Десна. Продолжение Таньки

Летние каникулы, несмотря на явно липовые тройки за год по алгебре с геометрией, пришли. А с ними – вот уж не ждали! – путёвка на всю семью на теплоход, по Каме, Волге и Дону. С остановками в Сарапуле, Ульяновске, Самаре, Саратове, Волгограде, Астрахани и – надо же! – Камышине, т.е. месте проживания Колькиного отца.
Сашка был вне себя от счастья. Танька, пожалуй, тоже. Колька – скажем так, смешанные чувства имел, насчёт Камышина, а так, в целом, тоже был вполне себе удовлетворён. Не Чёрное море, ясно, не Сочи, как как-то было, но всё-таки: не каждый год по самой крупной речке Европы – да с комфортом!
Котю вот только сперва не ясно было, куда девать на все эти дни семейных праздников. Но вскоре, на приемлемых условиях, смогли договориться с соседкой:
– Ладно, ладно, Николай, похожу, кота Вашего покормлю, пока вы там.
С тем и отбыли на поезде в Пермь, откуда должен был в положенный срок отбыть белоснежный туристический теплоход «Десна».
Для укрепления внутрисемейного мира лучше, наверное, и придумать было нельзя. Первый раз в жизни и Сашка, и Танька попали в настоящую каюту, с иллюминаторами, койками, рестораном прямо на корабле и, главное, неспешно проплывающими мимо лесами, лугами, деревнями, прижатыми к берегам лодками, рыбаками и, конечно же, легендарными утёсами, внутри какого-то одного из которых, согласно уверениям экскурсоводши, с «тех самых пор» и скрыты бесчисленные сокровища разбойника и народного защитника Стеньки Разина.
Погода во время плавания тоже была отменной: солнце – с утра до ночи, жарища, а потому – всеобщие купания на специально организованных стоянках у островов и даже День Нептуна. С русалками и грозным царём морей, трясшим своим трезубцем так, что подвластные ему черти беспрекословно готовы были исполнить любую его речную блажь. Так капитана бедного прямо в кителе ухватили – и в Волгу! Во смеху-то было! Причём так всё есте-ственно, натурально: Нептун кричит, русалки с чертями в визг, капитан ругается на чём свет стоит (только что не матом, но близко к тому) – и плюх его… Ух!
А сколько песку по берегам! Чистейшего, белейшего, а раскалённого-то – ступить нельзя! У Сашки с Колькой кожа под пальцами на ногах в конце концов не выдержала, потрескалась – пришлось шлёпанцы надевать для перемещения по пляжам.
А на одном из островов Сашка впервые увидел, как рос орешник. Лично сам нашёл и сорвал едва созревший орех. О, это запомнилось ему на всю жизнь! Как, впрочем, и Родина-мать в Волгограде, Дом Павлова и весь этот мемориальный комплекс, просто даже размерами сразивший Сашкино воображение наповал.
В Ульяновске, до Волгограда ещё, Сашка лично потрогал парту, за которой учился в своё время отличник Ульянов (Ленин). В Астрахани, под конец путешествия, вот так наелся знаменитых астраханских арбузов. А вот Камышин запомнился ему неимоверной духотой, от коей у него первое впечатление было, что помрёт – точно: ни единого вздоха не удавалось сделать в первые секунд пять. А ещё – запомнился дом деда, Колькиного отца, в саду которого, прямо в открытом грунте, на грядках, которые называли бахчой, росли самые настоящие дыни с арбузами, большущие. А по стенам дома и по шестам подле него вовсю вились снизу вверху огромные зелёные стебли и листья винограда, с налившимися уже наполовину ягодами внушительного размера.
Дед показался Сашке не особо приветливым. Глаза этого немолодого, но весьма загорелого человека с почти сплошь седыми короткими волосами, вроде, и улыбались, но голос и движения все выдавали какое-то не очень комфортное напряжение внутри, заставляя всё время быть как бы настороже, опасаясь чего-то, невесть чего.
В общем, когда подошло время возвращаться домой, Сашка прямо-таки взгрустнул, хоть и согласен был однозначно, что дома лучше.
А дома – как только открыли дверь, Колька сперва запрыгнул на диван, а потом, оправдываясь, почти крича, пояснил остальным, уставившимся на него круглыми глазами:
– Да блохи же! Скачут со всех сторон – и на меня! Откуда их тут тьма-то такая?! Жуть!
– Вот так, – ответила Танька, не удержавшаяся от смеха, – так оставлять котов-то одних надолго!
Как вскоре выяснилось, у Барсика и правда завелись блохи. Вывели их довольно быстро: просыпав шерсть нюхательным табаком (на балконе, чтобы вредные насекомые домой не ушли) и промыв через час-другой проточной водой. Но в целом опыт был интересный, и он запомнился в то лето Сашке весьма надолго.
Однако как ни крути и что ни происходи, а любое лето кончается…
(продолжение следует)