Самое глупое

– Мама, давай заведём себе человека! Они такие милые!
– Но они же глупые, Джолина! К тому же не раз уже были случаи нападения этих человеков на хозяев.
– Людей, мама! Когда их много, то правильно говорить «люди», а не «человеки».
– Какая ты у меня умница, дочка! Но все равно каждый из них – тупоголовый и крайне опасный. Не зря на них требуется разрешение восьмого уровня, почти как на троллекомберов. Уж лучше взять зигатурианца. Они безобидные и довольно сообразительные. К тому же, спрос на этих человеков мал – они очень дорогие.

– Но я хочу человека! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! – и крохотная экозитанка взглянула на мать всеми своими шестью огромными жалостливыми глазами.
– Ну что с тобой поделаешь, согласна, возьмём твоего человека, но убирать за ним сама будешь! И воспитывать его тоже! Если я заподозрю, что он желает нам навредить, то отправлю его обратно в эту дыру, где их выращивают. Как же её там?
– Земля, мама.
– Ах точно! Земля! Какое противное название!

_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_

Новенький пространственный модулятор физической оболочки ПМФО-9386X подал сигнал. Джована, мать-экозитанка, взметнула в воздух два соединённых средних пальца правой руки (всего у экозитан их по четыре – на правой и по три – на левой). Перед ней появилась проекция человека и куча технических данных, необходимых для его перемещения. Джована средним пальцем левой руки нажала «одобрить», и тут же на круглой пластине из абсординизийского металла появился Пётр Иванович Скороспелов. Или просто «Петя», согласно данным, которые получили о своём новом питомце экозитане.

– Вот это хоромы! Не то что эта тесная летающая посудина, в которой меня держали! Ох уж эти ваши межпланетные торговцы человечинкой! Никаких манер! Прилетели, лучиком на меня посветили, и бац – птичка в клетке! Даже попрощаться с родными не дали. Зол я был на них, не представляете! А потом как-то успокоился. Ничего не попишешь, пришлось смириться. А как успокоился, так и дрессировка моя пошла на лад. «Этого нельзя делать», «того нельзя делать», «ты должен то», «ты должен сё» – а я знай только головой киваю, да на ус наматываю. А у самого в голове столько вопросов: кем будут мои хозяева, сколько у них рук, ног, зелёные они или красные, а может в горошек, что они умеют, окажутся добрыми или злыми. Ну право, был бы псом – завилял бы хвостом, язык бы высунул да глазки бы выпучил. Потому что все псы так делают. А меня дрессировали «представьтесь, кратко, без лишних слов». Видимо, всё же, плохо я поддаюсь дрессировке. Вы уж извините… Эмоции…

– Какой забавный человек! Посмотри на него мам, он выглядит милым и совершенно безобидным! – обратилась к матери дочь-экозитанка, а сама не отводила глаз от Пети.
– Да, на первый взгляд он вполне безопасен. Но ты же помнишь поговорку «с виду каелорец, внутри мажегорец». Судя по информации, что нам известна об этих человеках, они бывают весьма агрессивны и даже убивают друг друга!
– Что?! Убивают представителей своего вида?! Какая глупость! – не скрывая своего отвращения, выпалила Джолина.
– И не говори! Это такая пошлость! Ещё у этих человеков есть такие человеки, которые только и делают, что стравливают одних человеков с другими человеками, да им ещё за это платят! Только запамятовала, как этих человеков зовут.
– Политики, их зовут политики, – не удержался Пётр Иванович, – сущие бестии! Зубы, как у пираньи или акулы, только отвернёшься, а они тебя цап за зад, и ты без штанов остался. Прожорливые заразы! Сколько их золотишком не корми, а они всё добавки просят!

– По-ли-ти-ки… – осторожно, со страхом в голосе, произнесла Джолина, – Петя, а ты не по-ли-тик?
– Нет, что вы, что вы. Я – профессор. Доктор юридических наук. Специалист в области гражданского права. Хотя если честно, то я скорее был профессором кислых щей. Какие там права?! Прав, кто богаче или у кого власти больше, вот и все права! Стыд, да и только!
– Это хорошо! Значит ты добрый человек! – радостно вскрикнула юная экозитанка.
– Ну, добрый или не добрый – не мне судить. Но нормы морали стараюсь соблюдать, да людям никакого зла умышленно не творить.
– И на нас ты не нападёшь? Правда ведь?! – умоляюще произнесла Джолина, уставившись на Петра Ивановича всеми своими шестью глазами.

– Нет, никогда! Какой в этом смысл? Ну нападу я на вас, сбегу. А что дальше? Куда мне бежать? Обратно на Землю? После всего, что я узнал, земная жизнь мне покажется пресной, безвкусной. А если дальше бороздить просторы вселенной, то как? Я же ничего о ней не знаю, ни про другие планеты, ни про другие цивилизации. А даже если узнаю… Я уже не молод, чтобы пускаться в такие авантюры, лучше спокойно дожить свой век, изучая вселенную из безопасного и такого роскошного укрытия, как ваш дворец.
– Здорово! Тогда пойдём скорее, я тебе всё-всё здесь покажу! – обрадовалась Джолина, схватила за руку Петра Ивановича и понеслась показывать ему свой дом.

_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_

– Не плачь, родная. Ничего не поделаешь. Ты не виновата, что жизненный цикл у людей гораздо короче нашего. Петя был хорошим питомцем. Понимаю, тебе сейчас больно, но, поверь, он в лучшем мире. Там, куда попадают все живые существа, прожившие праведную жизнь.
– В Пандемории? – смахивая слёзы сразу с шести глаз, спросила юная экозитанка.
– В Пандемории, – кивнула головой мать, а затем осторожно добавила, – если ты боишься, что тебе будет одиноко, то мы можем купить ещё одного человека. Он станет тебе таким же хорошим другом, каким был Петя.
– Нет, ни за что! Он тоже умрёт! А мне снова будет больно… – и она вновь разразилась слезами.

– Ну хорошо, хорошо, только не плачь, – успокаивала её и поглаживала по животу мама. Живот у экозитан – важнейшее место, ведь там находится их мозг. Поглаживание по нему посылает короткие импульсы, вызывающие процесс релаксации. Благодаря этому экозитане легко справляются со стрессом и негативными эмоциями. Им достаточно погладить себя по животу – и стресса как не бывало.
– А что если на этот раз нам попадётся политик или коммуняка какой? Помню, как нам о них Петя рассказывал. Страшные люди!
– Вернём его обратно на Землю. Помнишь куда, по словам Пети, попадают люди, которых возвращают?

– Конечно помню, в психушки! Ещё там им дают штуки, похожие на наши карпунскулы. Они зовут их таблетками. Но если после карпунскула ты полностью исцеляешься, то таблетки могут и навредить.
– Да, сколько интересного мы узнали от него о Земле и о людях. Если бы все они были такими же, как Петя, тогда бы я ни за что не стала бы называть их глупыми. Он был выдающимся умом, даже по экозитанским меркам!
– Но люди убивают себе подобных, а это самое глупое, что только можно придумать!
– Верно, самое глупое…

Две экозитанки, мать и дочь, обнявшись наблюдали за тем, как тело Петра Ивановича Скороспелова распадается на атомы, превращаясь в чистую энергию. Эта энергия поможет местному солнцу, Экозии, освещать и согревать всех экозитан и гостей их вечнозелёной, цветущей планеты.