Я, прохожий... Отрывки из книги Новелла 22

Псков, осень – зима 1998-го.
В феврале 1997 года умерла мама: рак... Ей было 75... И первый год без мамы морально был для нашей семьи очень нелёгким: ведь без малого 20 лет мы прожили с ней вместе, в одной квартире, под одной крышей, и вместе же пережили тоже очень и очень непростые для всей нашей семьи времена...
Царствия ей Небесного!
Вот написал про 20 лет, прожитые в Пскове вместе с мамой, и вдруг подумалось вот о чём:
Сейчас на дворе – 2024-й. Мне – уже 70, и, пожалуй, настало (впрочем, оно уже давно настало!) время оглянуться на пройденный путь. Вот я и оглядываюсь, вернувшись к своей, начатой ещё в 2006 году (почти 20 лет тому назад), но потом заброшенной книге «Я, прохожий...», и публикую здесь отрывки из неё, хотя и понимаю, что вряд ли кого-то все эти мои воспоминания особо заинтересуют... Но с искренним удивлением вижу, что их и читают, и даже оставляют отзывы. Ну, хоть что-то после меня останется...
Но сказать сейчас я хотел не об этом, а о том, что перечитывая свои записи, вдруг заметил, что вся моя жизнь каким-то непостижимым образом оказалась поделена на некие 20-летние циклы, как-то странно между собой переплетающиеся. Ну, посудите сами:
в 20 лет (в 1974-м) я вернулся из Советской армии, а своё 40-летие (в 1994-м) встречал в армии Российской;
в 1981-м я получил приглашение прийти на разговор в Союз писателей, но пришёл лишь в 2001-м;
в 1993 году я уволился из школы, а в 2013-м вернулся в неё;
в 1978-м мы навсегда уехали из Демянска, а в 1998-м недалеко от него обрели «приют спокойствия, трудов и вдохновенья», где в 2000-м купили участок на волшебном озере Вельё, построили дом, а в 2020-м решили со всем этим благолепием расстаться...
Мне эти чёткие 20-летние периоды кажутся, по меньшей мере, странными. И что уж совершенно точно – не совсем случайными...
Но вернёмся в 1998-й.
Однажды вечером, вернувшись с работы, жена рассказала мне, что сын её сотрудницы (кстати, мой бывший ученик) решил купить синтезатор. Однако, будучи к тому времени прекрасным саксофонистом, в клавишных инструментах он разбирался слабо, и потому через свою маму попросил посмотреть этот аппарат мою жену.
Знаешь, это какое-то чудо! – рассказывала мне Татьяна. – Там столько тембров, столько ритмических стилей! Можно одному играть за целый оркестр!..
Надо сказать, что в те времена – времена «лихих 90-х» – мне было как-то совсем не до музыки. Дома у нас было и пианино, и хорошая гитара, но за клавиши садилась только жена (да и то, в основном, готовясь к занятиям в детском саду, где она работала музыкальным руководителем), а я брал гитару в руки лишь тогда, когда учил играть на ней нашу дочь. Поэтому поначалу информацию о синтезаторе воспринял с полным безразличием.
Нет, тебе обязательно надо попробовать на нём поиграть! – настаивала жена. – Обязательно!
В конце концов, в один из ближайших выходных она таки затащила меня к моему бывшему ученику. Я сел за инструмент и...
Короче говоря, моя более или менее устоявшаяся к тому времени жизнь закончилась. Домой мы вернулись уже с этим самым аппаратом, поскольку его владелец уезжал на сессию, и синтезатор ему на ближайший месяц был без надобности. И потому он, заметив мой неподдельный интерес к данному инструменту (правильно говорят: рыбак рыбака видит издалека. И понимает - тоже), сам предложил мне его к себе домой – и наиграться вдоволь, и досконально разобраться, чтобы потом, при необходимости, я смог что-либо его владельцу и подсказать. Так оно в результате и вышло – к обоюдной пользе.
В общем, в первый раз просидел я за синтезатором... даже сейчас не могу сказать, сколько времени. Это действительно было чудо, а не просто музыкальный инструмент. Но вторым – и главным – чудом оказалось то, что из-под моих пальцев на клавиши вдруг нескончаемым водопадом хлынуло всё, что, видимо, не один год накапливалось в душе и в сердце, смутными отрывками мелодий приходило во сне – и не только во сне. Но дальнейшей реализации не получало. А здесь...
И одна за другой – будто плотину прорвало! – стали появляться новые мелодии, рождаться тексты к ним (песни на стихи других поэтов я и до этого писал крайне редко). Вскоре я купил хороший, мощный двухкассетный магнитофон, и у меня появилась возможность делать аудиозаписи с многократными наложениями звука, значительно расширив звуковую палитру аранжировок песен и инструментальных пьес.
И вот, когда песен накопилось уже на целый сборник и даже на аудиоальбом, встал вопрос: а кто всё это будет исполнять? Где? Для кого?
И решить эту проблему оказалось намного труднее, чем написать сами песни...