.
Сделав фотографию, я отправила её подруге. Она почему-то всё ещё была в сети.
Нана: Вот где он. Я уже волноваться начала. Не отвечает.
Камилла: Извини, что так вышло. Они с Колей немного устали.
Нана: Такие милашки. Никогда не думала, что мужская дружба может быть такой, как у них. Она потрясающая.
Камилла: Да, это так.
Нана: Ты как?
Камилла: Не очень хорошо. То есть я всё больше сомневаюсь, стоит ли идти на такую авантюру. Может я просто постепенно схожу с ума…
Нана: Не говори так. Просто ты возможно под большим впечатлением. Леона тоже не оставляют кошмары. Он приболел, ходит с мешками под глазами, что-то вечно бубнит себе под нос. Записался к психологу, но сеанс только через несколько недель.
Камилла: Мне его даже жаль.
Нана: Всё ещё злишься? Камилла, это уже не красиво, он правда был влюблен в тебя. Просто глупо поступил. И ему до сих пор наверняка стыдно. Недавно изливал мне душу, спрашивал, как ты себя чувствуешь, всё ли в порядке.
Камилла: Да, ты права. Я постараюсь об этом забыть.
Я бы с удовольствием стёрла из памяти все плохие воспоминания с того дня. Но не могла отпустить. На следующее утро, покормив друзей вкусным завтраком, я отправилась в школу, Николай в университет, а Фёдор пошёл домой. Он пребывал в потрясающем настроении, был воодушевленным, хотел устроить вечером свидание своей девушке. Такая хорошая погода была для начала зимы, щеки приятно покалывал мороз. Выпал небольшой снег, в атмосфере города временами чувствовалось что-то родное. Но зайдя в квартиру его ждал сюрприз, который моментально стёр улыбку. Звенящая тишина и стук сердца, отдающийся в уши, сопровождались дрожащими руками, когда тот открывал конверт с подписью «Хикару».
Глава 7
На удивление текст на плотной белой бумаге был на английском языке. Фёдор никогда так быстро не читал, как сейчас, глаза бегали по строчкам, его окатило холодным потом.
«Фёдор Голевский, весьма приятно наблюдать за вашей безмятежной жизнью. Желание превратить её в сущий кошмар от этого увеличивается с каждым разом всё сильнее. Как же далеко вы заплутали от родного дома. Как весело проводите время в компании друзей. И успели влюбиться… Канэко Нана очень привлекательная милая девушка, такая хрупкая и беззащитная. Наверное, вы беспокоитесь за неё каждый раз, когда она идёт одна домой в позднее время. Оглядывается ли по сторонам? Боится ли темноты? А ведь стоит опасаться того, что прячется в ней и может схватить в любую секунду. Перекрыть кислород. Часики тикают и скоро пробьют час расплаты за ваше вмешательство на мою территорию, за всё то, что сделал ваш отец. Хорошего дня».
Куроки Хикару
Парень стоял в ступоре, когда к нему постучали. В двери не было «глазка», бесшумно подобрался к двери, прислушался.
Евгений: Открывай, не бойся.
Фёдор: Что ты здесь забыл?
Евгений: Пришёл спросить как твои дела.
Фёдор: Плачевно и очень даже ужасно.
Евгений: Бледный, как смерть. Что-то стряслось?
Фёдор: Закрывайте за собой дверь, Левицкий. Я лучше покажу. Слова сейчас не складываются у меня. Я растерян.
Передал ему записку, тот быстро прочитал, не меняясь в лице. Евгений не снимал маску равнодушия, которое возможно было его настоящим проявлением.
Евгений: Где же твои телохранители были, что успели подсунуть конверт?
Фёдор: Вы между прочим тоже должны обеспечивать мою безопасность, Евгений.
Юноша был зол на события, которые происходят с ним. Почему он родился в семье мафиози? Почему не может жить простой жизнью, как его сверстники?
Евгений: Переживаешь за себя или за девушку?
Тот раздражённо скривился, чуть ли не переходя на крик.
Фёдор: Естественно за неё! Этот урод угрожает ей практически прямым текстом. Нана не заслужила такого. Не должна страдать только потому, что меня пытаются шантажом заманить в ловушку. Что мне делать?
У Голевского бегали глаза, да и сам он носился из стороны в сторону.
Евгений: Не время отчаиваться. Соберись!
Резкий хлопок пощёчины и сильное жжение в районе щеки отрезвили парня.
Евгений: Если они захотят, то сделают, что задумали. Тебе точно не под силу тягаться с мафией. Остаётся только быть начеку, чтобы сэкономить время на спасение девушки, если всё же запугивания окажутся правдой. Иметь при себе запасной план.
Фёдор: Или же может лучше будет расстаться с ней? Тогда она не будет больше причастна ко мне, больше не понадобится этим мерзавцем.
Евгений: Голевский, ты идиот? Послушай ещё раз…
Всплескивая руками, парень грубо бросил.
Фёдор: Не нужны мне ваши советы! Вы не справились с вашими обязанностями, Левицкий, и доказательство этого лежит у меня на столе. Просто покиньте это помещение. Я справлюсь со всем сам, и передайте вашему начальнику, что более мне не нужна его помощь.
Евгений: Больше всего меня раздражает тот факт, что босс относится к тебе с пониманием. Я бы на его месте поступил иначе.
Фёдор: Зачем тогда припёрся ко мне? Чтобы осудить за то, какой я плохой?
Евгений: Нет, Хаяси попросил навестить. Введу его в курс дела. А мне полностью всё равно на тебя, Фёдор. Не люблю помогать тем, кто сам же себе и своим близким роет могилу.
Фёдор: Какой вы герой, Евгений. Будто не марали руки в крови никогда. Чем же тогда отличаетесь от людей моего отца или же от Хикару?
Ему показалось, что детектив чуть нахмурился. Видимо эти слова оскорбили его. Но напоследок в дверном проёме, натягивая чёрный шарф по нос для прикрытия, он произнёс.
Евгений: Я жертвую своей репутацией, душой и жизнью на благо общества. Можно сказать я расплачиваюсь за свои прошлые поступки, за которые мне стыдно смотреть на себя в зеркало. Я рад, что не поздно осознал, что светлая сторона намного лучше тёмной.
Фёдор: Это похвально. Я тоже так считаю, так почему же вы так ненавидите меня?
Евгений: До свидания, Федя. Попытайся переубедить меня, если хочешь. Вертеть языком мало, нужно действовать.
После его ухода Фёдор долго не решался звонить Достоевскому, но вскоре пошли гудки и короткая фраза.
Алексей: Сейчас будем у тебя.
Ребята были на месте уже через минут 15.
Фёдор: Если бы со мной что-то произошло, то я бы был уже мёртв. Почему так долго?
Юрий: Мы тебе, что псы сторожевые, чтобы по вызову прибегать тут же? И так все дела бросили.
Орехов был явно не доволен повелительному тону парня.
Фёдор: А для чего тогда вы здесь?
Юрий: Парнишка, ещё слово и я из тебя всё высокомерие выбью. И всё равно, что скажет босс. Мы и так из-за тебя в нянек превратились. Уже взрослый, хватит просить всех тебе сопли подтирать.
Юрий угрожающе находил на него, отчего тот, пятясь назад, встретился спиной со стеной. Настороженно, пытаясь выдавить уверенность в голосе, сказал.
Фёдор: Только попробуй.
Мафиози усмехнулся, заглядывая ему в глаза, обернулся к Алексею.
Юрий: И ему мы подчиняемся.
Алексей: Мы работаем на Виктора, а Фёдора защищаем. А теперь хватит перепалок, рассказывай, что случилось.
Сделав глоток воды из стакана, Голевский всё объяснил на одном дыхании.
Юрий: Ну уж нет, ещё твою девчонку охранять…
Фёдор: Не заставляй шантажировать тебя увольнением.
Юрий: Что ты там можешь?!
Алексей: Тихо.
Твёрдый строгий голос Достоевского отразился от стен.
Алексей: Ты нас позвал, чтобы мы приглядывали за твоей девушкой? Я всё понимаю, Фёдор, но мы не можем рисковать твоей безопасностью, таков был приказ твоего отца, следить за тобой. И теперь подумай, какой из тебя мужчина, если ты не можешь защитить свою даму сердца.
Фёдор: Мне все твердят, что я слабак и не смогу ничего сделать против японской мафии. Мне нужно всё обдумать. Благодарю, что пришли. Мне это было нужно.
Уходя, Алексей подбадривающе похлопал парня по плечу.
Алексей: Я уверен, что по итогу ты найдёшь правильное решение. В тебе есть решительность, и ты этим очень похож на Виктора. Он бы сделал всё что угодно для своей семьи, для тебя, даже невозможное. И ты так можешь.
Фёдор: Спасибо за наставления, Алексей.
Этим вечером мы с Наной и Софией гуляли в парке, обсуждая предстоящие рождественские праздники.
Камилла: Нужно будет предложить парням идею с караоке.
Нана: Да, там и музыка, и еда с напитками. Я знаю очень хорошее место, где прям отдельные комнаты для компаний.
София: Сходим за кофе? Холодно как-то очень.
Камилла: Идём, тут где-то ларёк стоял с горячими напитками. Хочется чего-то интересного попробовать.
Нана: Я несколько дней назад брала тут цитрусовый чай. Думаю, тебе понравится, очень бодрит.
Мы постояли рядом с ларьком, согреваясь напитками и беседуя с милой девушкой, которая их продавала. После пошли дальше гулять. Начало потихоньку смеркаться. Под фонарём возле лавочки стоял Голевский, засунув руки в карманы чёрного пальто. Он выглядел серьёзнее обычного. Увидев нас, пошёл навстречу.
Фёдор: Привет.
Камилла: Ну привет. Нана, он за тобой пришёл?
Нана: Не знаю. Мы не договаривались о встрече.
Мы с ней переглянулись, а потом наш взор упал на Софию, щеки которой покрылись румянцем. Она смущённо отвела взгляд.
София: Извини, Нана, я забыла тебя предупредить. У меня Николай спросил, где мы гуляем, ну я и сказала.
Нана: А почему ты мне не написал?
Парень неловко прокашлялся, потупив взгляд в пол. А Канэко всё так же пребывала в недоумении.
Фёдор: Я немного сглупил. Прости. Мы можем с тобой поговорить.
Он глянул на нас с Софией так, как бы намекая на то, чтобы мы ушли и оставили их вдвоём.
Камилла: Нана, мы пойдём.
София: Напиши как придёшь домой и пусть Фёдор тебя проводит.
Нана: Хорошо, девочки. До встречи.
Канэко смотрела нам вслед, боясь взглянуть на своего парня, так как понимала, что разговор видимо будет не из лёгких. Какое-то сильное напряжение висело в воздухе. На нём не было лица. Молчание.
Нана: Твой взгляд вдруг стал таким безразличным. В последние наши встречи ты сам не свой, часто зависаешь смотря в одну точку, не обращаешь на меня внимания, выглядишь уставшим и равнодушным. Но также я вижу в твоих глазах печаль и недосказанность. Что происходит с тобой и между нами, Фёдор?
Он взял её руки в свои, нежно сжимая, согрел горячим дыханием. Но встретившись с ней взглядом, увидел в глазах оттенка тумана набегающие слезы. Шагнул назад, вновь пряча руки в карманы, а глаза в снежное полотно.
Фёдор: Выслушай меня пожалуйста. Я…
Парень никак не мог собраться и сказать ей то, о чём думал весь день. Он сам был готов проронить слезу в любую секунду.
Нана: Я слушаю тебя и пойму, что бы ты не сказал.
Фёдор: Нам нужно расстаться.
Эта фраза, как гром среди ясного неба, обрушилась на девушку, что она на пару секунд застыла на месте. Шокированные, краснеющие от подходящих слез глаза, смотрели на человека, который за короткий срок стал родным и любимым. Она отрицательно покачала головой, не веря ему, думая, что это глупая шутка.
Нана: Ты сейчас серьёзно? Почему?
Фёдор: Это для твоего же блага…
Перебивая его, она на эмоциях громко выкрикнула.
Нана: Почему ты меня бросаешь? Что я сделала не так? Это всё была какая-то игра? Ты не любил меня, Фёдор?
Сердце обоих молодых людей щемило от острой боли. Парень очень хотел всё подробно объяснить, извиниться, и изменить своё решение, ссылаясь на то, что погорячился, но лишь сказал.
Фёдор: Так просто будет лучше, поверь.
Нана: Я не понимаю… Ты сказал, что это для моего блага. Но ты делаешь мне больно, что в этом хорошего?
Фёдор: Лучше сделаю больно я, чем потом кто-то другой.
Нана: Что? О чём ты вообще? Просто объясни! Я могу подождать, когда ты будешь готов рассказать, мы вместе всё решим.
Фёдор: Нет, Нана. Извини, но всё закончится между нами здесь и сейчас. Я бы хотел сохранить с тобой нейтральные отношения, если ты сможешь простить меня.
Нана: Голевский, ты ужасен…
Сжав руки в кулаки, она развернулась и пошла к выходу из парка, а Фёдор пошёл за ней.
Фёдор: Я провожу тебя, уже позднее время и небезопасно.
Нана: Не стоит. Просто иди по своим делам и не трогай меня больше.
Фёдор: Обижайся и ненавидь меня, но я всё равно пройдусь с тобой, чтобы проследить, что никто не обидит. Можешь не обращать на меня внимания.
Нана: Я и не собиралась.
Голевский прошёлся за ней до самого дома. Нана, не оборачиваясь, заперла за собой дверь.
Фёдор: Надеюсь, что теперь всё будет хорошо с ней.
Он посмотрел сквозь тучи на луну, печально вздохнув, побрел к себе на квартиру.
Глухие толстые стены подвала сдерживали жалобные крики о помощи, но Хару за всё время пребывания в неволе лишь изредка тихо плакала. Время здесь казалось вечностью, она полностью потерялась, когда наступало утро, а когда была ночь. Когда-то к ней приходил Митсуо, запугивая, заставляя слушать вопли других людей, которых держали здесь. Возможно таким образом Куроки Хикару пытался сломать её. Глава мафии иногда навещал девушку, проводил беседы ни о чём. Она была ему интересна, как какой-то эксперимент, как зверушка в клетке. Шли дни и Хару начала замечать, что ждёт именно его. Хикару стал неожиданно привлекателен ей. Она чувствовала, что сходит с ума. Будто он как умелый психолог промывает ей мозги. Мужчина иногда был так близко к ней, что это пробуждало в девушке желание стать ещё ближе. В какой-то из дней она задумала пойти на рисковый шаг.
Хикару: Как поживает моя птичка?
Хару: Как всегда на цепи в клетке, мой господин.
Хикару: О чём сегодня пойдёт наш разговор?
Хару: Вы приходите ко мне, чтобы излить душу или же поиздеваться?
Она выдавила подобие ухмылки, смело смотря ему в глаза. Куроки многозадачно посмотрел в ответ, усмехаясь.
Хикару: Ха-ха-ха, в тебе ещё остались силы, чтобы острить.
Он подошёл к ней, наклонился, чтобы рассмотреть.
Хикару: Вся исхудала. Не ешь то, что тебе приносит Изуми?
Хару: Я ем только то, что приносите мне вы, господин. Только ваше присутствие даёт мне силы жить.
Мафиози опустился перед ней на корточки, заглянул в глаза. Девушка потянулась к нему вперёд, пытаясь коснуться его губ своими. Но тот жёстко оттолкнул её назад, схватил за запястья, сильно сжимая их.
Хикару: Ишь что удумала…
Хару: Господин Куроки, я больше не буду так. Извините меня, пожалуйста.
Его улыбка была оскалом, глаза опасно горели алым в полутьме.
Хикару: Влюбилась, Хару? Ха-ха, как интересно и интригующе. Я бы мог воспользоваться тобой здесь и прямо сейчас, но ты мне далеко не интересна в таком плане. Так что продолжай жить фантазиями. Это даже ещё более увлекательно. Кто бы мог подумать, что к тебе придут такие грязные мыслишки.
Ей не было стыдно за проявление чувств, девушка истерично рассмеялась, с вызовом смотря на него исподлобья.
Хару: У вас наверное никогда не было девушки, господин Куроки. Может вы просто боитесь показаться неумелым любовником?
Быстрым движением руки он достал пистолет, приставив его дуло ко лбу девушки, она резко замолкла.
Хикару: Ты заигралась, Хару. Сегодня по такому случаю я разрешу Митсуо тоже поиграть.
Её глаза округлились от испуга, она буквально упала перед ним на колени, моля о прощении.
Хару: Господин, прошу вас, всё что угодно, но только не это. Умоляю, не надо.
Смахивая её руки со своей ноги, как какую-то грязь, он брезгливо поморщился.
Хикару: Будешь впредь знать своё место. Если конечно останешься жива.
Исикава не заставил себя долго ждать. Он пришёл, гремя своим чемоданчиком. Демонстративно поставил его перед девушкой, медленно раскрыл. Блеск холодной стали различных инструментов для пыток прошёлся тысячами мурашек по её телу, волоски на руках от страха стали дыбом. Из глаз потекли реки слез. Она начала бормотать, не прекращая только одно.
Хару: Нет-нет-нет…
Митсуо: Долго же ты была любимицей Куроки. Теперь наконец наскучила ему.
Взяв скальпель, Митсуо злорадно ухмыльнулся, облизывая кончики клыков.
Митсуо: Пожалуй начнём…
Когда мы с Софией узнали о расставании Фёдора и Наны, то были в полнейшем шоке. Это произошло так неожиданно. Так больно смотреть на подругу, которая меняется на твоих глазах. Из жизнерадостной девушки с задорным смехом превращается в ту, которая пугает пустым взглядом и частыми порывами слёз. Она отказывалась от своих любимых блюд в школьной столовой, не хотела гулять. Однажды гуляя с Николаем и моей «сестрой», как-то невзначай снова поднялась тема с караоке.
Николай: Может это единственный шанс её растормошить?
Камилла: Да уж, там же и Федя будет.
Николай: Мы не можем его не позвать из-за произошедшего. Это будет некрасиво по отношению к нему.
Камилла: Но и бесчеловечно по отношению к Нане. Ради которой мы туда и идём вообще-то.
Николай: Вообще-то вы хотели ещё до этих событий сходить в караоке. Так что не надо тут выгонять Фёдора.
Камилла: Конечно, тебе лишь бы горой за лучшего друга стоять!
Николай: Опять ты за своё!
София: Так, хватит! Хотя бы вы не ссорьтесь. Да, произошло событие, которое стало болью для наших друзей. Думаю, что Голевскому сейчас не легче. Я не знаю Фёдора так же хорошо, как вы, но он не злой человек, наверняка у него был повод. И эта ситуация совершенно не значит, что вы должны друг другу глотки рвать. Неужели вы так долго ждали встречи, чтобы в конце концов потерять друг друга из-за обиды?
Камилла: Ты права. Просто в последнее время будто весь мир давит на нас, пытаясь сломать. А нужно держаться вместе.
Николай: Я согласен. Тяжёлые времена не переживают в одиночку. Нам нужно всем вместе собраться и поговорить по душам, повеселиться.
Камилла: Сделаем так, я напишу предложение в общий чат, а там уже кто придёт, тот и придёт. Будем отталкиваться от ситуации.
София: Вот и решили.
Ещё немного посидев с ними в кафе, я оставила ребят. Нужно было идти по своим делам, помогать маме дома. Николай тяжело вздохнул, натягивая сразу же после этого улыбку на лицо, когда обратился к девушке.
Николай: Тебе заказать чего-нибудь ещё?
София: Нет, меня волнует твоё состояние.
Николай: Что с ним не так?
Он бросил нервный смешок.
София: Тебе очень грустно, больно, а ты продолжаешь улыбаться, смеяться и это не единичный случай. У тебя такая защитная реакция? Или же ты пытаешься казаться сильным?
Кромвель тут же потускнел в лице. Мешая ложкой кофе, призадумался.
София: Помни, что можешь быть рядом со мной настоящим. Я люблю тебя таким какой ты есть на самом деле. Человек не может постоянно быть в приподнятом настроении. Может тебя гложет что-то ещё кроме обсуждаемой нами ситуации?
Николай: Я немного устал от того, что с нами происходит. Безумно волнуюсь за друга, за подругу. Начинаю переживать, что это каким-то образом коснётся и тебя тоже. А ещё меня время от времени мучают кошмары. И я уже не знаю, где возможные проделки призраков того дома, а где обычный недосып. Ведь ещё сейчас пошла большая нагрузка в университете, скоро зимняя сессия. Иногда я думаю, что схожу с ума. Так не должно было случиться. Поездка в Японию должна была принести приятные эмоции и воспоминания, а пока что большинство из них плохие.
София: Я с тобой. Всё разрешится, только не бери слишком многое на себя, так можно выгореть.
Слегка улыбаясь, парень нежно сжал её руки.
Николай: Что бы я без тебя делал, Софийка.
Договорились встретиться в караоке двадцатого декабря в шесть часов вечера. Первыми подошли мы с Саджо, чтобы подтвердить бронь комнаты.
Саджо: Да, нас будет семь человек.
Администратор: Вот ваш номерок, чтобы войти в комнату, приложите его к экрану возле двери. Если возникнут какие-то проблемы, то подойдите к стойке регистрации или же позвоните по телефону, который лежит на столе рядом с телевизором. У вас забронировано время до девяти вечера. После вы должны освободить помещение. Прошу не задерживаться. В ваш заказ включено само караоке, а также четыре пиццы и четыре бутылки простой воды, это от заведения, которые вам принесёт наш персонал примерно через минут сорок. Если будет ещё что-то нужно или же будут какие-то претензии, то также позвоните нам по телефону. Приятного времяпровождения.
Девушка администратор улыбалась ему, не отводя взгляда. Я понимаю, что их обязуют так вести себя с посетителями, но выглядит довольно жутко. Лампочки над нами замигали. По ногам прошёлся холодок.
Администратор: Не переживайте, девушка, так у нас иногда бывает.
Она говорит со мной? Я перевела на неё взгляд и моя догадка подтвердилась. Хоть я и стояла достаточно далеко от них с Саджо, но поймала пристальный взгляд и такую же невыносимую улыбку. Может у неё уже лицо застыло? И как она поняла, что перебои со светом меня напугали? Неужели настолько это видно со стороны? Я начинаю себя накручивать.
Камилла: Всё в порядке. Саджо, пойдём?
Когда мы отошли на приличное расстояние, я заговорила шёпотом.
Камилла: Тебе она не показалась странной?
Саджо: Вроде как нет. А что такого?
Камилла: У неё был такой взгляд… Брр, мурашки аж…
Саджо: По-моему ты просто слишком напряжена. Расслабься, я же с тобой рядом, тебе ничего не угрожает.
Я написала в чат номер комнаты, чтобы ребята, когда подойдут быстро её нашли. Мы с Саджо решили пока что оставить дверь открытой. Через минут десять подошли Николай с Фёдором и Софией. Нана припоздала на минут двадцать.
Нана: Извините, что заставила ждать. Там по дороге авария произошла, пришлось вызывать такси. И ещё там срочное дело возникло, Леону пришлось ехать к папе в бизнес-центр, какие-то бумажки проверить и подписать надо. Он вроде как должен устроиться туда на подработку скоро.
София: Это ж замечательно, нужно будет по этому поводу, когда он приедет поднять тост.
Камилла: Запыхалась, бедняжка.
Нана: Да таксист не захотел подвозить прямо сюда, пришлось ещё бежать к вам. Мне правда очень неудобно и неловко.
Николай: Всё в порядке, Нана. Главное, что ты пришла.
Саджо: Мы будем Леона ждать или как?
Нана: Он сказал, что можем без него начинать. Сильно опоздает, ещё не скоро приедет.
Открыв коробки с пиццей, в нос ударил приятный сырный аромат с нотками приправ, так и маня откусить кусочек, всё выглядело очень аппетитно. Нам принесли ещё апельсиновый сок и холодный зелёный чай. Мы с Софией принялись выбирать песни, Николай предложил начать с русской попсы.
Николай: Вот послушают японцы нашу музыку, потом оторваться не смогут.
Камилла: Особенно не понимая смысла песен…
Николай: Будто нам это когда-то мешало любить зарубежную музыку.
Камилла: Хах, твоя правда.
Нана: Мы же дойдём сегодня до k-pop? А то увлечетесь так.
София: Не переживай, мы учтем интересы каждого.
Несколько песен подряд пели мы втроём: я, София и Николай. Голевский так изредка подпевал что-то себе под нос. Косился на Нану, которая пританцовывала под наши песни, пытаясь повторять какие-то слова. А когда случайно ловила его взгляд, то парень быстро отводил глаза, словно ничего и не было. Очень грустно наблюдать за ними. Когда-то любимые друг другу люди, стали вдруг совсем чужими и холодными по отношению друг к другу. Саджо предложил передохнуть за душевным разговором.
Саджо: Хорошо, что мы вновь собрались полным составом.
Николай: Выпьем за наше знакомство и дружбу! Пусть она с каждой нашей встречей становится только крепче. Думаю будет прикольно, если каждый скажет, что для него значит наша дружба, может поделится любимым воспоминанием. Я могу начать. Вы очень ценны для меня ребята, я безумно счастлив, что в какой-то момент своей жизни познакомился с каждым из вас. А один из любимых моментов с вами это поход в парк аттракционов, комнаты страха. Было очень весело.
Фёдор: Да ну, а как же наш знаменитый поход? Это ли не лучшее воспоминание?
Камилла: Может быть для тебя и лучшее, Голевский. Тебе не пришлось-то испытывать ужас в том доме. Кстати чем же ты занимался в это время?
Фёдор смущённо отвёл взгляд, а щёки Наны порозовели. Они оба вспомнили те моменты, проведённые вместе. На миг её лицо озарила лёгкая улыбка, но это продолжалось недолго, реальность отрезвила. Девушка опечалилась.
Нана: Мы же можем говорить не только о времени, проведенным всеми вместе?
Камилла: Конечно, рассказывай, что хочешь.
Голевский напрягся, когда его бывшая девушка посмотрела на него.
Нана: Я помню, как мы с Фёдором пошли на каток. Это было волшебно. Ещё мне очень нравилось проводить с Камиллой, Николаем и Наной время в кафе, в котором много интересных книг, очень атмосферно и уютно. Также было очень круто, когда Саджо давал мастер-класс по приготовлению суфле, теперь оно у меня получается нежным и воздушным, как надо.
София: Было очень здорово познакомиться с друзьями Камиллы, вы очень классные ребята. С вами я стала более смелой и активной. Особенно когда недавно мы гуляли с Николаем и там играли уличные музыканты, я бы раньше никогда не пустилась в пляс при таком количестве чужих людей. Но благодаря ему, мелодия будто подхватила меня и было так легко на душе дурачиться с ним под заводную музыку.
Саджо: Если бы ни знакомство с Николаем в университете, я не знаю, какая бы меня ждала судьба. Ведь благодаря тому, что он позвал меня тогда в кафе. Теперь у меня много новых друзей и любимая девушка. Раньше я был довольно замкнут в себе и мало с кем общался, но вы мне показали, что настоящая дружба существует. Я уверен, что куда бы нас не раскидала судьба, мы всё равно не разрушим нашу связь и если надо придём друг другу на помощь несмотря на расстояние.
Камилла: Я очень рада, что Николай приехал в Японию, я так долго ждала нашей встречи. И даже неплохо, что он захватил с собой Голевского. Я скучала по нему и очень сильно будучи в чужой стране. Но благодаря Нане я не чувствовала себя одинокой. Эта солнечная девочка смогла скрасить каждый мой день проведённый здесь. Она стала моей лучшей подругой, которую я люблю как сестру. А Саджо стал моей поддержкой и опорой, смог подарить чувство безопасности, показал мне, что такое любовь. Он очень терпелив, такой заботливый. И я так счастлива, что вы все есть у меня.
Оставался только Фёдор. Мы все посмотрели на него, ожидая речи. Но парень, будто бы боялся открыть нам душу.
Фёдор: Я не силён в красивых речах, поэтому скажу, что очень рад, что всё-таки приехал сюда, а не остался в России. Я получил ценный опыт. Помирился вроде как с одной персоной. Да, миледи Флоринская?
Камилла: Да, Голевский, мы заключили мир.
Фёдор: Также мне было временами весело проводить время с остальными ребятами, хотя я не любитель заводить друзей. И конечно же мне очень важны те моменты, которые я провел с Наной. Она мне показала чистую, наивную любовь, как бывает в самых милых сказках. Я до встречи с ней не думал, что могу открыться с такой стороны, не думал, что кто-то сможет принять мою чувственность и увлечения. Но она смогла, приняла меня полностью, терпела мерзкие выходки. Мне невероятно жаль, что нам пришлось окончить наши отношения.
Все молчали, потрясённые его трогательным рассказом, и только Нана расчувствовалась настолько, что ей пришлось выйти из комнаты, чтобы поправить макияж.
Фёдор: Эх, вновь довёл до слез…
Камилла: Правильно, что открыл свои чувства. Я схожу за ней.
Оставив дверь на распашку, я побежала за подругой. Со стен на меня глазели постеры с популярными азиатскими музыкальными группами, была слышна музыка и разговоры людей из других комнат. Коридор был подозрительно пуст, а свет изредка мигал.
Камилла: Что у них с проводкой сегодня?.. Может столько посетителей, что щиток не выдерживает столько электроэнергии. Где же уборная находится?.. А, вот.
Зайдя внутрь, я обнаружила Нану стоящую напротив зеркала. Её лицо было бледным, на нём застыл ужас. Она не могла пошелохнуться. Перебои со светом как ни странно были и здесь. В какой-то момент он вовсе выключился. Подруга громко закричала, будто увидела там что-то кошмарное. Я стояла в недоумении, не зная как ей помочь. Когда Нана, попятившись назад, присела на пол рядом с кабинками туалета, я подошла к ней. Она вся трусилась, поджав ноги к себе.
Камилла: Что произошло? С тобой всё в порядке?
Заикаясь, она произнесла.
Нана: Я в-видел-ла ег-го…
Минут тридцать назад Леон уже сидел в метро, ожидая нужного поезда.
Леон: Да почему так долго его нет? Так стыдно перед ними будет. Никогда же не опаздывал на встречи. А если они разойдутся, не дождавшись меня. Как же тогда я расскажу Камилле о том, что происходит со мной в последнее время.
Он устало запустил руку в волосы.
Леон: Дурак, нужно было просто позвонить или встретиться раньше. Тянул до последнего. А теперь настроение хорошее испорчу ей. Эх…
В метро было очень мало людей, что удивило парня. Вечер ведь, все возвращаются домой. Хотя выходной день, люди гуляют, а не в поездах ездят в это время. Но странно всё-таки, очень… Подъехал поезд, в нём ни души. Автоматические двери закрылись.
Леон: Зато есть где сесть…
Он пытался шутить, но состояние было не то, парень сильно хотел спать. Глаза сами собой закрывались.
Леон: Главное, не пропустить станцию.
Зевнул. Перед глазами всё расплывалось. В вагоне стало заметно холоднее. Вдруг где-то в другом конце взорвалась лампочка, а после весь свет потух и поезд резко остановился. Включился аварийный красный свет, мигая.
Леон: Что это ещё такое? Авария какая-то?
Терпеливо ожидая починки транспорта, он сидел, облокотившись о спинку сидения.
Леон: Ещё и совсем один. Прекрасно…
Из ниоткуда послышался уже знакомый зловещий голос.
Эмиль: Не один…
Повернувшись на звук, парень смог разглядеть в полумраке высокий тёмный силуэт. Чётко выделялись жуткие красные глаза, они горели, как языки пламени. Демонический смех, скрежет когтей по стенам поезда. Он приближался к нему. Всё ближе. И ближе. Его голос был то низким и почти бархатным, то противно скрипучим. Он сводил с ума. Леон зажмурился, схватившись за голову.
Леон: Ты всего лишь выдумка! Тебя нет!
Эмиль: Как же нет, господин Канэко? Я вполне реальный. Твой ночной кошмар.
Открыв глаза, парень вжался назад ещё сильнее, когда увидел, что тот стоит почти вплотную к нему. Наклонившись вперёд, Эмиль злорадно широко и как-то неестественно ухмылялся, склонив голову чуть-чуть набок.
Эмиль: Надо же твой страх поистине прекрасен и одновременно отвратителен.
Леон: Что тебе от меня надо?!
Канэко закричал ему в лицо, будто не боялся разгневать призрака ещё сильнее. Тот бросил грудной смешок, протягивая руку к Леону.
Эмиль: Ты коснулся моей души, посягнул на самое драгоценное. Пора платить.
На последней фразе призрачные руки крепко сжали шею парня, не собираясь отпускать.
Леон: Кхе-кхе…
Острые когти впивались в кожу, оставляя глубокие порезы. Лицо Леона с каждой секундой обретала всё больше сине-фиолетовый оттенок. Он пытался глотать ртом воздух. Отчаянно цеплялся за жизнь.
Эмиль: За каждый свой поступок нужно нести ответственность. А за каждым преступлением следует наказание. Я лишь помогаю тебе искупить вину. Твои последние слова?
Леон: К-Камилла, п-прости, кхе-кхе, что втянул тебя в это, акхх…
Эмиль сжал сильнее, тело парня обмякло. Прежде чем исчезнуть, он произнёс.
Эмиль: Ничтожество…
Исчез в тёмном углу вагона, оставив бездыханное тело.
Чувство страха поступало к горлу.
Камилла: Что ты увидела?
Нана: Леон… Он мёртв. На его шее следы от рук.
Она расплакалась с новой силой, задыхаясь от слез. Это было похоже на истерику.
Нана: Его больше нет! Мой братец! Кто это сделал?! Почему?! Почему?!
Камилла: Тише, тише. Ты это увидела в зеркале? Увидела, что Леон не живой?
Нана: Я знаю, что это звучит странно, но я видела собственными глазами. Он лежал на сиденье в метро, глаза закрыты, а лицо изуродовано царапинами, будто какой-то хищный зверь прошёлся лапой. И на шее следы удушья. Камилла!
Её глаза вдруг округлились, она закричала, указывая за мою спину. Я тут же обернулась. Там был он. Эмиль довольно рассматривал лицо Наны, словно наслаждаясь её горем.
Камилла: Что тебе от нас нужно?!
Призрак сделал к нам шаг вперёд, продолжая ухмыляться. Закрыв подругу собой, я твёрдо произнесла.
Камилла: Я не дам её в обиду.
Эмиль: Я и не собираюсь трогать девочку. Просто пришёл вас навестить. И напомнить, что у вас до сих пор то, что вам не принадлежит.
Под когтями была запекшаяся кровь. Эмиль развёл руками, усмехаясь.
Эмиль: Как вам моё представление? Не волнуйся, Нана, твой брат не умирал в муках. Я постарался сделать всё быстро. И он даже успел передать вам привет. Особенно тебе, Камилла.
Камилла: Что он сказал?
Я чувствовала, что сама готова расплакаться в любую секунду, но хотела держать перед ним лицо.
Эмиль: Извинился. Сколько же в его глазах было неразделенной любви, отчаяния. Перед смертью решил заговорить о тебе, а не о своей семье.
Камилла: Хочешь, чтобы я почувствовала себя виноватой? Чего ты добиваешься?
Эмиль: Ничего конкретного. Верни кольцо как можно скорее. Иначе следующим умрёт кто-то, кого любишь ты.
Камилла: Дай мне неделю.
Эмиль: Слишком долго. Даю максимум три дня. После жди последствий. До скорой встречи.
Он вошёл в зеркало, исчезая там. Крепко, обнимая подругу, я прошептала.
Камилла: Я не допущу, чтобы он что-то сделал с тобой или ещё с кем-либо. Обещаю.
Нана: Как теперь быть? Нам никто не поверит. Мы даже не можем отстоять честь Леона. Его убийца никогда не будет найден. Почему судьба к нему так несправедлива? Да, он поступил плохо, но никто не заслуживает такой смерти.
Она была в панике. Впервые столкнулась с потусторонним, это я уже практически привыкла к подобным встречам. Да ещё и брата родного потеряла.
Камилла: Мне очень жаль. Но мы, к сожалению, никак не можем привлечь его к ответственности. Но можем прекратить это. Точнее попробовать.
Вытирая рукавом слезы, она спросила.
Нана: И как же мы это сделаем?
Камилла: У меня есть план. Он очень простой, но риски большие. Нужно остаться незамеченными.
Нана: Я готова на всё! В пределах разумного конечно же.
Камилла: Тогда нам нужно пробраться в этот дом.
Нана: Ага…
Камилла: Вернуть кольцо.
Нана: Угу…
Камилла: И сжечь это чёртово место дотла.
Нана: Ага… Стоп, что? Ты с ума сошла? Это незаконно.
Камилла: Хаяси тоже не понравился мой план.
Нана: Камилла, я всё понимаю и я очень заинтересована в том, чтобы этот кошмар прекратился, но ты таким образом можешь устроить пожар в лесу.
Камилла: Я не собираюсь тебя подставлять, можешь не идти со мной. Но я уже приняла решение.
Нана: Я тебя одну не отпущу. Пожалуйста, подумай ещё и не твори глупостей.
На пороге уборной комнаты появилась взволнованная София.
София: У вас тут всё хорошо?
Она обратила свой взор на подругу.
София: Нана, ты так долго плакала? Фёдор извиняется перед тобой за это. Не печалься так. Никакой парень не стоит твоих слез.
Нана: Всё нормально. Правда.
Девушка выдавила из себя улыбку, чтобы не расстраивать Софию.
Нана: Идём обратно.
Вернувшись, мы столкнулись с обеспокоенными лицами парней.
Нана: Только без вопросов. Всё нормально. Просто дайте мне немного посидеть в тишине. Точнее вы конечно же можете слушать музыку и классно проводить время, не обращайте на меня внимания.
Николай: Нет, так не пойдёт. Это будет отвратительно с нашей стороны. Если никто не против, то нам нужно закругляться и идти по домам.
Саджо: Мне кажется это будет наилучшее решение. Мы с Камиллой проводим Нану домой.
Николай: Кстати, а где Леона носит? Уже столько времени прошло.
Канэко разревелась, пряча лицо руками.
Николай: Я что-то сказал не так?
Бросая нервный смешок, он нашёл мой взгляд. Кивнул в сторону, чтобы отойти.
Николай: Что с Наной?
Камилла: Если расскажу, то поверишь?
Николай: Ну попробуй хотя бы.
За меня всё сказала рассылка на экстренные новости города. Труп молодого человека нашли в Киотском метро. Причина смерти — предположительно удушение. Показали фотографию паспорта. Попросили близких родственников явиться на опознание. Друзья не могли поверить своим глазам. Они были шокированы, между нами воцарилась мертвая тишина. В каждом взгляде читалось соболезнование. София всплакнула, утыкаясь лицом в плечо Николая. Саджо приобнял меня, тоже успокаивая. А Фёдор подсел к Нане, заглядывая в глаза нежно произнёс.
Фёдор: Я понимаю, что обидел тебя, но может объятия смогут тебя хоть как-то утешить?
Не думая, она порывисто обвила руками его шею, утыкаясь в неё, подрагивая от истерики. Крупные слезы скатывались по бледной коже парня. Он крепко обнял Нану, так не хотел отпускать. Представил, что может в любой момент потерять и то, как невыносимо больно это может быть для него.
Фёдор: Я рядом.
Камилла: Нана, мы все с тобой.
Нана: Я виновата, не нужно было уговаривать его ехать со мной. Ничего бы не случилось.
Камилла: Ты не виновата, солнце. Эмиль бы всё равно забрал своё в любом случае.
Саджо: Опять этот призрак?
Камилла: Я… Просто забудьте, что я сказала, всё равно не поверите.
Николай: Ками, я тебе верю. Я видел эту нечисть. Ты не одна.
Саджо: Мы все тебе верим, но неужели ты хочешь вернуться к той своей идее? Я конечно скептик, но смотреть как страдает моя любимая и мои друзья не собираюсь. Можно в принципе поискать контакты каких-то священников или что-то типо того. Может смогут изгнать этого демона.
Камилла: Я сама со всем справлюсь.
Саджо: Камилла.
Он произнёс моё имя с некой не свойственной ему твердостью, строго посмотрел в глаза.
Саджо: Я запрещаю тебе идти туда.
Его слова больно кольнули сердце. Я боялась, что в наших отношениях могут появиться какие-то запреты. Да, он хочет меня защитить, но я не собираюсь сидеть сложа руки и ждать, когда Эмиль придёт и за ним. Поэтому решила подыграть.
Камилла: Хорошо. Никуда не пойду.
Врать плохо, но… Ложь во благо иногда бывает полезной. Голевский настоял на том, чтобы именно он провел Нану до дома, она особо и не сопротивлялась этому желанию парня. Её было всё равно. Она чувствовала пустоту в душе, будто потерялась в густом тумане и даже не хочет искать выход из него.
Фёдор: Родители возможно ещё не знают?
Нана: Они написали мне, в курсе. На нервах приехали в морг, а так как поздно, им сказали приходить завтра. Наверно и похороны будут завтра-послезавтра.
Её стеклянный взгляд и лишенная эмоций речь волновали Фёдора. Он боялся, что она может натворить глупостей с собой из-за горя. Хотя Нана была не такой, она очень любила жизнь.
Фёдор: Тебе сейчас больно и возможно твой мозг не может принять реальность. И это нормально, что ты скорбишь по родному человеку. Только когда-то придётся отпустить его. Помнишь ты рассказывала, что души не любят, когда их долго оплакивают? Леон тоже бы не хотел, чтобы его любимая сестра постоянно проливала слезы.
Из её уст вырвалось.
Нана: Тебе откуда знать, что такое потерять близкого?
Она тут же поняла, что могла ранить этими словами, начала извиняться.
Нана: Прости, Фёдор, прости. Я совсем стала бесчувственной после произошедшего. Ты потерял собачку — своего лучшего друга, а ещё тебя преследует призрак нарождённой сестры. Тебе наверное так тяжело.
Фёдор: Не переживай, я уже много лет живу с мыслями о том, что виноват в их смерти. Но недавно я пришёл к тому, что готов простить себя, понять, что нет в этом моей вины. Если я смог к этому прийти, то и ты точно сможешь. Ты намного сильнее меня, Нана. И раз я уже начал разговор об этом, то хочу сказать, что долгие годы у меня не было людей, которых я бы мог назвать своими близкими.
Нана: Я понимаю, ты очень зол на родителей…
Фёдор: Но теперь в моей жизни появились такие люди, которых я готов защищать до последней капли крови. И я очень боюсь их потерять.
Девушка подняла глаза на парня, он смотрел на неё. В этом взгляде она почувствовала поддержу и… Любовь? Но быстро сбросила наваждение. Он же расстался с ней, о каких чувствах может идти речь.
Нана: Я очень сильно привязываюсь к людям и если чувствую, что это мой человек, то тоже страшно его потерять. Но с другой стороны ты прав нужно уметь отпускать, если по-настоящему любишь. Я не держу на тебя зла, Фёдор. Мне неважно, что ты мне сказал в тот вечер. Ты навсегда останешься в моём сердце.
Эти слова прошлись мурашками по его телу. Парень ощутил, как сердце начало колотиться быстрее. Так хотелось заключить её в объятиях, чувственно поцеловать. Но он лишь молча шёл чуть позади неё, рассматривая её прекрасные огненные волосы, красивую походку. Когда они подошли к дому, к ним навстречу выбежала мама Наны. Она крепко обнимала дочь, поглаживая её по голове, они плакали вместе. Отец стоял на пороге дома, смотря на них с горем в глазах. Несмотря на его строгий вид, он сейчас выглядел так уязвимо. Через пару минут они поблагодарили Фёдора за то, что он привел их дочь в целости и сохранности. Попрощавшись, парень ушёл. В голове крутился только один вопрос. А что случится с их компанией завтра? Он тоже устал сидеть в страхе, вздрагивая от каждого шороха. Но будто бы не мог с этим ничего поделать. По дороге за ним заехал Орехов, подвезя до дома.
Юрий: Смотри лишний раз сейчас не высовывайся. Сегодня одного парня убили в метро.
Фёдор: Я знаю, это мой знакомый.
Юрий удивился, потягивая сигарету.
Юрий: Ну вообще… Короче ты меня понял.
Фёдор: Курить опять начал?
Тот усмехнулся, туша и выбрасывая окурок.
Юрий: Правильный такой значит? В последнее время слишком много незапланированных происшествий. Нервы на пределе.
Фёдор: Что-то произошло у вас?
Юрий: Да. Чуть не подстрелили сегодня. Пару дней назад заметили Митсуо по дороге в отель. Мне кажется они просто уже издеваются над нами. Я предлагал Алексею заселиться к тебе сюда, чтобы всегда быть рядом, но он посчитал это плохой идеей.
Фёдор: Фу, с каких пор ты стал для меня мамочкой?
Юрий: Я хочу остаться при должности. Ничего личного.
Фёдор: Отец спрашивает обо мне?
Парню почему-то стало стыдно за этот вопрос, он отвёл от мафиози взгляд.
Юрий: Соскучился по папочке, малец?
Фёдор: У нас разница в возрасте два года. Не называй меня так. А вообще просто интересно стало. Я даже думал, что он приедет забрать меня отсюда. Глупость какая, да?
Молодой человек взъерошил ему волосы, чтобы взбодрить.
Юрий: Не вешай нос, Фёдор. Ты же Голевский. А значит способен на многое. Я прав?
Фёдор: Да, наверное.
Юрий: Без всяких наверное. Не позорься и не раскисай. А если говорить честно так между нами, то Виктор переживает за тебя, звонит редко, но в каждом таком звонке наставления, чтобы по максимуму обеспечить твою безопасность. Может быть ты слишком плохого о нём мнения. Откуда мне знать, он мой босс, а я его подчиненный. Но ты его сын, причём единственный.
Фёдор: Понимаю, но матери я точно не нужен.
Юрий: Не воспринимай слова Анны близко к сердцу, она довольно необычная женщина, не знаю, как Виктор её терпит.
Фёдор: Любит…
Юрий: Эх… Я пойду. Впервые мы с тобой так поболтали, Федя. Знаешь, мне даже понравилось вроде как. Пока.
И ему было не противно вести беседу. Может быть он даже захочет подружиться с Юрием. Мафиози вспыльчив и резок в высказываниях, что раньше немного напрягало Федю. Но он не обладал высокомерием, был простым парнем, готовым на грязную работу. И возможно до этого парни недолюбливали друг друга из-за конкуренции за внимание Алексея и Виктора.
Я начала видеть угрозу во всём. В каждом человеке, в тенях, которые тянутся за мной. Везде искала, таящееся зло. Николай с Саджо были очень встревожены, их тоже волновало происходящее, и пугала некая уязвимость перед жестоким миром. Кто будет следующий? А вдруг это всё одна большая ловушка, из которой ни у кого нет шанса выбраться живым? Это дело времени? Или же мы способны справиться с тьмой, с тем, кто сильнее нас во многом? Мама в детстве читала мне сказки, где добро всегда в конце побеждает зло. Но а в реальности это как работает? Столько людей ходит безнаказанно, совершая ужасные преступления в течение своей жизни и у них всё относительно нормально. А нечисть, у которой ещё больше преимуществ не оставить следов, выйти сухими из воды… Что делать с ней? Как поступить правильно? И самое главное, где справедливость? Ведь за каждое преступление должно следовать наказание соизмеримое с поступком. Я ожидала, что когда приду домой, то мама будет сильно ругать меня, осуждать за столь позднее возвращение. Но когда мы с Саджо показались на пороге, она порывисто обняла меня, скрывая скупые слезы.
Мама: Я так переживала. Сейчас столько всего творится в городе.
Саджо: Не волнуйтесь, ваша дочь всегда под моей защитой. Обещаю, что с ней ничего не случится.
Даже его решительный взгляд и данное обещание не сильно тронули сердце матери. Она всё ещё не доверяла Хаяси. Тяжело вздохнула, отстраняясь от меня.
Мама: Хорошо, посмотрим как ты держишь слово, Хаяси Саджо.
Саджо: Я вас не подведу.
Камилла: Доброй ночи, Саджо. Напиши, когда будешь дома.
Саджо: Пусть тебе приснятся приятные сны, моя любовь.
Он нежно поцеловал меня в макушку, провел ладонью по щеке, с любовью заглядывая в глаза.
Саджо: Отпишусь тебе, не переживай. Люблю.
Камилла: А я тебя…
Воздушный поцелуй, отправленный мной на прощание, парень шутливо поймал и отправил в ответ, закрывая за собой дверь.
Мама: Будешь ужинать?
Камилла: Нет, я не голодная.
Мама: Завтра похороны Леона. Позвонила его мама, приглашая нас прийти. Сможешь сходить одна? У меня завтра много работы.
Камилла: Да, конечно.
Мама: Постарайся не гулять так поздно, как это делаешь обычно. Ты у меня одна единственная, боюсь потерять.
Камилла: Ладно. Я пойду, мам?
Мама: Мы давно не болтали по душам. Почему ты отстраняешься от меня?
Камилла: Мне сейчас не до разбирательств, давай это обсудим как-нибудь потом.
Мама: Иди-иди. Помни, что я не твой враг, Камилла. Я всегда буду на твоей стороне и выслушаю.
Камилла: Знаешь, так далеко не всегда.
Последние слова, сорвавшиеся с губ, мы обе так и оставили висеть в воздухе. Я просто ушла в свою комнату, домашнего задания, к счастью, задали не много и тем более был впереди ещё один выходной. Только вот провести его мне придётся на кладбище. А на следующий же день бежать в лес, исполнять прихоти призрака. Спать не хотелось, я наткнулась в заметках на один из сценариев, который писала полгода назад для сценки для школьного представления. Приятная ностальгия по тем временам, когда всё было хорошо, накрыла уютным одеялом.
Камилла: Хочу, чтобы всё было спокойно и мирно, как раньше.
Мне хотелось верить в светлое будущее, где у меня всё должно получиться, но сомневалась во многих вещах, тревожилась. Не успела понять, как уснула крепким сном. Я проснулась рано, наверное, от нервов. Утро встретило серым небом. Мама ворчала на кухне, переживая, что мы все попадём под проливной дождь. Время настало. Пора идти на похороны. Все пришедшие были в чёрных одеждах. Хорошо, что у меня нашлась чёрная куртка, а то было бы очень неловко перед семьёй Канэко. Началась храмовая служба у алтаря, а после каждому можно было подойти и проститься в последний раз с Леоном. Его мама горько плакала, стоя у гроба, а отец пытался всячески её успокоить, сдерживая свои эмоции. Нана выглядела осунувшейся, с мешками под глазами, бледная вся. Она стояла рядом с ними, смотря на покойного брата пустым взглядом. Наверное, бедняжка, выплакала ночью все слезы. Когда настала моя очередь, я подошла к гробу ближе. Покойный лежал в чёрном костюме с белой рубашкой на белоснежном полотне, а лицо его было накрыто белой тканью. Было страшно представить, как оно выглядит после того, что с ним сделал Эмиль. Я тихо произнесла.
Камилла: Я прощаю тебя, и ты меня прости, Леон. Надеюсь, тебе будет хорошо в ином мире. Тебе больше не придётся страдать и бояться.
После сказанного будто камень с души сбросился, я отошла в сторону. Друзья тоже пришли проститься с ним. Как же жизнь непредсказуема, только вчера на их лицах были улыбки, слышался смех, а теперь — траур. После гроб навсегда заколотили, траурная процессия отправилась в крематорий. Через пару часов от Леона остался только прах с костями, который сложили в урну и вмуровали в памятник на могиле с семейными захоронениями. Начал накрапывать дождь. Капли воды, скатываясь по лицу, смешивались со слезами скорбящих. Я обратила внимание на то, что господин Канэко благодаря непогоде, дал волю чувствам, хоть всё ещё был достаточно сдержан. С каждой минутой дождь начал усиливаться, а люди потихоньку расходиться.
Саджо: Камилла, пора идти.
Камилла: Да… Сейчас схожу у Нане.
Саджо: Кстати, Николай с Софией ушли, потому что ей дурно стало. Я буду тебя ждать вот там под навесом.
Камилла: А где Фёдор?
Саджо: Он с родителями Наны куда-то ушёл. Не задерживайся, пожалуйста, а то простынешь.
Камилла: Хорошо, я недолго.
Я подошла к подруге. Она стояла напротив могилы, как статуя, не шелохнувшись. Смотрела на имя брата, выгравированное на каменном памятнике. Вся уже промокла. Ей было всё равно на холодный ветер, пронизывающий до костей.
Камилла: Нана, ты замерзнешь, если мы сейчас не пойдём. Давай мы с Саджо купим тебе кофе с чем-то сладеньким, чтобы ты согрелась.
Нана молчала ещё пару минут, после чего шмыгая носом произнесла.
Нана: Стоять здесь — это малейшее, что я могу для него сделать. Камилла, я никогда не ощущала себя настолько беспомощной и опустошенной. До сих пор не могу поверить, что он мёртв. Родители не пускали меня в морг, потому что брат выглядел очень плохо, но я сумела пробиться к нему. Должна была увидеть его лицо в последний раз.
По её щекам покатились слёзы.
Нана: Ты не представляешь, насколько сильно сжалось моё сердце, когда я увидела его лицо, то, что с ним сделал этот…
Она пыталась подобрать более культурные слова, это было заметно по хмурым бровям.
Нана: Не хочу лишний раз говорить о нём. Братец, я буду молиться за твою душу так часто, насколько это возможно. Никакой тёмный дух не сможет осквернить её. Я верю, что у тебя теперь всё будет в порядке. Я надеюсь, что мы встретимся в каком-нибудь из наших перерождений.
Девушка положила красную розу на могильную плиту.
Нана: Он любил эти цветы… Идём, Камилла. Не хочу, чтобы ты из-за меня заболела.
Нам по дороге встретился Голевский, сказал, что родители Канэко пошли в другой храм, просили передать, чтобы Нана не мерзла на улице, дожидаясь их, а шла домой.
Фёдор: Но сначала в кофейню зайдём. Я тебе куплю, что захочешь.
Нана: Я не голодна.
Камилла: Мы тоже собирались идти туда. Но если вы хотите побыть одни, то мы можем с Саджо не идти с вами.
Фёдор: Нана, что думаешь? Мне всё равно, главное, чтобы ты поела и согрелась.
Нана: Хорошо-хорошо, идём все вместе. Только я деньги с собой не брала.
Фёдор, Камилла: За это не беспокойся, я заплачу.
Мы сказали это хором. Переглянулись.
Камилла: Голевский, она моя близкая подруга, я хочу сделать ей приятно.
Фёдор: И что? Вообще-то…
Он на секунду забыл, что они больше не встречаются, немного замялся.
Фёдор: Вообще-то она и для меня близкий человек, какой бы у нас статус не был.
Пока мы ссорились за то, кто заплатит, Нана тихо хихикнула.
Нана: Не нужно ругаться. Если так хотите, то кто-то может купить мне кофе, а другой какой-нибудь десерт. Но на самом деле мне очень неловко за это.
Она улыбнулась. Я была так рада вновь увидеть её милую улыбку.
Камилла: Хорошо.
В вечер следующего дня мы с Наной собрались в тот злополучный лес. Взяв всё необходимое, я вызвала такси. Водитель с неким удивлением поглядывал на нас всю дорогу. Но расспрашивать не стал, что вечером девушки забыли в тёмном лесу. Приехав на место, мы не торопились идти туда сразу.
Нана: Камилла, это всё-таки плохая затея.
Камилла: Пути назад уже нет.
Нана: Вообще-то есть, мы можем вызвать такси и уехать обратно.
Камилла: Идём. А то совсем стемнеет.
Деревья были покрыты снегом. Он красиво переливался в лучах алого закатного солнца. Хрустит под ногами. Было немного страшно идти наугад, потому что мало ли что может быть под белым полотном, вдруг какая-то яма или ещё что похуже. Мы оделись тепло, надеюсь, не задубеем здесь.
Нана: Ты точно помнишь дорогу до этого дома?
Камилла: Вроде как. Его трудно не заметить.
Нана: Просто ещё чуть-чуть и совсем стемнеет, а мы уже бродим по лесу полчаса. Привидения это конечно страшно, но дикие голодные звери ни чуть не лучше.
Камилла: Всё, я уже вижу его, осталось чуть-чуть.
Мы подошли к нему вплотную. С крыши свисали острые большие сосульки, которые чуть что могли упасть прямо на нас. В этот раз дом казался ещё мрачнее и пугающе. Но было ощущение, что он ждал нас. Деревянная дверь на сквозняке медленно со скрипом отворилась, приглашая войти.
Нана: Камилла, я не хочу туда идти, мне очень страшно. Можно я тебя здесь подожду?
Камилла: А не лучше держаться вместе? Если с тобой что-то случится, что будешь делать?
Я конечно волновалась за неё и понимала этот животный страх, но во мне так же играл эгоизм и страх остаться с этим местом наедине.
Нана: Мне кажется, что там намного страшнее. Извини, но я не пойду.
Всматриваясь в пустой тёмный коридор дома, я тяжело сглотнула, в горле будто ком застрял.
Камилла: Х-хорошо, только никуда не уходи. Хотя нет, если почувствуешь опасность, то беги обратно к дороге. Ты же запомнила путь?
Нана: Не очень, но думаю, что инстинкты самосохранения укажут дорогу до безопасного места.
Камилла: Короче, договариваемся, что если мы друг друга после того как я выйду отсюда всё сделав, не видим и не слышим, то не теряем времени зря и едем обратно домой. Связь здесь ловит раз через раз, поэтому если что пишем друг другу. А если долго кто-то не отвечает, то обращаемся в полицию.
Нана: Поняла. Удачи тебе. Если я услышу твой крик, то побегу спасать.
Камилла: Нет, не нужно.
Нана: Всё, это не обсуждается. Боже, как жутко…
Камилла: И не говори… Я пошла.
Как только я ступила на порог дома, дверь за мной резко захлопнулась. Я почувствовала, как начинает накрывать паника. Я снова здесь и точно знаю, что этот на вид заброшенный дом таковым не является. Здесь живёт зло. Тьма, навстречу к которой я иду, пренебрегая чутьем бежать сломя ноги отсюда. Я услышала голос Наны с улицы.
Нана: С тобой всё в порядке?
Крикнула в ответ.
Камилла: Да!
Половицы протяжно скрипели под ногами. Темно. Я включила фонарик, чтобы не навернуться. Тишина.
Камилла: И куда мне положить это кольцо?
Я чувствовала себя неуравновешенной, потому что буквально разговаривала сама с собой. В дальней комнате я заметила промелькнувший белый силуэт.
Камилла: Хелена? Это я, Камилла, не бойся.
Какой же бред я говорю. С чего бы ей меня бояться? Это у меня тут коленки трясутся. Призрак девушки возник возле лестницы. Она поманила меня за собой, приставляя палец к губам. Не хочет, чтобы нас услышали? Эмиль наверняка уже знает о моём прибытии. В чём секрет? Стараясь лишний раз не издавать звуки, я поднялась следом за ней. Движения Хелены были воздушными, лёгкими, она была словно облачко. Белое длинное платье шлейфом струилось за ней. Она указала на чердак. Исчезла.
Камилла: Это мне туда лезть…
Девушка, скромно стоя в уголке, ждала меня. Я подошла ближе. Она сделала шаг вперёд. Лунный свет прошёл сквозь неё, она казалась полупрозрачной. Протянула руки ко мне. Я попыталась коснуться их, но почувствовала лишь какой-то холодок, почти не ощущала её физически.
Камилла: Почему? Он с лёгкостью может касаться меня и даже очень крепкой хваткой держать. А ты?
Эмиль: Моя невеста слаба.
Он был прямо за моей спиной. Сердце ушло в пятки. Я забыла, как дышать.
Хелена: Милый, она пришла вернуть твой подарок. Не сердись на неё.
Эмиль обошёл меня, встав рядом с Хеленой. Пронзительный взгляд прошёлся по мне, будто сканируя.
Эмиль: Не стой, словно онемевшая, ещё живая. Вложи кольцо в мою руку.
Копаясь в сумке, я чуть не получила несколько микро инсультов, долго не могла его найти. Со страхом посматривала на призрачную пару. Где же оно? Не могла же где-то обронить или же забыть его дома? В какой-то момент напрягающую тишину и моё безумно стучащее сердце прервал тихий смешок. Подняв взгляд, я увидела на его лице широкую самодовольную ухмылку, а в руке кольцо. Получается он как-то забрал его у меня, пока я не видела. И решил просто поиздеваться.
Камилла: Я могу идти? Я выполнила свою часть сделки, а ты должен выполнить свою, а именно больше никогда не трогать меня и моих близких, вообще не тревожить нас.
Эмиль: Будто мне есть дело до смертных.
Камилла: Почему ты так жесток? Ты ведь тоже когда-то был человеком, любил, имел семью, какие-то цели в жизни. С вами поступили кошмарно, но это же не повод портить чужие ни в чём невиновные жизни.
Он нахмурился и видимо весьма сильно разозлился. Я пожалела, что сразу просто не ушла.
Эмиль: Убирайся отсюда, пока не передумал оставлять тебя и твоих друзей в живых.
Прощаясь взглядом и шёпотом благодаря Хелену, я быстро спустилась вниз. Меня на улице ждала Нана, она бросилась от радости меня обнимать, чуть ли не валя с ног.
Нана: С тобой всё хорошо! Я так счастлива!
Камилла: Это ещё не всё. Нам нужно поджечь дом, и пока он горит прочитать вот эти строки из книги.
Нана: Откуда она у тебя?
Камилла: У меня было время поискать в библиотеке и поспрашивать священников. И не одного между прочим. Это долгая история, сейчас не до этого.
В это время Эмиль надевал Хелене кольцо на палец, как когда-то в прошлом.
Эмиль: Так его точно не украдут вновь.
Хелена: Моя любовь к тебе вечна, чиста и сильна и без этого кольца.
Эмиль: Это последний мой подарок. Я думал ты им дорожишь.
Он обидчиво скривился, отворачиваясь. Девушка обняла его сзади.
Хелена: Дорожу. Всем, что с тобой связано, каждым воспоминанием. Но мне больно наблюдать за тем, как твою душу очерняет ненависть к миру живых.
Призрак тяжело вздохнул, смягчился. Провел рукой по волосам.
Эмиль: Я готов на всё ради тебя. Я любил тебя больше жизни и могу каждый раз умирать за тебя, чтобы остаться с тобой навсегда вместе.
Хелена: Милый, наши души и так навечно связаны друг с другом. Я только твоя, а ты мой и этого ничего не изменит. Никому не под силу разорвать эту связь.
Он втянул носом воздух.
Эмиль: Что-то горит…
Хелена: Тебе наверное кажется.
Он метнулся к окну. Высокое пламя уже подбиралось ко второму этажу. Я к этому моменту уже прочитала молитву, мы с подругой бежали, как могли, лишь бы оказаться подальше от дома. Эмиль прорычал от злости. Хотел пойти за нами, но девушка схватила его за руку, останавливая.
Хелена: Прошу, Эмиль, не надо.
Эмиль: Только не говори, что ты с ней заодно.
Хелена: Я люблю тебя, очень сильно люблю, поэтому хочу, чтобы наши с тобой души освободились от оков этого мира.
Эмиль: Хелена…
Огонь уже настиг их. Они чувствовали, как постепенно растворяются, испепеляясь.
Эмиль: Любимая, в этот раз я надеюсь, что ты будешь свободна.
Хелена: Мы оба будем свободны.
Они слились в самых крепких объятиях и самом чувственном поцелуе, вкладывая в последние свои секунды всю любовь , нежность и страсть. Пара была вместе до самого конца, их клятва неразрушима. В ту ночь сгорели все демоны, охваченные пламенем наших храбрых сердец. Ведь я уверена, что морально со мной был каждый из ребят. И я надеюсь, что мы избавили эти земли хотя бы от мистического зла. Изредка оглядываясь назад, я видела как горит дом, падают с крыши палки, он рушится на глазах, стирая с лица земли свою историю. Но в какую-то секунду в небе разразился гром, и полил дождь, не давая пожару перекинуться на лес. Мы с Наной в этот момент уже были на дороге. Зашли в то круглосуточное кафе, в котором были в прошлый раз. Хотели переждать там немного, отдышаться. Подруга вызвала такси.
Нана: Приедет через час как минимум.
Камилла: Ужас, у них там что машин нет свободных.
Нана: Далеко просто, не каждый хочет сюда ехать. Может закажем пока что-то, поедим.
Камилла: Угу, давай.
Милый парень, стоящий на кассе, посоветовавшись с ещё одной сотрудницей, сделал нам комплимент от заведения, принёс, кроме нашего заказа два круассана с фисташковой начинкой. Они особо приятно сочетались с не сладким горячим чаем. Набравшись сил, высохнув после дождя, мы поехали домой. Я так боялась в эту ночь снова увидеть в своём сне кого-то из призраков. К счастью, никто из них не приснился, я впервые выспалась, но то, что меня ждало утром, повергло в шок и оцепенение.
Камилла: Голевский, зачем так рано звонишь?
Фёдор: Нана вчера не вернулась домой.
Глава 8
Сонный мозг не сразу воспринял информацию. Я переспросила.
Камилла: Как это не вернулась?
Фёдор: Так, сейчас с тобой бесполезно разговаривать. Когда проснёшься, то быстро собирайся и в детективное агентство.
Камилла: Ладно, я скоро приду.
Пытаясь прийти в себя, я прокручивала его слова у себя в голове. Я вчера так вырубилась, что не удосужилась проверить от неё сообщения о возвращении домой. Включив телефон, увидела много сообщений как и от родителей Канэко, так и от Фёдора. Стало стыдно. Я почувствовала себя виноватой, будто совершила преступление и теперь что-то скрываю.
Камилла: Я последняя, кто был с ней и потом она исчезла. Всё начинается снова? Или же в этом замешана не нечисть?
Мама тоже пыталась меня расспросить, где мы вчера с ней были, но я уходила от разговора.
Камилла: Мы просто гуляли, ничего такого.
Мама: Постоянно любишь ходить по заброшкам и прочим опасным местам. Камилла, если ты не расскажешь правду, на тебя могут многое подумать. Хочешь состоять на учёте в полиции?
Камилла: А причём здесь я? Нас развозил один и тот же таксист, пусть все вопросы к нему будут.
Мама: Вот это и расскажешь господину Хаяси. Он сегодня звонил мне, говорил, чтобы ты немедленно пришла в агентство.
Камилла: Я знаю, поэтому и спешу.
Мама: Даже завтракать не будешь?
Камилла: Нет, по дороге домой зайду в кафе.
Было немного страшно ехать в метро после произошедшего, поэтому я села на автобус. Когда приехала, перед зданием агентства меня встретил Саджо. Он был серьёзен и хмурил брови.
Камилла: Привет.
Саджо: Признавайся, ходили в лес вчера?
Камилла: Ты что плохого полицейского сейчас играешь?
Я опустила глаза и подняла только тогда, когда он приподнял мою голову за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
Саджо: Не отводи глаза. Это очень серьёзно.
Камилла: Да, ходили. И что?
Моя уверенность во взгляде всякий раз разрушалась, когда он говорил со мной твердым голосом. Естественно у него этого требует будущая профессия, я не должна обижаться на это.
Саджо: Пошли за мной. Всё расскажешь отцу. Но я огорчён, что ты обманула меня и нарушила обещание.
Камилла: Я спасла нас всех вчера.
Саджо: Как видишь, Нану тебе не удалось защитить.
Зачем он говорит так? Слова режут по свежим ранам, болью отзываясь в сердце. В кабинете были и детективы и Голевский. Парень даже смотреть на меня не хотел.
Камилла: Я всё расскажу. Но об исчезновении ничего не знаю.
Хаяси Кенджи: Присядь, успокойся. Тебя никто не обвиняет. От тебя нам надо лишь узнать последовательность ваших действий.
Камилла: Мы ехали на одном такси вместе. Меня высадили раньше. А Нана поехала с ним дальше к себе домой. Но водитель казался полностью адекватным, ничего странного в его поведении не замечала.
Хаяси Кенджи: Хорошо. Кто вызывал такси и в какой компании?
Камилла: Нана.
Я назвала компанию, сомневаясь в том, что это поможет.
Хаяси Кенджи: Томсон, позвони и узнай о вчерашних вызовах.
Фрэнк: Будет сделано.
Хаяси Кенджи: В каком состоянии была Канэко?
Камилла: В спокойном достаточно, она даже смогла подремать немного пока мы ехали.
Хаяси Кенджи: А откуда вы ехали, что она успела поспать?
Камилла: Эм…
Я занервничала. Вся эта атмосфера и люди, окружающие меня сильно давили.
Камилла: С леса ехали.
Фёдор: С того самого? Это ты надоумила её?
Камилла: Я…
Грубые голоса, и взгляды, будто осыпающими обвинениями вызывали слезы. Они застыли в глазах.
Хаяси Кенджи: Так, тихо, Голевский. Здесь вопросы задаю только я. Не переживай, Камилла. Сделай вдох-выдох и продолжай. В принципе нам нет разницы, что вы делали в лесу, если девушка пропала уже после этого. Только скажи, у вас там ни с кем не было конфликтов, вы были одни?
Камилла: Не было, мы там были одни.
Хаяси Кенджи: Хорошо.
Фрэнк: Господин Хаяси, мне удалось узнать, что Канэко Нану водитель высадил не у её дома, по просьбе девушки. Возле храма Нандзэн-дзи остановился.
Дениз: Что она там забыла?
Фёдор: Скорее всего решила зайти помолиться за брата. Нужно туда ехать и искать какие-то следы. Там вообще есть камеры?
Евгений: Должны быть. Но возможно похитители постарались сделать всё как можно более скрытно.
Хаяси Кенджи: Скорее всего в этом замешана мафия. Они посылали угрозы, а значит скорее всего и совершили то, о чем пугали Голевского.
Камилла: И никакое расставание не помогло, Фёдор. Что это вообще за глупая идея была?
Фёдор: Будто у тебя идеи умнее.
Саджо: Не ругайтесь. Едем к храму значит?
Хаяси Кенджи: Я переговорю с Юмико. Дениз, Фрэнк, вы на разведку по городу. Евгений, ты поедешь с Фёдором к храму. А ты Саджо отведи Камиллу домой и будь с ней. Известите своих друзей о ситуации, пусть лучше дома остаются, пока мы ведём расследование и ловим преступника. Хотя бы пусть будут осторожны.
Фёдор: Я написал Достоевскому и Орехову, они приедут на место.
Хаяси Кенджи: Отменяй, так ты только больше внимания привлечешь. Нам этого не нужно. Тебе хватит и Левицкого.
Евгений: Сомневаешься во мне, парень?
Молодой человек с усмешкой взглянул на Фёдора, опираясь плечом о дверной косяк.
Фёдор: Хорошо, понял.
Камилла: Я тогда друзьям напишу.
Саджо: Только не в общий чат. Телефон Наны скорее всего находится у Хикару. Он не должен знать о наших планах. По отдельности каждому пиши.
Камилла: Угу.
Хаяси Кенджи: Фёдор, позвони кому-нибудь из мафиози, я скажу куда им идти. Пусть тоже прочищают город с Томсоном и Фреэль.
Пошли гудки.
Фёдор: Ало, Алексей, с тобой хочет Хаяси Кенджи поговорить. Ты же не против?
Тяжёлый вздох на другом конце провода.
Алексей: Передавай телефон.
Хаяси Кенджи: Здравствуйте, Достоевский, с вами говорит глава детективного агентства Хаяси Кенджи. Вы сейчас где находитесь?
Алексей: Допустим возле метро.
Хаяси Кенджи: Я понимаю ваше недоверие к нам, но нужно знать точное место положение. К вам придут два моих человека. Я хотел бы, чтобы вы помогли в поисках пропавшей девочки. Может вы знаете, где находится их нынешняя база.
Алексей: Они могли куда угодно её спрятать, необязательно, что в главное здание, где прячутся.
Хаяси Кенджи: Тогда займитесь тем, чтобы быть где-то по близости, если Хикару подаст какой-то знак. А мои ребята займутся безопасностью мирных граждан. На это согласны?
Алексей: Пойдёт. Моя сестра работает на этого вашего Хикару. Я попробую связаться с ней. До связи.
Фёдор: Орехов написал, что они сейчас возле этого кафе.
Он показал локацию на карте.
Хаяси Кенджи: Всё, за работу.
Пока мы с Саджо шли на автобусную остановку, он молчал. По его выражению лица было заметно, что он злится на меня и обдумывает что-то. Взяла парня за руку, виновато взглянула на него.
Камилла: Прости. Я не хотела тебя расстраивать.
Закатив глаза и что-то фыркнув, он прижал меня к себе, так сильно, что я чуть не задохнулась. Услышала тихий всхлип.
Саджо: Если бы с тобой что-то случилось, то не знаю, как бы я жил дальше.
Обнимая его, я погладила любимые каштановые волнистые волосы, такие пушистые, мягкие.
Камилла: Люблю тебя. Навсегда.
Я дразняще провела пальцем по губам парня, он чуть ухмыльнулся, видя мой завороженный взгляд.
Саджо: Смелее.
Пробежался пальцами по моему позвоночнику, отчего кожа покрылась мурашками.
Камилла: Эй, это запрещенный приём.
Он посмеялся, улыбаясь своей лучезарной улыбкой, такой единственной и неповторимой, она наполняла меня светом. Я робко поцеловала его, еле касаясь губ. Саджо на радостях поднял меня на руки и покрутил, всё это сопровождалось моим писком.
Саджо: Солнышко моё. Зайдём в магазин, хочу приготовить тебе пирожные, чтобы ты немного успокоилась.
Фёдор и Левицкий, приехав к храму, сообщили об этом Хаяси Кенджи.
Евгений: Пока что ничего подозрительного. Мафиози не видно.
Фёдор: Думаешь, они будут меня здесь ждать?
Евгений: Тихо. Пройдёмся по периметру.
Фёдор: Как можно не выделяться, если мы и так это делаем за счёт нашей национальности.
Евгений: А ты поменьше по сторонам оглядывайся и всё уже будет хорошо.
Храм выглядел величественно, он хранил столько молитв. Здесь чувствовалась особая чистота воздуха и безмятежность. Лёгкость. Голевский решил тоже помолиться на ходу, надеясь, что его услышат. Мысленно произнёс.
Фёдор: Пожалуйста, пусть с Наной всё будет хорошо. Я сделаю всё, что угодно, чтобы спасти её. Только прошу, пусть она будет жива.
Евгений: Волнуешься?
Фёдор: За неё…
Детектив щурился на солнце, казалось, будто он чувствует себя не в своей тарелке.
Фёдор: Что редко в дневное время появляешься на улице?
Он оставил это без ответа. На телефон Фёдора пришло сообщение с неизвестного номера.
Фёдор: Евгений! Тут мне сообщение прислали.
Евгений: Что там?
Открыв его, мы увидели видео, на обложке которого был Хикару. Руки сами собой начали подрагивать.
Евгений: Включай.
Нажал на воспроизведение. Хикару сидел в своём кабинете, поставив локти на стол, сложил руки домиком. Был в белом костюме. Красные, как у белой крысы, хитрые глаза, смотрели исподлобья.
Хикару: Вот и настал этот момент, когда мы познакомимся с тобой поближе, Фёдор. Я так заждался тебя, а ты всё не приходишь. Пришлось действовать радикально.
Картинка видео сменилась. Стены коридора тёмного подвала, щелканье выключателя. Он был длиннее чем казался изначально, столько дверей. За какой из них он держит Нану? Следующий кадр — железная дверь с кровавыми подтеками. Хикару открыл её.
Фёдор: Нана…
Девушка сидела на холодном грязном полу. Руки были связаны сзади верёвкой, рот закрыт широкой лентой. Возле неё стоял Митсуо, издевательски ухмыляясь в камеру. Сверкнуло лезвие.
Фёдор: Нет!
Мафиози, не скрывая удовольствия, слегка провел им по шее девушки. Она вскрикнула от боли, что-то промычав, из-за повязки на рту было не разобрать. Хикару передал телефон Митсуо, чтобы теперь он снимал его. Подошёл к ней, присел рядом на корточки, сжал щеки, приподнял голову за подбородок. Нагло смотрел в мокрые от слез испуганные глаза.
Хикару: Она ждёт тебя, Голевский. Приходи поскорее в гости. Пока что мы с ней нежны, но если будешь медлить, придётся запачкать в крови это прекрасное создание. Конец связи… а может и жизни.
Глава мафии злорадно рассмеялся. Его глаза горели безумием. Нормальный человек не будет так издеваться над людьми. Фёдор не находил себе места. Челюсть была сжата настолько, что скрипели зубы, кулаки сжаты до побелевших костяшек. А взгляд полон ненависти.
Фёдор: Я убью его. Сотру в порошок. Достану из-под земли, да хоть из самого ада.
Евгений: Я так понимаю, ты знаешь, куда идти, раз так стремительно ринулся.
Фёдор: До вот этого места отвезёшь? Алексей с Юрием уже там.
Евгений: Тогда едем.
Мозги парня кипели. Что ему делать? Как спасать?
Евгений: Нужно обсудить наш план. Но сначала. Будешь брать пистолет?
Фёдор: Я поклялся никогда не использовать оружие, но… Ради неё я готов пойти против своих принципов.
Евгений: Ты же понимаешь, что идёшь к убийцам в ловушку?
Фёдор: Да, но для защиты и подстраховки у меня есть вы.
Евгений: Эх, придётся работать с этими двумя в команде…
Фёдор: А насчёт плана ничего не знаю. Наверное заходим и идём искать нужную дверь. По пути решаем возникающие проблемы.
Евгений: Как у тебя всё легко, Голевский. Смотри при виде крови в обморок не упади.
Фёдор: Ха-ха, очень смешно.
Они подъехали к месту, который указал Алексей. Мафиози ждали там.
Евгений: Меня зовут Евгений.
Алексей: Алексей.
Юрий: Юрий.
Алексей: Итак, Мари сказала, что там сейчас на главном несколько людей. Скорее всего они сразу откроют по нам огонь. Наша главная задача —не убить, побольше членов мафии, а доставить Фёдора до его девушки живым.
Евгений: А если они выдвинут свои условия? Например, что Голевский должен идти один.
Алексей: У нас есть парочка запасных планов, расскажу потом. Нужно спешить. Они уже знают, что мы здесь. Юрий, ты прикрываешь наши с Евгением спины…
Евгений: Нет.
Они с удивлением глянули на Левицкого, который натягивал на нос привычный Фёдору чёрный шарф.
Евгений: Меня прикрывать не надо.
Юрий: Федя, это тебе.
Он кинул парню пистолет.
Юрий: Только с предохранителя сними, а то пока замнешься, убьют.
Фёдор: Понял.
Алексей: Тогда вперёд. Голевский будет идти посередине. Я справа, Евгений слева, а Юрий сзади.
Они двинулись во внутренний двор. Откуда-то послышался выстрел. Пуля попала в кирпичную стену.
Юрий: Они что стрелять не умеют?
Евгений: Просто пока не отдали приказ убить тебя.
Алексей: Потише. Нужно сконцентрироваться на территории.
Как только они зашли в здание похожее на заброшенный завод, по ним открыли огонь. Парни быстро сориентировались, спрятавшись за оборудование, начали отстреливаться. Орехову попали в плечо. Но он не переставал бить чётко по цели, уменьшая количество противников. Будто и вовсе не чувствовал боли. Перестрелки с мелкими несерьезными ранениями продолжились в ещё нескольких местах. Кровь и трупы. Почему же они так плохо подготовлены? Куроки отправил к ним новичков? Кого не жалко? Когда ребята уже практически подошли к спуску в подвал, их там встретили Митсуо с Изуми. Молодой человек наставил дуло пистолета на Фёдора.
Митсуо: Вы все, опустите оружие. Иначе я застрелю его.
Орехов: Ты один, а нас несколько.
Митсуо: Если убьете меня, то выстрелит Изуми.
Хоть они и знали, что она этого не сделает, рисковать не стали. Мало ли их тут больше.
Митсуо: Изуми, присмотри за ними. А ты, Голевский, пойдёшь со мной. Отбирать пистолет не буду, ты даже наверняка не знаешь как им пользоваться, хахаха. А если удумаешь чего, то твоя прелестная девушка в ту же секунду умрёт. Уяснил?
Фёдор: Да.
Когда Фёдор скрылся с поля зрения, Мари отвела так называемых заложников в одну из комнат, закрыла за собой дверь.
Мари: Говорим тихо, нас могут подслушивать. У меня такое чувство, что в последнее время Хикару начал мне меньше доверять.
Евгений: Что-то незаметно. Он оставил тебя с нами.
Мари: Ему что угодно может взбрести в голову. Может это всё одно большое представление. Ему скучно. Да и целью было поиздеваться над Голевским. Очень уж эта семья его достоинство задела.
Алексей: Мари, ты знаешь, как можно пройти незамеченными в тот подвальный корпус?
Мари: Тут есть дверь ведущая в подвал, о которой мало, кто знает. Но она закрыта.
Юрий: Не проблема, откроем значит.
Алексей: Ты очень рискуешь, сестра. Он может убить тебя, если поймёт, что ты предатель.
Мари: Знаю, но я уже пошла на это. Я исполняю свой долг, моя работа не любит трусливых и слабых. Вам ли не знать.
Она с некой печалью смотрела на брата и с недоверием косилась на остальных. Она привыкла никому не доверять, только себе. Но сейчас им нужно было действовать сообща.
Мари: Когда мы выйдем из этой двери, и я пойму, что вы «сбежали», то сделаю несколько предупреждающих выстрелов.
Она чуть ухмыльнулась с хитрецой в глазах.
Мари: Будьте осторожны, щадить никого не буду.
Юрий: Мы тоже, так что попрощайся со всеми своими новыми друзьями по работе.
Алексей: Орехов, уймись.
Мари: Меня это не задевает, братец. Я уже не та, что в детстве. Эмоции это не про меня.
Алексей: Но всё равно… И спасибо, что помогаешь.
Мари: Не благодари, ещё ничего не сделано.
В это время Фёдор шёл с Исикава под его пристальным надзором. Помещение подвала было жутким, как в фильмах ужасов. Не трудно представить, что они делают здесь с похищенными людьми, сколько криков, боли и смертей хранит в себе это место. Пахнет смертью, гнилью. Возможно за одной из этих дверей лежит чьё-то бездыханное тело, разлагается, а семья этого человека его ищет, надеется на лучшее. Митсуо рассказывал ему, какой ужас испытывала Нана, как молила отпустить. Он хотел сломать его, вызвать на агрессию, но Фёдор достойно держался. Он вспоминал холодный разум отца в тяжёлые жизненные моменты. Мафиози открыл перед ним дверь, запуская внутрь, но там был только Хикару. Наны нигде нет. С пламенем ярости в глазах, сквозь плотно сжатые зубы он процедил.
Фёдор: Где она?!
Хикару: Остынь, Голевский. Успокой свой пыл, это нам ни к чему.
Митсуо вышел в коридор. Неизвестно — вернётся он или нет. Нужно действовать по ситуации.
Хикару: Здесь я решаю, что и как будет дальше. Поэтому присядь, если не хочешь, чтобы твоя девушка лишилась пальцев.
Фёдор: Ты блефуешь. Пытаешься напугать.
Хикару от души рассмеялся. Кивнул влево от себя.
Хикару: Страх это лучшее оружие. Лишь только выбив у человека почву из-под ног, можно надломить его стержень. И необходимо знать слабости своего противника, чтобы победить.
Какие слабости у Хикару? Может быть… Фёдор чётко знал, что не должен заходить дальше порога, иначе окажется в западне. Нужно держать врага перед глазами.
Фёдор: Ты стал таким, потому что тоже был когда-то слабым. Ты не смог защитить родного человека и теперь пытаешься мстить. Думаешь, что поступаешь правильно, но делаешь мерзкие поступки. Бесчеловечные. Ты хуже любого демона. Ты — монстр.
Тот бросил смешок, но уже осуждающий. Улыбка слезла с лица мафиози
Хикару: Хах, и это говорит мне сын одного из самых влиятельных мафиози России? Ты живёшь во тьме, и из неё не вылезти сухим.
Фёдор: Каждый сам решает, кем ему быть по жизни. Я не оправдываю методы отца и никогда не буду этого делать. Я ни за что не стану на этот путь. Я обещал себе, что никогда выпушу пулю в человека. Но сегодня можно сделать исключение.
Резко достав пистолет из кармана, Фёдор выстрелил Хикару в руку, потом во вторую. Тот зашипел от боли, скалясь.
Хикару: Вот щенок…
Голевский услышал перестрелку где-то в коридорах неподалёку. Этот громкий звук сводил с ума, вызывал панику. Но все мысли были лишь об одном — нужно спасти Нану. Когда Куроки попытался встать, тот выстрелил ему в ногу. Безумный смех отразился от стен, смешиваясь со стонами жгучей боли.
Фёдор: Нельзя недооценивать врага.
Хикару: Ахахах, парень, да ты так говоришь, будто уже победил.
Виктор: А он и не проиграет.
В дверном проёме позади него, направляя дуло пистолета на мафиози, стоял отец Фёдора. Выглянув в коридор, парень заметил полицейских, взламывающих замки на дверях. Здесь был и Хаяси Кенджи с женой. Держа на цели Хикару, Виктор сказал сыну.
Виктор: Ты хорошо справился, я тобой горжусь. А теперь иди освобождай свою девушку.
Фёдор: Отец…
Парень стоял как вкопанный пару секунд, не веря своим глазам. Папа пришёл ему на помощь в самый подходящий момент. Он гордится им. Голевский младший, кивнув ему, тут же бросился искать Нану. Заглядывая в каждую открытую дверь, он нигде не видел её. Оставалась только одна, полицейский усердно пытался взломать замок.
Фёдор: Отойдите.
Парень прострелил его, потянул на себя тяжёлую дверь. Она была там. Девушка сидела, забившись в угол. Она выглядела обессилено, потрепано, но зато была жива. Фёдор бросился к ней, развязывать узлы было сложно. Полицейский помог разрезать их. Тонкие нежные ручки девушки покрылись синяками из-за сдавливания веревками. Голевский прижал её к себе, стараясь не слишком сильно обнимать, чтобы не сделать ещё больнее. Дрожащими руками она обняла в ответ, скрываясь на плач.
Нана: Ты пришёл за мной. Я верила, верила до последнего, что ты спасешь меня. Фёдор…
Девушка уткнулась лицом ему в грудь, позволяя выйти эмоциям наружу.
Фёдор: Ты не представляешь, насколько сильно я испугался, что потеряю тебя. Больше никогда не оставлю. Слышишь, я буду всегда рядом.
Он аккуратно, вкладывая всю свою любовь, поцеловал её. Прошептал в губы.
Фёдор: Ты сможешь простить меня и вновь стать моей девушкой?
Нана: Да. Я знаю про письмо. Фёдор, не вини себя. Я бы в любом случае простила бы тебя, потому что люблю больше всего на свете и буду любить так всегда. Мне ничего не страшно, я хочу быть с тобой.
Они не видели, но Виктор стоял неподалёку с Кенджи, мужчины решили проверить ребят и нарвались на такую сцену. Детектив, улыбаясь, произнёс главе мафии.
Хаяси Кенджи: Он очень сильный юноша.
Виктор: Я знаю, всегда знал, что он такой.
Хаяси Кенджи: Благодарю вас за сотрудничество с нашим агентством. Вы внесли большой вклад в безопасное будущее Японии.
Они пожали друг другу руки. В этот момент Фёдор вынес девушку на руках. Смутился тому, что они увидели это.
Фёдор: Ну и что это за улыбки?
Виктор: Мой мальчик, когда ты успел стать таким взрослым?
Фёдор: Отец, только не сейчас…
Нана, держащаяся за шею парня, моментально покраснела, когда поняла, кто перед ней. Изворачиваясь и пытаясь встать на ноги, чтобы выразить почтение, чуть не упала. Но Фёдор удержал её, аккуратно поставил на ноги, придерживая, чтобы та не упала.
Нана: Господин Голевский, для меня большая честь познакомиться с вами. Меня зовут Канэко Нана и я очень рада вас видеть.
Она низко поклонилась ему, следуя традициям.
Мужчина чуть улыбнулся ей.
Виктор: Приятно познакомиться с вами Нана. Очень надеюсь увидеть вас в гостях в Санкт-Петербурге. И принять в семью. Сынок, твои намерения же серьёзны?
Тот ещё больше смутился, немного злясь на отца, что он ставит его в неловкое положение.
Фёдор: Конечно! Я люблю её и хочу сделать Нану своей женой в будущем.
Нана: Ой, мне сейчас плохо станет, слишком много эмоций.
Девушка пошатнулась, Фёдор подхватил её на руки, быстрее стараясь уйти отсюда.
Фёдор: Остальное обсудим позже.
Хаяси Кенджи: Ох уж эта молодёжь…
Виктор: Не могу не согласиться, господин Хаяси.
Возле здания стояли машины полиции и скорой помощи. Медицинские работники принялись осматривать Нану. Столько людей суетились выполняя свою работу. Было лишь парочка заложников, которым удалось выжить, одной из них была Хару. Девушка была в ужасном состоянии, но всё равно улыбалась чистому морозному воздуху и запаху свободы. Через примерно час на улице собрались все. Кенджи вышел вперёд к Фёдору.
Хаяси Кенджи: Хочу поблагодарить тебя за смелость и силу духа, за содействие полиции и моему детективному агентству.
Фёдор: Спасибо вам, господин Хаяси, вы верили в меня и очень помогали всё это время.
Мужчина крепко пожал ему руку в знак уважения. Остальные детективы с гордостью смотрели на парня, и даже в глазах Левицкого он увидел поддержку и одобрение.
Фрэнк: Парень, двери нашего агентства всегда открыты для тебя, если будешь в нашем городе, заглядывай.
Дениз: Славно поработали вместе.
Евгений: Ты не разочаровал меня и дал посмотреть на тебя с лучшей стороны, Голевский. Ты молодец.
К нему подошёл отец и мафиози. Виктор по-отечески сжал его плечо.
Виктор: Ты показал, что можешь всё. Как я уже говорил, я горжусь тобой, Фёдор. Сегодня ты доказал, что в тебе есть стержень, храбрость, что ты можешь постоять за своих близких.
Алексей: Босс прав, ты очень хорошо постарался.
Юрий дал парню кулачок.
Юрий: Федя, ты очень крутой парень. Моё уважение.
Хаяси Юмико: Мы все отлично потрудились сегодня. Думаю, что нужно расходиться, ещё много дел.
Фёдор: Проследите, пожалуйста, чтобы в этот раз он не сбежал.
Хаяси Юмико: Не волнуйся, теперь он сядет на пожизненное.
Фёдор: А Митсуо?
Хаяси Юмико: Ему грозит то же самое. Они понесут своё наказание, не переживай.
Фёдор: Уж надеюсь.
Все начали расходиться по своим машинам. Виктор подошёл к сыну.
Виктор: Думаешь возвращаться в ближайшие дни или же мне лететь домой одному?
Фёдор: Дай мне неделю тут.
Виктор: Хорошо. Вы двое потом с ним прилетите. И сразу за работу. Там столько дел вас дожидается.
Юрий: Есть, сэр.
Глаза Орехова горели энтузиазмом и готовностью работать дни и ночи напролёт. Алексей же тихо вздохнул, кивая.
Виктор: Тогда я поеду в аэропорт. Мы с мамой будем ждать тебя дома, Федя.
Парень подался вперёд, хотел обнять отца, но тянущиеся руки остановились на половине пути. Он стыдливо отвёл взгляд. Виктор крепко прижал сына к себе на чуть-чуть. Но даже в этих парах десятков секунд было столько всего, чего Фёдор ждал годами. Он наконец чувствовал, что нужен ему.
Фёдор: Маме хорошо без меня? Она меня не ждёт…
Виктор: Глупости не говори, она тоже скучает, только по-своему.
Фёдор: Я уже не маленький, пап, но спасибо, что продолжаешь внушать мне обратное от истины. Это мило, но всё равно больно.
Виктор: Её не изменить. Но это семейный разговор, не на публике. До встречи, Фёдор.
Фёдор: Скоро увидимся.
Нану на один день отвезли в больницу, чтобы сделать все необходимые анализы и процедуры. Посоветовали ей записаться к психологу после всего пережитого за последнее время. Через пару дней мы с ребятами встретились вечером в том самом кафе, в котором увиделись впервые. Мы столько пережили вместе за эти месяцы, но трудности только сделали нас ближе, нашу дружбу крепче, а любовь сильнее. Николай опять много шутил за столом, София с Наной задорно смеялись с его шуток и болтали о новинках аниме, пытались петь какую-то песню на японском. Мы с Фёдором и Саджо обсуждали суд над мафиози.
Камилла: Наконец-то можно вдохнуть полной грудью и сказать, что всё хорошо закончилось.
Николай: Да. Произошло слишком много плохого. Хотелось бы, чтобы началась у нас с вами белая полоса в жизни или что-то вроде того.
Саджо: Так здорово собраться в месте, с которого всё начиналось. Я так понимаю, скоро Фёдор уедет в Россию и это наш прощальный ужин.
Фёдор: Да. Я улетаю послезавтра утром.
София: У нас каникулы начались в школе как раз, можно сходить куда-нибудь завтра.
Нана: Было бы чудесно. У нас с Фёдором, кстати, есть для вас новость.
Она выждала паузу, накаляя интерес.
Нана: Я лечу вместе с ним на время каникул в Россию.
София: Вау, я так за вас рада!
Мы с ней раньше обсуждали, как проведём зимние каникулы вдвоём, как будем ходить на ярмарку, собираться друг у друга. Теперь всё накрылось. Я немного расстроилась. Но ради счастья подруги я перетерплю одиночество без неё. И даже не страшно, что она променяла меня на этого Голевского.
Камилла: Очень классно.
Я попыталась выдавить из себя подобие улыбки, искоса поглядывая испепеляющим взглядом на Фёдора.
Нана: Ты не обижаешься, Камилла? Мы ведь с тобой хотели провести каникулы. Извини, что так получается.
Камилла: С чего бы мне на тебя обижаться, я только потом с Голевским переговорю после ужина.
Он аж нервно сглотнул под моим напором.
Фёдор: Такое чувство, будто у нас намечается новое убийство.
Камилла: Тебе не кажется, Фёдор.
Николай: Ками, ну не расстраивайся. Мы с тобой проведём это время вместе. Я, София, Саджо и ты — мы отлично проведём каникулы, даже не успеешь заскучать по Нане.
Я печально вздохнула, опуская глаза в пол. Канэко обняла меня, растрогавшись.
Нана: Ты очень важна для меня. Не думай, что кто-то может разлучить нас.
Камилла: Мне приятно это слышать, но потом придёт время и ты навсегда уедешь жить в Россию к Фёдору. И как тогда мы будем гулять вместе, будет очень тяжело общаться.
Нана: У нас есть интернет, сообщения и видеозвонки. К тому же можно ездить друг к другу в гости. Я никогда не забуду про тебя, потому что знаю, что это взаимно.
Камилла: Эх, ладно. Голевский, у тебя отличная способность забирать у меня друзей.
Николай: Камилла…
Фёдор: Давай не будем снова ссориться. Я понимаю тебя, но я же не виноват, что так складываются обстоятельства.
Камилла: Да я знаю. Всё, давайте о другом поговорим. Какие ещё у кого планы на будущее?
Николай: Я собираюсь пока что оставаться в Киото, буду дальше учиться в университете. Мы обсуждали с Софией, что возможно потом мы с ней уедем куда-то в Европу жить, так как она там хотела получать высшее образование.
Камилла: София, серьёзно?
София: Угу, я ещё не уверена, но мне хотелось бы этого.
Николай: Ну а может если вдруг что-то не получится или же она передумает, то я останусь жить здесь.
Камилла: Мне ужас как не нравится, что нас так раскидает по карте. Грустно…
Саджо: Солнце, не забывай, что хоть у каждого своя судьба, никто про друг друга не забудет.
Нана: Хаяси прав, расстояние для нас не страшно.
Фёдор: Если для тебя будет финансово трудно летать к нам, то я могу каждый полёт оплачивать. Хоть каждые выходные приезжай.
Саджо: Вот не надо тут говорить про недостаток средств. Я смогу обеспечить Камиллу и без твоей помощи.
Хаяси оскорбился? Я не думала, что его можно чем-то зацепить. Фёдор тут же отмахнулся.
Фёдор: Не волнуйся, Саджо, для меня это пустяки. Тебе и без того придётся столько капризов её выполнять, лишних денег не бывает.
Камилла: Какие ещё капризы? О чём это ты?
Николай с Софией и Наной некоторое время наблюдали за нашей перепалкой, боясь вмешаться. Да и мы особо не ругались, это больше походило на что-то дружеское, в шутливой форме. Сегодняшний вечер был очень эмоциональным и его окончанию мы с девочками валились с ног, засыпая по дороге. А парни как-то по-доброму подшучивали над нами, растормашивали время от времени, чтобы мы не уснули по пути.
На следующий день нас позвали в детективное агентство, чтобы отпраздновать закрытое дело. Детективы даже накрыли на стол, столько вкусностей было. Позвали и Достоевского с Ореховым. Алексей сначала пытался отказаться, но когда Юрий услышал про алкогольные напитки и еду, то сразу же дал добро. Играла приятная тихая музыка, было весело, шумно. Интересно было слушать истории из жизни сотрудников детективного агентства и членов русской мафии. Алексей следил за тем, чтобы Орехов не перебрал с саке. Дениз постоянно подкалывала Фрэнка, заставляя его при всех краснеть, он лишь изредка отвечал тем же. Потом эти двое и вовсе надолго вышли из комнаты.
Хаяси Кенджи: Мне безумно приятно, что вы откликнулись на приглашение.
Он обратился к мафиози.
Алексей: Нам всё равно нечего делать, и я подумал, что так мы выразим благодарность за то, что вы тоже приглядывали за Фёдором. Путем общих усилий с этим мальчишкой всё в порядке.
Хаяси Кенджи: Это Евгений смотрел за ним, все благодарности его персоне.
Румянолицый Юрий крепко пожал руку, стоящему слева от него Левицкому.
Юрий: От всей души благодарим вас, Евгений, ик.
Алексей: Извините моего товарища.
Евгений: Ничего страшного, приятно увидеть своих здесь.
Юрий: Ещё пересечемся где-нибудь, детектив, сходим развлечемся где-то.
Молодой человек нервно изогнул бровь, посмотрел на Алексея. А тот лишь покачал головой, стыдясь за своего напарника.
Евгений: Думаю, что если будет мало работы, то свидимся.
Левицкий почти умоляюще глянул на своего начальника, чтобы тот завалил его работой. Некая беззаботность, чувство праздника летали в воздухе. Когда Фрэнк с Дениз вернулись, он предложил сыграть в карты. Хотя его растрепанные волосы и расслабленный галстук больше волновали нас с девочками и заставляли рисовать в голове нескромные картинки того, за чем именно они с ней ходили. Николай с Фёдором бросили смешок, а Саджо намекнул жестом поправить ему свой внешний вид. Томсона было сложно смутить, этот парень всегда был первым, кто это делает с другими, но сейчас он судорожно поправлялся с красным, как помидор, лицом.
Что же было дальше? Мы проводили Фёдора с Наной в аэропорт. Без слез и нежностей не обошлось.
Камилла, София: Мы будем скучать.
Нана: Я тоже.
Долгие объятия, которые так трудно разорвать. Парни тоже давали Голевскому слова напутствия.
Николай: Вот таким итогом обернулась наша с тобой поездка. Надеюсь, что в других путешествиях тоже будет много всего увлекательного.
На позитивный настрой друга тот, выставив руки вперед, отмахнулся.
Фёдор: А можно без таких приколов дальше? Мне хватило, думаю, вам тоже.
Саджо: Николай хотел сказать, что хочет, чтобы было полно хороших моментов, которые случались с нами за это время.
Мы махали им, когда те уже были в самолёте, хоть они наверняка и не видели этого. Это был первый полёт Наны, она волновалась.
Нана: А это точно безопасно?
Парень взял её руку в свою, чмокнул в щёку.
Фёдор: Всё в порядке, не переживай. Я буду рядом с тобой, ничего не бойся.
Девушка положила голову ему на плечо, крепко обнимая, когда самолёт начал взлетать. Она открыла зажмуренные глаза, увидела белоснежные облака под ними.
Нана: Какая красота!
Фёдор: Я знал, что тебе понравится.
Нана: Ничего же страшного, что Алексей с Юрием сидят где-то далеко от нас? Как-то неловко что ли.
Фёдор: Это нормально. Будешь сок?
Нана: Угу.
Перелёт был долгим и утомительным. Канэко переживала, что подумают о ней родители парня, как она будет разговаривать на английском. Ведь наверняка это ставит их в очень неудобное положение. Но когда она вышла из самолёта, когда они проезжали местные достопримечательности, девушка завороженно смотрела в окно автомобиля, всё рассматривая, каждое здание, человека, ей было всё так интересно.
Нана: Я так взволнована! Здесь прекрасно и очень красиво!
Фёдор: Надеюсь, что знакомство с матерью не ухудшит твоё настроение.
Нана: Брось, Фёдор, у меня получится с ней найти общий язык. Я могу помочь ей с чем-то по дому или…
Он перебил её, не дав договорить, пока Канэко не понесло.
Фёдор: Стой, у нас в доме работает прислуга. Тебе ничего не нужно делать.
Нана: Точно… Я забыла.
Она приуныла.
Фёдор: Что такое? Так хотела поработать?
Нана: Просто… Без домашних дел, которыми вы занимаетесь всей семьёй, как-то неуютно, не чувствуется сплоченности. А ещё я скучаю по родителям. Страшно представить, что я когда-то их оставлю одних в Японии.
Фёдор: Мы можем помочь им переехать сюда.
Нана: Они не захотят. Мы уже на днях обсуждали это. Но они не будут злиться, что я их покинула. Для родителей моё счастье главнее всего на свете.
Фёдор: Мы будем очень часто их навещать. Я тебе обещаю.
Нана: Наверное мне сейчас не так грустно, потому что как минимум ещё парочку лет я буду жить с ними. Потом скорее всего буду дистанционно учиться в каком-то вузе. Не знаю, время покажет. Надеюсь, что расстояние не помешает нашим с тобой отношениям. Я за это больше всего переживаю.
Они приехали к дому, Фёдор помог девушке выйти из машины. Крепко обнял, нежно целуя губы.
Фёдор: Ничто не помешает нам любить друг друга. А теперь пойдём, нас наверное уже заждались.
Нана не привыкла находиться в такой роскоши и к тому, что возле неё суетятся люди, помогая снять пальто, предлагая чай. В гостиной сидели родители. Стоя на пороге комнаты, Нана низко поклонилась им.
Нана: Здравствуйте, Виктор Николаевич и Анна Михайловна, спасибо за ваше гостеприимство. Мне невероятно приятно с вами познакомиться.
Она смущалась, руки немного дрожали. Девушка с трудом выговорила на русском языке их имена и отчество. Специально заучивала весь полёт в самолёте и повторяла в машине. Фёдор подвёл её к ним, они сели напротив. Отец улыбнулся им, рассматривая пару.
Виктор: Вы прекрасная юная леди с хорошими манерами. Фёдору очень повезло с такой девушкой как вы Канэко Нана.
Сжимая ткань платья, она выдавила из себя.
Нана: Прошу, называйте меня просто Нана. А то мне очень неловко.
Мужчина бросил низкий грудной смешок.
Виктор: Правильно, к чему нам эта официальность. Совсем скоро ты станешь частью нашей семьи. Добро пожаловать домой, Нана.
Всё это время Фёдор с недоверием смотрел на мать, лицо которой было как ледяная скульптура. Но сейчас оно смягчилось. Анна протянула девушке чашечку крепкого чёрного чая.
Анна: Вот возьми, наверное ты не очень привыкла к такой низкой температуре на улице. Согрейся чаем. У нас тут ещё сладости есть.
Нана: Большое спасибо.
Нане стало легко на душе, она заулыбалась открыто и так лучезарно, что родители Фёдора не могли не заразиться её хорошим настроением. Парень был удивлён, что его мама без доли упрёков приняла его девушку, даже была с ней мила. Они просидели так до самого вечера, обсуждая все возможные темы. Нана с удовольствием отвечала на все вопросы родителей о жизни в Японии, о её семье. Они также иногда смущали Фёдора какими-то рассказами о нём маленьком. Казалось, что с появлением девушки их семейная связь станет крепче. Ведь Нана, как лучик света, может пробить даже самые чёрные густые тучи. Голевский младший встал на одно колено перед девушкой. Открыл бархатную коробочку, в ней засияло бриллиантовое кольцо. От неожиданности Канэко прикрыла лицо руками. Глаза заблестели от слез счастья.
Фёдор: Согласна ли ты, Канэко Нана, стать в будущем моей женой?
Нана: Да, конечно да!
Парень надел кольцо ей на палец. С восхищением оглядел девушку.
Фёдор: Ты так прекрасна, что ни один бриллиант не сравнится с твоей красотой и тем, как ты светишься.
Нана: Фёдор, я люблю тебя. Но мне так неловко, что ты так торопишь события. Ведь нам ещё так долго ждать того дня, когда мы сможем пожениться.
Фёдор: Нет переживай насчёт этого, я просто уже хочу показать всему миру, что ты только моя, а я твой.
Он достал ещё одно кольцо.
Фёдор: Наденешь его мне?
Нана: Угу.
Виктор с Анной не могли насмотреться на разворачивающиеся события. Парня это немного смущало и напрягало. Ведь они впервые были так заинтересованы его жизнью. Отец поймал его взгляд.
Виктор: Мы любуемся нашими детьми, не обращайте внимания.
Фёдор: Просто удивительно и весьма необычно.
Анна: Нана, тебе нравится живая музыка?
Нана: Да, безусловно.
Анна: Фёдор, сыграй нам что-нибудь, пожалуйста.
Она просит его? Неужели за время его отсутствия, из-за страха потерять единственного ребёнка, она изменилась? Хотя нет, скорее всего это маска, которую она показывает гостье. Люди не могут так кардинально и быстро меняться. Но Фёдору было очень приятно слышать такие слова от матери, чувствовать себя нужным ей. Красивая мелодия наполнила родовое гнездо Голевских, этот день запомнится парню и девушке надолго. А впереди их ждёт только всё самое светлое, наполненное любовью и уютом. Фёдор уверен, что сможет сделать её счастливой, сможет защитить от любых невзгод, будет относиться к своей любимой как настоящей принцессе. Ведь она этого заслуживает больше, чем кто либо на свете.
Мы с Саджо стояли на мостике, смотря на закат. Где-то неподалёку гуляли Николай с Софией, наслаждаясь здешними красотами.
Саджо: Помнишь наше свидание, ты была так смущена…
Камилла: Помню, этот день был поистине волшебным.
Саджо: Да. Камилла, я хочу, чтобы каждый наш с тобой день был наполнен волшебством. Ты сделала мою жизнь ярче, исполнила моё желание, как волшебница.
Камилла: Какое желание?
Саджо: Познать настоящую любовь.
Камилла: Саджо, это так мило. Я так счастлива.
Я была готова заплакать, когда парень достал из кармана два кулона, напоминающие две половинки сердца. Помог надеть, а я надела ему.
Саджо: Мы — часть одного целого, наши сердца бьются как одно.
Камилла: А любовь вечна и прекрасна, она так красива. Я буду хранить твой подарок, дорожить им. Знай, что самый лучший для меня подарок это твоя улыбка. И его я бы хотела получать каждый день.
Парень рассмеялся, заключая её в объятия.
Саджо: Ты моё солнышко.
Камилла: А ты моё счастье.
Позже к нам присоединились и ребята, наблюдая за садящимся за горизонт красным солнцем, за величественными горами. Такая идиллия и умиротворение. Спокойствие, согревающее душу. Я знаю, что впереди нас ждёт много приключений, возможно придётся пройти через трудности, чтобы достичь своих целей. Для этого мы есть друг у друга. Готовы биться за своё счастье, смотреть страху в глаза. Ведь только смело шагая навстречу кромешной тьме, можно пробиться к яркому свету.
Навстречу тьме
© Copyright: Алёна Ореховская, 2024
Свидетельство о публикации №224080500611
Свидетельство о публикации №224080500611
Рецензии