Глава 7

Однажды утром я вижу в унитазе использованный презерватив, похожий на дохлую медузу.
Тайлер познакомился с Марлой.
Я встаю отлить, а тут на фоне ржавых узоров плавает это. Интересно, о чем думают сперматозоиды.
Мы где?
Мы во влагалище?
Что тут происходит?
Всю ночь напролет мне снилось, будто я трахал Марлу Сингер. Марла Сингер курила сигарету. Марла Сингер закатывала глаза. Я просыпаюсь один в своей постели, а дверь в комнату Тайлера закрыта. Тайлер никогда не закрывает дверь в свою комнату. Всю ночь лил дождь. Крыша давно прохудилась и стала пропускать воду. На потолках огромные разводы, вода просачивается через отверстия, где висят люстры.
Когда идет дождь, нам приходится выкручивать пробки. Не стоит рисковать с электрическим током. В доме, который арендует Тайлер, три этажа и подвал. Мы зажигаем свечи. В доме есть кладовая, застекленные спальные веранды, витражи на лестничной площадке. А также эркеры с подоконниками-диванами и резные настенные плинтуса на высоте полуметра от пола.
Вода проникает внутрь, и древесина, из которой построен дом, то набухает, то усыхает, из-за чего гвозди постепенно ржавеют и вываливаются.
Повсюду ржавые гвозди, на которые можно случайно наступить или напороться локтем. На семь спален всего один туалет, именно там я нахожу использованный презерватив.
Дом чего-то ждет ; определения стутуса постройки или утверждения завещания, после чего пойдет под снос. Я спросил Тайлера, как долго он здесь живет, и он ответил, что месяца полтора. Старый хозяин всю свою жизнь коллекционировал «Нэшнл джиографик» и «Ридерз дайджест». Гигантские шаткие стопы журналов становятся все выше и выше с каждым дождем. Тайлер говорит, что последний жилец сворачивал из страниц этих журналов конвертики для кокаина. Входная дверь не закрывается на замок, после того как была выбита, возможно, полицией. В столовой набухают девять слоев обоев: под цветочками полосочки, под полосочками птички, под птичками веточки.
С нами по соседству только закрытый машинный цех и блочный склад. В доме есть кладовая с двухметровыми валиками, на которые наматываются скатерти, чтобы не мялись. Есть холодная кладовая для меховых изделий, где стены отделаны кедром. В туалете кафель с орнаментом из крошечных цветочков ; изысканнее любого свадебного фарфора, а в унитазе плавает использованный презерватив.
Я живу у Тайлера уже около месяца.
Тайлер с кучей засосов на груди и шее выходит завтракать, а я листаю старый номер «Ридерз дайджест». Этот дом идеален для торговли наркотиками. Соседей нет. На Бумажной улице нет ничего, кроме складов и целлюлозного завода. Выбросы завода смердят пердежом, а наваленные в округе кучи перегнивших опилок воняют как подстилка в клетке с хомяком. Этот дом идеален для торговли наркотиками, потому что, не смотря на множество грузовиков, проезжающих мимо каждый день, ночью кроме нас с Тайлером в радиусе двух километров нет ни души.
Я нашел в подвале огромные кипы «Ридерз дайджест», и теперь в каждой комнате лежат стопки этих журналов.
«ЖИЗНЬ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ»
«СМЕХ – ЛУЧШЕЕ ЛЕКАРСТВО»
Стопки журналов заменяют нам мебель.
В самых старых журналах встречаются статьи, где человеческие органы говорят о себе от первого лица:
- Я чья-то матка.
- Я чья-то простата.
На полном серьезе. Тайлер ; без рубашки, весь в засосах ; садится за стол и рассказывает, что, мол, так и так, вчера вечером познакомился с Марлой Сингер и потрахался с ней.
Я слушаю и наполняюсь желчью. Я чей-то желчный пузырь. Сам виноват. Иногда расплачиваешься за содеянное, а иногда за бездействие.
Вчера вечером я звонил Марле. Мы договорились созваниваться, прежде чем пойти в группу поддержки, чтобы не встретиться. Вчера вечером была меланома, а я был немного подавлен.
Марла живет в гостинице «Регент». Не смотря на громкое имя, это всего лишь куча кирпичей, склеенных соплями. Все матрасы там запечатаны в скользкие полиэтиленовые чехлы на случай, если кто-то заезжает, чтобы умереть. Если неудачно сесть на кровать, можно тут же оказаться на полу вместе с простынями и одеялом.
Я позвонил Марле в гостиницу «Регент», чтобы узнать, пойдет ли она на меланому.
Марла была какой-то заторможенной. Она сказала, что, скорее всего, это не самоубийство, а просто крик о помощи, тем не менее она выпила две упаковки снотворного.
Я живо представил, как Марла мечется по своему захудалому номеру в гостинице «Регент» и причитает: «Я умираю. Умираю. Умира-а-аю. Умираю».
Это могло затянуться надолго.
Я так понял, что на меланому она не пойдет.
Марла сказала, что вот-вот умрет, и позвала меня посмотреть на это.
Я ответил:
- Спасибо, но у меня другие планы.
- Ничего страшного, - сказала Марла. - Умереть можно и в компании телевизора. Лишь бы показали что-нибудь интересное.
Я погнал на меланому. Вернулся рано. И лег спать.
И вот, наутро Тайлер сидит за завтраком весь в засосах и говорит, что Марла та еще извращенка и стерва, но ему это даже нравится.
Вчера после меланомы я пришел домой и сразу лег спать. Мне снилось, будто я снова и снова трахал Марлу Сингер.
А на следующее утро, слушая Тайлера, я притворяюсь, что читаю «Ридерз дайджест». Извращенка и стерва, тоже мне новость!
«Ридерз дайджест». Армейский юмор.
Я чей-то воспаленный желчный проток.
Тайлер рассказывает, что вчера Марла говорила такое, чего он никогда не слышал ни от одной девки.
Я чьи-то стиснутые зубы.
Я чьи-то раздутые в ярости ноздри.
Тайлер рассказывает, что после того, как они перепихнулись раз десять подряд, Марла сказала, что хотела бы от него забеременеть. Марла сказала, что хотела бы сделать аборт от Тайлера.
Я чьи-то сжатые кулаки.
Тайлер не мог не клюнуть. Ведь это он позавчера вклеивал половые органы в «Белоснежку».
Как теперь бороться за внимание Тайлера?
Я чье-то яростное чувство протеста.
Хуже всего то, что я сам во всем виноват. Тайлер вернулся со смены из ресторана, когда я уже спал, а Марла снова позвонила. Она сказала, что все это правда. Про туннель и свет в конце. Приближение смерти увлекло Марлу, и ей захотелось описать мне, как душа покидает тело и улетает.
Марла не знала, может ли душа пользоваться телефоном, но ей хотелось, чтобы хоть кто-то услышал ее последний вздох.
Но нет же, Тайлер отвечает на звонок и неправильно понимает всю ситуацию.
Они не знакомы, поэтому Тайлер решает, что смерть Марлы ; это плохо.
А это не так.
Это вообще не касается Тайлера, но он звонит в полицию и мчится в гостиницу «Регент».
Теперь, согласно древнекитайскому обычаю, известному нам из телевизора, Тайлер навсегда в ответе за Марлу, потому что спас ей жизнь.
Потрать я пару часов, чтобы съездить и посмотреть, как Марла умирает, ничего этого не случилось бы.
Тайлер рассказывает, что Марла живет в номере 8Г, на верхнем этаже гостиницы «Регент». Он поднимается по лестнице на восьмой этаж и идет по длинному коридору, мимо множества дверей, из-за которых доносится закадровый смех. Кто-то смотрит ужастик, и раздаются женские крики. Кто-то смотрит боевик, и слышен грохот пуль. Тайлер подходит к нужной двери, но даже не успевает постучать, как тонкая бледная рука открывает дверь, хватает Тайлера за запястье и тянет в комнату.
В момент, когда Марла тянет Тайлера в комнату, с улицы слышится визг тормозов, и воет сирена. На комоде стоит фаллоимитатор, отлитый из того же мягкого розового пластика, что и кукла Барби, и на мгновение Тайлер воображает, как где-то в Китае с одного конвейера сходят миллионы пупсов, кукол Барби и фаллоимитаторов.
Видя, что Тайлер смотрит на фаллоимитатор, Марла закатывает глаза и говорит:
- Не бойся. Он тебе не соперник.
Марла выпихивает Тайлера обратно в коридор и говорит, мол, спасибо за заботу, но не стоило звонить в полицию ; они уже поднимаются.
Марла запирает дверь снаружи и толкает Тайлера в направлении лестници. На лестнице они прижимаются к стене, пропуская полицейских и парамедиков с кослородным баллоном, которые спрашивают, где находится номер 8Г.
Марла говорит, что он в конце коридора.
Марла кричит полицейским, что дамочка из номера 8Г раньше была хорошей и доброй, но теперь она стервозная мразь. Эта курва настолько боится сделать ошибку, что предпочитает не делать ничего, и теперь она на дне.
- Дамочка из номера 8Г не верит в себя, - кричит Марла. - Она боится стареть, потому что с возрастом возможностей будет все меньше и меньше. Так что удачи!
Полицейские ломятся в дверь номера 8Г, а Марла и Тайлер уже бегут по вестибюлю. Они слышат, как один из полицейских кричит у двери:
- Позвольте вам помочь! Мисс Сингер, вам есть ради чего жить! Впустите нас, Марла, и мы поможем вам разобраться в проблемах!
Марла и Тайлер в спешке выбежали на улицу. Посадив Марлу в такси, Тайлер кинул взгляд на восьмой этаж гостиницы, на окна Марлы, где увидел снующие туда-сюда тени.
Уже когда они мчались по оживленной шестиполосной автостраде на предельной скорости, Марла сказала Тайлеру, что ему придется не давать ей уснуть всю ночь. Если дать Марле уснуть, она умрет.
Марла сказала Тайлеру, что мертвецы хотят забрать ее к себе. По ночам ей звонят духи из потустороннего мира. Если Марла в баре, и бармен подзывает ее к телефону, то взяв трубку, она слышит зловещие гудки.
Почти всю ночь Тайлер и Марла провели в соседней комнате. К тому времени, как Тайлер проснулся, Марла уже вернулась к себе в гостиницу.
Я говорю Тайлеру, что Марле Сингер не нужен любовник, ей нужна нянька.
- А при чем здесь любовь? - парирует Тайлер.
Короче говоря, теперь Марла хочет разрушить и эту часть моей жизни. У меня такое со времен колледжа. Завязывается дружба, потом друг женится - и друга больше нет.
Понятно.
- Ясно, - говорю я.
Тайлер спрашивает, не возражаю ли я.
Я чей-то спазмированный кишечник.
- Нет, - отвечаю я. - Все нормально.
Взять бы пистолет да размазать свои мозги по стене.
- Все отлично, - говорю я. - Правда.