Жил-был я. Кн2. ч3. гл10. Соомаа. Проводник

             Пройдя напрямик через черно-рыжие топи Эрди, мы приблизились к следующей вехе – Дубу Упси.
             Да, широк и колоритен дуб, ничего не скажешь. Подстать Тырвику. Но если Тырвик стройнее, то Упси кряжистей и коренастей. С толстой броневой корой. На узловатый бочкообразный ствол опирались два огромных ветвистых столба, объемные, как мускулистые руки супертяжа. Обломанные ветви, рогами, направлены в нашу сторону.
             Я подошел к дереву, прижался телом к шершавой коре и приветствовал его. Дуб ответил чистым и спокойным голосом. Я заметил, что деревья всегда говорят не торопясь и с назидательным достоинством.
             Упси принял меня и указал путь. Старые омертвелые ветви развели в стороны неподатливый кустарник, и мне открылась тропа.
             «Иди по тропе. Она приведет к Лодочнику. Увидишь брата Леммиыйге и брата Тырвика – поприветствуй их от меня... Ступай с миром», - напутствовал дуб Упси и на прощанье выстрелил желудем мне в плечо.
             Что ж, не надо удивляться, коль у них, у дубов, мания такая.
                --------------------------------------
 Мы вышли на обрывистый берег реки. «Что за река?»- спросил я.- Кыпу?»
            - Раудна, - поправил Эрни.
            - Кыпу! - встрял Шусь.
            - Раудна! - негодующе воскликнул Эрни. - И замолчи, здесь не безопасно!
            Шусь замолчал, но глаза горели: «Все равно - «Кыпу».
            Тропа петляла по гребню левого берега реки, скрывалась за кустами, ныряла в промоины, поднималась на округлые возвышенности. За листвой мелькал правый берег, который тоже был обрывист.
            В скорости, мы дошли до места, где река круто поворачивала влево, на запад. Перед нами в полный рост поднялся высокий коричневый зев обрыва, за которым начиналось болото Куресоо. Оно будто нависало над речкой. Причудлива и удивительна Мать Природа!
            Завидев Лодочника, я окликнул его, тот в ответ слегка приподнял ладонь. Просканировав и удостоверившись, что Лодочник не несет зла, я распрощался с друзьями, оставив их на берегу.
            Пройдя не широкую плоскую пойму, я ступил в хаабьяс, осиновую лодку – долбленку, и сел напротив лодочника. Путь лежал вдоль древнего песчаника.         
           Лодочник молчал, молчал и я, не оставляя его без присмотра.
            Смеркалось. В теплом воздухе роились тучи комаров и мошкары. Из гнезд и нор вылетела всякая нечисть, и с визгом, и писком, ринулась в небо, бомбардируя погадками Лодочник вжал голову в плечи, зашипел и заругался: «Прочь! Нечисть, прочь!», припевая при этом «Ненужная ненужность не нужна никому! Ты лишняя излишность, лишенная лишку». Это работало и летучие мыши, и ночные птицы облетали нашу лодку стороной.
            В низины потянулись чуть заметные белесые полоски не то тумана, не то дыма. Время пути прошло, и, вскорости, Лодочник высадил меня на «стрелке», образованной слиянием двух речушек - Кыпу и Окса. Сказал, напоследок: «Иди по тропе туда, между двух высоких елей, йа, потом между двух камней, йа, курсом на кривую сосну. Там - Проводник. Он поведет дальше», потом махнул рукой в сторону приметного дуба и, не прощаясь, исчез в сумраке.
                -------------------------------------
           Подойдя к дубу, я остановился и произнес: «Достопочтимый Леммейыге, я приветствую тебя и передаю приветствие брата твоего -Упси». Поклонившись, я поднял голову и увидел, как крона дерева медленно покачалась из стороны в сторону, одна из толстых ветвей вытянулась и указала направление. Махнув на прощанье рукой, я исчез в кустах. Но перед тем как ветви кустов сомкнулись за спиной, я получил попадание в плечо. Думаю, вы догадались чем.
                --------------------------------------
Поверхность болота Куресоо была покрыта ржавыми пятнами мха, жестким вереском да жухлой травой. То тут, то там торчали хилые стволы низкорослых сосенок. Над черными лужами курился белесый туман.
Заметив Проводника, я проверил его и, установив, что это - сущность света, без подозрений, пошел за ним.
            Высокая фигура Проводника, идущего впереди, то появлялась из дымки, то пропадала за ней, и тогда слышались только чавканье грязи да шорох полы длинного плаща, скользящего по траве.
Когда мы стали проваливаться по колено, я стянул боевые сапоги, повесив их на дрын – слегу, и босиком, «аки посуху», пошел по воде. Я вольготно шуршал пятками то по ежику кочек, то по зеленой вате болотной тины, легкомысленно насвистывая какую-то мелодию. Проводник же упорно шагал, увязая по колено в вязкую грязь.
             Проводник оглянулся раз, оглянулся два. Остановился. Поднял руку. Посмотрел по сторонам. Прислушался. И в тоже мгновение, какая-та сила окольцевала мои ноги и дернула вниз так, что я оказался утопленным в грязи по грудь. Я сопротивлялся, бил руками, но вылезти из топи не мог. Дело в том, что боевые сапоги, которые могли вытащить меня из трясины, вместе со слегой валялись в метрах десяти от меня. Цепкие щупальца обвили мои лодыжки и тянули вниз. Я боролся, но медленно уходил вниз, тонул.
              Проводник поспешил ко мне, занес слегу над головой и…… воткнув в грязь, бормоча заклинания, очертил вокруг меня круг. Так же, как и Кай Пятый Страж, исторгнул из ладони огонь, и круг загорелся. Грязь закипела. Раздался дикий вопль, приглушенный толщей трясины, хватка невидимого врага ослабла, и он с удаляющимся воем оставил меня.
            Выбравшись из грязи, я поблагодарил его.
           - Ничего, впредь наука будет, - ухмыльнулся Проводник. - Чем ближе бой, тем чаще оглядывайся по сторонам. Вместе с физической силой пользуйся силой разума.
           Он поднял голову и указал пальцем на еле заметный серпик убывающей луны сказал: «Время».
           - Так точно, - угрюмо ответил я. – Кто это?
           - Черт.
           Я вскинул голову.
           Он задумался.
           - Хотя нет. Кто-то из того же отребья. Но по - слабее. Ты легко отделался. Надевай сапоги, и за мной - след в след.
           Обувшись, я пошел за ним. Мои ноги сразу отяжелели, и я по пояс погрузился в топь. Запаниковав, я стал лихорадочно тыкать слегой в черную воду. Проводник оглянулся, внимательно посмотрел на меня и твердо произнес: «След в след».
            Через час мучений мы подошли к болоту из поверхности, которого тянулись к небу языки дыма. Оно курилось. Еще один муторный километр, и у обреза заросшего кустарником островка Проводник остановился. Я подошел к нему вплотную. Легкий ветерок сдул языки дыма, и я увидел высокое одинокое дерево, а около него разгорающийся костер.
           - Это пихта Эмапикк, - указал пальцем Проводник. - Иди туда. Там тебя ждут. Прощай.
           Я наклонился вперед, прищурил глаза, приглядываясь к месту встречи. Но кроме костра ничего больше не увидел.
           - Благодарю, Проводник, - сказал я, повернувшись в пустоту. Позади не было никого. Ни звука, ни изображения.

Продолжение: http://proza.ru/2024/09/17/1096