Азбука жизни Глава 5 Часть 290 Лучше быть...
— Полиглотом, чем политологом, Франсуа, с тобой согласен, — сказал Михаил, и в его голосе звучала лёгкая, знакомая ирония.
Оба они — и Франсуа, и Михаил — знали все мои старые проделки. Особенно Воронцов. Он помнил всё, будто это было вчера.
— Почему улыбаешься? — спросил он, заметив моё выражение.
— Вспомнила, как в первом классе ради твоей Красавицы я не захотела учиться в «А» и попыталась на линейке перебежать в класс «Б», — ответила я. — Встала рядом с Тиночкой.
— А Вероника до сих пор уверена, что ты от неё сбежала, — рассмеялся Михаил.
— Напрасно смеёшься, Мишенька! Викторию только что привезли родители из Петербурга в Москву. А мы с ней сдружились благодаря нашим прадедам — они были коллегами. Иногда мама привозила меня в Петербург, и мы встречались в квартире деда Марины. Потом нас везли в Таврический сад: моя няня следила за нами, а наши «полиглоты», как всегда, были поглощены своими разговорами. И только когда мы пытались покормить уточек, няня отступала, отдыхая на детской площадке, а наши прадеды шли с нами к пруду.
Я замолчала, давая картинке ожить в памяти.
— И так продолжалось года два, пока Александр Андреевич не переехал на ПМЖ в Сан-Хосе с Анастасией Ильиничной. И вдруг — нас разделяют в школе!
— Тиночка, если бы меня записали в класс «Б», Ника бы не пережила, — мягко заметила я. — Поэтому нас и разделили с тобой.
— Хочешь сказать, взрослые боялись ревности ко мне со стороны Вероники?
— Не думаю! — засмеялась я.
Эдик, до сих пор молчавший, вступил в разговор:
— С вами бы Влад разобрался. Он часто с юмором рассказывал, когда мы повзрослели, про бойцовский характер Ники. А ты абсолютно его не замечала. Хотя отпор давала, если сестричка пыталась тобой управлять.
— Не возражаю, Эдик. Я и правда не замечала её лидерства.
— Как и сейчас… — тихо добавила Диана.
Все повернулись к ней.
— Если, Дианочка, имеешь в виду сайт, то меня с первых минут адекватные авторы предупредили: ни с кем не вступай в контакт, — сказала я.
— Что смеётесь, мужчины? — удивилась Диана.
— Дианочка, она просто не понимала, если ей буквально не садились «на шею», — пояснил Михаил.
Эдик и Влад переглянулись. Да, они не раз замечали то, что происходило вокруг меня. А как можно не замечать глупость, особенно когда она объединяется и начинает выдавать желаемое за действительное? Если включить телевизор — здесь всё проявляется ещё нагляднее.
Лучше быть полиглотом, чем политологом. Потому что полиглот говорит на разных языках, чтобы понимать. А политолог часто говорит на одном — чтобы запутать. Мы же с детства учились понимать без слов. По взгляду. По жесту. По тому, как человек отворачивается к уткам в пруду, давая тебе почувствовать: ты не одна. И это знание — крепче любой политики. Оно — навсегда.
Свидетельство о публикации №224090400860