Книга 3-я Совесть человечества

               Главы из киноромана "Совесть человечества"

     Утром  Максим зашел  в  кабинет к  Генриху Галактионовичу и молча положил ему на стол распечатанное  на  принтере    электронное послание и фото Сибиллы Берг. Когда редактор чему-нибудь удивлялся, то  вскидывал лохматые брови, отчего его большие умные  глаза выкатывались, и он становился похож на ученую сову.

     Галактионыч пробежал  изумленным взором по тексту, впитав и обработав его  молниеносно,  как  это  только умеют  редакторы.

   Скептическая   усмешка  заиграла  на  его  круглом  сдобном  лице

  - Это, конечно  же, не первоисточник и перевод с английского  твой?

- Ну да, я перевел  в меру своих скромных познаний, чтобы вы не мучались.

- Если ты забыл, мой мальчик, то позволь тебе напомнить: для  меня хоть на английском, хоть  на русском, хоть на испанском – без разницы, так что напрасно старался. Лучше скажи, эта  журналистка, Сибилла  Берг, существует  в  природе?

    - Существует,  я  проверил. Мой американский друг из радиостанции   “ Свобода ”,   сказал, что она надежный человек и ей можно доверять.
 - Ну и друзья у тебя, Максим...
 - Работа такая... Вы думаете, это розыгрыш?

   - Нет, я  так не думаю, - произнес раздумчиво  Генрих Галактионович, - скорее всего, эта очаровательная особа стала жертвой большой игры. Кто - то написал сценарий, возможно, спецслужбы, с целью пустить ее по ложному следу и с  её помощью втянуть в эту авантюру нашу прессу. В конце концов,  мы  не обязаны верить в  эту  несусветную чепуху. Сам подумай, это же за гранью здравого смысла,  это из области фантастики. Причем  не научной. - Он приблизил письмо к глазам, как будто хотел его съесть.  -  Мы, видите ли, продолжил Галактионыч, - должны поверить, что какие там  космические лучи, летящие  из центра вселенной, пронизывают нашу  планету, собирая информацию обо всем, что происходит на ней и загружают ее в базу данных и  что с помощью  "Совести человечества",
   системы глобального сканирования прошлого, ее можно получать в виде изображения. Иными словами, мы сможем смотреть, как в кино, всё, что происходило до нас.  В каждую эпоху, с каждым человеком. Например, как правил царь Соломон,  Как Калигула мучал своих придворных, как казнили Христа. Заглянуть в  архивы спецслужб, вычислить всю агентуру, раскрыть все преступления. В конце концов, увидеть как как Фюрер подтирал себе задницу...
  - Как пустил пулю себе в лоб, предварительно отравив на тот свет Еву, - подыграл шефу Максим. А если считать прошлым то, что происходило секунду назад,  то можно видеть в онлайн- режиме в любой точке планеты.   
  - Вот именно!  Однако нельзя не согласиться, что если бы “Совесть Человечества ” существовала в реальности, то обладавшая  ею страна быстро обрела бы мировое господство.  Господи, какой переполох поднялся бы в мире, если б она оказалась у нас. Россия снова стала бы сверхдержавой. Это конечно, миф, но ведь можно написать о том, что произошло бы в мире,  окажись в наших руках  такая  супертехника. Можно и приврать малость. Соображаешь?

   -Еще бы, - кивнул Максим.

    - А этой Сибилле Берг  ответь, что нам для принятия решения необходимо немного времени.

- Мне или нам?

- Тебе, тебе, мой дорогой. Ты часом не влюбился в нее? Любовь в нашем деле может нам  помешать.
  Максим не стал отвечать, только насмешливо улыбнулся.
 - Ну ладно, ладно, иди дерзай. И не забывай про Горелова и его друзей.  Кардинал сказал, что они должны приползти к нему на коленях.
 
 
  Однако на следующий день  Генрих Галактионович срочно вызвал Максима к себе в кабинет.

    - Ты знаешь, мой друг, наш кардинал распорядился заняться этой, как ее, Сибиллой Берг.

  Максим от  удивления развел руками, - Господи, неисповед+имы твои пути.

- Знаешь, что он мне сказал? - продолжил редактор, скептически усмехаясь. – «Лучше проверить,  потеряв  время и немного денег, чем  потом жалея, стучат кулаком себе по лбу, выпустив из рук птицу удачи».

 -Вы же сами сказали, что ее пустили по ложному следу, что бы нас не в меру доверчивых и падких на сенсацию журналистов втянуть в какую-нибудь авантюру.

-  Да, говорил. Но кардинал  считает, что эта  Сибилла, с большой долей вероятности, выведет нас на какую-то в самом деле грандиозную авантюру,  он даже не исключает, что проект "СОвесть человечества" может стать реальностью. Что ты улыбаешься, не веришь что он так прямо и сказал?
 
  - Ну скажем, сомневаюсь

  -   Сейчас поверишь. Присядь на всякий случай, а то ненароком упадешь. Представь себе, что в советские годы, наш с тобой кардинал участвовал  в разработке проекта, который так и назывался - «Совесть человечества»! – глаза редактора выкатились и таинственно засверкали. - Ты конечно,  не забыл, что в прошлом он был ученым. Теперь тебе понятно, с какой стати такой прагматик, подозрительный и осторожный, принял решения начать серьезное журналистское расследование. 

- Ах вот оно что! – покачал головой Максим.- Думаю, параллельно им займутся и его друзья из службы. Возможно,  речь идет о реанимации проекта.

- Вот именно! Видимо, то что было сложно создать в советские годы, стало возможным теперь. Кардинал попросил постоянно держать его в курсе. Докладывать по мере поступления информации, где бы он ни находился -  Ты же знаешь, он любит интеллектуальны игры. Он уверен, что здесь замешаны спецслужбы, и  решил  их переиграть.
 - Еще и хорошенько на этом заработать, - добавил Максим.

- Ну это вообще его уникальная способность: из всего делать деньги. В любом случае мы должны все выяснить. Так или иначе  может получиться сенсационный  матери+ал.   

 -Да, - кивнул Максим. – с захватывающим сюжетом –погонями, стрельбой, материал, который кардинал в очередной раз запрет в своем сейфе.

  - Вряд ли, не тот случай. Итак, приступим к расследованию. Сибилла пишет, что в Сибирской психушке уже много лет содержится выдающийся ученый в области магнитных полей, который мог иметь непосредственное отношение к проекту "Совесть человечества".Надо проверить. И Генрих Галактионович нажал на  кнопку селекторной связи.

    - Я слушаю вас, Генрих Галактионович, - прозвучал  голос секретаря

    - Мария, свяжи-ка меня быстро с  психиатрической больницей города Северогорска. Желательно с главврачом.

  Это Маша,  секретарь шефа, еще та штучка  - она умела быть послушной и расторопной, когда  голос  шефа  звучал строго и требовательно , как сейчас.

    - Генрих Галактионович,  - выпорхнул из  динамика голос Маши через несколько минут, - главврач на проводе.

Редактор оставил включенным трансляцию, чтобы Максим мог слышать их разговор.

    С вкрадчивой любезностью Вселенский представился.

 - Добрый день. Вас беспокоит главный редактор еженедельника “ Новое  Время ” Генрих Галактионович Вселенский.  С кем имею честь?

 - Очень приятно, - Федор Александрович Лукьянов, главврач больницы. Почитываем ваш еженедельник. Чем могу быть полезен?

-  Наши читатели просят нас рассказать о судьбах больных в психиатрических больницах ...

-  Нет проблем.  А почему вы выбрали именно нашу больницу? Страна вроде огромная?

-  Это компьютер выбрал, - выкрутился редактор.

- А я  подумал вы прослышали  про наших американских гостей.

 Редактор многозначительно посмотрел на Максима, и тот понимающе кивнул ему.

 - К сожалению об этом мне ничего не известно.  А говорят слепой случай.

 - Пожалуйста, присылайте вашего человека.

- Я пришлю вам своего лучшего корреспондента Максима Великанова. Вы уж примите его по - дружески.

- Я читал его статьи, достойный журналист. - Пусть приезжает. У нас город, скажу прямо – не благополучный, неспокойный. Убийство, грабежи, рэкет, коррупция. Работы для него хватит. Он же, по - моему,  расследованиями занимается?

 - Да, расследованиями. А когда уезжают ваши американцы ?

- Ну,  недельку -  еще побудут.

- Огромное вам спасибо, Федор Александрович. Рад знакомству. Считайте меня своим должником.

- Спасибо и вам. Какие пустяки.

 

 

   Телефонный звонок из Москвы раздался, когда в  кабинете Федора Александровича,  находилась его племянница Мила, та самая двоюродная внучка Пелагеи Марковны.
  - Готовься,  Милочка, к нам из Москвы прилетит столичный  корреспондент   Максим Великанов. Так что можешь очаровать его своими песнями и голосом, околдовать красотой и обаянием.
 
 Мила вспомнила жену Зарецкого,  фотографию, которую она показывала бабушке Пелагее и ее слова, что он «божий человек, послан на землю чтобы спасти мир,  да вот женщины  мешают».

      

  - Ну что ж, готовься  к  командировке, Максим,   супер – ты наш - корреспондент. Но ты рад, что нашлись родн+ые твоей рабыни.

-Рад, но только не рабыни, а несчастной девочки.

-Ну не придер+айся к словам.

-Не нравится мне ваша затея с моим участием в телешоу, еще и в  качестве доброго волшебника.

- Разве не ты превратил ее  в Золушку. Покажи всему миру, что есть  еще порядочные люди на свете. 

 Максим уже собрался  уходить, но шеф его остановил

 - Так она все еще живет у тебя?

 - А то вы не знаете! Куда ж ей деваться, у нее в Москве родственников нет.

- Знаю, просто подумал, может, земляки ее  забрали.

Наконец Вселенский поднялся с кресла, а это могло означать, что он намерен сообщить что-то  чрезвычайно важное и при этом не обидеть собеседника.

-   Я люблю тебя, как сына, Максим, и хотел бы дать тебе совет: не тяни ты  с ней.  Я ведь все понимаю. Ты человек благородный, по-мужски привлекательный. Она наверняка влюбилась в тебя.  Чем  раньше ты отправишь ее  на родину, тем легче будет ей  расстаться  с тобой.

 - Вы правы. Я передам ее - родн+ым. Только не надо говорить так трагично. Я привык жить один.

- Я вспомнил притчу! - воскликнул редактор. - Он напряг память, которая в последняя время  стала ему немного изменять.  Если бы только память! - Расскажу в  собственной редакции - самую суть. - Максим знал о слабости босса долго и нудно рассказывать притчи и пожалел, что не успел вовремя выскользнуть  из  кабинета.

   - Один  дервиш, - начал  неспеша  редактор, - после чумы прокатившейся в его  краях, скитался по  земле . Он потерял родных и близких и больше ничего хорошего не ждал от жизни . На крут+ом берегу бурной реки, у трех чинар, где собирался несчастный заночевать, он  увидел могилу молодой женщины. “ Вот и ее не пощадил  Всевышний ”, - вздохнул дервиш. Незаметно сгустились сумерки. Речка убаюкивающе журчала, казалось звезды вот - вот просыплются на землю сквозь сито млечного пути. Выглянула огромная луна. Несчастный  уснул, а  утром его разбудила девушка неземной красоты.

   Максим заерзал на стуле от нетерпения: “ Совсем спятил старик!”

   - Что,  интересно ?

Сгораю от нетерпения.
Так, на чем я остановился?
Вы рассказывали про лунявое небо и  несчастного дервиша.
   - Не кичитесь свой ученостью, суперкорреспондент.    - Так вот. Она встала  на колени, точнее,  пала ниц, и принялась  целовать смущенному дервишу его грязные босые ноги.

     -  Стань красавица. Кто ты ?      За что мне такие почести. И куда девалась могила , которую я видел тут под чинарой?

   -  Ты спас мне жизнь, о, милый дервиш. Всевышний внял твоим мольбам и воскресил меня. Ты - мой спаситель, и я буду  век тебе верна. Отныне я - твоя рабыня, а ты - мой хозяин.

   И пошли они вместе куда глаза глядят, добрались до большого города.

  Весть о том, что в городе появилась писаная красавица быстро достигла ушей  правителя. И он приказал привести  обоих перед его  светлые очи.

   Правитель, городской глава. Понял, да?

- Мэр, - подсказал  Максим.

- Пусть будет мэр. В общем, он изумился  божественной красоте девушки , которая связала свою жизнь с грязным нищим оборванцем.

 -   Скажи мне,  красавица, кем доводится  тебе этот человек? - он указал на дервиша. - Не муж ли он тебе ?  Не хозяин ли твой ? Может, отец, или брат ? Может, спаситель?  Не обязана ли ты ему  чем-нибудь?

 - Ничем я ему не обязана , и он мне никто.  Мы встретились случайно,  на дороге.

-Раз так, не хотела б ты  стать главной женой в моем гареме?   Купаться в шелках, есть из золотой посуды?

В знак согласия она низко  опустила голову.

Не помню точно, что было дальше. Не даром мой покойный отец - кремлевский портной, между прочим,  говаривал: самое лучшее образование - это отсутствие склероза.     Короче, дервиша вежливо попросили из города. Кое - как он добрался до того самого места, где встретил красавицу и упал без чувств под чинарами.

        - Счастливый конец! - воспользовавшись паузой,  вставил  Максим.

        - Это еще не конец. Утром он встал и видит  -  могила девушки - на своем месте. Как же так?! - обратил  он  к  небесам изумленный  взор .

       И раздался  голос Всевышнего :

    - Теперь ты понял, почему я лишил ее жизни, дервиш ?

    Уронив голову, прист+ыженный бродяга поплелся своей дорогой. За спиной в журчании быстрой реки  ему слышался  завораживающий голос пери: “ О , мой хозяин, мой повелитель, спаси меня - я больше никогда не предам тебя.  Уговори   Всевышнего  дать мне еще одну жизнь. Ты святой человек, я все поняла, я стану  тебе верной женой, пылью на твоих ногах. Вот такая история.

 

 

   - Ну что шеф, - спросила  Маша. Она не упустила возможности задержать Максима в приемной, возле своего стола.

   - Настроение прекрасное...

   - На сколько  дней  выписывать  командировку?

   -  На неделю.

   - Ой, взял бы ты меня с собой, - вздохнула она, мечтательно закатив глаза.

  - Куд+а - в Сиб+ирь?

  - С тобой хоть на край света.   Все равно будешь моим - мне нагадали. Пелагея, слыхал о такой?

  -  Представь себе, слыхал. Как же ты, выпускница МГИМО,  стала доверять предсказаниям малограмотный несчастной женщине?

 - Несчастная женщина - это я, вокруг которой с ума сходят мужики, а  я  влюбилась в тебя , дурака, самовлюбленного.

 А меня не за что любить, - ответил Максим, но увидев в ее глазах слезы, вдруг
 почувствовал желание обнять ее...
  -Подожди, есть для тебя информация. Вчера звонил в редакцию Алексе Петрович Паршин. Знаешь такого
  - Кладбишенский страж?
  - Да, он передавал тебе горячий привет, - Маша открыла ежедневник , куда записывала необходимые заметки, - и  просил узнать, не прочел ли ты его дневниковые записи, а если прочел, то не хотел бы ты написать на основе этого материала книгу?
   - В следующий раз, когда позвонит, дай ему мой домашний телефон, я ему все объясню.
      Максим стало стыдно, что он до сих пор не выполнил данное сторожу обещание, так сказать, удосужился. А  ведь  Алексей Петрович тяжёлой судьбы человек, заслуживающий к себе особого внимания. К тому же вызвался присматривать   за могилами его родителей.
 
   Утром Максим вылетел в командировку. Когда самолет набрал высоту и стюардесса обратилась к пассажиром с просьбой  пристегнуть ремни, Максим достал из портфеля затертую по краям и пропитанную табачным дымом тетрадь кладбищенского сторожа.
   На первой странице крупными буквами было начертано:
 "После развала СССР я решил, что делать на этой планете больше нечего  -  но время лечит раны. И я решил написать книгу о том, что стало с моей страной и что ее ждет, если она не вернется к прежним ценностям".  Это горькое заключение фатального пессимиста не сильно его удивило. Ведь все несчастья свалились на него после развала страны. И потеря престижной работы, и гибель жены под колесами заевшегося лихача, и потеря квартиры. Но то, что Максим прочел дальше   ввергло его в ступор.
    "Поводом для создания  книги, которую я намерен написать, послужила моя встреча с одним из обитателей  душевного учреждения, в прошлом физиком, большим специалистом в области магнитных полей.
   По версии врачей и свидетельству очевидцев, молодой подающий большие надежды ученый, отдыхая  на одной из высокогорных лыжных баз нашей необъятной некогда страны, заболел - как это ни банально звучит - гриппом. Не отлежавшись и не приняв   никаких  мер к выздоровлению, встал на лыжи и помчался по снежным трассам. Поисковая группа нашла его  спустя сутки . Ученый был в коматозном состоянии, агонизировал.
   В тот же день восходящее светило науки  отправили  самолетом в Москву.
   Врачи спасли ему жизнь, но мозговые осложнения навсегда отлучили его  от науки  и сделали бессрочным пациентом психушки.
   Вскоре о нем забыли как об ученом. Его молодая в те годы жена отказалась от него почти сразу и вышла замуж за его школьного приятеля
   Из родных у несчастного  оставалась только  мать, которая  после многолетних мытарств с  невменяемым сыном, незаметно ушла из жизни, не доставив никому хлопот.
    Долгие годы гениальный   псих - как его впоследствии прозвали - ничем не беспокоил врачей областной психушки, храня   невозмутимое молчание. И вдруг - он заговорил. Его речи,  похожие на  библейские откровения,  время от времени рождались из бессмысленного хаоса шипящих ,  свистящих и булькающих звуков. . Это было похоже на то, как если бы лепечущий младенец , вместо долгожданного “ м+а - м+а , ”  вдруг  произнес “ Отче наш ...” В эти минуты он превращался в  пророка , собирая вокруг себя медперсонал, приковывая пристальные взгляды врачей, изумляя всех  широтой философских обобщений и накалом почти шекспировских страстей.  Он возвещал о  конце света,  о  последнем  пришествии - с появлением в мире всевидящего ока “ Совести человечества ”. Конечно, никому в голову не приходило, что речь идет о грандиозном научно - техническом проекте, над  которым   когда - то работал несчастный физик. Гениальные припадки длились недолго.   Озарения его  вскоре гасли,  речь  становилась бессвязной , плыла , плыла, словно затягиваясь в воздушную воронку,    расчленялась   на свистящие,  шипящие , булькающие звуки  и обрывалась как магнитофонная лента .   Исчезало величие гения. Зрители расходились,  и он снова превращался в жалкое убогое существо.
      Главврач психиатрической больницы, после долгих уговоров ,  позволил  мне, - студенту мединститута и внештатному корреспонденту местной газеты - несколько дней  поработать в больнице,   взяв с меня слово , что я  напишу честную добрую статью о его милых ягнятах, так он называл своих бессрочных пациентов.   
      Облачившись в белый халат , я  проводил долгие часы  в палате интенсивного наблюдения, где томился  в плену страшной  болезни выдающийся мозг ученого.   
      Когда его мысли выбирались из мрачного лабиринта    на свободу и голос его вновь обретал человеческие интонации, я включал диктофон. Я не переставал удивляться таинственному превращению жалкого идиота в  библейского пророка
    У меня набралось несколько кассет с его откровениями.Прокручивая снова и снова сакральные записи ,  я   расшифровывал   их   таинственные смыслы.
     Пока не разгадал тайну его пророчеств.
     Прошли годы. Мне удалось узнать, что по сей день сведения о “Совести человечества" хранятся  под   грифом  “ Совершенно  секретно ” в  архиве Политбюро СССР. История болезни, где указаны истинные причины болезни гениального физика -  в институте им. Сербского. Сколько еще понадобится времени пока с них будет снят  гриф секретности  и  эта  история  станет достоянием  общественности. 
    Собирая материал для  книги , я встречался со многими людьми , имевшими отношение к этому делу.  Некоторые из них находясь в преклонном возрасте,  в той  или иной степени,  приоткрывали завесу секретности,  пока в моем воображении не сложилась ясная полная картина тех событий.
     Мое чрезмерное любопытство этим делом не осталось незамеченным и вскоре я почувствовал шаги за спиной. Сколько раз я собирался  бросить эту затею ко всем  чертям и  бежать в другую жизнь.  Но Бог  все -таки позволил мне добраться до победного финиша и раскрыть величайшую из тайн двадцатого века". Оставалось написать только книгу. К сожалению, судьба устроила мне испытания, которые я не смог перенести без моральных потерь и необходимой для такой работы творческой энергии. И мне остается только надеется, что найдется человек, который несмотря ни на какие трудности, сомнения и противоречия, сделает это за меня".    
 

     -Ну дает старик! - только и произнес Максим, удивляясь совершенно  непостижимому совпадению событий. Но пути Господни неисповед+имы.
  И сразу же он услышал противный знакомый голос , преследующий его со дня смерти родителей:
  - Лети, лети, недолго тебе осталось обманывать отца, паршивый мальчишка.