Узбек

Узбек


Мишка, избитый жизнью дядя, рожденный весной пятьдесят девятого года, сидел на корточках возле автозаправочной станции. Двадцать пять лет прошло как ушла в мир иной Марина, солнышко, женушка родная. Пошла вечером доить корову. Присела на табурет и не поднялась.  И вот, наверное и сейчас доит коров, но где-то в небесном стаде. Интересно там тоже фермы есть и заведующая сухая Жанна, у которой Чернобыль забрал сперва сиськи, потом и приспособление женское, чтобы рожать деток?

Михай, комиссар. Такое прозвище приклеили Мишке ребята ещё в школе, когда в клуб привезли румынскую ленту. В которой красавец в шляпе и наганом в руке хорошо решал дела. О справедливости жизни.  И Мишка был таким. Справедливым.

Сидел Мишка. Мимо проносились всевозможные фуры, иноземные водители пыхтели сигарками в открытые окна. Изредка заезжали на заправку залить бак топлива огромные камионы. Водители спускались вниз в спортивных штанах и белых кроссовках. Гергатали на своем языке.  Мишка подхватывался и шагал к ним. В надежде продать фигурки древних драконов, которые сам резал из комля старой липы, поваленой в уголке огорода несколько лет назад страшной бурей.  Драконы были такие изрядные, но чудовищные. Покрыты черным лаком. С выпуклыми красными глазами и  острыми клыками.  К сожалению, редко кто покупал драконов. Боялись бесов, так рассуждал Мишка, вслух говоря, это хорошие драконы, этож оберег!

Но водители запрыгивали в свои космические корабли и уезжали в вселенную. А Мишка снова сидел у трассы и ждал, ждал, вдруг кто-нибудь предложит ему сесть в машину и отправиться в путешествия. И он никогда больше не вернется сюда. Где горевал существовал последние годы. Бобылем.
Но никто не предложил. Кому нужен такой собеседник и компаньон в драных штанах, засаленной кепке,  стоптанных кирзачах с дырками на голенищах.

Михай сидел, пыхтел в небо вонючей примой, весной, когда из заправки подошла сотрудница Светка, внучка школьного товарища.  В руках она несла пакет, который шевелился и мивкал тонким котенячьим голоском.
Дядя Миша, кто-то выкинул на заправке, может заберете, потому что заведующий бранится, нельзя животных на АЗС держать. Инструкция не позволяет.

Мишка взглянул в пакет. На дне сидел малой грязный котенок. С ладонь. Мишка решился погладить и показытать малое, с ладонь размером. Котенок вскочил на рукав ватника и быстро вскочил на грудь и лизнул Мишку в губы.
Ну, ты, Узбек! Ловкий какой.
Котенок замуркал и быстро успокоился.
С тех пор они сидели вдвоем. Михай и Узбек.  Возле шоссе. Что порезала деревню на два куска. Старый, с почти истлевшими домами, где уже стариков не было, умерли все. И новый, с президенскими домиками. Где молодые колхозники устраивали жизнь, смеялись детки.  Мукали коровы. Лаял на луну хромой пёс, по кличке Босой. Ведь новолуние наступило.

Вот в такой дом и пригласили Мишку. Дрова порезать. Молодой хозяин привез тракторный прицеп хороших дров, дубовых.  Дом какой-то. Из соседней деревни, в которой все умерли. И дома просто разрушали и закапывали в землю местные власти. Таков закон. Но рабочие продавали те дома на дрова, исподтишка. За пару бутылок водки.  Надо же как-то жить.

У Мишки сохранилась старая бензопила. Дружба-5. и частенько Мишку приглашали порезать дрова. Кто за рюмку, кто за рубля. И накормят еще.
Пила хоть и старая, но исправно грызет бревна, ведь Мишка пилу любит и ухаживает. И цепи у него острые. Сосед из города машинку точить цепь привез. Ловкая машинка, спасибо соседу.

В воскресенье, утром, пришел Мишка. Разболтал в капроновой канистре масло в бензин.  Пристроил стартера, потянул шнура. Застрекотала Дружба. Дал обороты. Потянуло горелым маслом.  Немного лишнего дал, масла.  Но ничего.  Уложимся к обеду.
С крыльца, раскрыв сени, вышел молодой хозяин и стал подкладывать бревна.
Работа двигалась, натужно ревела пила, дуб же, это тебе не Осина, мягкая и податливая.
Опилки потоками вылетали из под цепи. Попадали на штаны.  Дубовые опилки, твёрдые . И быстрыя, как пуля.
Пила тяжело загудела, так как попала на сучки. Мишка сделал перегазовку, дал полный газ и нажал на ручки изо всех сил.
Пила завыла высокими оборотами.  Из разреза выскочила маленькая тресочка и вдарила Мишку в шею. Тонкой струйкой полилась кровь.
Пила заглохла. Мишка медленно осунулся на желтоватые опилки и потерял сознание.

Когда приехали врачи на скорой, Мишка еще дышал. Но спасти не удалось. Треска пробила сонную артерию...

Возле заправки, там где трасса Кобрин-Брянск. На мишковом месте сидит громадный белый кот. Узбек.  Каждый день он приходит сюда. И ждет. Может остановится какой-то МАЗ, Вольво или ДАФ, из кабины ловко спрыгнет водитель, а это будет обязательно Мишка, в белой рубашке.  Подхватит кота подмышки.  Приблизит глаза в глаза. И молвит, Салам алейкум небеса высокие, Узбек! Поехали!