Любовь к смерти

Принимая  во  внимание,  что  это  любовь,  а  не  ненависть,  можно  принять право  этой  эмоциональной  команды  на  существование  с  позиции  истинной толерантной  человечности.

Поскольку  некрофильное  наполнение  импульса  негативного  неприятия  к  некоему естественному  социальному  моменту  противоречит  общепринятым  институтам  самой социальности,  постольку  биофильное  наполнение  любви  к  смертельной  атрибутике  вообще,  и  к  смерти  в  частности,  не  противоречит  понятиям отношений  как  положительного  взаимодействия  со  своим  подобием.

Любовь  к  своему  подобию  есть  высшая  степень  позитива  не  только  в эмоционально  социальном  плане,  но  и  в  плане  физиологическом,  так  как структурирует  для  выживания  определённые  социальные  группы,  отличные  от иных  своим  качественным  наполнением,  объединяющим  их  состав.

Всё  сущностное,  в  основе  которого  лежит  любовь  как  протопозитив,  является элементом  человечности  и  не  может  оцениваться  как  нечто  вне  человеческой сферы,  извращённое  по  своей  сути,  так  как  мерило  всей  ауры общечеловеческих  контактов  есть  любовь  и  свобода,  что  определяет  саму субъективность  как  первооснову  любой  объективности,  поскольку  истинная свобода,  как  и  любовь,  основывается  на  субъектности  как  начальной  точки отсчёта  любых  духовных  или  иных  ценностей.