Азбука жизни Глава 3 Часть 284 Вы так красиво смот

Глава 3.284. Вы так красиво смотритесь!

— Это ты о ком, Диана? — спросила я, замечая её задумчивый взгляд.
—С Эдуардом! — ответила она, и в её глазах светилось лёгкое, тёплое удивление. — Вы на сцене… Если бы на месте Вересова оказался другой, многие бы тебе этого не простили. Не простили бы, что ты, казалось бы, изменила этому… чувству. Этой связи.
—А она ему не изменила, — мягко, но уверенно вступила Вересова, Альбина Николаевна. — Если они на сцене больше вместе, чем в жизни с Николаем. Это не измена. Это другая правда. Своя для каждого.

Диана с симпатией посмотрела на неё. Альбина Николаевна после концертов, когда мы с Эдиком поём дуэтом, всегда выдыхает с тихим, почти незаметным облегчением. Она понимает, что её единственный сын не разлучил нас, не стал стеной. Он сделал нас на сцене ещё ближе, выпустив наружу то, что всегда жило внутри. Так же, как и родители Соколова давно приняли эту правду: мы с детства были неразлучны, и их сын останется для меня навсегда лучшим другом, второй половиной души — той, что говорит языком музыки, а не слов.

Смогла бы я прожить сегодня без него? Конечно, нет. Особенно на сцене. Ближе, чем Эдик, никого нет. Это аксиома моей жизни. А то, что в финале концерта стало открытием даже для меня — его новая, незнакомая композиция, сыгранная без предупреждения, — поняли не только близкие, но и весь зал. В этом и был весь риск и весь успех: я смогла мгновенно сориентироваться, уловить мелодию, почувствовать его порыв и поддержать. Это был наш с ним эксперимент. И все остались довольны — и мы, испытавшие новый уровень доверия, и зрители, ставшие свидетелями этого чистого, живого творения.

И сейчас, расслабляясь после выступления, мы сидим в гостиной и обсуждаем этот музыкальный успех, в котором оказалось столько счастливых неожиданностей. В любом настоящем творчестве иначе нельзя. Надо всегда искать новые порывы, доверять интуиции и друг другу. А Эдик, зная, что я его ни при каких обстоятельствах не подведу (как и он меня, кстати), решил рискнуть. И не прогадал.

Спасибо, родной, — подумала я, глядя на него. — Спасибо за доставленные удовольствия. Как оказалось, и для зрителей, и для всех нас, близких.

Ксения Евгеньевна особенно сейчас этому радуется. Она смотрит на нас — на меня, на Эдика, на Николая, на всех собравшихся — и в её взгляде нет ни тени сожаления или ревности. Только глубокая, спокойная благодарность. Благодарность за то, что в нашей жизни есть место разной правде. За то, что мы умеем её беречь. И за то, что со стороны это выглядит не как драма, а как… красиво. Очень красиво.