3. Впечатления

- Как тебе хозяева нашего поместья? – спросил Иван брата, когда они уложили Разгуляева спать, а после, расположились в кабинете.

- Люди простые, без подлых намерений, - Пётр пролистывал книгу учёта.

- А девку видел? По ней не скажешь, что крестьянка. Наряжается как барышня и ведёт себя, как будто в Петербурге выученная, - Иван упал в кресло, вытянув длинные ноги вперёд.

- Её манеры получше твоих, - проговорил незаинтересованно Пётр, сверяя суммы. Всё честно сходилось.

- А этот Пердунов, - Иван рассмеялся, вспомнив как Разгуляев неправильно произнёс фамилию Максима Никитича, - он ведь без ума от девицы, вот умора! Давно так не веселился.

- Мы здесь не для веселья, к Серафиме Захаровне относись с уважением, как и к Трофиму Фёдоровичу. Начнёшь свои выпады, я не поддержу.

- Какие мы заботливые. Что с них взять? Жили столько на халяву, а мне в своём доме нельзя вести себя как заблагорассудится?!

- Я тебя предупредил.

Иван повёл бровью, откинув голову назад, рассматривая библиотеку.

- С Разгуляевым буду пить, а то в этой деревне умом можно поехать от всех моральных распорядков, которые положено соблюдать.

- Разгуляев не для веселья забывается, спаивать его тоже запрещаю.

- Он взрослый мужик, и я тоже, разберёмся, - Иван зевнул, встав с кресла. – Нудный ты, Петруша. С тобой от тоски помрёшь, когда ты азарта не испытываешь, - и с тем ушёл.

Пётр закрыл учётную книгу, посмотрев на медленный ход стрелок часов. Пора спать.   

***
В поместье царила полная благодать: цветущие сады яблонь и груш, слив и вишни, цветы всюду росли ароматные. Одним словом – порядок.

- Вы очень хорошо облагородили поместье, - проговорил Пётр, прогуливаясь с Трофимом Фёдоровичем по личным владениям.

- Вкус имеется, правда, к тому же специально был обучен, ваша родственница вложилась, и не зря.

- Видно, что вы по грамотному хозяйственный человек, я ценю таких людей.

На заднем дворе послышался плеск воды и громкий выдох.

- Снова за своё, - улыбнулся Пётр, когда его друг окунулся в чан с водой по самые печи, приводя себя в порядок после минувшей попойки.

- Господа, - Разгуляев вытер красивое, хоть и немного помятое, лицо полотенцем, вдохнул полной грудью воздуха, - больше не пью. Надо трезветь, умом понимаю, но...

- От чего маетесь, сударь? – поинтересовался Трофим Фёдорович.

Разгуляев улыбнулся голубым взглядом, промолчал.

- Что вы говорили про цыган, на каком берегу промышляют?

- Да там, через мост сразу, сложно не заметить.

Серафима вышла на задний двор, услышав голос родителя, но сразу же остановилась, когда увидела полуголого Разгуляева, в одних брюках стоял, потирая голову полотенцем. Девушка стушевалась и сразу же вернулась в дом.

- Вы бы, господа, соблюдали правила приличия, а то мы не особо разбалованы гостями, - проговорил Трофим Фёдорович и направился в дом.

- Бережёт её как, - усмехнулся Савелий, подхватив рубаху. – Ничего, это она сейчас смущается. Как познает, заглядываться будет полюбопытнее, знаем мы их, - Разгуляеву захотелось снова выпить, позабыв о недавнем обещании.