Из записок. Батя

Ехали как-то из Ленинграда в Сороки на отборочные соревнования в юношескую сборную команду СССР.

Сороки — небольшой старинный городок в Молдавии. В путь, как всегда, с Витебского вокзала. Поезд Ленинград — Кишинев. Примерно сутки в плацкарте: анекдоты, гитара, карты, спортивный режим. Стальные железнодорожные струны, пересекающие такие реки, как Луга, Великая, Западная Двина, Сож, Десна, Днепр… И дальше на юг.
Примерно в пять утра — остановка в незабвенной Жмеринке. Сквозь щелочки глаз виден величественный «римский» вокзал — творение петербургских архитекторов. И оттуда на автобусе в Сороки.

Автобус рейсовый, львовский. Явно не готовый к тому, что в нем поместятся обычные пассажиры и целая команда гребцов. Люки задраены, окна не открываются. Проход между креслами завален веслами и спортивными сумками. Давка. Иногда тошнит нашего товарища Женьку Смирнова. Короткие остановки, и дальше в духоте по ухабам гравийной дороги.

 Вдруг сдают нервы у одного из местных пассажиров. Он начинает нервно причитать:
— Опять москали понаехали... Место мое заняли... Всю дорогу теперь в проходе стоять, блевотину нюхать... Когда уже выйдете все... И так далее с нарастающим истерично-темпераментным импульсом.

В хвосте автобуса, на заднем сидении по центру, незаметно дремал тренер, Олимпийский чемпион Владимир Николаевич Ешинов. Он же «Батя». Когда истерика пассажира достигла своего апогея, кто-то из женщин, кажется, наш доктор, не выдержала и разбудила Ешинова.
— Понаехали, — продолжал заводить себя буйный пассажир, — место мое заняли... Уроды...

 Своими богатырскими руками Ешинов легко раздвинул стоящих в проходе и с трепетным дружелюбием произнес:

— Мужик, замолкни. А то сейчас в пол вобью!
 Оставшийся отрезок пути мы ехали в полнейшей тишине. Нервный пассажир так и застыл в людской толчее с елейной улыбкой на лице.

Осень 1990 года.
Артем Смирнов
kbstech.ru