Поэт и воин Виктор Авдеев

Мне восемнадцать было под Москвой…
Сухих ветвей обугленные плети
Болтались на ветру. И всё на свете,
Казалось, брошено вниз головой.
Был черен снег. Враг прямо в сердце метил,
Но я, и оглушенным, был живой…
Так начиналось совершеннолетье.
Мне восемнадцать было под Москвой…

Стихотворение «Мое совершеннолетие» поэт и фронтовик Виктор Авдеев написал после Победы. Это не только его личные воспоминания о войне. В этих строках – судьбы сотен мальчишек-ровесников, которые ушли на фронт, едва успев окончить школу. Одним суждено было пасть в первом же бою, другим – дойти до Берлина…

Виктор Иванович Авдеев родился в городе Сормово 23 апреля 1923 года. Впрочем, в некоторых источниках можно встретить другие сведения - 14 апреля 1923 года. Даже на табличке скромного надгробия указана именно эта, неверная дата.

Вспоминая детство, Авдеев писал:
Я вырос на Волге, мне Волга была
Роднее моей колыбели.
Река меня на руки нежно брала,
Гудки колыбельную пели…

Как большинство мальчишек-ровесников, он бегал на Волгу, играл в футбол, много читал. А ещё…занимался в литературном кружке и писал стихи.  В 1940 году несколько его стихотворений были опубликованы в сборнике «Слово горьковских внучат». Возможно, именно тогда и появилась у Виктора мечта посвятить своему увлечению жизнь и после школы поступить в Литературный институт.

Все планы перечеркнула весть о начале войны. В 1941-м вместо Литинститута Виктор Авдеев отправился на фронт. За четыре года он прошёл путь от мальчишки-призывника до помощника начальника 6-го отдела штаба стрелкового  корпуса. По воспоминаниям друзей, служил Виктор в разведке.

В марте 1944-го старшему лейтенанту Авдееву вручили первую награду – медаль «За боевые заслуги». Во время наступления Виктор Иванович обеспечивал командование и штаб корпуса устойчивой кодированной связью.  Порой приходилось работать круглосуточно, порой - под обстрелом. Однако дело своё он знал: перебоев связи не было.

Через год капитана Авдеева наградили орденом Красной Звезды. Части 91-го стрелкового корпуса вели бои с крупной группировкой противника в районе Познани. Капитан Авдеев выезжал в дивизии и обеспечивал их и командование корпуса кодированными картами.

В последние месяцы войны капитан Авдеев по-прежнему готовил для командования кодированные документы. Именно благодаря его работе командиры 91-го стрелкового корпуса первыми среди командиров остальных корпусов 69-й армии получили кодированный план Берлина. За это Виктор Авдеев заслужил благодарность начальника 8-го отдела штаба армии.

Противник стоял до последнего, пытаясь всеми силами задержать продвижение наших войск. Из-за частых огневых налётов наблюдались перебои связи между дивизиями. И в такие моменты капитан Авдеев лично доставлял в дивизии карты, переговорные и сигнальные таблицы и передавал боевые приказы. В июне 1945-го ему вручили заслуженную награду - орден Отечественной войны II степени.

На коже стершихся сапог,
Видавших степь, асфальт, окопы,
Перешагнув родной порог,
Внесли домой мы пыль Европы,
И, не снимая тех сапог,
Мы вышли в путь большой и трудный…
На пыль прославленных дорог
Ложится пыль рабочих будней.

Война окончилась, и капитан Авдеев вернулся на Родину. Не раз он в мыслях рисовал себе картины счастливой послевоенной жизни. Главное место в них, конечно, занимала любимая девушка – одноклассница Лида. Ей Виктор Авдеев посвящал стихи, о ней наверняка вспоминал на фронте.

Ты любила меня,
И тебя я любил.
Может, тем от огня
Заслонен я и был…

Тем тяжелее было, вернувшись, узнать, что любимая вышла замуж за другого. Но он пережил этот удар судьбы. Вскоре Виктор Иванович поступил на историко-филологический факультет Горьковского университета, а позже перевелся в московский Литературный институт им. А.М. Горького.

Окончив институт, Виктор Иванович вернулся в родной город и устроился работать в газету «Ленинская смена». Он писал о войне, о любви, о родном крае, о земляках. В 1953-м вышел первый сборник стихов – «Волжские зори». Виктор Авдеев закончил одну поэму, начал писать другую, планировал издание второго сборника. Увы, судьба отпустила ему слишком мало времени…

20 января 1955 года Виктор Иванович провёл на собрании в Союзе писателей. Интересные собеседники и дружеское общение заставили его забыть о времени. Вечером, почувствовав себя плохо, он уехал домой. И уже дома, войдя в свою комнату, упал на кровать. Инфаркт. Виктору Авдееву шёл тридцать второй год…

За сравнительно недолгую жизнь Виктор Авдеев успел сделать немало. Он написал десятки стихотворений и несколько поэм, в том числе поэму «Сормовичи», о своих земляках. Кстати, в 2016-м, на открытии Первых Авдеевских чтений о нём вспоминали, как о «самом сормовском поэте». Никто, кроме него, не писал так много ни о жизни, ни о быте сормовичей разных поколений. Виктор Иванович Авдеев по-настоящему гордился своей малой Родиной, где и сегодня помнят своего талантливого земляка.

Иллюстрация:
Виктор Иванович Авдеев (23.04.1923 – 20.01.1955). Снимок из сборника стихов В.И. Авдеева «Капля мёду» (Горьковское книжное издательство, 1959 г.)


Виктор Иванович Авдеев (1923 – 1955)

МОЕ СОВЕРШЕННОЛЕТИЕ

Мне восемнадцать было под Москвой…
Сухих ветвей обугленные плети
Болтались на ветру. И всё на свете,
Казалось, брошено вниз головой.
Был черен снег. Враг прямо в сердце метил,
Но я, и оглушенным, был живой…
Так начиналось совершеннолетье.
Мне восемнадцать было под Москвой.

В разгаре девятнадцатой весны –
Судьба Россия, камни Сталинграда.
Могли ли отступить мы, если рядом
Тела однополчан погребены?
Не знали мы, что город был закатом
Фашистских орд, закатом всей войны…
Я жить хотел – и верным был солдатом
В разгаре девятнадцатой весны.

Двадцатилетье. Курская дуга –
Как радуга из подвигов и славы.
Налево – Курск, Орел в дыму – направо,
Здесь враг впервые "тиграми" пугал.
Прибита рожь к земле дождем кровавым,
Свинцовый дым распластан на лугах.
Не знаю, есть ли в мире крепче сплавы –
Двадцатилетье, Курская дуга.

Приказы Сталина. Ищите в них
Мой первый год из третьего десятка.
Ветрами раздувало плащ-палатку,
Встал вновь на место пограничный штык.
Как сто пудов – саперная лопатка.
Приказы Родины – вот мой дневник!
Хотите, назову их по порядку?
Они дороже мне настольных книг.

Мне было под Берлином двадцать два.
Победой шелестели дни апреля,
В последний раз под лезвием шрапнели
Подрезанная падала листва,
Брели понуро немцы по панели,
Приподнялась над бруствером трава,
И мы к параду чистили шинели...
Мне было под Берлином двадцать два.