Есть ли колени у пингвинов?

Изображение на экране телевизора гаснет. Женщина кладёт пульт на стол. Выключает свет в гостиной и направляется в спальню. Там на кровати, вытянув руки в стороны и раскинув широко ноги, морской звездой разлёгся мужчина. Она невольно тяжело вздыхает и отодвигает мужчину на свою законную половину, нечего тут интервенцию разводить. Дай ему волю, он весь диван оккупирует, агрессор несчастный. Она ложится рядом. Пытается уснуть, но мысли в голове не дают покоя:

– Ви-и-и-и-и-и-ить. Ты спишь?
– У-у-х-у-у, – раздаётся ответное мычание.
– У меня такой вот вопрос возник. Как ты думаешь, есть ли колени у пингвинов?
– У-у-х-у-у – раздаётся новое мычание один в один похожее на предыдущее.
– Ну правда ведь, у них только лапки торчат и сразу пузо, практически как у тебя, но у тебя хотя бы коленки есть, а у них и коленок не видать, и ходят они, так переваливаясь, как будто действительно чего-то не хватает. Ну мужикам то понятно, может яйца натирает, а самкам тогда что? Вот и думаю, может у них просто коленок нет?
– В-в-а вяса в-вофи, – раздаётся какое-то новое мычание.
– Что, что говоришь?
– Два часа ночи, – теперь слова звучат более разборчиво.
– И? Ты весь день на работе, приходишь сразу "жрать давай", за столом не разговариваешь, потому что не прилично. А после в телевизор уставишься, тут хоть пожар будет – внимания не обратишь. Когда мне с тобой разговаривать?
– О чем с тобой разговаривать? О пингвинах? – теперь голос звучал совсем разборчиво.
– Да хоть о пингвинах! Ты вот, например, знаешь, что Папуанский пингвин, когда делает предложение своей половинке, дарит ей камешек! А вот на моём колечке я что-то камешка не вижу!
– Хорошо, завтра тебе булыжник принесу, устроит?
– Нет в тебе романтики! Когда ты последний раз держал меня за руку? Вот морские выдры во время сна держатся за руки, чтобы не отплыть друг от друга! А морские коньки плавают, сцепившись хвостами, словно тоже держатся за руки. А ещё они очень верные, у них один партнёр на всю жизнь. Как это романтично!
– Ага, застрелиться можно!

Витя закатил глаза и перевернулся на другой бок, спиной к жене, давая тем самым понять, что разговор окончен. Но женщина не собиралась так легко сдаваться.

– А ты знаешь, что даже после того, как медуза умерла, она всё ещё может ужалить?
– Прямо как твоя мать. Даже когда помрёт, будет ко мне во снах приходить и брюзжать.
– Это ты постоянно ворчишь! Всё тебе не так! Прямо как самец черепахи. Их пол можно определить по звуку: самцы ворчат, самки шипят.
– Это всё потому, что вы все – те ещё гадюки! Не зря же Ева со змеем снюхалась! После неё-то в вас и сидит эта змеиность.
– Кто гадюка, так это ты! Вечно своим ядом брызжешь! Всё, не буду ничего тебе рассказывать!
– Ну вот и отлично, хоть поспать смогу, а то устроила тут «В мире животных»!
– Но ведь это же интересно! Ты вот знал, что у дельфина только половина мозга спит, а вторая половина в это время следит за окружающей обстановкой? Или что улитка может спать три года подряд?!
– Ага, поспала бы улитка рядом с тобой! Ты ей и часа бы не дала спокойно поспать, весь мозг проклевала бы своими вопросами! А уж дельфин совсем бы с ума сошёл, сначала на первую половину мозга, потом и на вторую!
– Ой всё! Больше не буду! Спи, раз так хочешь!
– Хочу!
– Ну вот и спи!

Прошло пять минут.

– В-и-и-и-и-ить. Хочешь загадку? Один глаз, один рог, но не носорог.
– Ововавы евивово,– промычал тот в подушку.
– Что?
– Одноглазый единорог, – раздражённо швырнул он и снова уткнулся в подушку.
– Не-е-ет. Это корова из-за угла выглядывает!
– Очень смешно, – прошипел он сквозь зубы.
– А ты знаешь, что в среднем коровы какают шестнадцать раз в день?
– ****ь, Оль, ты серьёзно?! Времени третий час ночи, а ты мне рассказываешь сколько раз в сутки коровы срут?! И откуда вообще такие данные?! Кто-то ходил за коровой весь день и считал, сколько раз она сбросит свои мины?! Что за бред!
–Всё-всё, молчу-молчу...

Прошло ещё пять минут.

Шёпотом.

– Ви-и-и-ить. А ты знаешь, что дельфины – наркоманы?
– Эво фы вафавава, – из самых глубин подушки вновь донеслось неразборчивое мычание.
– Не поняла, что?
– Это ты наркоманка, а не дельфины!
– Ну вот и всё, тогда ты так и не узнаешь, почему они наркоманы!
– Да мне по барабану, Оля! Отцепись уже, дай поспать!

Обиженная пятиминутная тишина, прерываемая лишь тяжёлыми вздохами.

– Они специально прикасаются к ядовитым шипам иглобрюхих рыб, маленькие дозы их яда для дельфинов действуют, как наркотик.
– Бля-я-я-я, – взревел медведем Виктор, схватил подушку, одеяло и пошёл спать в гостиную.
– Ну и хорошо, мне больше места будет, – бросает ему вслед Ольга и блаженно растягивается на кровати. А уже через пять минут видит сладкий сон про дельфинов, пингвинов и прочих животных.