Суперпозиция вазы
– Свет мой, зеркальце скажи. Да всю правду доложи. Кто…
Однако, зеркальце говорить не хотело.
– Издеваешься?
Дмитрий попытался встать и методом размахивания рук, наладить контакт с телевизором. Но теплая ямка в диване, была категорически против подъема хозяина.
Тогда Дмитрий попытался договориться по-другому:
– Хорошо. Я дам тебе еще один шанс.
Дмитрий вновь поиграл с кнопками. Полный игнор.
Упорный дрессировщик телевизоров начал сердиться:
– Тогда мы зайдем, с другой стороны.
Панасевич выпрямился и произнес следующую фразу. И он произнес ее так, чтоб было слышно по всей квартире:
– Я обратил внимание, что у современных ваз есть одно замечательное свойство.
Звук приготовления ужина на кухне, настороженно замер.
Дмитрий продолжил:
– Они не бьются. И ваза, подаренная нам твоей мамой, еще раз подтвердила это. –
на словосочетаниях «твоей мамой» и «еще раз», укротитель бытовой техники сделал акцент. В дверном проеме появилась супруга Дмитрия, Варвара.
Уперев руки в бока, владычица кастрюль и сковородок, грозно спросила у мужа:
– Где ваза?
Взгляд ответчика напоминал выражение глаз Муму, прежде чем ее утопил Герасим:
– Я провел гипотетический эксперимент над вазой и убедился в ее прочности.
– Панасевич! Где ваза?
Быстро окинув взглядом гостиную, Варвара увидела на серванте вазу, подошла и взяла ее в руки.
– Что ты, с ней сделал?
– Я же сказал: «гипотетический»!
– Панасевич, не морочь мне голову. Я знаю, что эта ваза тебе никогда не нравилась.
Дмитрий поудобней расположился в диванной ямке.
– С точки зрения квантовой физики, ваза находилась в неопределенном состоянии. И так происходило до тех пор, пока ты не посмотрела на нее, взглядом наблюдателя.
– В каком состоянии?
– Видишь ли, о любопытнейшая из женщин, я с самого утра проводил важный эксперимент и находился в суперпозиции цельного состояния вазы. И ваза отвечала мне тем же.
– Панасевич, не зли меня.
– И я ничего не делал с вазой, но допускал, что она может упасть, когда ты полезешь в сервант искать батарейки.
Общий вид Варвары стал принимать грозные очертания.
– Причем здесь, батарейки?
– Непосредственно к вазе они отношения не имеют, но в виду того, что телевизор не включается, я предположил, что в пульт надо поставить новые.
Варвара вернула вазу на полку и подошла к мужу. Лицо Панасевича излучало бесконечную доброту и невинность.
Варвара сердито переспросила:
– И что?
– Здесь не может быть неопределенности. Я знаю, что в серванте есть упаковка с батарейками.
– И?
– И как ни странно, но телевизор тоже будет находиться в состоянии квантовой неопределенности, пока кто-нибудь не вставит их в его пульт.
– И это «кто-нибудь», буду я?
– Моя дорогая, надо смело взглянуть правде в глаза! Ты так надежно спрятала батарейки, что мне самому их не найти.
Варвара замерла в нерешительности.
Панасевич продолжил:
– К слову сказать, я предупреждал, что батарейки, купленные тобой — самые ненадежные. Но, ты меня не услышала. – Дмитрий посмотрел на супругу с немым упоением.
Варвара ответила предельно жестким взглядом:
– Плохие, говоришь?
Сердитая женщина подошла к серванту и попыталась достать батарейки с верхней полки, но из-за небольшого роста, сделать это Варваре не удалось. Панасевич сложил бровки домиком:
– Здесь интересно то, что вероятность нахождения батареек в исправном состоянии, находится в целой массе конкурирующих концепций. И это сразу напоминает мне об удивительном свойстве утюгов.
Варвара, пододвинув стул к серванту, взобралась на него и принялась шарить рукой в поисках батареек. Панасевич продолжал:
– Добропорядочной утюг, никогда не навеет на свою хозяйку тревожные мысли о пожаре.
Дмитрий убедительно погладил себя по животу.
– И наоборот…
Фраза Дмитрия повисла в воздухе. Варвара вдруг покачнулась, мощно схватилась руками за воздух, и зацепив по пути вазу, рухнула со стула на пол. Пол отозвался глухим стуком. Панасевич охнул, а ваза плавно спикировала прямо на свою хозяйку.
Следующая минута прошла в гробовом молчании.
Дмитрий почесал затылок и вздохнул:
– Ты знаешь, при падении человека с высоты, врачи не рекомендуют притрагиваться к нему до приезда скорой. Мало ли что может повредиться…
Далее Панасевич, увидел стремительный полет вазы мимо своего уха и соприкосновение ее со стенкой. Самым удивительным было то, что ваза при этом не пострадала.
А вот с диваном Дмитрию пришлось расстаться и поиск батареек возобновился с новой силой. Панасевич взобрался на табуретку и стал вынимать из серванта, все чрезвычайно важные для хозяйства предметы.
Батарейки вскоре нашлись и были вставлены в пульт. Однако, телевизор не заработал.
– Варвара! Ты можешь долго вращать глазами, но реальное положение вещей, говорит о том, что наша мама умеет выбирать предметы повседневного обихода. – Дмитрий осторожно слез со стула и продолжил:
– Они обладают железным характером и умею добиваться поставленной цели. Вот, например, сладкая парочка ваза и телевизор заставила нас навести порядок в шкафу. И утюг, подаренный Евдокией Павловной, научил тебя возвращаться с полдороги домой. А вот батарейки, купленные тобой, оказались просрочены. И тут, квантовая физика...
Дмитрий все-таки добился воспитательной взбучки с помощью полотенца. А в отношении телевизора он оказался неправ и мир в семью Панасевич пришел только с покупкой нового.
Ваза же, мирно угнездилась на полке и опять перешла в суперпозицию неопределенного состояния, так как смотреть на нее никто не хотел.
Свидетельство о публикации №224081201048
Ирина Играева 14.08.2024 19:26 Заявить о нарушении
Все точно так, Ирина!
Спасибо!
Алексей Котов 3 14.08.2024 20:15 Заявить о нарушении