Невыдуманное. Детские перлы

Лёва, 4 года:
– Мама, где конфетки?
Мама:
– Это секрет.
– А ты скажи мне по секрету, я не буду знать.

Аня, 2 года, спорит с подружкой, как нужно говорить
слово «ура»:
– Не уя, а уля!

Она же:
– Ты мне нлавишьтя, мама.

Мама сломала ребро, бабушка плачет. Аня успокаивает ее:
– Но это же не волк съел.

Люба, 2,5 года:
– Нельзя писаться, потому что праздник Мая! (очевидно, в садике детей заставили взять на себя повышенные обязательства).

Аня, 5 лет:
- Папа, я тебе желаю быть всегда поздравленным!

Илюша, 3 года:
– Этот ножик я тебе подарю, когда ты будешь уже полностью старенькая.

Он же:
– Мама, беги скорей сюда! Здесь муха без сознания!               

Он же - вырывается из рук и бежит за трактором:
– Тракторчик хорошенький, бензинчик невонюченький!

Илюшу спрашивают, что он будет есть.
Он отвечает:
– Еду.

Илюше объяснили, что чужие лекарства трогать нельзя. Он смотрит, как мама принимает таблетку:
– Ешь, ешь лекасто. У меня есть вкусное лекасто для меня. А для тебя оно отравительное.

Он же, 4 года:
– Убери от меня эту соль, а то я её трогаю.

Возле магазина стоит коляска, а в ней — хорошенькая девочка. Илюша стал качать коляску. Женщина, стоящая рядом, говорит:
-Что, понравилась? Так забирай!
Тут из магазина выходит мать девочки и увозит коляску.
Илюша плачет:
– Мне же подарили! Я как раз хотел такую, в беленьких чулочках!

Илюша, после занятий в садике:
– У меня болит плечень и почень, а сердцо в горле бьётся.

Илюша, 4 года. После чернобыльской аварии. Папа целует его и говорит:
– Я тебя скушаю!
Илюша:
– Не скушаешь, у меня в косточках радиация.

В садик привезли чернозём для клумбы. Женщина набирает землю в ведро. Илюша:
– Что вы делаете?
Женщина столбенеет, глядя на малолетнего защитника социалистической собственности. Илюша:
– Разве можно землю – руками? Там же радиация!

Уехали на лето в чистую от радиации зону. Илюша:
– Чистый песок можно трогать?
– Можно.
– И обсыпаться песком?
– Да.
– И есть песок?

Мама поздно забрала Илюшу из садика.
Он:
– Тебя всё не было. Тогда я разбил окно, летел, летел, как самолет, упал и умер без тебя.

Олежка, 2.5 года. Впервые увидел пароход:
– Пьявая, пьявая машина пьявает!

Наташа, 2 года. Увидела утенка, спускающегося к воде:
– Цыплятинка, цыплятинка, ти зи утонесь!

Наташа, 3 года. Мама приехала на институтские каникулы, дочку давно не видела. Та показалась ей повзрослевшей и поумневшей.
Мама, указывая на котельную, из трубы которой идет дым:
– Когда ты была маленькая, я тебе рассказывала, что там козёл кашу варит.
Наташа:
– А может, он её и сейчас варит...

Тётя собирается в театр, надевает красивое платье, новые туфли, серьги, бусы.
И вдруг с дивана раздается возмущённый Наташин голос:
– Всё себе, себе! А людям ничего!

Из роддома принесли сестричку. Наташа ворчит:
– Купили ребенка! И где - в больнице, где столько заразы!

Сашенька, 3 года:
– Курица плохо себя вела, и из неё сделали курятину.