Австрийский кактус

Ёхан Леверда

______________________

Австрийский кактус

Жара в Минске летом этим анамальная. Жарит. Ультрамарин. Каштаны минские порыжели и сбросили листья в середине августа. А тут уже начало сентября. Днём ещё 26-27 по Цельсию.  А ночью градусник сиганул до +5. Я вспомнил о своих кактусах, которые с весны по осень греют свои колючки у меня на балконе.  Там же большая пятилитровая канистра с водою. Пакет с удобрениями, для кактусов моих. Их два. В глиняных горшках. Два невзрачных. Кактуса. Один ушастый. Беззлобный.  Второй просто колобок, с необычайно острыми иголками красного цвета.  Иголки не раз больно жалили меня. Напоминая. Что они не просто цветы. Кактусы они. Не просто тут. Издалека. Они. Путь проделали долгий. Во времени. И в расстоянии. Кактусы, которые росли у меня в кабинете  на подоконнике, сразу за старым монитором. Спасибо моим коллегам, и кактусы под их руководством разрастались весело и кучно.
Увольняясь, я забрал парочку домой, как старых добрых друзей.

Матусевич Анатолий  Николаевич.  Главный бухгалтер Белтелерадиокомпании.
Легенда.

Мы сидим на пятнадцатом этаже, в моем кабинете. Увидев у меня в подоконнике кактусы, спросил, вот ты, молодой, а знаешь ли , откуда кактусы тут кругом, на каждом этаже? В компании?

На Революционной, в старом здании Радио, во время оккупации работала немецкая радиостанция. Вещала на немецком. Русском. Белорусском.  Там сотрудница  была, из Австрии.  Вот она и привезла кактусов. Вот теперь они и раззрослись.

Я вспомнил, в холле, в новом здании Белтелерадиокомпании в огромных деревянных квадратных горшках-вазах росли необычайной величины и формы кактусы. В конце девяностых.  Копии поменьше присутствовали на всех этажах. В редакциях. Дирекциях. В технических службах.

Вот, так, Константинович, австрияки и захватили нас.

- наливать?
- наливай!
- а как звали эту сотрудницу немецкого радио?
- Магдалена, а может Эмма.
Кому это сейчас интересно.

Шел двухтысячный год. Миллениум.

Раз  в месяц. С австрийской педантичностью. Я  пою своих австрияков. Адика и Ёзика. Особо разрастаться им не позволяю.

А сейчас и спросить не у кого. О той кактусоводке.  Которая  вещала в 1942 году.

Минск, я задаю тебе вопросы.