Дымов. Разговор. часть четвёртая

Берник какое-то время смотрел на Дымова исподлобья, выставив вперёд свою вихрастую голову, а потом отвернулся к огню и выговорил с некоторым усилием:

— Самоистязание — отличный способ оправдывать собственные неудачи.

Помолчал и добавил уже мягче, почти примирительно:

— Забудь ты её, право.

Он взял из дровницы полено и подбросил в камин. Влага зашипела, повсхлипывала немного, и красно-жёлтые языки пламени потянулись к дымоходу, осветив усталые лица.

Берник ушёл спать. Дымов захмелел, но наверх не торопился. Он достал из ящика фотографию, акварели и, не глядя, отправил всё это в огонь. Лёг на пол, смотрел, как бумага вспыхивает и сворачивается в пепел.

В той его жизни с ней они редко разжигали старый камин. Однажды по неопытности он задымил сырыми дровами весь дом — стены и мебель пропахли так, что неделю выветривали едкий запах. Сейчас дрова потрескивали, унося вверх пламя — ровное, чистое, без копоти.

Дождь стучал в окна всю ночь.

Продолжение здесь: http://proza.ru/2025/05/22/792