Конструктор

Глава 1.  Николай Иванович

Николай Иванович, экс-ведущий конструктор, а ныне пенсионер-интеллигент, медленно толкал перед собой тележку и выбирал продукты на полках универсама. Сегодня у Николая Ивановича был один из особых дней, когда он позволял себе праздник - купить приличного алкоголя и дорогих деликатесов в качестве закуски. Таких дней в последнее время становилось все меньше. Заработать случалось все реже, а на пенсию сильно не разгуляешься.

Как раз намедни пришла оплата за недавно выполненный Николаем Ивановичем левый конструкторский проект, (помнят руки работу-то!) и можно было бы это дело отпраздновать. К тому же запланировано сегодня навестить Леночку Петровну, соседку с третьего этажа, миловидную миниатюрную женщину, в прошлом - бухгалтера, с которой нередко общались на лавочке перед подъездом и прогуливались в близлежащем сквере.

Николай Иванович осмотрел витрину крепких напитков, где  виски самых дорогих марок стоили смешных денег. С тяжелым сердцем он положил бутылку в корзину, хотя кожей почувствовал, как где-то в Мытищах сейчас тихо улыбается самозанятый бутлегер, разливающий бурду в бутылки из-под Джек Дэниелс.

В корзине уже лежали пятьсот граммов королевских креветок и баночка дальневосточной красной икры, хлеб и два красных бакинских помидора. Оставалось купить творог особой марки, который пенсионер употреблял по утрам на завтрак и который очень любила Леночка Петровна.

У молочной  витрины Николай Иванович взял две творожные пачки и пытался рассмотреть на них срок годности. Ничего не получалось без очков. Очки в роговой оправе в громадной очечнице вместе со связкой  ключей, портмоне с документами и прочими вещами лежали в маленькой мужской  сумочке на ремешке, называемой в народе барсеткой. Николай Иванович долго ковырялся в сумке свободной рукой, вынул очечницу и водрузил очки на нос.

Творог оказался съедобным. Бывший конструктор с  трудом запихнул очечницу обратно и уже было покатил корзину на кассу, как краем глаза заметил, что за ним пристально наблюдает какой-то субтильного вида подозрительный тип. Наблюдатель слегка шифровался - делал вид, что тоже выбирает с витрины продукты.
 
-  Чего ему надо? Может спросить чего хочет или попросить мои очки разглядеть товар? - подумал Николай Иванович, но виду не подал.

За линией касс его уже поджидал суровый охранник универсама, а рядом с ним, показывая пальцем на пенсионера, стоял тот самый тип из молочного отдела.

- Вы заплатили не за весь товар, товарищ, - сказал охранник.

- Ничего не понимаю, - возмутился Николай Иванович. - Весь товар в корзине, вот чек. Что еще?

- Люди видели, - кивнул охранник на наблюдателя, - как вы пронесли мимо кассы творог. Откройте вашу сумочку и выложите содержимое на столик. Будьте любезны!

Творог в барсетке? От такой наглости Николай Иванович потерял дар речи, однако, вжикнул молнией, дескать, смотрите!
  Охранника впечатлило битком набитое нутро сумки, в котором искомого творога не оказалось, и Николай Иванович, вздохнув, двинулся в сторону дома.

- Нет, вы только подумайте, - рассуждал интеллигент. - Утаил две пачки творога! Это я, заслуженный самолетостроитель, гениальный конструктор (хоть и отставной), на которого еще недавно молилась добрая половина завода, - и вор!?

- Неизвестно, летали бы самолеты в небе, если бы не талант Николая Ивановича, - так говорил сам генеральный директор, провожая конструктора на пенсию.

- А этот наблюдатель, чего стоит? Явно завистник или неудачник! Чего он достиг в свой сорокет? Небось, выпивает банку пива за три секунды? Такие могут! И ведь стуканул, сволочь, своим доносом охране, как будто и вправду зацепил вора, урод!

На улице мысли Николая Ивановича прервал всё тот же субтильный тип. Он подошел поближе к своему визави и блеющим голосом пропел:

- Я же видел, как ты засовывал творог в барсетку, куда ты его спрятал?  Понаберут тут полные корзины дорогой выпивки-закуски, а пару пачек творога своровать не побрезгуют, интеллигенты поганые! Присосались к телу народа!

Замерев на секунду от такой песни, пенсионер весьма культурно изложил соглядатаю свою точку зрения на произошедшее в магазине. Проще говоря, послал блеющего на Луну и побрёл домой.

Раскладывая продукты по полкам холодильника, Николай Иванович не переставал возмущаться, до чего упал уровень самосознания народа, пока не обнаружил, что его очки по-прежнему у него на носу.

– А что же я тогда запихивал в магазине в очечницу? Стареем, брат!

- Смотри-ка, а совсем даже не помялись, - улыбнулся он, вытаскивая из очечницы и укладывая в холодильник две пачки творога. Однако, пора бежать, Леночка Петровна ждать не любит.

Надев свой парадный костюм со знаками отличия и прихватив  вожделенный творог, Николай Иванович поднялся на этаж и позвонил в дверь соседки.

- Вот спасибо, соседушка, отведаем сейчас вашего творожку с вареньем и чаем, - проворковала Леночка Петровна, принимая подарки. - Проходите к столу, ваша любимая чашечка ожидает вас... 

Николай Иванович мыл руки в ванной, когда услышал, как хлопнула входная дверь, и до боли знакомый голос проблеял:

- Мам, привет, я купил тебе фруктов в вашем магазине. О! Откуда творог? Сосед принёс? Почему спрашиваю? Только что, в магазине, какой-то козёл-интеллигент набрал дорогого вина, икры, деликатесов и бессовестно положил в свою барсетку две пачки точно такого же творога! И, представляешь, умудрился и на кассе не заплатить, и от охраны пачки эти утаить. Куда он их спрятал - ума не приложу.

Николай Иванович, поправил  на лацкане покосившийся значок «40 лет безупречной службы», подтянул галстук, глубоко вздохнул и вышел из ванной. На чистую воду…


Глава 2 Виталик

- Слышь, ты, ворюга, ну что же ты, жмот, на свидание к женщине принес какой-то жалкий творог? Я же видел, ты купил дорогие деликатесы. Небось, их сегодня дома под одеялом один съешь, чтобы никто не видел?, - не на шутку распалился Виталик.
 
- Леночка Петровна любит этот сорт творога…, - промычал воришка виновато.

- Ну конечно, ведь рюмку хорошего вина закусить дальневосточной икрой кому понравится? Другое дело - творог? Эх!

- Молодой человек, вы бы повежливее, я вам в отцы гожусь, - буркнул Николай Иванович.

- Ты мне в отцы не годишься, - отрезал Виталик, - Я, к сожалению, не помню своего отца, но, по рассказам матери, мой отец бы никогда так не поступил. Значит так, забирай свой творог и дуй отсюда далеко-далеко, пока я тебе чайник не начистил!

- Мужчины, перестаньте ссориться! - вмешалась в ситуацию Леночка Петровна. - Садитесь за стол, выпьем чаю да поговорим о том, о сём.

- Виталик, это Николай Иванович, наш сосед, я его пригласила в гости, и я, действительно, люблю этот нежный творожок. Угощайтесь, пока свежий!

- Кстати, Николай Иванович, этот молодой человек - мой сын. Он живет в другом городе. Сегодня Виталик со своей девушкой решили, наконец, объявить о своей свадьбе и поэтому приехали ко мне. Главное, они встречаются уже три года и делают вид, что как бы ничего не происходит, но я-то чувствую!  Я почти всю жизнь воспитывала сына одна и очень переживаю, как у него сложится жизнь с молодой женой.

- А где же Анжела, Виталик? - обратилась она к сыну.

- Анжела сегодня хочет выглядеть на все сто, поэтому зашла в салон поправить прическу. Что-то задерживается. Сейчас будет.
Постучали в дверь, это пришла Анжела.


Глава 3 Анжела

- Здравствуйте, Леночка Петровна, в вашем салоне, «лучшем в городе», не нашлось «Пепельного Блондина»! Виталик, успокойся, это название краски для волос. Пришлось красить волосы «Осенней листвой»,  вы представляете? - А еще я хочу вас поблагодарить за ваши сливы, маринованные в красном полусладком вине! Мы с Виталиком их съели мгновенно. Это что-то! Как вы их готовите?

- О, это мой фирменный рецепт!  Я колдовала над этими сливами четыре дня, пока, наконец, по банкам разлила густой душистый маринад с нотками корицы, кардамона, имбиря, гвоздики и лимона. Запах был такой волшебный, что соседи, принюхиваясь,  повыскакивали на лестничную площадку. Значит так, берешь три килограмма слив….

Анжела - девушка Виталика. По паспорту звалась Ангелина, но предпочитала, чтобы её величали Анжелой. Последнее время она была озабочена двумя непростыми задачами: во-первых, - приспособить к семейной жизни своего проверенного и надежного друга Виталика, и, во-вторых - исполнить данное матери обещание найти и посмотреть в глаза её бывшему мужу, своему беглому папаше.

С первой задачей, худо-бедно, Анжела справилась. Её усилия по воспитанию жениха и потенциального мужа увенчались успехом. Виталик после трех лет их нежной дружбы принял, как он думал, самостоятельное мужское решение и предложил-таки Анжеле руку и сердце.

А вот с папашей дело продвигалось не очень, хотя Анжела регулярно для поиска напрягала своих знакомых и родственников. Дальше фотографий отца из социальных сетей дело не шло.

- Тебе очень идет этот цвет волос, Анжела, - заметила Леночка Петровна и добавила:

- Николай Иванович, это Анжела, очень хорошая девушка, невеста Виталика.

- Геля, ты ли это? - осипшим голосом прошипел Николай Иванович.

- Вообще-то, я не Геля, а Анжела, - огрызнулась Анжела. - А вы кто? Папа!? Ты откуда взялся?

- Живу. Неподалеку, - промямлил Николай Иванович.

- Вот как! Так вы знакомы, - удивилась Леночка Петровна. - И даже родственники?

- Знакомы давно. Правда, не встречались с тех пор, как он бросил нас с мамой и пропал на много лет, - дрогнул голос у Анжелы.

В разговор вмешался Виталик:
- Так это и есть твой беглый папаша? Ну, всё, интеллигент хренов, на сегодня ты свой лимит исчерпал! Как говорят, сейчас буду бить тебя аккуратно, но сильно!


Глава 4 Леночка Петровна

Леночка Петровна в бытность была главным бухгалтером большого завода. Ее любили и одновременно побаивались на заводе все. Суровая, когда дело касалось не очень правильного подхода руководства завода к финансам, и чрезвычайно добрая и отзывчивая, когда к ней за помощью обращались простые сотрудники.

Провожая на пенсию своего лидера, вся бухгалтерия рыдала в голос, а начальники подразделений желали ей здоровья и счастья на заслуженном отдыхе ломающимися от эмоций голосами. 

Данным-давно, Леночка Петровна, а тогда еще просто молодая симпатичная девчонка Леночка, приехала в этот город по распределению. Судьба обычная, как у многих. Работа, продвижение по службе, художественная самодеятельность, танцы в клубе по выходным. И женихи были, да только не особенно она их привечала.

Один ей приглянулся - тайная страсть всех заводских девчонок, залётный орёл - молодой специалист Коля. Встречались долго. Она его называла Колюнчик, а он её Ленкой-Енкой. Она уже строила планы на совместную с ним жизнь, как вдруг Колюнчик исчез. Ни ответа ни привета.

То ли подался наш Коля завоевывать столицу, то ли сбежал за границу, но больше о нем ничего не слышали. А еще через положенный срок Леночка родила мальчишку и назвала его Виталиком. Время полетело всё быстрее и быстрее. Не успела оглянуться, как вышла замуж за хорошего человека. Да вот беда, прожили недолго - схоронила Леночка мужа, да так и осталась одна с сыном.

Колю, свою первую любовь, забыла уж давно, да вдруг через много лет он объявился: один, поселился не где-нибудь, а в её же доме! Как потом выяснилось, случайно.  Вновь познакомились, Коля сделал вид, что её не узнаёт, она тоже смолчала. Ей даже интересно было, что будет дальше.

 – Николай Иванович, – торжественно сказала Леночка Петровна, – всё-таки несите к нам ваше вино и икру!

На немой вопрос конструктора добавила:

- У тебя, Колюнчик, здесь и сейчас будет хороший повод выпить и пообщаться с твоей любимой Ленкой-Енкой, с твоим сыном Виталиком и с твоей дочерью Ангелиной.

Казалось, немая сцена продолжалась вечность. Оторопевший Николай Иванович, с трудом успокаивая сердце в груди и вытаращив глаза, долго переводил взгляд от Леночки Петровны к Виталику, затем к Анжеле, при этом регулярно поворачивался к зеркалу и всматривался в него.

- Постойте, это что значит? - в тишине как выстрел прозвучал шепот Анжелы, которая начала осознавать, что прямо сейчас её Виталик из жениха и будущего мужа превращается в сводного брата. - Мы что, теперь не сможем пожениться, ведь мы теперь родственники?

Николай Иванович не нашёлся, что сказать. Он уже бежал домой. За вином и икрой.

Глава 5 Колюнчик

- Это уже перебор, так не бывает, - пытался на ходу рассуждать Николай Иванович. - В один момент, как будто по взмаху волшебной палочки, соседка Леночка Петровна оказалась той самой Ленкой-Енкой, субтильный тип из магазина перевоплотился в его новообретённого сына Виталика, а девушка Анжела превратилась в его покинутую дочь. Нужно всё переосмыслить и решить, как вести себя и что делать дальше.

Тем временем в квартире на третьем этаже воцарилась полная тишина. Слышно было только, как чей-то голос бубнил за стеной.

- Да не вернётся он, вы что, не видите, что этот человек наследил везде, где только можно, - так Виталик в позе комсомольского вожака на субботнике говорил внимавшим ему женщинам. - Гнать его надо было сразу отсюда и весь разговор!

- Я так и не спросила его, почему он ушел от нас, он же был совсем неплохой отец, - всплакнула Анжела.

- Значит так, ребята, прекращаем голословные обвинения и подбираем сопли! - Леночка Петровна вспомнила, что еще недавно была финансовым лидером большого предприятия. - Давайте дождёмся Николая Ивановича, и послушаем его, если ему есть, что сказать. Да вот и он!

Николай Иванович  открыл дверь, выгрузил в прихожей свои припасы и сказал:

- А вот и я, друзья! Давайте уже чай пить, творог, небось, высох весь!

Затем, прошмыгнув мимо остолбеневших родственников, он поставил на стол закуски, взял из шкафчика бокалы и разлил вино на четверых:

 - Прошу вас!

Загипнотизированные обитатели квартиры чокнулись бокалами с Николаем Ивановичем, пригубили вино и непонимающе замерли.

- Я сейчас сделаю небольшой доклад по текущему моменту, а затем отвечу на ваши вопросы и послушаю ваши замечания, - казённым голосом молвил Николай Иванович.

- Ты помнишь, Ленка-Енка, как я работал над проектом увеличения надёжности наших изделий и пытался оформить изобретение? Описание этого изобретения и все связанные с ним материалы у меня изъяли и засекретили. Самому мне дали два часа времени, чтобы молча собрать вещи и отбыть на аэродром в распоряжение каких-то специальных людей.

- Тебя рядом не было, ты как раз уезжала в отпуск на две недели помочь родителям, а когда, задержавшись, приехала через месяц, меня уже и след простыл. Нет возможности подробно рассказывать, но поверь, писать тебе о том, где я и чем за-нимаюсь, я не мог. Каюсь, я все время думал о тебе, но с течением времени стал забывать. Особенно, после того, как случайно узнал, что ты вышла замуж и у тебя уже есть ребенок.

- Выходит, это мой ребенок! Мой сын? Дорогой Виталик, дай я обниму тебя. Прости меня за сегодняшний скандал в магазине, прости за мое исчезновение из жизни твоей матери. Видит Бог, противиться судьбе я не мог и ни сном, ни духом не подозревал, что у меня есть сын.

- Как же, не подозревал он! - пробурчал Виталик, - А Анжелку, наверное, строгал с новой женой за милую душу, так что и забыл обо всём. 

- Да, строгал, как ты выразился. Через много лет, когда мое изобретение устарело и перестало быть кому-то нужным, я гм.. освободился и перешел на работу в КБ простым конструктором. Женился на хорошей женщине и у нас родилась дочь Ангелина.

- Так почему же ты ушёл от «хорошей женщины»? - пискнула Анжела. - Чего тебе не хватало?

- Всего мне хватало, даже чересчур. Просто ты, Геля, не всё знаешь в этой жизни. Мы с твоей матерью разошлись по-тихому, без скандала, чтобы не травмировать нашего ребенка. Жильё наше, конечно, я оставил бывшей жене и даже помогал деньгами, потому что любил тебя…  - Я уехал. На остатки накоплений купил маленькую квартирку в городе моей первой любви и надеялся на чудо.

- Так что же произошло? - хором воскликнули все трое слушателей.

- Обидная история. Я часто отсутствовал дома, ездил в командировки. Ходили слухи, что твоя слабохарактерная мама никак не забудет своего бывшего и даже забеременела от него. Я конечно слухам не верил, а когда проверил - уже поздно было.

- Так что, Ангелина, ты моя дочь только по жизни и моей любви, а по крови - не дочь ты мне. Вот он, твой суженый, перед тобой. Смело бери его в мужья, люби сердцем и держи крепко, чтобы не ушел.  - У меня всё. Какие будут вопросы, замечания?

- Я люблю тебя, Колюнчик, - прошептала Леночка Петровна.
- Я люблю тебя, Ленка-Енка, - прохрипел Николай Иванович.
 
Георгий Забельян 09.09.2024