Единственный вид несогласия и сопротивления

     Выперли по самому по утру краснорожие сбитенщицы ужаривавшиеся всю ночь опята мудрые под деревянным маслицем на лавочках под пузом на Хитров, взгайкавают жалобными голосами сакральное  " Борь, борь, борь ", успевая отбиваться локтями от любопытствующего люда, не имеющего и копейки за душой, но лезущего настырно мокрыми носами в глубокомысленную начинку, подразумеваемую самой сутью опят, не зряшно же прозвали их столичные люди мудрыми, народ зря не скажет.
     - За будошником бы спослать надоть, - скрипит Ужо, терхая заплечный мешок за обвисающие безвольно по спине тесемки, - алкает народец суегубой правды и всеобщей справедливости.
     Сбегал доброхот за будошником, прячущимся от ненастного неба в кособокой будочке, по которой и прозван соответствующе, хотя и власть. Смотрит будошник на интересующийся опятами народ, ведет строго усом, а потом как харкнет в рыло Ужо слюной вязкой, тягучей, от табаку желтой.
     - Тьфу, сволочь ! Будут государских людей тревожить.
     Развернулся и ушел обратно в будку, а народ принялся немного возмущаться.
     - Это какой - такой закон имеется, братцы, - рыдал горбатый подьячий, ритмично прихлопывая собачьими рукавицами по коленям, - чтобы начальство по будкам ховалось ?
     - Народ неистовствует, - поддерживал его сутулый ярыжка в шляпе грибом, - лезет прямо носом в неукупленные опята, нарушая приличия потребительства, а начальство в будке ?
     - Не бывать ! - визжит с раската Ивашка, отбиваясь от цепких рук волокущих его к краю людей. - Начальство в Кремле пребывать обязано, от дедов так.
     Сбросили Ивашку с раската, летит он негромко, любуясь видами столичной природы : слева триста, справа сто. Галки с воронами шумят, лошадки бздят, а народ вконец распоясался. Швырнули шапки с поясами под ноги буйные, топчут, выкрикивая навзрыд :
     - Иэх, говори Масква, разговаривай Рассея !
     - Плагиат, - смекает опытнейший будошник, наставив чуткое волчье ухо в сторону шумов народных, - из кина Бортки. Там еще ухойдаканные ляхами суки стонут патриотично, призывают постоять и сплотиться, пока начальство в Кремле сидит.
     - Врешь, - шепчет опасливо будошнику таракан, привычно проживая в будке, - всегда князья и цари сбегали, бросая народец татарве и прочим ворогам, потому сакральность и духовные скрепы.
     Выглядывает будошник из будки и видит, что бегут савинковцы убивать именно его, будошника, а сидевшее в Кремле начальство завело самолетик и улетело к такой - то матери, хотя радары НАТы намекали позже, что в сторону Валдая.
     - Бей ! - ревут савинковцы, выдирая будошника из будки. - Убивай !
     Разорвали в клочья, будку в куски разметали, подожгли, греются. Один принимается бубнеть, другие поддерживают. Вот так, товарищи, и образовался в культуре человеческой цивилизации американско - негритянский рэп, это уже потом недобросовестные придумали Конгресс, немцев каких - то, а было все много проще : грелись савинковцы и напевали чотко и быром, и всех делов.